Эля и Гюнтер Рихтер праздновали с нами, потому спросить, как там Кема, было не у кого. Но я поглядывал на его метку на клановой карте.

На текущий момент рапторианец восстановился до 35 %. Если брать за основу, что каждый час он набирает 8 % «активности», через два часа он восстановится до 50 % в худшем случае и больше, если процесс исцеления пойдет по нарастающей. Все-таки медленно он восстанавливается, наверное, чем-то отравлен. Но рано или поздно организм ящера должен нейтрализовать токсины.

В общем, я очень надеялся, что Кема достаточно окрепнет, чтобы ждать врагов за куполом, как мы делали раньше. С 50 % «активности» это возможно. Драться-то ему необязательно. Главное, чтобы в себя пришел и смог дождаться врагов, не начав терять «активность» без поддержки реанимационной капсулы. Враги-то необязательно придут минута в минуту — могут и припоздниться.

К нам с Лизой подошел Ситников с бутылкой в руке. Я чокнулся с ним. Игорь обнял меня и воздел бутылку над головой, воскликнув:

— Товарищи! Давайте выпьем за человека, который нашел в себе силы и харизму, чтобы объединить нас всех! Уверен, что мы единственный интернациональный клан.

— Разнородность генетического состава группы позволит более эффективно возродить человечество, — отчеканил Тетыща, и все посмотрели на него с недоумением.

Что ж, пусть привыкают к его особенностям.

— Ура! — провозгласил Ситников.

— Ура! — многоголосо грянули соклановцы, принялись пить и обниматься, загудели.

От запаха шашлыка сердце защемило — вспомнились майские и летние деньки, выходные, посиделки на даче… Все отдал бы, чтобы вернуть мирное время.

Желудок был пустым, потому алкоголь быстро ударил по мозгам, голова приятно закружилась, ностальгия усилилась, и мучительно захотелось жареного мяса.

Все начали передавать бутылки и пить — кто с горлышка, кто из стаканов, взятых на кухне. Мы с Лизой делили один стакан, потому что тары не хватало, пили маленькими глотками, чтобы сохранить ясность рассудка. Но нас было двое, потому ром закончился быстро.

Только собрался идти за стаканом, как ко мне подбежал веселый, раскрасневшийся Сергеич. Избавившись от проклятия гниющей плоти, он, будто ящерица, сбросил струп, и кожа его разгладилась, как у младенчика, он здорово помолодел, непривычно было таким видеть человека, к которому чуть не прилипло прозвище Дед. Сейчас же он напоминал… Если домовенка Кузю представить взрослым, обрить практически налысо и немного растянуть ему рот, вот Сергеич и получится. Вздернутый нос, усыпанный веснушками, делал его безобидным и озорным, однако манера общаться никуда не делась, и из глаз повзрослевшего Кузи глядел гоповатый дед-пердед.

Сергеич пришел не просто так — принес бутылку и стакан, налил мне наполовину и протянул.

— На, держи. А то как же, и не бухнуть тебе. За наш клан! — крикнул он. — Самый ништяковый клан на земле! За удачу!

— Ура-а-а! — грянули десятки голосов.

Я сперва проговорил в общий чат:

— Минуту тишины! Ответственный момент!

Когда все повернулись ко мне, я сказал, поднимая стакан:

— Друзья! Клан — это не только я, это каждый из нас. И я счастлив, что среди нас есть настоящие герои. Юра Семецкий, подойди.

Он исполнил просьбу. Его лицо светилось любопытством. Я приобнял его и продолжил:

— Когда мы думали, что проигрываем, да так оно, впрочем, и было, Юра, рискуя жизнью, направил горящий броневик на тримера и успел выпрыгнуть за секунду до взрыва. Но это еще не все! Тример вышел сухим из воды, и Юрий метнул в него связку гранат и получил выстрел, но его броня выдержала.

Потупившись, Семецкий сказал:

— Если бы не щит Бергмана, меня бы поджарило…

— Не надо принижать свои заслуги. Ты меньше суток в клане, а уже сделал столько полезного. Потому, чтобы полезное приумножалось, ты получишь награду: боевого питомца — парализующую осу!

Семецкий оскалился и с любовью уставился на кружащихся над нами ос-переростков.

Я открепил от себя осу — она пронзительно зажужжала, даже скорее зазвенела, и беспорядочно заметалась, — и велел Юрию:

— Переприручай!

Счастье на лице Семецкого сменилось озабоченностью, он сфокусировался на осе и отчитался, снова улыбнувшись:

— Есть! Пошел процесс! А управлять ею как?

— Мысленно, — ответил я. — Но пока рано, только после переприручения.

— Это пять минут еще. Спасибо, начальник! Я и переименовать ее могу?

— Ну конечно!

— Жориком будет!

Для скорейшего переприручения требовался тактильный контакт, и оса-переросток Жорик брякнулась Семецкому на плечо.

Бергман, который сидел на корточках и чесал Галю, смотрел на него с пониманием. Вокруг носились неприрученные поросята. Двум прирученным Рома и Коля бросали палки, как собакам, а мне подумалось, что только с Галей Тетыща очеловечивается и оттаивает. Интересно, с Машей было как? При мысли о ней в груди кольнуло. Она погибла совсем недавно, а шквал обрушившихся событий уже наполовину стер ее из памяти. Помню, что короткая стрижка блонд, а оттенок волос забылся, как и цвет глаз, и рост, и форма носа.

Еще немного — и ее образ растает, будто не было человека. Как сделать, чтобы сохранить каждого?

Вторая оса, каким-то местом поняв, что может потерять связь со мной, попыталась сесть мне на голову — я направил ее на ближайший пальмовый ствол и сказал, подняв стакан:

— Девушки! Вы такие милые, нежные. Как бы ни старались феминистки, факты показывают, что вы более хрупкие, вам гораздо сложнее выживать. Но среди вас есть настоящие валькирии, сильные, бесстрашные, которые сражаются наравне с мужчинами и наносят врагу не меньший урон, а если учесть, что они применяют еще одно страшное убойное оружие — женское коварство… Виктория Есман, моя верная боевая подруга, подойди.

Вика просияла, закрыла лицо руками, открыла, подошла, сияя глазами, и я продолжил:

— Вика, ты говорила, что хотела бы получить боевого питомца и прокачивать его. Прими вторую осу.

— Уи-и-и! Спасибо!

Вика расцеловала меня в обе щеки, а потом не сдержалась, чмокнула в губы, после чего стиснула в объятиях и чуть ребра не сломала. Лиза наблюдала без ревности, с умилением. Я усмехнулся:

— Тебе, Викуля, больше подошла бы змея, но и оса подойдет! Переприручай.

— Жужа моя! Жужечка! — назвала Вика питомицу и объяснила: — Это девочка, она мне сказала!

Потом посмотрела на Семецкого и спросила:

— У тебя пацан?

— Самец, — гордо ответил Семецкий.

— А они будут размножаться? — поинтересовалась Вика, распахнув объятия.

— Самцы ос погибают после спаривания вообще-то, — сказал Макс.

— Ты слышал, Жорик! — строго сказал Семецкий. — Никакого тебе шпили-вили, понял?

Тем временем Викина оса полетела к ней, приземлилась на грудь и повалила девушку.

— Сколько она весит? — поинтересовалась Руфина.

— Ну и страшилище, — сморщила нос Лиза. — То ли дело милаха Крош!

Хохочущая Вика подняла перебирающую лапками осу, пару раз сделала жим от груди.

— Больше пятнадцати килограммов, меньше двадцати.

— Это нарушение закона квадрата-куба! — воскликнул Макс. — При увеличении осы ее масса должна была вырасти быстрее, чем площадь крыльев и мышечная сила, а значит, и летать они не должны!

— А титаны тебя не смущают? — фыркнула Лиза. — С их массой они бы и шагу ступить не смогли бы, если бы не творящаяся хрень. Их ноги и позвоночник испытывали бы огромную нагрузку!

— Да там еще круче все! — живо ответил Макс. — Суставы быстро разрушались бы, сердце не справилось бы с перекачкой крови на такую высоту, падение даже с небольшой высоты было бы катастрофическим… Так что да, ходьба была бы крайне медленной или невозможной… если бы не хренотень вокруг нас.

— За питомцев! Пусть растут и развиваются! — толкнула тост Вика.

В этот момент Руфина подошла к Тетыще и указала на Галю — видимо, расспрашивала, насколько полезна свинья-питомец. Костя поднялся и охотно ей рассказывал, а она со все большим интересом поглядывала на поросят. Я смотрел на них, и так и хотелось сказать: «Мир да любовь!»

Вот только вопрос: способны ли такие люди, как наш терминатор и израильский солдат любить, или они только привязываются?

Взяв в руки трофейный плазмаган, я прокричал:

— Сергеич, это тебе! Благодаря тебе и Максу существует эта база, но у Макса уже есть скейровские клинки. Бери, заслужил!

Пролетарий стукнул себя в грудь и воздел над головой подарок. Я продолжил раздачу слонов:

— Это еще не все. Сейчас каждый получит миллион уников, которыми вправе распоряжаться на свое усмотрение. Можете купить уровни, можете — броню. И последнее…

Я с сочувствием посмотрел на Лизу, прежде чем продолжить:

— Те, кого я назову… Пройдите в актовый зал, вам распределят уровни наших пленников. Сейчас я зачитаю список. Роман и Николай Копченовы… — Интересно, в какую сторону будут развиваться пареньки с повышением уровня. Вдруг прокачается их пророческий дар? — А также Элеонора Цискаридзе, Даниэль Виллар, Алехандро Магсайсай, Хосе Луис Бакани.

По пару уровней они поднимут, и то хорошо. Элеонора заслужила уровень без очереди, она так самоотверженно трудилась, так переживала за раненых! И у нее всего 20-й уровень — непорядок. Я перевел по миллиону каждому и лишился еще семидесяти — как и планировал изначально. Осталось у меня пол-лярда.

Пока Рамиз жарил шашлык, я обратился к Лизе:

— Родная, лучше не затягивать и сделать перераспределение сейчас. Ситников, Бергман — на вас силовое сопровождение.

Пусть учатся взаимодействовать. Лиза тяжело вздохнула и вслед за остальными направилась на второй этаж.

А мне надо бы прокачать Кроша. После мгновения передышки нас снова ждет бойня, и усиливать нужно все, что можно. Так что пока народ общается и ждет еду, я решил подняться в лазарет, где никого не было, кроме Дакиты и Кемы.

К моей радости, оба приближались к 40 % «активности», если их вытащить из капсул, они будут в сознании, но пусть лучше быстрее восстанавливаются.

Усевшись на кушетку и взглянув с любопытством на склянки Натальи Доброе Утро, я хлопнул себя по бедру, мысленно призывая котенка, который вымахал до размера крупного мэйн-куна.

Крош радостно потрусил ко мне, держа хвост пистолетом, и улегся на коленях, подставляя голову — чешите меня, чешите! Я принялся чесать механически, и кот замурлыкал с удвоенной силой.

— Ну что, малыш, будем расти?

К сожалению, в магазине мне позволили приобрести Крошу только один уровень, после чего позиция исчезла из ассортимента.

Приобретено усиление: «10-й уровень питомца».

За достижение 10-го уровня ваш питомец Крош обрел талант 1-го ранга «Боевая трансформация».

Боевая трансформация 1 ранга

Активный боевой талант.

По желанию владельца трансформирует питомца в боевую форму:

— габариты увеличиваются на 300 %, масса резко возрастает; тело покрывается композитной броней, скелет перестраивается, клыки и когти удлиняются;

— урон: +500 %;

— защита: +1 000 %;

Талант развивается при успешном применении.

Срок действия: до отмены или обнулении показателя защиты.

Откат: 24 часа.

Крош подрос еще немного, достигнув размеров немецкой овчарки.

Я открыл его профиль, чтобы вспомнить, на что способен мой питомец:

Крош, кот 10-го уровня

Питомец чистильщика Дениса Рокотова: 100 %.

Таланты:

— «Целительное мурлыканье» 10-го ранга (ветка «Эффективность»): регенерация хозяина или союзника +20 % активности в час при непрерывном контакте.

— «Шок» 3-го ранга: ошеломление цели на 5 секунд; 5 % шанс ослепить цель.

— «Воздушные когти» 4-го ранга: дистанционная атака до 10 метров.

— «Пропеллер» 2-го ранга: кратковременный (120 секунд) полет за счет быстрого вращения хвостом.

— «Эмпатическая связь» 3-го ранга: передача визуальных образов и базовых ощущений на расстоянии до 500 м.

— «Боевая трансформация» 1-го ранга: (размер: +300 %; урон: +500 %; защита: +1 000 %).

А ведь у Кроша были еще и природные таланты. Помню, как он помогал нам искать людей под завалами — обнюхивал щели, копал, орал, когда находил живого.

Я почесал его за ухом, а Крош требовательно посмотрел мне в глаза и пробасил:

— Ма-а-о! Ма!

— Жратоньки? — ласково спросил я. Очевидно, после левелапа Крошу нужно подкрепиться. — Сейчас принесу.

Покинув медблок, я услышал вопль агонии, доносящийся из актового зала. Филиппинцы Джехомара из небоевого крыла толпились под дверью, не было только Эли — видимо, она сейчас получала свои уровни, а донор их лишался и корчился от боли.

В столовой я захватил белковую пасту из морепродуктов, а может, из свиных потрохов, посмотрел, как четверка поваров набивает вымытые кишки фаршем, и живот взревел раненым зверем.

Репях аж обернулся на его рык.

— Еще часик, и можно есть, командир, — сказал он.

Колбаса получилась где-то метра полтора, если делить на шестьдесят человек, выйдет ни о чем — каждому по кусочку.

Кот с удовольствием сожрал три тюбика белковой пасты, четвертую прикончил я, не в силах терпеть голод.

Как я и думал, преодолев какую-то критическую точку, «активность» раненых стала восстанавливаться быстрее: вот уже за 50 % перевалило.

Хорошо. Все шло по плану…

— Извольте к столу! — вдруг прогремел в голове голос Рамиза. — Шашлык готов.

И снова мне подумалось, что тот кабанчик огромной толпе на один зуб, хорошо если по три куска выйдет. Скорее по два. Нужно осваивать наше карманное измерение, пашню там разбить, что ли — урожай будет созревать в два раза быстрее. Так что и кур разводить, и пашню возделывать правильнее там.

— Подождите нас! — отозвался Ситников. — Не начинайте, нам осталось минут десять, потом вышвырнем обнуленных индейцев за купол — и мы с вами.

— Ладно, — отозвался Рамиз.

На меня посыпались запросы от соклановцев на подтверждение покупок. Вникать в мелочи не было времени и ресурса, я бегло просматривал и подтверждал. Оружие у моих людей было, покупали в основном броню, а отлично экипированное боевое крыло — всевозможные бустеры для увеличения силы, скорости и так далее. В совокупности с зельями Натальи эффект получался крутым. Все усиленно готовились к прибытию Охотников, что бы это ни значило.

К моему возвращению на берег раздача уровней закончилась. Лиза спустилась со второго этажа без кровинки в лице, тут же села рядом со мной на бревно. Я положил руку ей на колено: пусть переведет дух. Ситников и Тетыща уже волокли двоих обнуленных Юпанки к воротам, эти и без поддержки клана едва переставляли ноги, по-стариковски. Чиковани присматривал, чтобы перуанцы не выкинули какой-нибудь финт.

А Рамиз командовал у мангала:

— Подходи, не толпись! По два куска на нос, кому третий — ждите второй заход.

Шашлык исчез минут за пять. Весь.

Кабанчик действительно на шесть-семь десятков моих людей оказался на один зуб, да и колбаса долго не продержалась. Зато Наталья Доброе Утро прошлась вдоль стола с подносом склянок, выдавая что-то горькое, но здорово освежающее и бодрящее.

Тетыща вернулся от ворот, сразу присел к Гале, погладил ее по щетине.

— Перуанцы отправлены восвояси. Переходим к следующему пункту плана, Денис?

Я кивнул:

— Да, вытаскиваем Кему.

Кему с Крошем у того на груди поволкли втроем — в сознание он так и не пришел. Эля семенила рядом, таща какие-то рапторианские блюда из синтезатора.

Мы аккуратно уложили Кему на песок метрах в двадцати от купола — в зоне действия турелей. Рапторианец очнулся и медленно повернул голову. Приоткрыл змеиные глаза с вертикальным зрачком — одним глянул на меня, другим — на горизонт. Дернул хвостом.

— Ден… ис… успели…

— Кема? Что случилось?

Системка показалась сразу всем, и клановый чат взорвался.

Внимание: член клана «Безымянный» Кема Ли-десятый подвергнут штрафу высшего ранга: −1 % «активности» в минуту без возможности восстановления.

— Ожидаемо, — прошептал Кема. — Жнецы не допустят, чтобы мы с тобой, Денис, выяснили, что узнал Го Дзи. Им не удалось убрать тебя, тогда они взялись за меня.

— Что можно делать? — спросил я.

Рапторианец медленно прикрыл один глаз и снова открыл.

— Предлагают какое-то «Истинное Испытание». Если приму, рассчитывать смогу только на себя. Откроется портал, войти можно будет только мне. Если выживу там, буду прощен, снимут метку Отступника.

— Шанс на успех есть?

— Не знаю. Знаю одно — другого выхода нет.

Лиза стиснула мое запястье. За спиной выдохнул Бергман.

— Принимай, — сказал я.

Кема прикрыл глаза, дернул хвостом. Над капсулой развернулась системная плашка, видная всем сразу:

Член клана «Безымянный» Кема Ли-десятый принял вызов «Истинное Испытание».

Открытие портала: 4 минуты 12 секунд.

Песок загудел. Где-то под коркой что-то медленно, тяжело проворачивалось.

Мы усиленно поили Кему эликсирами, пичкали таблетками исцеления и рапторианской едой. Спешили. Я отдал ему не только «Грамм», но и плазменный резак, снятый с одного из скейров.

И тут в клановом чате пробилось хрипом:

— … временная петля… можно… вытащи… помо… шанс!..

Это был голос Мигеля. Мы с Лизой переглянулись.

В этот момент перед Кемой начал открываться портал.

Чистильщик Денис Рокотов!

Как лидер клана «Безымянный», членом которого является рапторианец Кема Ли-десятый, вы имеет право пройти Истинное Испытание вместо него.

Принять?

Кема уже сделал шаг к порталу.

Врубив «Ветер», я принял вызов и, на ходу откидывая рапторианца, рванул в портал.