- Есть мысли? – поинтересовалась Ава, внимательно наблюдая за ней.

К этому моменту официант принес заказ. Ставя бокалы на стол, он не спускал с симпатичной брюнетки заинтересованного взгляда. Заметив это, Ава игриво улыбнулась и подмигнула ему, а когда он ушел, вновь переключила свое внимание на подругу.

- Есть. – не весело выдала Джин.

- М? – вопросительно промычала Ава, потягивая лимонад.

- Многим интересна и желанна моя смерть. Но только один рискнет воплотить эту фантазию в жизнь.

- Шакс? – брови Авы взметнулись вверх – Ты думаешь, это он?

- А кто еще? Только у него есть все ресурсы и мотивы, чтобы убрать меня. Тем более на кануне Игр.Тем более ты знаешь о его маленьком сообществе.

- Сомнительно все это. - не веря в ее догадки, протянула Ава - Он хочет видеть тебя в своем "сообществе", ты нужна ему. Тем более не тот он человек, чтобы так грязно играть. Если б он хотел тебя убрать, действовал бы открыто, на поле боя.

- Такое ощущение, что ты им восхищаешься. – фыркнула Джин.

- Он такой секси. – Ава смущенно поморщилась.

Джин выпучила на нее глаза, а затем изобразила рвотный позыв.

- Ты вообще на чьей стороне?!

- На твоей, конечно. – поспешила оправдаться подруга – Но все-таки, думаю тебе надо искать кого-то более трусливого и скользкого.

- Так я и нашла – Шакс.

Поняв, что спорить бесполезно, Ава отступила.

Джин хотела еще посидеть в кафе и насладиться компанией подруги, с которой в последнее время удавалось не так часто видеться, как все ее планы нарушил один телефонный звонок.

- На работу?

- Угу. – с неудовольствием буркнула она – Вопрос жизни и смерти. – с иронией добавила она.

- Конечно-конечно, шлепай.

Заметив, что подруга ни капли не расстроилась ее спешному уходу, Джин медленно перевела взгляд на молодого официанта, который продолжал бросать на Аву заинтересованные взгляды.

Вернув внимание к соседке за столиком Джин увидела, как та пытается спрятать стыдливую улыбку.

- Шалава!

- Да пошла ты!

- На созвоне.

- Люблю-целую!

Обменявшись друг с другом жестами из средних пальцев, Джин покинула кафе.

***

Сцепив руки за спиной, майор Торингейл неспешной походкой приближалась к казарме рекрутов, где на входе ее ждала парочка старших лейтенантов.

Еще издалека она заметила их мрачные, серые лица, но не придала этому особого значения.

Подойдя ближе, она смерила их надменным, недовольным взглядом сверху вниз, как умеет это делать только она.

- Если причина, по которой два плешивых лейтенанта выдернули меня на работу в мой единственный выходной, окажется не веской, я всажу пулю в башку каждому из вас. А вашему командиру скажу, что так и было.

Лейтенанты нервно переглянулись, потоптались, но все не решались заговорить.

- Ну?! – подтолкнула она их.

- Майор Чандлер. Он… - Сирена запнулась, увидев, как резко изменилось лицо Джин с лениво-невозмутимого на напряженно-свирепое.

- Что с ним?

Сирена мялась.

Нервное напряжение, тревога и нетерпение сорвали поводок с самоконтроля Джин, и, выхватив в мгновение ока пистолет, она воткнула его в живот Алану.

- Если сейчас же не скажешь, что с майором и где он, я всажу пулю в пузо твоему мужу.

Увидев, как вытянулись и еще больше побледнели их лица, Джин закатила глаза.

- Ребята! Ну вы серьезно? Думаете, я и отакомне знаю? Даже немного обидно. – поцокала она языком – Я знаю обо всем, что тут происходит. Кто с кем дружит, не дружит, плетет заговоры и интриги. Кто кого защищает или же собирается предать. Знаю обо всем, даже о том, кто с кем вчера трахался.

Откинув всякую осторожность, Алан нагнулся к уху Сирены и прошептал:

- Интересно, зачем ей эта информация?

Но почувствовал легкое давление ствола в свой живот и быстро заткнулся.

- Что с Чандлером? – повторила интересующий ее вопрос Джин.

- Сегодня прошел первый этап второго отбора у рекрутов. – Сирена начала издалека.

- Ну…?!

- Десять рекрутов.

- Ну…?!

- Никто не выжил.

Джин помолчала, переваривая информацию

- Скверно. Но, такое бывает. Я тут причем?

- Майор… Он не в себе после этого.

Джин внимательно вгляделась в их виноватые лица, и ее осенило.

- Вы не рассказали ему о принципе второго отбора?

Оба потупили взгляды.

Поджав в недовольстве губы и издав грудной рокот, она убрала пистолет.

- Все же не понимаю, при чем здесь я?

- Ему нужна ваша помощь. – затараторила Сирена, чувствуя, что та собирается развернуться и уйти – Он никого не подпускает к себе. И мы подумали, может быть, вы смогли бы…

- Ха! – громко и не весело крякнула Джин – Не к тому обратились, детка. Думаю, я последняя, кого хочет видеть майор, особенно сейчас.

Джин уже развернулась и сделала пару шагов, удаляясь от казармы.

- Среди них была рекрут Реджина Дарси. – тихо сказал Алан.

Словно в подтверждение трагичности его слов, в небе сверкнула молния и раздался оглушительный гром.

Когда Джин зашла в казарму, первым делом ей в глаза бросилась гипсокартонная перегородка, разделяющая пространство на две половины.

- Вы установили стену? – искренне изумилась она.

- Не мы. – поправил ее Алан и кивнул в ту часть казармы, которая предназначалась для девочек – Он. – а затем еле слышно прошептал Сирене на ухо – А говорит, что все знает.

В казарме было тихо, пусто и мрачно, как в склепе. А на одной из кроватей сидел один-единственный человек.

Широко расставив ноги, положив локти на колени и низко склонив голову, он сжимал в руках коричневого плюшевого медвежонка.

- Он так уже четыре часа сидит. – шепотом проговорила Сирена – Ни с кем не разговаривает, ни на что не реагирует, даже не шевелиться.

Джин изучающе смотрела на него. Издалека было не видно выражение его лица, да и склонил он голову так низко, что хрен разглядишь. Но вся его поза была настолько напряженной и зажатой, что, казалось, он вот-вот лопнет по швам.

- Почему вы не рассказали ему? – не отрывая взгляда от Тедди, обратилась она к Сирене.

- Мы не хотели травмировать его.

- Мы просто не знали, как ему сказать. – добавил Алан.

Джин резко развернулась к ним и с осуждающим, злым взглядом принялась их отчитывать.

- Вы не подготовили его к этому! Не хотели травмировать? – она уперла гневный взгляд в Сирену – Для чего вас приставили к нему? Помочь! Помочь освоиться с правилами и законами. А вместо этого вы, двое недоумков, скрыли от него самую важную информацию. Позволили ему привязаться к рекрутам, не объяснив, что добрая их половина к концу этого месяца будет просто- напросто мертва! И это, – Джин махнула рукой в сторону Чандлера – Ваша вина!

И Алан, и Сирена с достоинством выслушивали обвинения в свой адрес. Да, они виноваты. Да, они облажались. Но тревога за командира заставляла их молча выслушивать гневную лекцию вперемешку с оскорблениями. Но если такова цена за ее помощь, а Сирена верила в то, что именно Аббадон могла привести майора в чувства, то и она, и Алан выслушают все молча, с гордо поднятыми головами.

- Так вы поможете? – спросила Сирена, когда Джин закончила брызгать слюной.

- Чего ты ждешь от меня, Нолан? – отчаянно развела руками Джин – Что я должна сделать?

- Просто поговорите с ним…

- Он ненавидит меня! Он меня даже слушать не станет.

- Станет. – подключился Алан – Просто попробуйте.

С тяжелым обреченным стоном Джин обернулась в сторону Тедди.

Тедди сидел и с отрешенным видом смотрел на плюшевого мишку, которого сжимал в руках.

В его голове до сих пор звучал ее тихий, дрожащий от волнения и страха голосок, когда она доверчиво протягивала ему мишку.

- Майор Чандлер вы постережете мистера Пушка, пока я буду там?

- Конечно, постерегу. – улыбаясь, обещал он – Не волнуйся. Он будет в полной безопасности ждать тебя вместе со мной, когда ты выйдешь.

Но она не вышла. Как и девять других.

Спустя двадцать минут после начала теста, лаборант в белом халате и с каменным, безразличным лицом сообщил, что ни один из рекрутов не прошел испытание. Сообщил так, как будто говорил не о жизнях ни в чем неповинных детей, а о каком-то неудавшемся блюде, говоря всем своим видом, что в следующий раз получится лучше.

А когда Тедди узнал про суть испытания и про то, что непрошедших ждет летальный исход, весь его мир раскрошился в одно мгновение.

Он самолично привел их на казнь. Сам, своими руками сопроводил их в эту дьявольскую лабораторию, завел в белоснежную палату с яркими лампами, уложил на кушетки и закрыл за ними дверь.

Сам… Он сделал это сам… И Реджина, и девять других рекрутов погибли из-за него.

Из транса его вывела черная фигура, появившаяся в поле зрения прямо перед ним.

Он не слышал, как она приближалась, даже не почувствовал ее. Был на столько уязвим, что, взбреди ей в голову перерезать ему глотку, она бы сделала это, не встретив на своем пути никакого сопротивления.

Джин медленно опустилась на соседнюю койку напротив него и в точности скопировала его позу.

Она молчала, он тоже.

Но, как ни странно, от ее присутствия ему стало немного легче. Алана и Сирену он принципиально не подпускал близко. Он злился на них. Злился за то, что те утаили от него такую важную информацию.

Но то, что Джин пришла, узнав о трагедии, пришла и просто села рядом с ним, разделяя его груз вины и горя, много значило для него.

Она молчала. Что она могла сказать? Что ей жаль? Что это нормально для их мира и ему не нужно так сильно принимать данную трагедию близко к сердцу? Что таковы законы магии их мира?

Для нее, возможно, такие утешения и сработали бы. Но для Тедди - нет. Он из другого мира, другого теста и других принципов. Весь его привычный мир внутри и снаружи отличался другими законами. И то, что произошло, рвало его на мелкие кусочки. Крошило его сознание и восприятие мира.

И пока она думала над тем, что сказать, он чуть качнулся и заговорил первым.

- Сегодня я потерял десять человек. Десять! - его голос был сиплым, с небольшой хрипотцой - Не на войне, на поле боя или задании. Их убила не пуля или несчастный случай. Их убила одна, сука, инъекция! Их просто усыпили как бродячих, никому не нужных котят. Усыпили с такой легкостью и хладнокровием, что мне, как солдату, видевшему много разных смертей, стало дурно и тошно от такого способа убийства. Почему? За что, Джин? Они же просто дети.

Он поднял на нее взгляд, а Джин резко опустила, уставившись на носки своих ботинок. Она трусливо спрятала глаза. Не была готова встретиться с его взглядом.

- Таков закон магии этого мира, Тедди. Ничего с этим не поделаешь. Выживает сильнейший. – пояснила она, стараясь говорить как можно мягче.

- Они ведь не просили эту силу. Разве они виноваты, что были рождены с ней? Почему одного дара не может быть достаточно? Зачем заставлять их умирать?

- Каждый должен доказать, что заслуживает ту магию, что течет в их жилах.

Джин попыталась поднять глаза и посмотреть на него, но, увидев, какая тихая ярость и боль бушевала в его взгляде, она впервые почувствовала зачатки зарождающегося страха внутри себя.

Если ее собственная ярость была громкой, взрывной и опасной, его была тихой, ужасно тихой и не менее опасной. Ее можно было сравнить с безлунной ночью, в темноте которой скрываются и поджидают свою жертву кровожадные, не знающие пощады чудовища. Попади таким в лапы, и живым точно не выберешься.

- И если ты когда-нибудь станешь королевой, ты будешь продолжать все это? – его подбородок резко напрягся, а глаза сузились до щелок.

- С хрена ли я должна стать королевой?! – опешила она.

- Недавно мне открылось, что ты принцесса. Оказывается, ты голубых кровей и скрыла это от меня.

Он говорил так, словно упрекал в ее происхождении.

- Ну, во-первых. – с тяжелым вздохом она выпрямила спину – Я не скрывала. Это известный факт. Во-вторых, я никогда не стану королевой, хотя бы просто потому, что не хочу. Мой брат - король, да. Но себя я давно отсекла от этой династии. В-третьих, я не знала, что ты не в курсе. Я была уверенна, что чертова фея уже давным-давно проинструктировала тебя на счет меня и велела при этом держаться как можно подальше от “чокнутой наемницы”.

Уголки губ Тедди непроизвольно дрогнули при упоминании о Лилит и о том, как Джин отзывается о ней, пытаясь передразнить ее.

Но когда жестокая реальность вновь упала на плечи Тедди грузом вины и ответственности, он вновь помрачнел и опустил голову.

- Им даже не сказали, куда и зачем ведут. Они не были готовы. У них даже не было шанса.

- Мне жаль. – искренне призналась она – Я не знала, что ты не в курсе.

- Ты пыталась помочь. – Тедди поднял голову и с огромным теплом и благодарностью посмотрел на Джин – Я помню, что ты сказала в тот день. Ты пыталась предупредить.

Его грусть перетекала на нее, словно они были связаны друг с другом, как два сообщающихся сосуда. Что есть в одном, автоматически заполняется во втором. Все те эмоции что плескались в нем сейчас: боль, скорбь, стыд и отчаяние - ощущались ею, как свои собственные.

- Но почему их не готовят к этому? Я не понимаю. Почему суть отбора держат в секрете?

Когда Джин нервно заерзала на своем месте, он понял, что она наверняка знает причину.

- Это из-за меня. – потупила она взгляд – Запрет на разглашение объявили после того как я в первый раз пошла на инъекцию. Я так не хотела… - покачала она головой и болезненно поморщилась от воспоминаний - Кричала, вырывалась, брыкалась. Тогда я покалечила трех санитаров, что пытались меня угомонить. Одному прокусила руку, другому откусила пол-уха, а третьему воткнула в глаз скальпель, который успела стащить со столика с инструментами.

Когда она закончила свое признание, вздохнула с глубоким свистом и посмотрела на Тедди.