Это была иллюзия.

Когда я вошла через заднюю дверь патио, в прохладном воздухе не было приветливого тепла. Только звон посуды и слуги на кухне и столовой придавали особняку жизнь. Я обошла стороной кабинет и гостиную, проскользнув внутрь и взглянула на часы.

Я добралась вовремя, имея в запасе несколько минут. Обойдя главные коридоры, я быстро поднялась по черной лестнице рядом с кухней в свою комнату. За последним поворотом я чуть не столкнулась с Джейн. Ее большие руки обхватили мои плечи, а на лице появилась улыбка облегчения.

— Дитя мое, слава богу. Вы заставили меня поволноваться. Мистер Фитцджеральд спрашивал о вас.

Воспоминания о Ноксе исчезли, как и выражение моего лица, когда мои нервы снова ожили.

— Я пошла прогуляться. После стольких часов, проведенных с Сюзанной, мне нужно было подышать свежим воздухом.

Она потащила меня вверх по последним ступенькам.

— Поторопитесь. Я скажу ему, что ты готовишься. Скоро будет ужин.

— Я так и сделаю.

Я понизила громкость.

— А ты знаешь, чего он хочет?

— Что-то насчет твоей мамы. Это место тоже зовет тебя сюда, когда ты уезжала с мисс Кармайкл.

— Но я вернулась, и никто ничего не сказал.

— Дитя, вы были здесь, а потом ушли. Я пошла в комнату, а вас там уже не было.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Вот почему мне нужен телефон. Ты должна быть в состоянии связаться со мной.

Джейн свернула в коридор, ведущий к моей комнате, оставив меня на полшага позади.

— Продолжайте делать то, что вы делаете. Оно придет, — она остановилась у двери и вставила ключ. — Я не знаю, чего они хотят. Но вы же ей помогаете. Я знаю, что это так, — широко распахнув дверь, продолжила она.

— Спасибо, Джейн.

— А теперь поторопитесь.

Я улыбнулась.

— Я думала, что теперь я твой босс.

— Вы всегда были, — ее плечи распрямились, а глаза заблестели. — Но теперь я управляющая домом.

— Да.

— Люблю тебя, дитя... Мисс Алекс.

— Я тоже тебя люблю.

Она снова понизила голос.

— Свежий воздух пошел вам на пользу. Улыбка на вашем лице была очень хороша, когда поднимались по лестнице.

Улыбку мне подарил не воздух, а Нокс. Я пожала плечами, не желая делиться им даже с Джейн.

— Земля всегда была одной из тех вещей, которые мне здесь нравились. Это очень красиво. Я могла бы гулять здесь весь день.

— Ладно, звучит неплохо, — она подмигнула мне. — Потому что, как я догадываюсь, вы думали о чем-то еще, кроме этого места. — Джейн мягко толкнула меня через мой дверной проем. — А теперь поторопитесь. Вам нужно быть внизу через семь минут.

— Да, мисс управляющая домом.

С этими словами я закрыла дверь, достала из кармана свой собственный ключ и заперла ту изнутри.

Я поспешно умылась, добавила свежей туши и блеска для губ и провела расческой по волосам. Пара заколок придали волосам определенный стиль. Выскользнув из джинсов и легкого свитера, я натянула через голову голубое платье и надела туфли-лодочки.

Когда я бросила быстрый взгляд в зеркало, жемчужное ожерелье подпрыгнуло на шее. Иллюзия, которую я создала, была не так уж плоха для четырехминутного преображения. Уже собираясь спуститься вниз, я вспомнила, что в поместье Монтегю совсем не тепло. Осень пыталась разогнать затянувшуюся летнюю жару. Обычно это было бесполезное усилие, пока светило солнце, но с наступлением ночи осень одерживала победу. Я повернулась обратно к шкафу за свитером, когда моя дверная ручка начала поворачиваться.

Она могла греметь весь день и всю ночь, но если у человека не было одного забавного маленького приспособления, дверь не открывалась.

— Я уже иду, — крикнула я, сделав глубокий вдох.

— Алекс?

Свитер выскользнул у меня из рук и полетел на пол.

Я подошла поближе к двери.

— Ты одна?

— Да, — ответила Челси.

Спокойствие, которое дал мне Нокс, полностью исчезло из моей досягаемости, когда боль, гнев и даже ревность забурлили внутри меня. Повернув ключ и открыв дверь, я решительно встала в дверном проеме.

— Если ты пришла заверить меня, что я успею к обеду, то, как видишь, я уже иду.

Челси кивнула, и из ее печальных карих глаз выкатилась слеза.

— Я… я вижу. Но я здесь не для этого. Я надеялась, что смогу ускользнуть…

— И что? Шпионить за мной? Рассказать Алтону и Брайсу побольше обо мне?

Я махнул рукой в сторону комнату.

— Ты, очевидно, рассказала им о моих любимых продуктах. Никто другой не знал бы об этом.

Я заблокировала ее движение вперед, удерживая в коридоре.

— Алекс, я знаю, как это выглядит. Знаю, что сказала, но я люблю тебя. Ты моя подруга. Этого не должно было случиться.

Я отрицательно покачала головой.

— У тебя есть забавный способ показать это. Что это со всеми моими предполагаемыми друзьями, которые думают, что лучший способ добраться до меня – это трахнуть Брайса?

— Я… я должна идти... — сказала она, отворачиваясь.

Боль, мелькнувшая в глазах Челси, напомнила мне о словах Нокса, о том, как он велел мне заботиться о ней.

— Подожди. А чего не должно было случиться? И вообще, почему ты все еще здесь? Я имею в виду, как это выглядит теперь, когда Брайс помолвлен?

Проглотив слезы, она вздернула подбородок.

— Это похоже на то, что я шлюха, — ее глаза закрылись, и из них снова хлынули слезы. — Так оно и есть.

Я не знаю, были ли это грубые эмоции в ее голосе, честность или то, что сказал Нокс, но что-то в том, как Челси держала себя, сломало часть моего сердца, начав трещину, которая могла разрушить гнев и боль, которые я скрывала.

Я потянулась к ее плечам.

— Что с тобой случилось? Где моя Челси?

Она покачала головой, все еще не глядя на меня.

— Я не могу тебе сказать. Я никому не могу рассказать. У нас нет времени… я просто не могу провести еще один ужин с тобой… ненавидящей меня.

Когда я заключил ее в свои объятия, четыре года совместной жизни начали сменяться несколькими месяцами разлуки, перемежавшейся несколькими днями отвращения.

Она медленно отстранилась, тушь потекла по ее щекам.

Я потянулась к ее руке.

— Идем. Умойся, а то они узнают.

Челси кивнула и последовала за мной внутрь. Когда она это сделала, ее глаза широко раскрылись, оглядывая комнату.

— Ты уже бывала здесь раньше?

— Нет, я даже не знала наверняка, куда иду. Я видела, как ты вошла с задней стороны дома. Я извинилась и последовала за тобой вверх по лестнице. Потом подождала, пока Джейн уйдет.

Челси последовала за мной в ванную и потянулась за салфеткой.

— Я чуть не струсила, — добавила она.

— Челси Мур не трусит.

Ее щеки опустились.

— Сейчас трусит.

Когда она бросила салфетку на стойку, я закрыла дверь ванной и взяла ее за руку.

— Они заставили тебя написать мне?

— Это сделал твой отчим. Брайс знал, но мистер Фитцджеральд сказал мне, что говорить.

— И ты это сделала?

У меня болело в груди.

Челси отвернулась, только встретившись со мной взглядом в зеркале.

— Ты же ее видела. Она нуждается в тебе. Без тебя ей было бы только хуже. Я знаю, что ты ненавидишь свою маму, но думаю, что это кое-что больше.

Я поджала губы и широко раскрыла глаза.

— Если это не входит в их планы, остановись, — едва слышно прошептала я. — Я искала везде, но не могу избавиться от ощущения, что эта комната прослушивается. Здесь, в ванной, мы можем быть в безопасности.

Сглотнув, она выпрямилась.

— Боже…

Страх, растерянность, даже ужас… эти эмоции выплескивались из ее карих глаз.

— Я… Я…

Мое сердце говорило мне, что все, что я видела, было честным. Моя Челси не является хорошей актрисой, да и никогда не была. Она всегда была единственной, кто говорил то, что думала, свежий воздух, который надул мой спасательный плот, когда я переехал на Запад. Я посмотрела на свои часы и снова на ее отражение.

— Нам нужно идти. Позволь мне попытаться справиться с этим. Ты можешь пойти со мной?

Продолжая наш шепот, она встретилась со мной лицом к лицу.

— Честно говоря, я не знаю. Я постараюсь.

— Пожалуйста, Челси. Вместе мы можем сделать гораздо больше, чем порознь. Мы это уже доказали.

— Чертов побег из тюрьмы? — спросила она с намеком на свое прежнее «я».

— Мне сказали, что ты клевая.

Она пожала плечами.

— Может быть, я смогу вспомнить, как это, пока рядом со мной моя лучшая подруга.

***

Челси скользнула вниз по задней лестнице, пока я ждала, и спустилась по парадной. Мы обе опоздали, не по обычным стандартам, но это было ненормально. Это было поместье Монтегю.

— Где ты, черт возьми… — рычание Брайса донеслось из столовой, когда я прошла через другой вход.

Эта чертова комната имела двери во всех направлениях. Она была рассчитана на большие вечеринки. Гости могли даже войти с террасы, если французские двери были открыты. Сегодня они еще не пришли, но шторы были раздвинуты, открывая вид на лужайки и озеро.

Мысль о том, чтобы посмотреть, видны ли теннисные корты из гостиной, была мимолетной. Тенор Брайса направил мое внимание мимо Алтона и Сюзанны, которые уже сидели, к нему. Его вопрос был адресован не мне, хотя я узнала его тон. Это был тот же самый голос, который я слышала днем раньше, но не он привлек мое внимание. Именно то, как он сжал руку Челси, заставило маленькие волоски на моих руках напрячься

В чем, черт возьми, его проблема?

Прежде чем она успела ответить, я вошла.

— Похоже, что сегодня вечером неистовствует опоздание, — сказала я, снимая часть жара с Челси.

Не обращая на нее внимания, я храбро подошла к Брайсу и спокойно встретила его раздраженный взгляд.

— Прости, но я никак не могла решить, какое платье лучше всего смотрится.

Я сделала небольшой круг. Когда наша взгляды соединились во второй раз, я заметила, что он немного смягчился.

Он отпустил руку Челси, когда я сделала еще один шаг вперед.

— Ты был прав, — проворковала я.

— Прав?

Я приподняла одну бровь и замедлила свой темп.

— Ты вернулся.

Пока Челси спешила к своему месту, Брайс наклонился вперед, чтобы поцеловать меня. Наши губы едва соприкоснулись, когда рев Алтона спас положение.

— Ты опоздала. Сейчас подадут ужин.

Моя улыбка была не фальшивой, а ироничной. Никогда еще я не была так рада вторжению отчима, как в тот момент. К счастью, Брайс, казалось, неправильно истолковал ее значение, когда встретил мое выражение лица с такой же широкой улыбкой.

— Красивое платье, — прошептал он, когда мы повернулись к своим местам.

Молчание и взгляды царили на протяжении первых двух блюд, пока Алтон и Сюзанна обсуждали нашу поездку за свадебным платьем. Почему Алтон заинтересовался ею, было выше моего понимания. Вряд ли он стал бы вести долгий разговор с моей матерью, если бы она сама ходила за покупками.

Когда перед нами поставили основное блюдо, я повернулась к Алтону.

— Мне сказали, что ты меня ищешь?

— Где ты была?

— Конечно ты знаешь. Разве ты не следишь за всем?

Когда его глаза-бусинки сузились, я продолжила, надеясь уменьшить свой сарказм.

— На прогулке. Кроме «Магнолия Вудс» и шопинга, я никогда не выходила на улицу. Ты же сам сказал мне, чтобы я привыкла быть здесь. Та часть здешних мест, которую я обожаю – это земля. Поля выглядят голыми и печальными. Когда был урожай?

— В самом деле, Александрия, неужели ты думаешь, что я волнуюсь из-за графика посадки и уборки урожая?

Я пожала плечами.

— Честно говоря, да.

— Не опаздывай больше на ужин.

— Я бы так не поступила, если бы не попала в засаду.

— Правда, дорогая, ты так драматизируешь, — сказала Сюзанна.

— Кто устроил тебе засаду? Только не Брайс. Он был с нами.

— Нет, не Брайс. Челси.

Рука Челси замерла на полпути, вилка опасно повисла в воздухе над изящным фарфором, и все взгляды обратились к ней.

— Так вот где ты была? — спросил Брайс, явно допрашивая Челси.

— Да, — отозвалась я. — Кажется, она хочет… — я подняла бокал с вином и сделала глоток, позволяя предвкушению нарастать.

— Что? Что она хочет? — спросил Брайс.

— Чтобы мы не ненавидели друг друга. Чтобы я простила ее за ложь и коварство, за четыре года обмана, хитрости и предательства.

— Алекс? — эмоции заглушили единственное слово Челси.

— Что? — драматично спросила я. — Разве не об этом мы все сейчас говорим… об откровенности?

— Да, — ответил Алтон.

— Прошу прощения? — я повернулась в его сторону.

— Челси никуда не денется. Для вас двоих было бы лучше… поладить.

Я нахмурила брови.

— Для меня это не сработает.

Я избегала смотреть на свою подруг, зная, что мои слова причиняют ей боль, но все же была уверена, что нахожусь на правильном пути.

— Я горжусь тобой, Челси, — сказала Сюзанна. — Я знаю, в каком трудном положении ты находишься. Александрия, это действительно было бы лучше всего. Было бы прекрасно, если бы вы могли показать единый фронт в субботу.

— Хм? — переспросила я. — Может быть, я с одной стороны от Брайса, а Челси с другой?

— Это будет…

— Не совсем так, — перебил Брайса Алтон.

— Тогда что же… так?

— Челси снова играет роль твоей подруги и соседки по комнате.

— И перестанет спать с моим женихом?

Были замечания и от Брайса, и от Челси, но я их не слушала. Я вернулась к переговорам. Для того чтобы они были успешны, их надо вести с Алтоном.

Он поднял салфетку и промокнул тонкие губы.

— Публично.

На этот раз я повернулась в сторону Брайса и Челси.

— Вы занимались сексом в общественных местах?

— Нет, Александрия!

Вмешалась Сюзанна.

— Твой отец имел в виду совсем другое. Он имел в виду, что то, что происходит в частном порядке, это… личное. На людях Челси смиряется с тем, что она твоя подруга и бывшая Брайса. Теперь она часть твоей компании. Остальные будут принимать от тебя сигналы. Если ты не проявишь никакой враждебности, другие девушки последуют твоему примеру.