Рассказывать о том, что со мной приключилось, оказалось сложнее, чем я думал. Так-то рассказывать было много чего, вот только любая попытка изложить события упиралась в одну неловкую деталь — мои слова звучали как бред сумасшедшего, сбежавшего из закрытой лечебницы для особо тяжёлых больных.

«Значит, так! Я воткнул нож в голову мёртвого предтечи, стал ксорхианским Мозгом, разнёс базу спустившихся на планету пиратов, поговорил с верховным ксорхом, которых оказалось сразу три штуки, узнал, что ксорхов создали предтечи, а Основа в каком-то извращённом виде сидит во мне с самого начала. Мало того, сами предтечи — паразиты, которые переселялись из тела в тело и когда верховный ксорх осознал, что я всё это понял, он вдруг решил, что я слишком много знаю, и уничтожил целую планетную систему, где в этот момент находилось двадцать линкоров. А, ещё я заполучил двести шестьдесят килограмм миона и весь архив старой империи. Ничего примечательного, обычный вторник».

Попробуйте произнести это вслух, сохраняя серьёзное лицо. У меня не получилось.

Тем не менее я справился. Примерно за час, уплетая горячий ужин, я выложил «Малышам» всё, включая свои заключения. Смысла что-то скрывать от команды я не видел. Либо мы решаем проблемы вместе, либо нахрен тогда вообще всё это нужно?

— Значит, теперь тебя можно ещё больше улучшить? — понял Вальтер. — Сколько планируешь потратить на это универсальных кубов?

Вопрос, хоть и звучал нейтрально, был не самым простым. Для того, чтобы сделать полноценную броню предтеч, требуется семь универсальных кубов. Но это будет минимальный набор, который затем можно успешно модернизировать. Забери я сейчас хоть парочку из имеющегося комплекта, кто-то из команды недополучит полноценную броню. А таскать неполный комплект глупо. Он просто не будет работать так, как задумывалось изначально.

— Будем собирать две брони, — заявил я. — Вопрос только в том, кому она пойдёт. Также нужно решить вопрос с Льдом. Смысла оттягивать его тоже не вижу.

— Что ты собрался со мной решать? — Аларик нахмурился.

— У меня в загашниках есть личностная матрица, — ответил я. — Хочу наложить её поверх твоей управляющей.

— Отказываюсь, — после недолгих раздумий ответил Аларик. — О том, что у меня есть управляющая матрица, знают все. Лиарданы хорошо заплатили Соларионам, чтобы те её изменили и адаптировали под моё тело. Я не смогу объяснить, каким образом одна матрица эволюционировала в другую. Причём не факт, что я не умру. Когда меня изучали, не нашли ни капли крови Соларионов, так что матрицу пришлось каким-то образом менять. У тебя есть понимание этого процесса? Нет. Есть технологии? Нет. Я готов рискнуть при одном условии — если рядом будет лечебная капсула предтеч. Если что-то пойдёт не так, она меня вытащит. Всё остальное — к грувакам.

— Скала? — я посмотрел на Вальтера. Доказывать что-то Аларику я не собирался. Его ответ был слишком логичным, чтобы выискивать слабые стороны.

— Пока ты управлял ксорхами, у тебя человеческие мозги спеклись? — усмехнулся Вальтер. — Та же причина отказа, что и у Льда. Подставляться под Соларионов я не собираюсь. Стоит попасть на приём к императору, как меня сожрут. Нахрен надо.

— Снайпер, колба с наночастицами твоя, — я принял решение, хотя Эхо во всю орал, что ему как раз недостаёт лишних процентов развития. — Прокачивай Ласка.

— Груваки с вашими наночастицами, сами разберётесь, — пробормотал Райн. — Ксорх, меня до сих пор не отпускает тот факт, что Вераска больше не существует. Что с архивом? Ты точно его вытащил?

— Почти семьсот килограмм архивов, — подтвердил я. — Доставать не буду, там дофига и больше.

— Обычно книги изменяют штуками, — усмехнулся Райн. — И только наш Ксорх меряет их килограммами.

Наверно, на это можно было как-то реагировать, но тут послышался голос Векса.

— Верховный ксорх должен был знать, что на планете есть врата предтеч, — задумчиво произнёс он.

— Это ты сейчас о чём? — не понял я.

— Ксорх сказал, что собирается тебя уничтожить, — пояснил свою логику Векс. — Мало того, лично прибыл, чтобы это сделать. О том, что на планете есть врата, он точно знал. Потому что через них работал Ретранслятор. Верховный знал, что ты находишься рядом с Основой или где-то рядом. То есть под землёй. Там, где располагаются врата. Первое, что он должен был сделать — уничтожить врата. Которые, напомню, просто так не уничтожаются. Нужно сильно постараться, чтобы это сделать. Если он поймёт, что ты сбежал, пойдёт за тобой в любую точку нашего мира и не уверен, что его что-то может остановить. Двадцать линкоров, например, не смогли. Может, он уже прямо сейчас летит сюда, чтобы тебя прикончить.

Мысль была здравой и неприятной. Так-то Векс прав — верховный должен сдержать своё слово. Сказал убьёт — должен убить, а не вот это вот всё.

— На одном из линкоров Киронов могли быть свои врата, — предположил Вальтер. — Верховный уничтожил корабли и, затратив силу на уничтожение врат, мог решить, что закрыл проход на планете. А когда понял, что ошибся, было уже поздно.

— Ждём здесь, — предложил я. — Если через сутки на Норвен не прибудет верховный ксорх, значит он считает свою миссию выполненной.

— Вот умеешь ты обрадовать, — пробурчала Лана, но её уже никто не слушал. Все понимали — другого выхода нет. Тащить это чудовище в систему с ИВА — последнее дело.

— Ладно, хватит о хорошем, давайте о плохом, — произнёс я. — Кому пойдут два комплекта боевой брони предтеч?

— Минус, — тут же ответил Ториан. — Она слишком мягкая, чтобы в ней идти в штурм. Это детская забава, а не броня.

— Согласен, нам такое не нужно, — согласился Орин, заслужив удивлённый взгляд Ториана. Эти двое всё ещё конфликтовали из-за Элиссандры, так что можно было предположить, что он не согласится с решением противника. Но нет, разум победил личное. Всегда бы так.

— Лёд и Снайпер, — на правах командира группы предложил Райн. — У них есть матрица, она разберётся с тем, как управлять броней.

— Так-то и я могу взять, — не согласился Вальтер. — Льду броня нахрен не нужна. Он в капитанской рубке всё время сидит. Я сам разберусь, как ею управлять.

Райн посмотрел на меня, словно спрашивая, сумеет ли Вальтер разобраться, на что я покачал головой. Без личностной матрицы броня действительно бессмысленна.

— Да чтобы вас груваки разорвали! — в сердцах выпалил Вальтер. — Ксорх, я хочу получить личностную матрицу!

— Ты не Соларион, — опешил я.

— Так и ты не самый ближайший к ним родич, — настоял Вальтер. — Лёд, где ты делал анализ крови?

— Домашняя лаборатория, — ответил Аларик. — Сравнивали кровь с одним из Соларионов.

— Ксорх, твой Эхо может изменить наночастицы так, чтобы они смогли адаптироваться к моему телу? — Вальтер тут же переключился на меня. — Сам же сказал, что в нём есть какие-то продвинутые функции Основы.

«Какой интересный человек», — удивился Эхо. — «Ему не терпится умереть?»

Озвучить это я не успел — вместо меня влезла Лана.

— Скала, ты же сам только что говорил, что Соларионы такого не позволят, — произнесла она.

— Говорил, — согласился Вальтер. — Только одновременно с этим я осознал, что мы сами по себе. Вечно оглядываться на Соларионов, боясь лишний раз пёрнуть — это не тот путь, которым нужно идти. Да, меня может поглотить ректор. Но, груваки ему в глотку, пусть попробует это сделать! Надоело прятаться и бояться. Ксорх — если это возможно, я хотел бы получить личностную матрицу и броню предтеч. Это моё осознанное решение.

— Если кто-то хочет сдохнуть, кто мы такие, чтобы его отговаривать? — пожал плечами Райн. — Не вижу смысла это обсуждать. Скала взрослый мальчик. Если с ним что-то произойдёт, отвечать будет сам за свою глупость.

«Что с наночастицами и их адаптацией?», — спросил я у Эхо.

«Чисто теоретически — всё реализуемо», — замялся Эхо. — «Нужно тестировать. Ты же видел результаты перекачки наночастиц в лаборатории Киронов? С Вальтером может произойти тоже самое. В одном Аларик прав — нужна лечебная капсула предтеч. Только с её помощью мы сможем гарантированно вытащить его из задницы, куда он так упорно пытается забраться. Вот только где мы её возьмём? Нужен малый форт предтеч или…»

Эхо резко умолк, но его мысль я прекрасно понял.

«Сколько нужно универсальных кубов?», — спросил я.

«Нужно смотреть», — честно ответил Эхо. — «Это не просто лечебная капсула — это целый комплекс. Можем поставить его на Таркосе. Тогда у нас будет полноценное место, где можно будет лечить хоть оторванные руки. Думаю, уйдёт штук семь максимум».

— Есть вариант, — предложил я. — Делаем Снайперу полноценную броню, из остальных универсальных кубов формируем лечебную капсулу со всеми вспомогательными блоками и всаживаем Скале наночастицы. Если начнёт дохнуть, как подопытные Киронов, капсула его вытащит. Да и сама капсула нам пригодится. Жизнь штука длинная, никогда не знаешь, где повернёт.

— Если вместо второй брони будет лечебная капсула, личностную матрицу нужно отдавать мне, — произнёс Аларик. — Это логичней.

— Да какой логичней⁈ — вспылил Вальтер. — Нет здесь никакой логики! Матрица моя!

— Скала — нет, — произнёс я. — Установить матрицу тебе сейчас — это вступить в открытую конфронтацию с Соларионами. Мы к ней ещё не готовы.

— Мы к ней никогда не будем готовы! — зло ответил Вальтер. — Всегда будет кто-то сильнее или важнее. Всегда, Ксорх! А матрица вот она. Бери и вживляй!

— Мы вступим в конфронтацию с Соларионами, когда заберём корабль предтеч, — спокойно заявил я и осознал, что вокруг стало тихо. Все смотрели на меня, как на заговорившего ксорхианца. — Что? Разве это не очевидный и логичный ход? Мы точно знаем, где находится два корабля. Старый и почти уничтоженный, а также новый и готовый к полёту. Кто сказал, что мы не можем забрать его себе?

— Соларионы этого не оставят, — произнёс Райн. — За нами начнёт охотиться вся империя. Да что империя, республика и свободные миры к ним присоединятся. Корабль будет нужен всем.

— О том и речь, — кивнул я. — Ставим на корабле врата на Таркос. Такие же, как на «Груваке». Для всего мира мы будем летать на нашем малом крейсере, а по факту через врата переходим на корабль предтеч и начинаем уничтожать всё, что нам не нравится. Пираты, Соларионы, механизмы предтеч, ксорхи. Когда у тебя есть возможность появиться в любой точке галактики — проблемы решаются сами собой. Сделали дело, ушли и тут же появились на «Груваке» где-то на другом конце империи.

— Нам придётся объяснять происхождение добычи, — задумался Райн.

— Кому и что ты собрался объяснять? — ухмыльнулся я. — Мы вольные наёмники. У нас контракт и коммерческая тайна. Будет свой корабль — можем начать ставить условия всем и каждому. Такой, во всяком случае, у меня родился план, пока я сидел на Вераксе. Готов выслушать возражения.

Возражений не последовало и, судя по сверкающим глазам группы, идея с кораблём предтеч всем понравилась. Выглядела она, конечно, безумной, но это же «Малыши». У нас все планы так выглядят.

— Вот и замечательно, — заявил я. — Основной вопрос решили, теперь к мелочи. У меня за спиной двести шестьдесят килограмм миона. Раз у нас небольшой должок перед Вейранами, его нужно как можно скорее закрыть. Калькулятор, мне нужна связь по защищённому каналу с графом Дарианом Вейраном. Если Вейраны начнут отнекиваться, скажи, что миона удалось добыть чуть больше, чем планировалось.

В качестве переговорной мы использовали один из жилых блоков. Векс с Рорком притащили технику, что-то настроили и отправили запрос по гиперсвязи. Факт, что мы находимся на Норвене, скрывать было не нужно. Это пусть и рядом с Вераксом, но при этом достаточно далеко, чтобы обвинить меня в уничтожении целой планетной системы.

Как я и думал, Вейраны сразу с графом связывать меня не захотели. Вначале какой-то помощник помощника, потом сам помощник и только после того, как я заявил о том, что разрываю контракт и передаю мион на чёрный рынок, меня связали с графом Дарианом Вейраном.

— Слушаю, — холодно произнёс граф. — Мы оговорили все детали нашего соглашения, барон Золотой. Я не очень понимаю, по какой причине тебе потребовалась личная встреча.

— Реорганизация моего долга, — ответил я. — Я получил двести сорок килограмм миона. Хочу полностью закрыть первый год наших отношений.

Вот! Теперь граф Дариан Вейран слушал меня очень внимательно. Я решил придержать двадцать килограмм на всякий случай, но даже такой объём миона являлся основанием для того, чтобы Вейраны подняли на уши всю галактику.

— Где ты находишься? — спросил он и тут же бросил взгляд на данные, показываемые на терминале. — Норвен? Что за несуразица, откуда там мион? Никуда не улетай, сейчас к тебе прибудут наши корабли.

— Не так быстро, граф, — осадил я торопыгу. — Вначале нужно обсудить реорганизацию моего долга. Двести сорок килограмм — это двенадцать месяцев. Ближайший год никаких поставок не будет. Согласовываем?

— Нет, — граф едва сдерживал дыхание. — Уменьшаем срок. Изначально наши договорённости заключались на два года, сейчас останется лишь год. Следующую партию миона будем ждать через месяц.

— Это не серьёзный подход к делу, граф, — заявил я. — Я не готов уменьшать сроки. Мне нужен этот год, чтобы спокойно закончить второй курс академии. Собственно, для этого мы и рвали жилы, добывая такое количество миона. Либо следующие двенадцать месяцев вы нас не трогаете и официально закрепляете актом передачи, что я ничего вам не должен, либо у меня всего лишь двадцать килограмм миона, которые я готов передать в соответствии с условиями текущего договора. Нам же нужно лететь на Сильву?

Дариан Вейран думал долго. Настолько, что мне стало даже как-то не по себе. Наверняка к нам сейчас летит весь флот Вейранов и, стоит ему войти в систему, как от «Груваки» не останется даже мокрого места.

— Хорошо, барон, буду ждать вас на Сильве, — наконец, произнёс граф Дариан. — Не задерживайтесь.

— Условия? — уточнил я. — Мы передаём весь мион или только двадцать килограмм?

— Весь, — решил граф. — Твои обязательства первого года будем считать завершёнными. Когда прилетишь на Сильву, хочу с тобой встретиться. Не каждый год кому-то удаётся на несколько недель найти столько миона. Хочу услышать, как тебе это удалось.

— Любая информация стоит денег, — ничуть не смущаясь ответил я. — Тем более информация подобного рода. Мы партнёры, граф. Хотите купить информацию — будьте готовы платить.

— Сколько? — деловая хватка графа пугала.

— Два миллиона кредитов, — без лишней скромности заявил я. Находящиеся рядом «Малыши» синхронно хрюкнули от моей наглости.

— Обсуждаемо, — граф не стал ходить вокруг да около, но и соглашаться сразу не стал. — Жду тебя на Сильве. Отбой связи.

Экран погас, а передо мной встала Зорина.

— Ксорх, ты совсем с головой перестал дружить? — спросила она. — Какие два миллиона?

— Думаешь, продешевил? — спросил я. — Да, наверно продешевил. Нужно было требовать сразу пять. Не подумал.

— Когда тебя прибьют — жаловаться не приходи, — заявил Райн. — Ты хоть понимаешь, с кем торгуешься, тупорылая твоя натура? Киронов, значит, мы боимся, а Вейранов, которые Киронов нагнули и оприходовали по самые гланды, ставим в позу сами! Ксорх — это уже за гранью добра и зла даже для тебя.

— Хотелось бы мне сказать, что всё под контролем, но это не так, — вздохнул я. — Я прекрасно понимаю, чем опасны Вейраны. Как понимаю и то, что торговаться подобным образом с ними опасно.

— Запрещено, — поправила меня Зорина. — Подбирай правильные слова.

— Но и отступить не мог, — продолжил я. — Потому что прогнись я сейчас, уже завтра нам бы навесили ещё несколько сотен килограмм миона долга. Сражаться нужно за каждый кредит, чтобы у Вейранов желания связываться с «Малышами» не было никакого. Так что ждём сутки и, если верховный ксорх к нам не нагрянет, летим на Сильву. Посмотрим, что будут делать Вейраны.

Сильва оказалась закрытой системой, одной из трёх главных резиденций Вейранов. Располагалась она в юго-западном секторе и нам пришлось лететь почти сутки. Только для того, чтобы передать мион. Но выбора не было — долги следовало закрывать как можно быстрее. Чтобы они не накапливались.

«Грувака» появился в системе, и мы тут же попали под действие луча притяжения сторожевой станции. Вейраны подошли к вопросу охраны своей системы со знанием дела. Возле каждой официальной точки выхода из гиперпространства находились огромные станции, перехватывающие прилетающие корабли, а если у кого-то возникнет желание сразу появиться внутри системы, то находящийся здесь же линкор расскажет, что делать так не нужно.

— «Грувака», готовьтесь принять проверяющих! — послышался голос диспетчера.

— Каких проверяющих? — удивлённо спросил я. — У нас груз для графа Дариана Вейрана.

— Стандартная процедура безопасности, — заявил диспетчер. — Нужно убедиться, что вы не провозите ничего нелегального.

— Вы же уже прошлись по нам сканером! — зло произнёс я. — Никаких проверяющий! Немедленно свяжитесь с графом!

Ответа не последовало. «Груваку» начало притягивать ближе к станции, выводя её из области прибытия кораблей. Нам даже объяснять ничего не собирались. Я не верил, что это проделки графа. Слишком мелко для человека его уровня. Значит, здесь что-то ещё. Кому-то требуется полная проверка моего корабля, чтобы найти… что? Сканеры по нам уже прошлись. Ничего запрещённого не нашли. Однако к нам собираются отправить группу, чтобы она прошерстила корабль вдоль и поперёк. Словно кто-то знает, что нужно искать.

Ладно, в эту игру можно играть вдвоём.

— Калькулятор, связь с Сильвой, — приказал я.

— Нас заблокировали, — спокойно ответил Векс. — Гиперсвязь не работает.

— Капитан, прыжок к точке номер два, — приказал я. — Притягивающий луч не блокирует гиперпрыжки.

— Это не похоже на передачу миона, — заметил Райн, но никто со мной не спорил.

— Это не похоже вообще ни на что, — заявил я. — Ни в одном договоре с Вейранами не сказано, что наш корабль будет подвержен тотальному досмотру. Раз сканированием они не удовлетворились, значит знают о нашей особой комнате.

— Знают? — удивилась Зорина. — Думаешь, у нас утечка?

— Разве только что мозгов, — ответил я. — Кироны пользуются точно такой же комнатой. Есть у меня подозрение, что руки у безопасников Вейранов растут именно оттуда. Уходим!

— Десять секунд, — ответил капитан Идриан. — Двигатели запущены.

— «Грувака», немедленно загасите гипердвигатели! — тут же пришёл приказ диспетчеров. — В случае неподчинения мы будем вынуждены применить…

Что собирались применять против нас, осталось загадкой. «Грувака» дёрнулся, вырываясь из луча захвата, после чего космос расплылся привычной картиной гиперпространства. Всё же прав был капитан, предложивший ввести в память корабля несколько «особых» точек, куда можно было экстренно сбежать. Потому что времени набирать координаты и думать, что там находится, у нас не было. Ещё пара минут и «Груваку» прицепили бы к станции стационарными шлюзами. Там уже не сбежишь. Разве что вместе с самой станцией.

Пять часов в гиперпространстве идеально подходили для того, чтобы как следует подумать о смысле жизни и моём месте в этом мире. Я успел и подумать, и передумать, и снова подумать, и в итоге пришёл к выводу, что никакого смысла нет, а значит и переживать не о чем. Очень удобная философия для человека, который только что сбежал из-под захватного луча Вейранов. Что неприятно, так это то, что «Малыши» мою философию не разделяли и выглядели так, словно прикидывали, во что обойдутся наши похороны.

Запрос на гиперсвязь пришёл практически сразу, стоило нам вынырнуть в обычное пространство. Граф Дариан Вейран не заставил себя ждать. За эти пять часов он либо во всём разобрался, либо не разобрался ни в чём, и теперь жаждал выяснить, почему его мион до сих пор не лежит на складах. Полагаю, всё остальное его не волновало.

— Барон Золотой, я в некотором замешательстве, — произнёс он, как только связь стала стабильной. — То вы летите ко мне, чтобы передать мион и закрыть обязательства первого года, то внезапно срываетесь из системы, едва не уничтожив одну из наших станций. Хотелось бы понимать, что происходит? Потому что с моей стороны ваши действия выглядят довольно странно.

— Вопрос в доверии, граф, — ответил я. — По прибытии мой корабль проверили сканером, ничего подозрительного или запрещённого не нашли, потому что нет у нас ничего такого, а потом диспетчер заявил, что на борт «Груваки» поднимется группа безопасников, чтобы провести полный досмотр корабля. Руками, прошу заметить, вдоль и поперёк с особым вниманием к трюмам. На наши возражения никто не реагировал, связаться с вами не позволили. И вот тут-то вопрос доверия и возник. Я начал работать с Вейранами для того, чтобы не позволить Киронам забрать мой корабль. То, что пытались провернуть на вашей станции, ничем иным, кроме как попыткой захватить мой корабль, назвать не могу. Так что выбора у меня, по сути, не было. Пришлось уходить.

— Приказа досматривать корабль не было, — после долгой паузы ответил граф Дариан. — То, что произошло — самодеятельность исполнителей на местах. Кто-то превысил полномочия из чрезмерного рвения.

— Возможно из-за чрезмерного рвения, — согласился я. — А возможно из-за чего-то ещё. Например, из-за работы на другой великий дом, который никак не уймётся и по какой-то причине жаждет заполучить мой малый крейсер. Словно своих ему мало.

— У тебя есть какие-то основания подозревать моих людей в предательстве? — взгляд графа потяжелел.

— У меня есть основания подозревать в предательстве всех людей галактики, граф, — честно ответил я. — Потому что люди только и делают, что предают друг друга, когда им выгодно. По какой-то причине ваши безопасники хотели заглянуть в мои трюмы, что мне совершенно не нравится.

— Вздор, — заявил граф. — Произошедшее — досадная ошибка, а не плод твоих фантазий. Виновные будут найдены и наказаны. Жду мион на Сильве через пять часов.

— Нет, граф, — произнёс я. — Через пять часов моего миона на Сильве не будет.

— Поясните, — Дариан приподнял бровь. Похоже, отказа он не ждал.

— При всём уважении к вашим словам, граф, человеческий фактор никуда не денется, — заметил я. — Когда мы прибудем на место, нас будут встречать те же диспетчеры, те же безопасники. Мне хватило одного раза, чтобы понять, что ждёт меня и мой корабль на вашей территории. Мне не хочется проверять, бьёт ли молния дважды в одну точку. Я слишком ценю свой корабль и своих людей, чтобы снова лезть в систему, где мой корабль уже пытались захватить, скрываясь под благовидным предлогом.

— Без передачи миона ваши обязательства останутся невыполненными, — голос графа мог задавить. — А невыполненные обязательства перед великим домом Вейран — это не самая приятная вещь. После подобного редко остаются живыми.

— Прекрасно понимаю, — кивнул я. — У меня нет оснований отказываться от обязательств. Только их выполнение будет не на вашей территории. Предлагаю передачу на нейтральной территории, в присутствии гаранта, которому доверяют обе стороны. Есть идеальный вариант. Передачу миона осуществим в стенах Императорской военной академии, в присутствии ректора. Он выступит гарантом неприкосновенности для обеих сторон. Я привожу мион, ваш представитель его принимает, ректор подтверждает факт передачи и закрытие обязательств. Никаких прямых контактов с вашими станциями, досмотров, захватных лучей. Всё под надзором того, кто не заинтересован ни в моей, ни в вашей игре.

Идея была не самой блестящей, но вполне рабочей. Императорская военная академия считалась нейтральной площадкой, куда не сунется ни один дом со своими разборками. Да и ректор не та фигура, с которой можно ссориться. Как ни крути — целый советник императора! Это что-то да значит.

— Любопытное предложение, — произнёс граф Дариан. — С одним уточнением — зачем мне подобное усложнение? Передача должна состояться на Сильве. Это моё условие. Не желаете его принимать — ваше дело. Обязательства останутся невыполненными и через две недели наше соглашение будет расторгнуто. И тогда у вольного отряда «Малыши» появится не один, а целых два врага.

Граф давил со знанием дела. Я был должен, он это понимал и выкручивал руки так, как только мог. Соглашаться? Да ни в жизнь! Я теперь даже близко к системе Сильва не подойду. Да и вообще к любой другой системе, которую контролируют великие дома. Нафиг-нафиг!

— Зачем вам усложнения? — переспросил я. — Как насчёт двадцати килограмм миона сверху вне договора?

— У тебя есть ещё двадцать килограмм миона? — эмоции подвели графа и на несколько мгновений маска слетела. — Хочешь сказать, что у тебя с собой двести шестьдесят килограмм миона? Или больше?

— Вне договора, — повторил я, проигнорировав эмоции графа. — Лично вам. За, как вы сказали, усложнения.

Пауза была длинной, я даже подумал, что канал отвалился. Но нет — граф думал.

— Хорошо, барон, — наконец, Дариан коротко кивнул, принимая мои условия. — Передача миона состоится в Императорской военной академии, в присутствии ректора. Я прибуду через три дня.

Ого! Один из ближайших советников главы великого дома Вейран лично посетит ИВА, чтобы забрать мион? Или чтобы прибрать к рукам двадцать килограмм, не регистрируя их нигде? Что-то мне подсказывало, что второй момент решает.

Связь оборвалась, но я ещё долго смотрел перед собой. Возможно, я паникёр и ничего критичного бы не произошло. Вот только если вам кажется, что за вами следят, это не значит, что вы ошибаетесь. Я возомнил себя великим героем, который с ноги может навязывать свои услуги великим домам и сегодня мне наглядно показали, как к этому великие дома относятся. Нужно как можно быстрей закрывать вопрос с кораблём предтеч. Потому что только в этом я вижу наш шанс на безопасную жизнь. Ни разу не спокойную, но безопасную. Наверно.