Казалось, Тедди полностью контролирует и себя, и ситуацию, но на деле все было иначе. Крупица самоконтроля предательски покидала разум, и его руки заскользили вверх по ее бедрам. Остановив свое путешествие на ее талии, он мягко сдавил ее с боков.

- Так ты простишь меня, Тедди Чандлер? – и в заключение она провела языком по линии челюсти Тедди и мягко укусила.

Вот тогда все стальные канаты его самоконтроля лопнули, и мост под названием «рассудок» рухнул в зияющую черную пропасть.

Одним резким движением он обхватил ладонями ее голову и впился жестким, властным и довольно болезненным поцелуем в ее мягкие губы.

Она была к этому готова, более того, именно этого она и добивалась.

Сжав в кулаки края черной рубашки, она с силой потянула его на себя, прижалась к его горячей груди всем телом и с глухим протяжным стоном удовольствия открылась навстречу его поцелую.

Он прижимал ее все теснее и теснее, наслаждался ее вкусом, запахом и теплом. Все было именно так, как в том видении. Она была мягкой, вкусной, безумно податливой в его руках, как мягкая глина.

Джин чувствовала силу и жар, исходящий от его тела даже через одежду. Ткань рубашки, зажатой в ее кулаке, угрожающе трещала, но ей было этого мало, и она все продолжала и продолжала тянуть его на себя.

Он был таким сильным, крепким и в то же время мягким и чутким. Такое сочетание взрывалось в ней разношерстными эмоциями, похожими на салют. Такого она еще ни с кем и никогда не испытывала.

Его сила пьянила ее, она хотела большего. Хотела чувствовать внутри себя его силу, уверенность и надежность.

Тедди чувствовал, что с ней он не просто теряет контроль, он становиться совершенно другим человеком, полной своей противоположностю. Рядом с ней в нем просыпается тот первобытный, жадный и необузданный зверь которого он годами приручал, укрощал и подавлял. Теперь же этот зверь, требовал реванша и права доминирования.

С глухим рычанием он схватил ее за горло и одним резким движением, поменявшись с ней местами, подкинул ее и усадил на свой стол. Раздвинув ее ноги, он подтянул ее к себе и плотно прижал к своему возбужденному паху.

Джин схватилась за края его рубашки, готовясь дернуть их в разные стороны, как вдруг входная дверь тихо скрипнула.

Джин среагировала быстрее, чем подумала. Рука уже сама метнулась к пистолету на бедре, выхватила его и нацелилась на дверь.

Реакция Тедди тоже не подкачала. Перехватив ее руку с оружием, он резко опустил ее и развернулся лицом к двери, загораживая Джин своей спиной.

Продолжая сидеть с разведенными бедрами на столе, она медленно выглянула из-за спины Тедди.

В дверях кабинета с широко распахнутыми, испуганными глазами стояла меленькая светловолосая девочка в черной пижаме и прижимала к себе плюшевого медведя.

- Мне страшно. – захныкала она капризным голосом.

Чандлер сорвался с места и, подлетев к ребенку, присел на корточки рядом с ней.

- Почему тебе страшно?

Его голос был тихим, спокойным и ласковым.

Продолжая сидеть на столе с зажатым в руке пистолетом, Джин с изумлением и любопытством наблюдала за тем, как двухметровый бугай воркует с ребенком, как квочка. Поправляет ей волосы, заправляя выбившиеся кудряшки за ухо, шепчет что-то успокаивающее и милое, гладит ее маленькие ладошки.

Лица Тедди она не видела, но зато очень хорошо видела, с какой любовью, благоговением и восхищением на него смотрит маленькая девочка. Вопреки здравому смыслу Джин почувствовала укол ревности под левым ребром.

И словно почувствовав «соперницу», девочка метнула свой пронзительный взгляд в сторону Джин. Затем она опустила глаза ниже и увидела огромный пистолет в ее руке. Но ребенок даже не вздрогнул при виде опасного оружия. Она лишь вернула свой взгляд к лицу Джин и спросила:

- Я стану такой, как она? – девочка снова прошлась по Джин оценивающим взглядом.

Увидев, как Тедди начал мяться от неудобного вопроса, Джин убрала свой пистолет, слезла со стола и подошла к чудной парочке.

- А ты хочешь стать такой, как я?

- Майор Чандлер сказал, что научит меня быть сильной и смелой. Сказал, что у него есть сильная, храбрая и свирепая знакомая. И я стану такой же. Он говорил про вас?

Тедди тихо чертыхнулся и спрятал лицо, отвернув его в противоположную от Джин сторону.

- Вот оно значит как?! – загадочно протянула Джин и скосила взгляд на широкие плечи Тедди.

Затем она присела возле девочки, достала из кармана шоколадную конфету с апельсиновой начинкой и протянула ее ребенку. Немного помедлив, девочка все-таки взяла угощение из рук незнакомки.

- Если будешь хорошо учиться, обязательно станешь такой, как майор Чандлер тебе обещал.

Она намеренно не сказала «такой, как я», ведь описание Чандлера не очень походило под нее.

- Но главное…! – Джин взяла Реджину за руки, заставляя ее посмотреть себе в глаза и максимально завладеть ее вниманием – Запомни все, что я тебе сейчас скажу, это важно!

Тут Тедди напрягся и, резко повернув голову, уставился на Джин. В его взгляде читалось предостережение, говорившее: «Только попробуй ее обидеть!».

Джин проигнорировала его молчаливый, свирепый выпад и продолжила.

- Когда окажешься в полной темноте, ни в коем случае не оборачивайся. Иди вперед, только вперед. Как бы темно и страшно тебе ни было, иди только вперед. Ты поняла?

Реджина молча кивнула, продолжая смотреть Джин в глаза.

Смотря на них, державшихся за руки и смотрящих друг на друга, Тедди осенило, кого все это время ему напоминала Реджина. Она была точь-в-точь похожа на Джин, словно ее маленькая версия.

Те же светлые волосы, синие глаза, дерзкий взгляд, округлые миловидные черты лица. В голове проскользнула мысль: не родственницы ли они. Но он быстро отмел эту идею. Он прошерстил личное дело Дарси вдоль и поперек и нашел бы там подтверждение хотя бы их малейшего родства.

Нет. Они просто были похожи.

- Пойдем. – Тедди поднялся на ноги и мягко высвободил ладошки Реджины из рук Джин – Я отведу тебя в кровать. Уже поздно.

Подхватив ее на руки, он уже толкнул дверь, чтобы выйти, как его остановил леденящий душу голос Джин.

- Твоя привязанность тебя погубит. К ним нельзя привязываться. Особенно сейчас.

Тедди решил оставить этот разговор. Сначала отнести Реджину в койку, а затем вернуться к Джин и спросить, что она имела в виду.

Но когда он вернулся, ее уже не было, единственным доказательством ее присутствия были два картонных стаканчика с уже остывшим кофе, что продолжали стоять на его столе.

Глава 13

Рано утром Тедди направлялся в корпус Королевской гвардии. Ему нужно было увидеться с Джин по двум причинам: он хотел прояснить смысл ее последних слов, сказанных на кануне, и заодно утолить жгучую потребность в ней.

После вчерашнего поцелуя он мучился всю ночь, не в состоянии найти себе места. Эти ощущения были похожи на то, как если бы возле морды голодного зверя помахали куском сочного мяса, дали возможность лизнуть, раздразнили аппетит, а затем попросту отобрали.

Но дело было не только в тупом неудовлетворенном физическом желании. Было во всем этом что-то большее, глубинное и необъяснимое. Он нуждался не только в ее теле, которое так и не успел толком распробовать, он нуждался в ее присутствии. Просто хотел видеть ее, чувствовать рядом, слышать ее голос и чувствовать запах шоколада и цитруса.

Но чем ближе Тедди подходил к корпусу «Красных», тем тревожнее билось его сердце.

Прямо возле входа в черное мраморное здание собралась целая толпа народу, нервно переминающихся с ноги на ногу и тихо переговаривающихся друг с другом.

Все бы ничего, он привык к подобным стычкам, сопровождаемым скоплением зевак. Но когда он увидел, как в сторонке, наблюдая за событиями, стояли члены команды Джин, шестое чувство царапнуло грудь тревогой. Он узнал их по вишневым, кудрявым волосам навигатора и татуированному черепу медика.

Просканировав толпу, Тедди так и не смог обнаружить знакомую фигуру со светлыми, густыми волосами, затянутыми в высокий хвост.

Тогда он решил подойти поближе и узнать, в чем дело. Но когда увидел причину столпотворения, ледяной холод пополз по его позвоночнику.

- А! Майор! – крякнул Зак, заметив подошедшего Тедди – Доброе утро.

Люси, заметив Тедди, лишь скосила на него презрительный взгляд и отвернулась. Бил его даже не заметил, все его внимание было направлено на своего командира.

В центре толпы, истошно крича, стоя на коленях, один из капитанов «Синих» пытался из последних сил стряхнуть с себя Аббадон.

Поставив левое колено ему на плечо и сдавив голову с обеих столон предплечьями Джин в прямом смысле этого слова отрывала ему голову.

- Что происходит? – пытаясь оправиться от шока, спросил Тедди.

- Этот бедняга, - кивнул Зак в сторону кричащего от дикой боли капитана – Поставил свою голову на отсечение, что в этом году Аббадон не рискнет выйти против Шакса на ежегодных Играх. – пожав плечами, он добавил – Джин это услыхала.

- И решила привести приговор в исполнение. – закончил за него Тедди не сводя глаз с Джин.

-Ага. – простодушно кивнул Зак.

- И вы ее не остановите?!

Люси, скривив недовольное лицо, все-таки повернулась к Тедди и удостоила его своим вниманием.

- Разумеется, мы не остановим ее. И тебе… - она смерила его высокомерным взглядом – Не советуем вмешиваться.

Тедди не задела такая откровенная надменность девушки. Его больше волновала Джин.

На ее губах играла зловещая улыбка, но в глазах веселья не было. В них кружилась темная, глубокая, бескрайняя бездна. Сине-зеленые глаза потемнели настолько что стали синими, как ночное небо, а белки глаз покрылись обильной кроваво-красной капиллярной сеткой.

Она с наслаждением упивалась предсмертными воплями боли, отчаяния и безысходности своей жертвы. Она не видела и не слышала ничего вокруг себя. Только светлая макушка противника и его крики, которые она вдыхала с превеликим блаженством, смакуя его боль на языке.

Джин чувствовала, как хрустят его шейные позвонки, растягиваются жилы и связки. Еще чуть-чуть, и кости хрустнут, связки лопнут, а разорвать мягкие ткани - дело за малым. И когда она была уже совсем близка к своей цели, чьи-то сильные руки разжали ее смертоносный захват, подхватили за талию, подняли над землей и оттащили в сторону.

Она не видела, кто это был. Все ее внимание было приковано к своей жертве, к которой она торопилась вернуться и закончить начатое. Она огибала огромное препятствие перед собой, пыталась телепортироваться, но каждый раз ее ловили и останавливали.

И так продолжалось до тех пор, пока перед ней не всплыли темно-карие глаза.

Он ловил ее каждый раз, интуитивно чувствуя, где она появится в тот или иной момент. Кричал, звал ее, пытался достучаться до ее сознания. Но она явно не видела и не слышала ничего.

Тогда, зажав ее лицо в ладонях, Тедди насильно заставил ее посмотреть на себя, и как только их глаза встретились, Джин застыла как камень, словно ее парализовало.

- Джин! Джин! – кричал он ей в лицо, но она не реагировала.

Счастье уже то, что она перестала дергаться. Не моргая, она смотрела на него, а когда ее взгляд пытался сползти ему за спину, туда, где несчастного капитана с повисшей и явно травмированной шеей пытались унести подальше от места трагедии его сослуживцы, Тедди всеми силами не давал ей прервать зрительный контакт.

- Смотри на меня! – ловил он ее взгляд – Не смотри на него, смотри на меня!

И она подчинялась каждый раз.

Тедди видел, как красная капиллярная сетка начинала затухать, радужка глаз светлела и возвращала привычные зеленые оттенки.

- Джин, приди в себя. – шептал он, гладя большими пальцами ее нежные щеки – Вернись. Вернись ко мне.

И моргнув, пару раз, она полностью пришла в себя.

- Вот так! – шептал он, упираясь в ее лоб своим, и продолжал нежно поглаживать ее лицо – Вот так. Все хорошо.

Мир становился привычным. Вернулись краски и звуки вокруг. Она слышала его тихий голос, чувствовала прикосновения, а приятный терпкий запах с нотками мяты укутывал ее в кокон спокойствия и безмятежности.

Но когда Джин поняла, что стоит в его руках, посреди кучи зрителей, и подчиняется мужчине, как ручная кошка, что-то вновь в ней переклинило.

Резко оттолкнув Чандлера от себя, она обвела гневным взглядом зевак. Такой взгляд метил на смерть каждого, на кого она посмотрит, поэтому толпа быстро начала рассасываться.

- В какой момент ты решил, что смеешь вставать у меня на пути только потому, что в моем рту был твой язык? – стоя к нему боком и смотря в пустоту, еле слышно зашипела она сквозь стиснутые зубы.

От этих слов и от того тона, которым они были сказаны, Тедди отшатнулся как от удара. Их поцелуй был для Тедди чем-то большим, чем простым слюнообменом в порыве помутненного рассудка. Он впервые в жизни целовал женщину не только на физическом, но и на эмоциональном уровне. Для него это многое значило и о многом говорило. Для него. Но, видимо, не для нее.

- Ты правда оторвала бы ему голову? – спросил он, подавляя в себе обиду и разочарование – За слова? За простые слова?

- Я отрывала головы и за меньшее! – резко развернулась она к нему лицом – А он сам поставил свою голову за свои слова и должен был ответить. Каждый должен отвечать за свои слова.

В ее взгляде не было привычной для него Джин, и Тедди в тот момент понял, что совершенно не знает ее. Не знает по-настоящему. Не знает ее демонов внутри, ее повадок, настоящего характера, боли, тревог, мечтаний, целей и кто она есть на самом деле.

- Что? – с пониманием хмыкнула она, видя, как он на нее смотри – Такая я тебе нравлюсь уже меньше? Монстр, да?

Он молчал, пытаясь разобраться в своих чувствах, но, видимо, Джин сделала выводы за него.

Резко развернувшись, на прощание она бросила ему единственную фразу, которая провела между ними жирную черту: