Челси.

Нокс.

«Измена».

Нокс.

Брайс.

Свадьба.

Нокс.

Сюзанна.

— Я... так... устала, — с трудом выдавила я между судорожными вдохами, — Патрик ничего не ответил. Вместо этого он обнял меня еще крепче. — Я... я не могу... продолжать в том же духе.

Это было очищающее признание, которое я хотела сделать Ноксу, объятия и поддержка, которых хотела от него, но я не разговаривала с ним по-настоящему. Наше время было поглощено нашим воссоединением. Не то чтобы я жаловалась. Занятия любовью были еще одним освобождением, которого я хотела, но теперь мне нужно было больше.

— Я устала сражаться.

Пат ослабил объятия и нажал кнопку, чтобы открыть окно между нами и водителем. Когда та открылась, в зеркало заднего вида заглянул еще один незнакомец.

Разве плохо – стремиться к знакомству? Пат не виноват в появлении незнакомца; машина и водитель принадлежали тете Гвен и дяде Престону. Еще больше слез хлынуло из моих закрытых глаз, когда я страстно желала Айзека или Клейтона.

— Сэр? — спросил безымянный водитель.

— Здесь есть кафе-мороженое? Я не могу вспомнить.

— Да, сэр, на Бротоне.

Я уставилась на Пата и покачала головой.

— Нет, нам нужно возвращаться. Ты же не знаешь, как они сделают.

— У «Леопольда»!— воскликнул Патрик. — Я не был там... ну, несколько лет. — В его светло-карих глазах сверкнул энтузиазм. — Да ладно тебе, кузина. Это даже лучше, чем то, что мы получили, когда сбежали из поместья.

— Я не могу.

Не обращая внимания на мои протесты, Патрик велел водителю повернуть обратно к «Леопольду», закрыл экран и вытащил из кармана телефон, который мне выдали только вчера. Проведя пальцем по экрану, он поднес телефон к уху.

— Нет, это опять Патрик.

Я не могла разобрать, что говорил Брайс, но его недовольство без слов передалось из телефона в машину. Перспектива мороженого или любой другой еды стала еще менее привлекательной.

— Конечно, она здесь, — сказала Пат, — но прежде чем я передам ей трубку, мы оба хотим, чтобы ты знал, что мы немного опоздаем... мы остановимся поесть мороженого.

Патрик закатил глаза, услышав все, что сказал Брайс.

— Нет. Нет проблем, — его ответы были разделены короткими паузами. — Конечно, но она расстроена из-за тети Аделаиды, сделай ей еще хуже, и я... — Пат улыбнулся. — Нет, обещаю.

Его самоуверенное веселье было заразительным, заставив мои щеки подняться, когда я взяла телефон.

— Александрия?

Одним словом, мой проблеск жизнерадостности исчез.

— Брайс.

— Мороженое? Мама говорит, что есть список вещей, которые нужно подготовить к вечеринке.

Я вздохнула.

— Для этого и существует прислуга. Ей просто нужно сказать Джейн, и все будет улажено. Пат полон решимости подбодрить меня.

— Подбодрить тебя? Что случилось? Как твоя мама? Она сегодня больше говорит?

Вот дерьмо! Я даже не спросила Пата.

— Она разговаривает?

Пат покачал головой, и его улыбка погасла.

— Да, — подтвердил Брайс. — Ты ведь там была, не так ли?

— Конечно же, я была там. Нет, она не разговаривает, но она спокойна.

Я сказал последнюю часть, надеясь, что была права. Пат утвердительно кивнул.

— Все это очень напряженно.

— Ты так думаешь? — дерзко спросила я.

— Тебе вовсе не обязательно отсутствовать весь день. Приходи...

Я выпрямилась, не сводя глаз с Пат.

— Ты можешь высказать свое мнение, Брайс, но я не спрашиваю его, да и Патрик тоже, — эти слова придали моей самооценке столь необходимый импульс и в то же время посеяли семена страха. Перемены в его поведении было трудно предсказать. Тем не менее я не сдавалась. — Мы вернемся после мороженого. Вместо того чтобы расстраиваться, радуйтесь, что я держу тебя в курсе событий.

— Неужели? Неужели ты думаешь, что я не знаю, где ты и где была?

Мой желудок сжался.

— Я уверена, что ты получаешь самые свежие отчеты.

— Поскольку тебе не нужно мое разрешение, позвольте дать совет: возвращайтесь в поместье раньше отца.

Мои челюсти сжались.

— Я приму это во внимание. До свидания.

Прежде чем он успел ответить, я нажала красную кнопку и сунула телефон обратно в сумочку. Откинув голову на спинку сиденья, я глубоко вздохнула и закрыла глаза.

Всего лишь час назад я рассталась с человеком, которого люблю, а теперь снова оказалась в сумасшедшем доме, ставшем теперь моей жизнью.

— Я знал, что был прав, — сказал Патрик, качая головой.

— На счет чего?

— Всего. Ты нуждаешься в отдыхе больше, чем в моем подарке, хотя я действительно удивляюсь, почему у тебя не было улыбки от уха до уха, когда мы тебя подобрали.

— Как моя мама? — спросила я, игнорируя тему Нокса.

Его плечо поднялось и опустилось.

— Мне не с чем сравнивать. Медсестра сказала, что ей уже лучше. Они не могли дать мне много информации, но сказали, что ей стало лучше.

— Я должна была пойти. Теперь я не увижу ее до завтрашнего дня.

Он потянулся к моей руке.

— Милая, ты ничего не можешь для нее сделать. Несмотря на то, что ты все еще выглядишь несчастной, тебе нужен был этот перерыв, — его глаза расширились. — Ты не потеряла его, ты не можешь. Девочка, этот человек любит тебя.

Я отрицательно покачала головой.

— Надеюсь, что нет. Я тоже его люблю... и не собираюсь выходить замуж за Брайса.

Эти слова напомнили мне о кольце. Я надену его позже.

— В дорогу, завтра вечером? — спросил Патрик.

— Ты знаешь об этом?

— Да, это моя идея.

— Это как минимум пятнадцать минут. Я не знаю…

Пат подмигнул.

— Девочка, мы с Саем готовы принять удар на себя. Мы будем душой вечеринки. Твоя помолвка может быть очень важной, но Фицджеральд официально выходит на сцену, и вся Саванна смотрит на него, — он отмахнулся от меня. — Дорогая, мне очень жаль, но ты уже наполовину опустилась на страницах светской хроники. Мы с моим мужчиной займем первые строчки.

— Ты этого хочешь?

— А почему бы и нет, черт возьми? Мне все равно, как начались наши отношения. Мы с Саем настоящие. Мама согласилась, и папа может говорить с Саем вежливо. Это только начало. Что может быть лучше места, чтобы сделать все слухи правдой, чем поместье Монтегю?

Он произнес «поместье Монтегю» так, словно это был знаменитый бродвейский театр и они будут в центре внимания. Я наклонилась ближе и обняла его.

— Я люблю тебя.

— Да, я знаю, — сказал он, целуя меня в лоб. — Ты действительно пахнешь божественно. Мне нужно название твоего одеколона.

— И твой мужчина будет использовать его? Ни за что. Он имеет высокую, темную генетическую сущность. Оставь мне что-нибудь.

Когда машина подъехала к обочине, вспыхнул проблеск надежды, зажегший искру в моем мрачном взгляде. Раньше мне нравился этот магазин. «Леопольд» был в Саванне столько, сколько я себя помню, и даже несколько десятилетий до этого.

Приезд сюда был моим любимым развлечением, когда я была молода. Джейн приносила мне угощение, позволяя выбрать мой любимый вкус. Если на улице не было слишком жарко, она даже разрешала мне взять рожок. Эти воспоминания согрели мое сердце.

Я заглянула в исторический магазин. Как и все остальное в Саванне, он был точно таким же, от вывески с красной надписью «Мороженое Леопольда» до старого кирпичного фасада и больших стеклянных окон. Когда водитель открыл дверцу, я мельком увидела очередь посетителей, ожидающих своей очереди на отменное мороженое.

Я замерла на месте.

— Серьезно, Пат, у меня нет на это времени.

Он подтолкнул меня плечом.

— Я помог удовлетворить одну потребность. А теперь давай позаботимся о том, чтобы нарастить еще немного мяса на твои кости.

— Нокс что-то говорил об этом, — прошептала я, когда мы заняли место в очереди.

— О чем?

— Он сказал, что мне нужно вернуться к обедам его повара.

Пат оглядел меня с головы до ног.

— Милая, ты прекрасна, но они медленно убивают тебя. Даже не медленно. Ты с ними неделю?

Я молча кивнула.

— Мне кажется, как будто вечность.

Шаг за шагом мы продвигались вперед. Прошло несколько минут, прежде чем мы оказались под навесом и скрылись от прямых солнечных лучей. Словно найдя уединение в тени, Пат наклонился ближе.

— Поговори со мной.

— О чем?

Мой самый невинный голос южной красавицы никак не повлиял на то, что Патрик нахмурился.

— Как насчет того, чтобы начать с потери самообладания в машине?

— Я бы предпочла поговорить о вкусах.

— О, девочка, ты всегда была ванильной.

Когда-то я была такой. Я склонила голову набок.

— Теперь уже нет.

— Ну вот, — сказал он. — Посмотри на эту красивую улыбку. Какие бы грязные мысли ни крутились у тебя в голове, продолжай их повторять. Мне нравится видеть, как ты улыбаешься.

С запахом сахара, наполняющим мои чувства, мы медленно продвигались вперед, напоминая моему желудку, что я наслаждаюсь самыми простыми вещами в жизни, такими как мороженое и разговор с другом.

— Мне очень жаль, что все так вышло. Это не похоже на меня, но я – это не я. Это не имеет смысла, но быть с Нокс... — я закрыла рот и оглядела ресторан. — ...Быть с ним даже на короткое время напомнило мне о том, кто я, когда я с ним, и я скучаю по ней. Ненавижу того человека, которым являюсь здесь. Я на грани нервного срыва. И никому не могу доверять.

— Эй?

— Ладно, только Джейн... — подмигнула я. — ...и тебе тоже. Что за дело с тетей Гвен? Она знает о твоем плане... она знала?

Пат отрицательно покачал головой.

— Очевидно, моя мать не в восторге от твоей будущей свекрови. Это происходит очень давно. Мама не поливала грязью, но у меня есть свои подозрения. Когда я сказал ей, что хочу ненадолго увести тебя от злой ведьмы, она спросила, чем может помочь.

— Хм. Интересно, что же случилось? — я сморщила нос. — У меня такое чувство, что Сюзанна охотится за Алтоном. Похоже, она стала его лучшим другом и доверенным лицом. Это выводит меня из себя. Она считается лучшей подругой моей мамы, но с тех пор, как я вернулась, она ни разу не была в больнице.

— А дядя Алтон?

— Дважды. Однажды, когда мы встретились с доктором. В другой раз он просто появился. Я не уверена, было ли это для нее или просто проверка того, что была ли я там, где должна была быть. Он должен был догадаться. Обычно я веду этот чертов парад.

Я огляделась, когда мы подошли к стойке.

— Я чувствую себя немного уязвимой без обычных теней.

— Мы оторвались от них. Как только они выяснили, куда ты отправилась – в «Магнолия Вудс» – позвонила Миссис Витт, и мы уехали.

Услышав имя Делорес, я с недоверием повернулась к Пату.

— Могу я принять ваш заказ? — спросила девушка за стойкой, прерывая наш разговор.

— Наверное, мне нужно купить йогурт, — прошептала я Пату, оглядев витрины.

— Потому что?

Я широко раскрыла глаза.

— У меня есть свадебное платье, в которое я должна влезть.

Он покачал головой.

— Сыграй в опасную игру.

— Поверь мне, это так.

Я повернулась к молодой леди.

— Я не могу выбрать между шоколадно-малиновым вихрем и кофейно-шоколадной крошкой. Что бы вы посоветовали?

— Дайте ей по ложке каждого и положите сверху немного горячей помадки, — сказал Патрик, прежде чем та успела ответить. — Я возьму себе две ложки Рум биска с карамельным соусом. — Он посмотрел на меня и ухмыльнулся. — Да, и еще добавьте взбитые сливки и две бутылки воды.

Через несколько минут мы уже сидели в задней части магазина, среди увешанных картинами стен.

— Делорес помогла тебе сегодня днем? — переспросила я.

— Помогла? Она обеспечила тебе алиби.

— Алиби?

Я чуть не замурлыкала от божественной сладости, тающей на моем языке.

— Не то слово, — поправил он. — Потому что они тебе не нужны. Каким-то образом она взломала камеры в «Магнолии» и соединила твои прежние изображения. Мы никогда не были в кадре одновременно, но почему-то кажется, что ты там была.

Я вздохнула и откинулась назад.

— Меня это очень беспокоило. Но тебе не кажется, что это немного смешно?

Он склонил голову набок.

— Ты действительно выбрала свадебное платье? Ты не можешь этого сделать без своей подружки невесты.

— Я сказала Сюзанне, что хочу тебя, но она отказалась.

— Подожди минутку? Вообще, чья это свадьба?

— Так как я не хочу, чтобы она была моей, ощущается, что она принадлежит ей.

— Я знаю, что Мистер Красавчик собирается освободить принцессу. Расскажи мне свой план.

— Мой план состоит в том, чтобы вылечить мать. Если это означает, что мне придется подыгрывать ему до самого Рождества, то так тому и быть.

— Я не хочу, чтобы ты была с этим придурком в его власти так долго. Я предлагаю тебе найти другой план. Послушай своего Прекрасного Принца. Сейчас же убирайся оттуда.

— Однажды он сказал мне, что вовсе не Прекрасный Принц, — я пожала плечами. — Он предложил украсть маму. Чтобы отвезти ее куда-нибудь еще на лечение.

— Ну, я не знаю официального определения Прекрасного Принца, но подозреваю, что он очень близок к этому. Этот человек – хранитель.

Я поджала губы, вонзая ложку в замороженное совершенство и освобождая кусочек шоколада.

— Скажи мне, что это было, — он махнул ложкой в мою сторону, — ... за выражение.

— Я даже не поморщилась.

— Ты совершенно точно это сделала. И что же он сделал? — он наклонился ближе и широко раскрыл глаза. — Извращение?

— Нет, — мое возмущение возросло. — Это был обман. И я не должна была говорить... но черт с ним.

Я держала свои слова в секрете, но они прозвучали более энергично.

— «Измена» – это самый страшный секрет.

— Только не говори мне, что он хочет выйти из соглашения. Он знает, что на самом деле ты этого не хочешь...

— Нет, ничего подобного. Он... ну, Делорес... Челси…

Патрик отрицательно покачал головой.

— То, как эта девчонка только что сидела рядом с тобой, после того, как она обхаживала твоего жениха... тс-тс.