—Что?

Рубелия резко посмотрела на мужа, задавшего вопрос.

Боги. Для нее вдовствующая императрица была врагом, которого она должна уничтожить, чтобы выжить. Но для Арнера факт ее непринадлежности к королевской семье губителен.

—Я не хотела... Я не знала, что так будет.

Рыдала женщина, закрывая глаза рукой. Она не представляла, что будет так больно открыть свою тайну. Все годы, прожитые в пучине вины, казались ей такими тяжёлыми.

Дышать.

Впервые ей казалось, что она может дышать.

—Подождите, хотите сказать, что вдовствующая императрица не принцесса Вердана?

Глухо произнесла Рубелия. Ее свекровь смогла обмануть всех. Она так ловко разыграла свою партию, что никто никогда бы и не подумал, что вдовствующая императрица не имеет отношение к королевству.

—Ложь! — вскочил Арнер, бросая тяжёлый взгляд на мадам Авель. — Как вы смеётесь лгать нам прямо в глаза?

Женщина открывала нервно рот в попытке отдышаться.

—Я не лгу! Я правда честна с вами! Я сама видела это!

Ее руки дрожали, пока она пыталась убедить императорскую чету в своей честности.

—Арнер успокойся, сядь, — девушка погладила его по спине, снимая напряжение. — Мадам Авель, вот, выпейте, вам полегчает.

Она протянула чашку женщине, помогая ей сделать глоток. Мадам Авель заикалась, но покорно выпила.

—Спа...спасибо.

—Расскажите подробнее, что тогда произошло.

Рубелия держала ее за руки, не обращая внимание на притихшего мужа. Он стоял в стороне от женщин, сжимая подбородок до белых костяшек.

—От Роиснада пришло предложение о браке. Все надеялись, что союз остановит надвигающуюся войну. Королевский двор готовился к сборам.

Женщина смотрела на свои старые руки, вспоминая те беззаботные дни. Дни, которые обернулись кошмаром.

—Экипаж был небольшой. Десяток охранников и две служанки, что прислуживали принцессе. Я и простолюдинка Вайлет. Она недавно появилась во дворце, ее выкупил король, который обожал красивых женщин.

Императрица не понимала, почему мадам Авель говорит о Вайлет, но не стала перебивать в отличие от императора.

—Зачем нам знать про какую-то служанку?

Он не хотел, чтобы его подозрения оправдались. Что если мадам Авель тронулась умом за долгие годы?

Арнер замолчал, когда Рубелия кинула на него суровый взгляд.

—Было решено, что мы обе будем прислуживать принцессе. Все было хорошо, пока мы не остановились вблизи границы.

Женщина всхлипнула, качая головой. Говорить правду было сложнее. Все эти годы мадам Авель не могла даже вслух признать свою вину.

—Я всегда делала принцессе массаж, помогая ей подготовиться ко сну.

—Мадам Авель, что произошло в ту ночь?

Императрица сидела рядом с ней, помогая женщине выговориться.

Что такого произошло в поездке в Роиснад, что заставило няню принцессы подстраивать свою смерть?

—Вайлет попросила поменяться. Она хотела сама служить принцессе, — пробормотала женщина, смотря на императрицу. —Зачем я ее послушала? Я так сожалела потом.

Если бы она могла вернуться в ту ночь, то никогда бы не послушала Вайлет. Спокойная служанка, которая усердно выполняла свою работу. Ни одной жалобы, ни одной ссоры.

Почему мадам Авель тогда не заметила ее завистливого взгляда?

—Когда я все-таки забеспокоилась и вошла в палатку принцессы, она была мертва.

Тишина опустилась на гостиную. Рубелия чувствовала спиной прожигающий взгляд мужа.

—Вайлет убила ее?

Тихо спросила императрица.

Вайлет служанка из королевского дворца, что смогла стать императрицей Роиснада.

—Я до сих пор помню ту картину. Бездыханное тело принцессы с ножом в спине и Вайлет...она стояла вся в крови, но ее взгляд был таким холодным. Она заранее все спланировала.

Этот момент навсегда останется в ее памяти. Ее бедное дитя, о котором она заботилась с самого рождения, умерла, даже не увидев лицо своего убийцы. Ее прекрасные длинные пряди были запачканы кровью, а губы, что всегда улыбались, больше не произнесут ни слова.

—В ту ночь она была готова убить меня. Я испугалась! —закричала мадам Авель, чувствуя напряжение гостей. — Вайлет предложила решение.

Она не могла пойти против человека с ножом в руке. Она уже убила одного, что мешало ей сделать тоже самое и с мадам Авель?

—Она поменялась местами с принцессой?

То, чего боялись услышать супруги. Вдовствующая императрица, о величии и щедрости которой ходили разговоры, на самом деле была обычной простолюдинкой.

Она пошла на убийство, чтобы взойти на трон.

Рубелия поежилась, вспоминая лицо свекрови. Почему она раньше не замечала холодный оскал или абсолютное равнодушие женщины?

—Да, мы похоронили принцессу, как служанку. Придумали что-то о странной болезни, которая была очень опасной. Никто из стражников не видел лица принцессы, а потому они ничего не заподозрили.

Кивала мадам Авель, смотря на свои руки. Те самые, которые испачкались в крови принцессы, пока они прятали ее тело.

—А как же портреты? — не унимался Арнер. — Ведь до брака отец видел портрет матери.

Мог ли покойный император не заметить отличия?

—На самом деле, Вайлет и принцесса очень похожи. Тёмные волосы и карие глаза. Списать несхожесть можно на ошибку художника.

—Почему никто ничего не заподозрил?

Не понимала Рубелия. Принцесса королевства была убита в дороге. Неужели Верданские послы никогда не посещали Роиснад? Хотя бы для продления договора о мире.

—Вайлет уничтожила каждого. Как только мы приехали во дворец Роиснада, она отравила всех стражников, подставив их.

Мадам Авель была настолько шокирована десятками трупами в казарме, где остановились рыцари королевства, что долгие годы не могла избавиться от заикания.

Вайлет была беспощадной, уничтожая каждого, кто вставал на ее пути. Она наконец-то добралась до власти, а потому не хотела потерять ее.

Лучше уничтожить сорняки, пока они не проросли.

—Вот почему говорили, что Вердан отправил больных слуг, чтобы начать войну с Роиснадом.

Вздохнула Рубелия. Рассказ женщины вписывался в информацию гильдии.

Вайлет смогла найти прекрасный яд и сыскать для себя прощение.

Жестокая женщина.

—Да, она все продумала. Чтобы император ничего не заподозрил, Вайлет сумела убедить его в своей преданности.

Насколько сильна была привязанность покойного правителя Роиснада к своей жене?

—Я столько лет жила, скрывая ее тайну. Я больше не могла, понимаете?

Всхлипывала женщина, потирая руки. Она не верила, что наконец-то открыла свой грех.

—Поэтому вы сбежали?

—Да, да, я сбежала, как предатель. Я так любила принцессу, но ничего не могла поделать. Если бы все узнали, что в поездке умерла будущая императрица, то нас бы казнили.

Заплакала мадам Авель, вспоминая светлое лицо своей госпожи.

—Моя девочка, как же я виновата перед ней.

Она будет просить прощения всю оставшуюся жизнь. Просить Богиню сделать все произошедшее сном, не более.

—Вашей вины нет, мадам Авель, — успокаивала ее Рубелия, игнорируя взгляд мужа. — Если Вайлет хотела занять место принцессы, то сделала бы это и другим способом. Не это главное.

—А что?

Женщина не понимала, о чем говорит императрица.

—Вы сможете дать показания на суде?

—Нет, нет, я не поеду в столицу, — мадам Авель вскочила, ходя по комнате. — Я не хочу видеть Вайлет. Я боюсь ее. Она убьёт меня.

Стоит вдовствующей императрице увидеть ее лицо, как она немедленно избавится от нее. Вайлет была страшна, но сейчас у нее власть. Она не будет церемониться, чтобы убрать лишнего человека.

—Успокойтесь, мадам Авель. Всё хорошо. Вас никто не заставляет.

Рубелия обняла ее, позволяя выплакаться. Императрица столкнулась с невыразительным взглядом мужа, но он только молча вышел из дома.

Всю дорогу до гостиницы, император не произнёс ни слова. Он даже не смотрел на жену, прибывая в своих раздумьях.

Насколько тяжело ему принять правду?

Стоило им войти в комнату, как Рубелия больше не могла терпеть. Она остановилась перед мужчиной, обращая его взгляд на себя.

—Как поступим?

Все зависело от его слова. Она передала Арнеру всю полноту власти. В первую очередь, вдовствующая императрица была матерью ее мужа, а уже после ее врагом.

—Нет смысла ее везти насильно, — вздохнул император, убирая руки в карманы. — Она может отказаться предстать перед судом.

Было затруднительно упрашивать мадам Авель отправиться с ними. Страх перед вдовствующей императрицей настолько силен, что женщина даже не может говорить о ней без дрожи в голосе.

— Скажет, что мы оболгали ее или прикинется сумасшедшей.

Это был самый худший расклад. Рубелию и Арнера поднимут на смех.

—Тогда?

Императрица закусила губу. Нельзя позволить Вайлет уйти без наказания. Она уничтожала людей на своём пути, даже не задумываясь о том, что ее ждёт в будущем.

—Я не оставлю это дело. Я буду закидывать ее письмами, но все равно уговорю.

Он сжал челюсть, понимая, какую работу ему предстоит сделать.

Как только правда о его крови выйдет наружу, император может потерять трон. Это пугало. Остаться без власти, когда рос в ней, будет невыносимо.

Рубелия подошла ближе к нему, кладя руки на плечи.

—Арнер, правда о прошлом твоей матери мало, что меняет.

Как бы ему хотелось, чтобы жена была права. Но на трон были и другие претенденты. Пусть не прямые, но их дальнее родство с покойным императором оставляло призрачную надежду.

По крайней мере, они были аристократами.

—Меняет, Рубелия. Всё меняет.

Она даже не подозревает, что советники против него. Из-за резкого реформирования в законодательстве императора не очень любят.

Его враги могут воспользоваться его не чистой кровью и свергнуть.

—Ты все равно император Роиснада.

Настаивала девушка. Она не могла смотреть на страдания мужа.

—Незаконный. Моя мать простолюдинка, что даже дворцовой служанкой не имеет право быть.

Он скривился, вспоминая историю мадам Авель. Император ненавидел вдовствующую императрицу за многие вещи, но за такой обман презирал.

Она сама поставила сына в шаткое положение.

—До этого дня я думал, что единственное что у меня есть безоговорочно - титул. Поэтому я так много трудился, чтобы не запятнать свое положение. Но оказалось, я даже права на трон не имею.

Он усмехнулся, опуская голову.

Смешно. Арнер сомневался в своих умениях и достоинствах, но никогда не в принадлежности к королевской крови Вердана.

—Ты сын императора.

—В старые времена я был бы обычным бастардом.

Тот, чье появление во дворце не признается. На бастардов смотрят с опаской, не доверяют и никогда не признают частью империи.

Участь бастардов - умереть от руки законного сына или прожить всю жизнь в стыде.

—Не обязательно, чтобы все узнали.

Прошептала Рубелия. Она думала об этом всю дорогу до гостиницы. Если правда всплывет наружу, то Арнер может лишиться трона.

Ни она, ни он не хотят этого. Никто не сможет управлять империей лучше, чем тот, кого этому обучали.

—Что?

Нахмурился мужчина. Он подозревал, о чем говорит жена.

—Не нужно сразу вести мадам Авель в суд, — их взгляды встретились. — Можно скрыть твою кровь.

Почему эта девушка говорила такие безумные слова. Скрыть правду? Сделать это не трудно, но жить всю жизнь в ожидание, что однажды о твоей постыдной крови станет известно - невыносимо.

Скрытые тайны разрушают человека. Мадам Авель страдала от этого всю жизнь.

—Рубелия.

Прошептал император, не веря ее словам. Его жена была слабее, чем мать. Поэтому Арнер переживал, что вдовствующая императрица сможет сломать Рубелию.

Но то, о чем сейчас говорила девушка, показывало насколько ей дорог муж. Она готова разделить с ним тайну его рождения, чтобы спасти от свержения.

Он вновь влюбился в нее сегодня.

—Я знаю, что это преступление, — она кивнула, закусывая губу. — И если правда станет известна не только тебя, но и меня казнят, но, Арнер, я сохраню твою тайну.

Богиня, за какие заслуги ты послала мне эту девушку? Почему она готова пойти на преступление ради меня? Заслужил ли я этого?

—Рубелия.

Шептал Арнер, дотрагиваясь до ее щеки. Она прикрыла глаза, довольствуясь мягким прикосновением.

Так тепло. Ей не хватало мужа. Столько дней, проведённых в тоске и обиде, растворились, стоило увидеть его влюблённый взгляд.

Почему он смотрел на нее так отчаянно? Она не понимала ни Арнера, ни его чувств.

—Рубелия, я буду благодарить Богов до конца своих дней за тебя.

Его лоб соприкоснулся с ее, позволяя мужчине вдохнуть родной аромат. Их ссора затянулась, лишив его удовольствия от одного присутствия жены.

—Рубелия.

Шептал он, довольствуясь нежной кожей. Император опустил голову, оставляя несколько поцелуев на шее императрицы.

Так чувственно. Рубелия была уверена, что растает в объятьях мужа. Его губы дарили самые приятные поцелуи, заставляя ее желать большего.

—Арнер.

Не сумев выдержать влюблённый взгляд жены, мужчина обрушился на ее губы с поцелуем.

Она сохранит твою тайну, Арнер. Ради нее ты должен завоевать весь мир и преподнести ей.