Утро выдалось на редкость бодрым. Я чувствовал себя просто невероятно, будто наконец отоспался после тяжелой недели. Единственное, что по-настоящему донимало, так это дикий голод.

Все это наверняка из-за вчерашнего зелья регенерации. Еще вечером руки гудели после тренировки с копьем, а сейчас, после короткого сна, они были как новенькие. Это не могло не радовать.

Каких-то других физических изменений я в себе не обнаружил. Горы мышц не выросли, а жаль. Но оно и понятно, за одну тренировку достойный результат не получишь.

Благо к моему пробуждению Ларк уже вовсю готовил еду. Стоило мне окончательно прийти в себя, как в руки сунули тарелку с похлебкой. Она уже порядком надоела, но в походе на большее рассчитывать не стоило.Это в городе я смогу выбирать меню, а тут ешь что дают. Зато голод она убивала идеально.

— Произошло что-то интересное, пока я дрых? — спросил я, активно работая ложкой.

— Нет, — отозвался Торин. — Тварь больше не появлялась. Скорее всего, сил набиралась, чтобы продолжить охоту сегодня.

— Думаешь, она так и будет плестись за нами? — Ларк с опаской покосился на заросли, сжимая ложку так, будто это рукоять меча.

— Конечно. Эта зверюга сообразила, мы добыча легкая. Она просто ждет удобного момента для нападения. Так что всю дорогу держим ухо востро.

Закончив со сборами, мы затушили костер и двинулись в путь. Я шел первым, крепко сжимая копье перед собой и готовясь отразить атаку глотарха в любую секунду.

— Следы, — выдохнул Ларк, едва мы выбрались из зарослей.

Весь участок между кустами оказался усеян отпечатками с четырьмя подушечками. Лапы зверя расходились вправо и влево, описывая четкий круг вокруг нашей стоянки.

— Всю ночь выискивал возможность подобраться, — констатировал Торин.

— Он вообще не спал? — Ларк сглотнул, нервно поправляя лямку тяжелого рюкзака.

— Пару часов вздремнул, таким тварям больше не надо. Особенно когда рядом бродит свежее мясо, — Торин присел на корточки, касаясь пальцами примятой травы. — Видишь, здесь ямки глубже. Он замирал, высматривая нас и поджидая удобный момент.

— Хорошо, что дежурили по двое. Не дали этой гадине шанса напасть, — с облегчением отозвался Ларк.

— Нам по-прежнему нельзя расслабляться, — поспешил предупредить Торин, пока мы окончательно не размякли. — Скорее всего, зверь уже выспался и кружит где-то поблизости. Так что смотрим в оба и сразу даем знать, если заметите хоть что-то подозрительное. Ясно?

Мы с Ларком переглянулись и синхронно кивнули, подтверждая готовность соблюдать максимальную осторожность.

Вваливаясь в очередной куст, я вполголоса проклинал того, кто вообще придумал в этом мире такую растительность. В прошлой жизни я выбирался в лес всего пару раз, но те места казались куда более приветливыми и свободными.

Здешняя чаща состояла из плотных рядов деревьев, пространство между которыми было забито колючими зарослями. В первые дни под руководством Алана мы еще умудрялись обходить такие дебри, но Торин в ориентировании был слабоват. Он вел нас почти на ощупь, просто указывая направление, из-за чего мне то и дело приходилось продираться сквозь очередные ветки.

Ко всему прочему, каждый раз было по-настоящему жутко выходить с другой стороны куста. Я постоянно ожидал увидеть там какого-нибудь свирепого зверя, готового разорвать меня в клочья за пару секунд.

Только редкие крики птиц не давали окончательно сойти с ума в этой бесконечной зеленой глуши.

Так мы мучились до тех пор, пока наконец не выбрались на более-менее чистый участок. Здесь из препятствий остались только выпирающие корни да низкие ветки. Путь по-прежнему нельзя было назвать приятным, но это все равно казалось райской прогулкой по сравнению с тем, через что мы продирались раньше.

— Торин, а вы часто вообще в такие дебри забираетесь? — спросил я, решив побольше выведать об их ремесле.

— В местах, где пройти легко, уже давно все ценное подчистили. Так что ради нормальных заказов волей-неволей приходится забираться в самую глушь, — отозвался Торин, налегая плечом на очередную упрямую ветку.

— А когда караваны охраняете, тоже так мучаетесь? — полюбопытствовал я, вытирая пот со лба.

— Ну ты загнул! — Торин коротко хохотнул. — На охране мы обычно гуляем по протоптанным торговым маршрутам, чинно и благородно. Мы же не дураки какие-то, чтобы с гружеными телегами по кустам продираться. Там работа спокойная: сидишь себе в седле да по сторонам поглядываешь. А вот такие вылазки за ресурсами — это всегда грязь, пот и колючки во всех местах.

Справа кусты резко шелохнулись. Я моментально замер на месте, разворачивая корпус в сторону шума.

Ларк в этот момент смотрел в другую сторону и не заметил моей остановки. Он по инерции врезался мне в спину, но, быстро оценив мою боевую стойку, сделал пару шагов в бок, прячась за моим плечом.

— Там, кажется, кто-то есть, — проговорил я вполголоса, не сводя взгляда с подозрительных зарослей.

— Уходим, — коротко бросил Торин, указывая направление в обход.

Мы медленно двинулись в сторону, продолжая следить за затаившимися кустами и ожидая атаки в любую секунду. Порядка получаса мы шли в полном напряжении, кожей чувствуя возможную угрозу. Но в итоге все обошлось, и лес снова стал спокойным.

Трудно сказать, что за зверь там прятался. Может, это был наш старый знакомый хищник, а может, какой-то мелкий и безобидный зверек, который сам испугался нас до смерти.

Впрочем, на кухне я всегда следовал золотому правилу: если от мяса странно пахнет, не надо пробовать его на вкус, чтобы убедиться, что оно протухло. Так и здесь. Лучше перебдеть и вовремя уйти, чем самому стать основным блюдом в меню какого-нибудь лесного гурмана.

На себе я постоянно ловил чей-то чужой, враждебный взгляд, но никак не мог понять, откуда именно за нами следят. Приходилось мириться с этим нервным чувством и то и дело оглядываться по сторонам. Я старался показать невидимому зверю, что мы начеку и напасть незаметно у него не выйдет.

— Речка! — воскликнул я, первым выбравшись на небольшой холмик.

Перед нами открылся по-настоящему завораживающий вид. Река мерно несла свои чистые воды, поблескивая на солнце между пологими берегами, заросшими высокой травой и камышом. Течение казалось спокойным, а шум воды приятно разбавлял гнетущую лесную тишину.

— Может, если перейдем на тот берег, он наконец от нас отстанет? — с надеждой в голосе спросил Ларк.

— Вполне возможно, хищники не любят лезть в воду без нужды. Нам как раз повезло, что путь лежит на ту сторону, — кивнул Торин, поправляя снаряжение. — Ладно, пошли, некогда тут рассиживаться. Полюбуетесь красотами в следующий раз, когда у нас на хвосте не будет голодного преследователя.

Река оказалась довольно широкой, на вид от десяти до пятнадцати метров. Плыть на тот берег никто даже не думал. Наш груз весил прилично, да и ценные травы в мешках мигом бы испортились от воды.

Пришлось идти вдоль русла и высматривать подходящий брод. Нам нужно было место, где получится перебраться на ту сторону без лишнего риска и потерь.

Шагать по берегу было на редкость приятно. Здесь не росло столько колючих кустов и прочей лесной дряни, которая мешала нормально передвигаться. К тому же открытое пространство дарило чувство безопасности. Зверь теперь не смог бы напасть внезапно, ведь при любой попытке приблизиться он оказался бы у нас как на ладони.

— Брод! — радостно воскликнул Ларк, указывая вперед.

Действительно, метрах в пятидесяти впереди река заметно сужалась. Там был участок шириной всего метров пять, по которому, судя по торчащим камням, можно было спокойно перейти на другой берег.

Мы на радостях прибавили шаг, стараясь поскорее добраться до заветного места. Ноги сами несли вперед к узкому участку реки.

Я продолжал вертеть головой, сканируя берег и кромку леса в поисках монстра. И вот он наконец показался. Тварь вышла из густых зарослей примерно в сотне метров от нас и замерла, неподвижно наблюдая за каждым нашим движением.

— Глотарх слева, — едва слышно шепнул я Торину, стараясь не поднимать панику раньше времени.

Тот мельком мазнул взглядом по лесу, но пошел дальше с таким видом, будто ничего особенного не произошло.

— Игнорируем его. Просто следи за каждым движением, — так же тихо отозвался он.

Ларк шел чуть впереди и не слышал нашего короткого разговора. Он вовсю рассматривал противоположный берег, предвкушая конец утомительного пути.

Сам переход оказался задачей не из легких. Камни под водой густо поросли скользким мхом, из-за чего каждый шаг превращался в опасный аттракцион. Приходилось балансировать с тяжелым грузом за спиной, аккуратно нащупывая подошвой хоть какую-то опору. Один неверный шаг, и ты уже барахтаешься в реке, а весь набор трав можно смело выкидывать.

Течение здесь было куда сильнее, чем казалось с берега. Упругие потоки воды ощутимо толкали в бок, пытаясь сбить с ног и утянуть за собой. Нам приходилось идти чуть ли не боком, наваливаясь всем весом на каждый шаг. Ноги то и дело разъезжались, а ледяная вода заливалась прямо в обувь, заставляя до боли стискивать зубы.

Кое-как добравшись до противоположного берега, мы наконец остановились. Усталость навалилась тяжелым грузом, поэтому решили устроить небольшой привал. Я первым же делом скинул ботинки, чтобы вытряхнуть из них ледяную воду. После перехода в обуви неприятно хлюпало.

Вдруг я краем глаза заметил движение.

Зверь медленно подошел к самой кромке воды у брода и замер, не сводя с нас пристального взгляда. Нас разделяло всего каких-то восемь метров. Тварь не спешила заходить в реку, она просто стояла и наблюдала, словно изучала добычу.

— А ну пошел отсюда! Свалил быстро! — крикнул я, яростно замахав копьем над головой.

В этот момент я пытался прогнать монстра так, как обычно прогоняют дворовых собак. С псами этот трюк всегда работал безотказно. Стоило показать дворняге готовность к драке, как та сразу поджимала хвост и убегала, если только не болела бешенством.

Только вот этому чудовищу было абсолютно плевать на мои крики и угрожающие жесты. Оно даже не шелохнулось, продолжая сверлить меня взглядом. Глотарх не выражал никаких эмоций. Лишь изредка лениво проводил языком по своим жутким рядам острых зубов, будто прикидывая, насколько вкусным получится обед.

— Бесполезно, — с досадой выдохнул я, поворачиваясь к товарищам.

На лице Торина играла ухмылка. Мое небольшое представление его изрядно развеселило.

— Впервые вижу, чтобы кто-то пытался напугать монстра таким способом, — продолжая скалиться, выдавил он.

Ларк же веселья совсем не разделял. Он нервно покусывал губу, не сводя глаз с противоположного берега.

— Попытка не пытка, — произнес я совершенно безразлично. — Как думаешь, он потащится за нами на ту сторону?

— Почти наверняка, — кивнул Торин. — Если бы мы успели скрыться из виду до переправы, он бы нас потерял. А теперь этот гад точно продолжит охоту.

— А ну пошел вон, тварь! — снова крикнул я, нагибаясь за камнем.

Я поднял увесистый булыжник над головой, внимательно следя за реакцией зверя. С обычными псами этот прием всегда сражал наповал. В нашем же случае монстр лишь слегка наклонил голову набок и с каким-то странным интересом принялся за мной наблюдать.

— Ну, сам напросился! — крикнул я и, прицелившись, со всей силы швырнул камень.

Вместо прямого попадания снаряд с гулким всплеском вошел в воду, обдав зверюгу брызгами со всех сторон. Тварь лишь прикрыла глаза, принимая на себя мокрую волну. Когда веки хищника снова разомкнулись, на меня уставился по-настоящему недовольный взгляд. Монстр резко встал на дыбы, демонстрируя всю свою мощь и явную готовность к бою.

Во мне вдруг проснулся азарт.

Передо мной был узкий брод шириной дай бог метр, а в руках — длинное копье. Позиция просто идеальная, и грех было ей не воспользоваться.

Решив окончательно спровоцировать гада, я подобрал следующий камень. Прицелился, бросил — в этот раз мимо, булыжник приземлился совсем рядом с его лапой.

После еще пары промахов монстр, видимо, осознал, что запугать меня не выйдет, и решил отойти чуть подальше. Я попытался закинуть еще один камень ему вдогонку, но в этот раз даже не докинул до берега. Слабоватые пока руки подвели.

— Хватит дурачеств, — все еще ухмыляясь, прервал меня Торин. — Пора двигаться дальше. Нам нужно до ночи добраться до города.

Я молча кивнул, напоследок глянув на глотарха. Тот все так же пристально сверлил нас взглядом, терпеливо дожидаясь, пока мы отойдем на достаточное расстояние.

— Если честно, жутковато, когда он постоянно маячит рядом, — признался Ларк, передернув плечами.

— А когда его не видно, тебе спокойнее? — спросил я, поудобнее перехватывая копье.

Парень на секунду задумался, а затем решительно мотнул головой.

— Нет, пожалуй, пусть лучше показывается. Так хотя бы знаешь, откуда ждать беды, а не сидишь вечно на иголках.

Я коротко кивнул, полностью разделяя его мысли. Неизвестность всегда пугала куда сильнее, чем видимый враг.

Даже не представляю, во что бы превратилась наша жизнь, затянись этот поход дней на пять вместо трех. Иметь такое чудище на хвосте — сомнительное удовольствие. Эта тварь наверняка не дала бы нам даже нормально поспать, постоянно выжидая момент для подлой атаки.

Уверен, он легко смог бы измотать нас до предела, если бы преследование длилось дольше. Так что, пока у нас еще полно сил и усталость почти не чувствуется, нужно выжимать из этого дня максимум.

Отойдя недалеко и почти добравшись до первых деревьев, я обернулся взглянуть на нашего преследователя. Зверь уже аккуратно перебирался через брод. Он двигался осторожно, стараясь лишний раз не соприкасаться с водой.

Вот же головная боль.

Дальше наш путь вновь осложнился бесконечными зарослями. Перед глазами регулярно всплывали уведомления, сообщающие об очередном найденном растении. Я бросал на них мимолетный взгляд и тут же закрывал. В мои планы теперь входил сбор только эпических трав.

Мешки и без того были набиты редкими травами до отказа, а обычные сорняки сейчас просто некуда было складывать. Приходилось буквально отрывать от сердца ценные находки и оставлять их в покое.

— Как думаете, где сейчас Алан с остальными? — вдруг подал голос Ларк.

Мы все разом замолчали, продолжая мерно вышагивать по лесу. Вчера этот вопрос никто не решился озвучить из-за гнетущей атмосферы и близости монстра. Но стоило обстановке немного разрядиться, как Ларк сразу вспомнил о братце.

Мне по большому счету было на них плевать. Если честно, даже лучше, если бы они сгинули навсегда. Тогда всю добычу можно будет поделить на троих без лишних споров. А вот если они выживут, дележка трав явно усложняется. Впрочем, я твердо планировал стоять на своем и требовать честную треть от всего, принесенного нами.

— Либо они уже мертвы, либо банда Крита притащит их в город, и там их покарают на совете, — хмуро отозвался Торин.

Ларк на несколько секунд затих, словно пытаясь переварить и принять самый страшный финал для своего брата.

— И как именно их могут покарать? — тихо спросил он.

— Скорее всего, заставят нас отрабатывать долги и выполнить несколько миссий бесплатно, — с заметной грустью в голосе произнес Торин. — Будем надеяться, с ними все обошлось.

Еще вчера ночью я всерьез размышлял, не пустится ли за нами в погоню банда Крита. Но в итоге ни одного человека мы так и не встретили. Либо они просто не смогли отыскать наш след в той шахте, либо полностью забили на нас, переключив все внимание на бедолагу Алана.

На стволах деревьев попадалось все больше различных меток и затесов. По словам Торина, это верный признак близости к городу. А значит, совсем скоро мы сможем наконец отделаться от нашего хвостатого преследователя. Эта мысль грела душу.

— Что это там впереди? — я резко замер, указывая на какое-то бесформенное пятно среди корней. На всякий случай я выставил копье перед собой, ожидая худшего.

В паре шагов от тропы лежал труп оленя. Зрелище было не из приятных. Туша уже вовсю гнила, источая тяжелый, сладковатый запах разложения, от которого мгновенно замутило. Судя по рваным ранам и обглоданным костям, кто-то очень голодный устроил здесь настоящий пир несколько дней назад.

— Фу, ну и вонь! — Ларк скривился и прикрыл нос рукавом. — Кажется, наш преследователь здесь не единственный гурман.

— Не подходите близко, — глухо бросил Торин, обходя останки по широкой дуге. — Мясо уже совсем черное, мухи роятся. Видно, что зверь бросил добычу пару дней назад.

Я невольно задержал дыхание, стараясь лишний раз не вдыхать этот тошнотворный аромат. Как повару, мне было физически больно смотреть на такой перевод продукта, пусть даже лесного. Гнилостный смрад облеплял кожу, пропитывая одежду и заставляя желудок протестующе сжиматься.

Мы поспешили поскорее оставить это место позади. Однако едва миновали зловонную зону, как я снова ощутил знакомый холодок между лопатками. Наш глотарх тоже почувствовал запах добычи. Он не стал задерживаться у туши, лишь коротко принюхался и продолжил свое неспешное движение за нами. Похоже, свежее мясо в нашем лице интересовало его куда больше, чем сгнившая оленина.

— Это ведь не глотарх его так распотрошил? — решил я уточнить, стараясь не дышать носом.

— Может и он, но точно не тот, кто идет за нами по пятам. Этот бы просто не успел, — отозвался Торин, даже не замедляя шага.

Выходило, что в этих лесах обитает еще один опасный хищник, способный в любой момент присоединиться к охоте на нас. Перспектива оказаться между двух огней совсем не радовала.

— То есть тут поблизости может рыскать кто-то еще? — Ларк испуганно округлил глаза.

Торин лишь молча кивнул, подтверждая наши самые мрачные догадки.

— А они вообще могут сцепиться между собой? — поинтересовался я, прикидывая шансы.

— Кто их знает. Глотархи в этом плане довольно трусливы, лишний раз в драку с равным не полезут, — бросил Торин.

Наш постоянный преследователь к этому моменту как раз исчез из виду. Хотелось верить, он не сбежал окончательно, почуяв более сильного зверя, а просто затаился в густых кустах.

Мне самому стало смешно от таких мыслей. Еще несколько минут назад я мечтал, чтобы этот гад провалился сквозь землю, а теперь всерьез надеюсь, что он продолжает за нами следить.

Как назло, именно в этот момент где-то высоко в ветвях истошно закричали вороны. Их резкий, надрывный карк только сильнее накалял и без того тяжелую атмосферу, разносясь эхом по притихшему лесу. Птицы спускались ниже, словно пытались сказать что-то важное.

Вдобавок к этому со всех сторон регулярно доносился подозрительный шелест. Кусты то и дело вздрагивали, заставляя нас навострить уши по максимуму и ловить каждый шорох.

Ларк, который до этого старался держаться молодцом, впервые за всю дорогу вытянул из ножен нож. Он сжимал рукоять с такой силой, что костяшки на пальцах заметно побелели, а само лезвие мелко подрагивало в такт его неровному дыханию. Было видно, парень на пределе и готов полоснуть любого, кто выпрыгнет на нас.

Кусты слева от нас зашелестели сильнее обычного. Я резко повернул голову на шум и в самой гуще листвы заметил недобро блеснувшие глаза. А в следующую секунду монстр, уставший от долгого преследования, решил устроить второй раунд состязаний.

Я выставил копье, направив острие в сторону подозрительного шороха. Мы замерли, готовые встретить атаку в лоб, но кусты вдруг зашуршали совсем в другом месте. Хищник начал плавно обходить нас, скрываясь в густой зелени. Я вертелся на месте, пытаясь удержать его в поле зрения, но зверь виртуозно петлял, стараясь нас запутать.

Монстр резко сменил направление и начал кружить в обратную сторону, против моего движения. Я не сразу сообразил, что произошло, и на долю секунды потерял его из вида. Глотарх мгновенно воспользовался этой заминкой. Понимая, что я оказался с другой стороны и не успеваю ударить, он мощной пружиной выпрыгнул из зарослей и бросился прямо на Торина.

Торин начал быстро отступать, пытаясь разорвать дистанцию, а я рванул наперерез, надеясь втиснуться между ними. Мне нужно было во что бы то ни стало отделить товарища от хищника, пока тот не успел пустить в ход свои жуткие челюсти.

В воздухе лязгнули зубы, и тяжелая туша почти прижала Торина к земле. Я вскинул копье для удара, но в этот момент из глубины леса, прямо за нашими спинами, донесся еще один тихий, утробный рык. Кажется, второй охотник, о который обгладал оленя, тоже решил заявить свои права на добычу. Видимо о нем нам пытались сказать птицы.