Камера, куда привели Рубелию, была грязной и серой. В темнице императорского дворца пахло зловоньями и кровью. Императрица не хотела знать, сколько людей здесь отвели свои души.

Она вздохнула, садясь на холодный пол. Устало смотря на выход, Рубелия молила Богиню, чтобы Арнер побыстрее очнулся. Каждый час, проведенный в темнице, казался ей годом. Когда она сойдёт с ума в этих стенах?

—Богиня моя Келирия, не оставь меня здесь. Помоги выбраться, помоги очистить свое имя.

Но в ответ на ее молитву послышался только смех.

—Боги не слышат здесь. Они даже не знают о таком месте, — хриплый мужской голос доносился из соседней камеры. — Зря молишься.

Рубелия вздрогнула, посмотрев в сторону. Когда ее вели, она даже не заметила, что в других камерах есть заключённые.

—Молитва - единственное, что мне осталось.

Мужчина снова рассмеялся, громко кашляя. Императрица поежилась от холода, подбирая ноги. Она хотела спать, но боялась закрыть глаза. Боялась, что снова очнется здесь.

Боги, пожалуйста, пусть это будет сном. Как бы Рубелия не готовилась к заточению, она боялась. Сердце стучало так сильно, словно испуганная птица в клетке. Маялось, зная, что выхода не будет.

Нет, Арнер проснется. Проснется и тогда он вернет ее.

Послышались шаги, и к камере, где находилась императрица Роиснада, подошёл мужчина. Рубелия скривилась, увидев его лицо.

—Герцог Диаблос, рада встречи.

—А я как рад, императрица, —мужчина поклонился с противной улыбкой на лице. — Как ваше пребывание в темнице?

Издевается. Конечно, только она взаперти, пока этот жук расхаживает на воле.

—Не жалуюсь. Простите за моё гостеприимство.

—Что вы, Ваше Величество, я не пытался вас оскорбить. Понимаю, для вас настали тяжёлые времена.

Ах, как ей хотелось плюнуть ему в лицо. Это надменное выражение она возненавидела с первых секунд его пребывания здесь. Как Каролина могла жить с ним столько времени?

—Жизнь бывает изменчива. Сегодня я ючусь в этой камере, а завтра, можете, и вы.

Она усмехнулась, видя его презрение. Не приятно? Откуда пошла эта традиция насмехаться над теми, кто быстро падает с вершины?

—Я мог быть здесь вашими усилиями.

Он знал. Было бы странно, если бы первый герцог империи даже не заметил, как император подозревает его.

Диаблос подошёл ближе.

—Если бы императрица не пыталась подставить меня, то здесь бы не оказалась.

Рубелия сглотнула. Так вот откуда росли ноги. Ранение Арнера им на руку, чтобы уничтожить одного из ближайших к нему союзников.

—Я ненадолго здесь, герцог. Скоро император вытащит меня.

Он рассмеялся, хватаясь за грязную решетку.

—Вы верите в это, Ваше Величество? — смех мужчины стих, обнажая острые зубы. — Император никогда не очнется. Время Арнера прошло, его запомнят, как правителя на пару месяцев.

Рубелия сжала зубы. Почему бог не мог покарать Диаблоса? Этот мерзавец, который сейчас хвастается своим положением, действует ей на нервы.

—Недальновидно говорить так о человеке, который ещё жив.

Диаблос скривил верхнюю губу, оглядывая императрицу с ног до головы.

—Я могу так говорить. Ведь я точно знаю, что прав, —мужчина наклонился, понижая тон. — Император не очнется, я позаботился об этом.

Императрица вздрогнула, чем вызвала усмешку на губах мужчины. Он выпрямился, довольный собой и пошёл прочь.

—Подготовьтесь, Ваше Величество, скоро начнётся допрос.

Девушка сглотнула, почувствовав судорогу в пальцах руки. Она смотрела на грязный пол, не зная, что ей делать. Рубелия боялась боли, не хотела страдать в руках стражников. По закону Роиснада к аристократам нельзя применять физическую силу, что способна оставить следы на теле. Однако преступление Рубелии будут рассматривать, как предательство Роиснада, а предателей никто не щадит.

—Так ты императрица?

Снова спросил заключённый.

—Побольше уважения.

Огрызнулась девушка, но услышала только смех. Больной и ядовитый.

—Уважение к императрице, что затащили в эту грязную камеру? А что сделаешь, если не проявлю его?

Она прикрыла глаза, мысленно прося Арнера побыстрее очнуться. Пожалуйста, уже пора. Проснись и вытащи меня из этой камеры.

—За что тебя сюда?

Рубелия пыталась отвлечься от мыслей о скорой боли.

—Братоубийство. Хотел графом стать, только второй на очереди.

Мужчина хмыкнул.

—Так власти желаешь?

—Мне суд назначен. Смешные. Думают, что напугают меня своим наказанием. А я всю свою жизнь страдал от рукоприкладства. Брат бил так, что синяки месяцами не сходили.

В его голосе звучало презрение. Он не жалел. Только сейчас мужчина мог понять, что он освободился от власти жестокого человека. Казнят ли его теперь? Не важно.

—Поэтому и убил его?

Спросила императрица, разминая пальцы.

—Да, и не жалею, — ответил без уклонений заключённый. — А вас почему сюда посадили, Ваше Величество?

Рубелия чуть улыбнулась. Она считала минуты до того, как к ней придут с допросом.

—Думают, я покушалась на жизнь императора.

Арнер, что защитил ее своим телом, сейчас боролся за жизнь, пока его жена гнила в темнице.

—Ясно, семейная ссора. Вы не первая императрица, чье правление закончилось в заточении.

Она хихикнула, чувствуя, как со смехом уходит напряжение.

—Может быть, но я буду первой, кто здесь не останется.

Рубелия сжала пузырек с прозрачной жидкостью. Последний подарок подруги, который императрица собиралась сохранить до назначенного времени.

Двери открылись, позволяя линии света проникнуть в грязную темницу. Кто-то шел, тяжело переставляя ноги. Императрица зажмурилась, прося, чтобы этот гость не был ее. Но неизвестный остановился возле ее камеры, отворяя дверцу.

Рубелия зажмурилась, тяжело сглатывая.

Арнер, где же ты?

* * *

Аннет прикрыла глаза, тяжело дыша. Никто из лекарей не делал ничего подозрительного, но император не мог очнуться. Она старалась успокоить свой разум, но мысли о тяжёлом положении Рубелии не давали право расслабиться.

—Миледи, — вошедшая служанка поклонилась, — я не смогла привести сэра Кидрея.

Урверт нахмурилась, сжимая губы.

—Почему?

—Старшая горничная приказала арестовать его за драку.

Аннет прикрыла глаза, ругая в сердцах этого глупого мужчину.

—С кем он подрался?

—С сэром Верматом.

Как ни кстати. Задержание Кидрея, единственного человека, кто, кроме Аннет, был на стороне императрицы.

—Говоришь, старшая горничная приказала?

Диана. Как ты можешь действовать против своей же госпожи?

Урверт вздохнула, потирая подбородок.

—Миледи, означает ли это, что императрица пала? —служанка испугалась, прикрывая рот. — Тогда и вы можете пострадать, если вспомнят о ваших близких отношениях с императрицей.

—Молчи, и так голова болит.

Урверт ходила по палатке, в страхе оглядываясь на вход. В любой момент стража могла нагрянуть и к ней.

—Вот что. Ты должна кое-что сделать. Езжай в ближайшую деревню и найди лекаря.

—Миледи, — ахнула служанка, — как может деревенский лекарь лечить императора?

Урверт закатила глаза.

—Но если эти остолопы имперские не могут или не хотят заниматься лечением императора, что нам остаётся?

Снаружи послышался шум, заставив Аннет выйти из палатки. Все суетились, слуги бегали.

Девушка остановила одного из стражника.

—Что случилось?

—Император пришёл в себя.

Аннет вздохнула, падая на землю. Служанка тотчас подбежала к ней, поднимая свою миледи. Урверт улыбалась, понимая, что все проблемы решены.

—Мы спасены, императрица. Скоро все кончится.

Шептала девушка, прижимая руку к сердцу. Аннет представляла какой скандал закатит император, узнав о том, как обращаются с его женой.

Скоро все наладится.

Однако радость быстро закончилась, когда пришла новость о том, что император вновь потерял сознание.

* * *

—Я ничего не делала.

Качала головой Рубелия. Она устала повторять одно и тоже, но вопросы начальника стражи не заканчивались.

—Я пытался по-хорошему, — мужчина вздохнул, стуча по стене. — В ваших же интересах было бы сказать правду.

Императрица испуганно смотрела на вход в темницу, прислушиваясь к шагам. Несколько человек остановились возле камеры.

—Вдовствующая императрица?

Рубелия была удивлена, увидев знакомое лицо. Свекровь в чёрном одеяние зашла в камеру, бросая на невестку жалостливый взгляд.

—Вдовствующая императрица, вы должны помочь мне, — отчаянно просила Рубелия, подходя ближе к женщине, но ее остановил начальник стражи. — Я ничего не делала. Я бы не смогла причинить Арнеру вред, он мой муж.

Вдовствующая императрица вздохнула, качая головой.

—На что способна жена, к которой муж холоден?

Девушка замерла. О чем она говорила?

—Весь дворец знает, что Арнер оставил тебя в первую брачную ночь.

Рубелия мотала головой, не веря услышанному. Плохие отношения супругов не могут быть причиной для убийства. Они пытаются оболгать ее. Девушка не примет подобного.

—И что? В этом мой мотив? Зачем мне убивать императора? — огрызалась Рубелия, смотря то на свекровь, то на начальника стражи. — Ведь после его смерти я уже не буду императрицей.

—Женская обида затмила твой разум.

Рубелия усмехнулась. На любой ее вопрос, вдовствующая императрица давала абсурдный, но приемлемый ответ. Они хотят подставить ее. Император умрет, а императрицу обвинят в его смерти. Никто не будет искать правду. История выглядит правдивой.

—Вы же не верите в это.

Качала головой Рубелия.

—Мой сын пришёл в сознание на пару минут, а потом умер! Как я могу верить тебе?

Рубелия пошатнулась, услышав слова женщины. Арнер очнулся? Всего на пару минут? Нет, не может быть, чтобы он умер. В прошлой жизни охотничьи соревнования прошли спокойно без смертей. Так почему все изменилось?

—Нет, Арнер жив, я знаю, он жив, — шептала Рубелия, не веря услышанному. — Вдовствующая императрица, вы же сами выбрали меня. Я же ваше доверенное лицо.

Она смотрела на женщину, пытаясь найти у нее пристанище. Рубелия была ей полезна, чтобы влиять на сына, но в случае его смерти, для вдовствующей императрицы нет смысла держать рядом девушку.

—Я пригрела змею на груди.

Она покачала головой, выходя из камеры.

—Нет, Арнер жив. Жив. Он скоро придёт и вытащит меня!

Судорожно качала головой девушка. Она знала, что он жив. Знала и отказывалась верить в жестокие слова свекрови.

Рубелия не заметила, как слезы покинули ее глаза.

—Глупое дитя, даже не осознаешь, что ты погубила моего сына. Ты виновата в его смерти. Заманила его в лес, инсценируя исчезновение, а потом жестоко напала на него.

Всхлипнула вдовствующая императрица, принимая протянутый начальником стражи платок. Они все соболезновали ее горю, как матери потерявшей сына.

—Это не правда!

Вскрикнула Рубелия, отходя к стене.

—Пытайте, пока не сознается.

Жестко бросила напоследок вдовствующая императрица, выходя из темницы.

—Нет, нет, постойте! Вдовствующая императрица, это же вы. Ваш приказ! Герцог Диаблос уже сознался в содеянном, но я знаю, что приказ отдали вы!

Кричала Рубелия, обнимая себя руками. Она растерянно смотрела на начальника стражи и двух мужчин с чёрными свертками.

—Что вы собираетесь делать?

Испуганно спросила девушка, всхлипывая. Она ужаснулась, увидев множество инструментов для пыток.

—Рубелия Грохмат, признаете ли вы свою вину?

Спросил начальник стражи, смотря холодным взглядом на бывшую императрицу.

—Я же сказала. Нет! Я не покушалась на Арнера!

Мужчина пожал плечами, протягивая руку одному из стражников. Рубелия вздрогнула, заметив тяжёлый скипетр.

Она даже не хотела знать, как начальник стражи будет использовать этот инструмент.

Прошли часы, за которые Рубелия успела возненавидеть весь мир. Боль по всему телу была такая, что невозможно было дышать. Девушка посмотрела на свое тело в синяках и ссадинах, где-то присутствовали ожоги.

Каждый раз ее спрашивали признает ли она свою вину. И каждый раз, слыша отрицательный ответ, начальник стражи наносил удары.

—Эй, ты как?

Спросил мужчина, подбираясь ближе к стене, что их соединяла.

—Ты так кричала, что мне уши заложило.

Рубелия лежала на полу, кряхтя от боли в ребрах. Ее голова тяжело опиралась на стену, пока тело гудело от напряжения.

—Ты слышишь меня?

—Не кричи, — прохрипела девушка, — слышу.

Мужчина убедился, что она жива.

—Что делать будешь? Тебя же отправят на казнь!

Уже завтра. Начальник стражи покинул ее, бросив напоследок гадкое решение. Завтра на рассвете преступницу казнят, не проводив следствия.

Рубелия закрыла глаза, протягивая руку к углу камеры. Она сжала пузырек с ядом, смотря на него прожигающим взглядом.

Девушка всхлипнула, роняя тяжёлые слезы. Она не хотела умирать. Ей было так больно, что и в этой жизни приходится страдать. Как бы Рубелия хотела освободиться от своей участи.

Она сжала пузырек сильнее. Почему она не может выпить яд? Все бы закончилось в мгновение ока, как только жидкость попала в рот. Просто заснуть и отправиться в лучший мир, где тело не будет болеть от избиений, а душа не будет стыдиться того, чего не сделала.

Почему она не может умереть? Почему в ее сердце все ещё живёт надежда на Арнера? Он мертв. Мертв, а потому не может помочь ей, но Рубелия до конца хочет верить. Отчего-то в душе нет ощущения потери.

—Арнер, приди, пожалуйста, приди.

Хрипела девушка, смотря на пузырек.

Она открыла его.