Бывают моменты, когда ситуация настолько выходит из-под твоего контроля, что ты перестаёшь что-то понимать. Со мной сейчас произошло именно такая штука. Да, приятная, но непонятная и оттого напрягающая. О чём речь? О том, что шестьдесят килограмм миона, которые я отправил в универсальный контейнер предтеч, не весили ничего! И это, как я сказал, напрягало куда сильнее, чем сотня брутов, что ползла сейчас на «запах» моего боевого меча.

Коронники не ожидали моего появления, поэтому не сумели перестроиться. Эхо построил несколько направлений удара и, выставив боевой меч, я пронёсся по полю на полной скорости, уничтожив ксорхианцев секунд за десять. Я даже не останавливался — меч проходил через тела коронников без сопротивления, словно через воздух. Так что всё, что мне оставалось — контролировать полёт, вовремя перекладывая руку с мечом.

А дальше началось то, что и ввело меня в ступор. Спрятав меч, я достал обычный нож и приступил к не самой приятной, но необходимой работе. Вскрывал тушу коронника, доставал мион и отправлял его к универсальный контейнер, чтобы тут же перейти к следующему ксорху. У меня было всего пять минут на сбор — ровно столько жил «мион» до полного исчезновения.

Я старался не отвлекаться на мелочи, но не отвлекаться не получилось. Когда я обработал уже с сотню коронников, пришло осознание, что у меня за спиной находится пятьдесят килограмм чистого миона. Когда я собирал его в прошлом, на Гиперионе-7, подобная масса основательно давила через контейнер на мой «Призрак». Да, тогда костюм распределил нагрузку, приняв её на себя, так что я мог нормально передвигаться. Ощущая тяжесть, но без какого-либо напряжения.

Сейчас же всё шло не так, как обычно. Я вообще не ощущал вес! Тело оставалось таким же лёгким, как и до начала сбора, что было совершенно непонятно. Словно у меня за спиной был не один из драгоценнейших ресурсов галактики, за который Вейраны удавят любого, а пустой воздух.

«Что происходит?», — спросил я у Эхо. — «Объясняй».

«Хотел бы я сам понимать», — отозвался Эхо. — «Броня обменивается с контейнером сигналами, я вижу сам обмен, но он для меня непонятен. Результат ты видишь — контейнер каким-то образом избавился от веса. Причём этот вес не перешёл на броню, он вообще исчез! Словно броня приказала отправить его куда-то в другое место и контейнер подчинился. Детали можешь не спрашивать — я сам впервые такое вижу».

«И такое будет работать всё время?», — спросил я. — «Даже если я контейнер сниму?»

«Можем протестировать», — предложил Эхо. — «Только после того, как соберём весь мион и избежим встречи с брутами, что бегут в нашу сторону. У тебя не более двух минут. Действуй!»

Пришлось ускоряться и к моменту, когда к полю уничтоженных коронников прибежала сотня ксорхианцев, я уже висел в воздухе, размышляя о смысле жизни. Происходящее мне не нравилось. Когда броня летает, лечит и прячет от сканеров — это объяснимо. Антиграв, встроенный медблок, продвинутая система маскировки. Наверное. Но когда броня по собственному разумению отправляет шестьдесят килограммов в какую-то неизвестную дыру — это уже сюрприз с непредсказуемым сроком годности. Законы физики должны быть незыблемыми, значит и масса не имеет права растворяться в воздухе по щелчку пальцев. Она обязана быть! Но её не было, словно весь мион убежал в невидимую дыру в пространстве.

Бруты явно переживали, что с коронниками поступили столь некрасиво и радикально. Они носились туда-сюда, пытаясь понять, куда подевался противник, что ещё пару минут назад ощущался так чётко. Я не собирался спускаться, чтобы сражаться с такой огромной толпой, поэтому, наконец, огляделся. Пора определяться, куда меня занесло.

Это был город, точнее, та горстка обломков, которая от него осталась. Когда-то здесь находилась столица величайшей империи в истории. Место, к которому сходились все нити власти галактики, а теперь оно превратилось в руины, изъеденные ядовитым туманом. Зелёная муть, которую ксорхи распыляют над захваченными мирами, за сотню лет сожрала камень и металл, оставив после себя лишь крохи. Видимо, на закуску в следующие сотню лет. Печальное зрелище, если честно.

Активное сражение шло километрах в двадцати к западу, но даже с такого расстояния до меня докатывался чудовищный гул, продирающий до костей. Взлетев ещё чуть выше, я приблизил бой и хмыкнул. Ксорхи проигрывали, причём вчистую. Десантные корабли пиратов один за другим уверенно садились на планету и рой средних кораблей ксорхов никак не мог этому помешать. О драксах даже говорить не приходилось — их заряды били в никуда. Без коронников драксы выглядели бесполезными исполинами.

Стоять на одном месте было бессмысленно, поэтому я двинулся в сторону основных боевых сражений, стараясь держаться достаточно высоко, чтобы не привлекать внимание снующих внизу тварей, при этом достаточно низко, чтобы не стать случайной целью какого-нибудь истребителя. Меня не видели, но это не значит, что в невидимку нельзя случайно попасть.

Пока летел, несколько раз встречал небольшие поля коронников. Сбившись по пять-шесть особей, они пытались захватить разум пилотов истребителей. Результата я не видел, но тварей это не смущало. Они делали то, что требовал от них высший разум. Каждый раз, когда я замечал подобное скопление ксоров, возникало желание остановиться и ещё раз поохотиться, но разум победил. Два-три килограмма сейчас погоды не сделают, а привлекать внимание ксорхианцев к тому, что их коронников кто-то целенаправленно вырезает, мне не хотелось. Может, у них найдётся какая-то особо опасная тварь, способная обнаруживать броню предтеч. Ведь каким-то же образом ксорхи победили в войне? Наверняка не чистой голой силой. Так что приходились давить свою жадность в зародыше и двигаться дальше. Хотя давить было крайне тяжело.

Зависнув в километре от точки спуска пиратов, я в очередной раз задумался. Что-то смысл жизни стал часто меня интересовать. Не к добру это. Того и гляди, в философы подамся. Причиной моей задумчивости явился мощный энергетический купол, которым пираты закрыли место своей высадки. Нечто подобное было на Гиперионе-7. Бруты прыгали на купол, но преодолеть его не могли, растекаясь по нему некрасивой кровавой кашей. Это показалось мне довольно странно — корабли, продолжающиеся спускаться, проходили через купол без каких-либо проблем.

«Он работает только на ксорхианцев», — удивлённо заявил Эхо. — «Какая необычная разработка. Почему она не используется везде?»

«Потому что Кироны не беспокоятся о войсках империи», — мрачно ответил я. — «Им нужно, чтобы имперцев погибло как можно больше. Чем слабее Соларионы, тем сильнее великие дома.»

«Под куполом находятся наёмники», — Эхо провёл сканирование людей, которые активно разворачивали под пузырём оборудование. — «Я засёк биосигнатуру Дориана Веста. Пираты объединились с Киронами? Но почему?»

Ответ пришёл вместе с очередным кораблём. Рядом с глобальной стройкой, которую затеяли прибывшие, спустился шаттл, откуда достали буровую установку. Практически точную копию той, которая находилась на «Груваке».

Пираты собрались копать, причём так глубоко, что им потребовалось специальное оборудование. Я ещё раз взглянул на уничтожаемых куполом брутов и понял, что у людей есть все права на то, чтобы считать свою миссию успешной. Новые технологии, с которыми ксорхи ещё не встречались, делали их совершенно беспомощными перед людьми. Проходчики, конечно, вскоре появятся, прорывая дыры в лагере, но что-то мне подсказывает, что Кироны продумали и этот момент. Они прекрасно знают о ползающих под землёй червях, так что не могли не придумать защиту ещё и от них.

«Бумаги такой штукой не добывают», — заявил Эхо. Хотя смысла в его фразе не было. И так было понятно, что пиратам и Киронам бумажный архив не нужен. Впрочем, как и мой «Грувака». Они прибыли сюда за чем-то другим. Чем-то, что заставило их использовать огромный флот и наплевать на проблемы, связанные с опасными ксорхами.

Кто-то узнал о ксорхе, находящимся в недрах Вераска, и решил во что бы то ни стало его достать. Или уничтожить — такое тоже вполне возможно, ибо орбитальная бомбардировка не прекращалась ни на минуту. Корабли били по поверхности планеты, стирая с её лица всех ксорхианцев, готовых ринуться сюда. Ничто не должно помешать главной цели этого похода — прогрызться в глубины.

Через несколько минут я понял, что существует вещь, на которую мне не нравится смотреть. Потому что она напоминает мне о том, насколько у других людей больше ресурсов, чем у меня. И сейчас этой вещью стала чужая стройка — под мерцающим куполом прямо на моих глазах вырастала огромная база.

Развернулись прибывшие на славу. Они не суетились, не толкались, не мешали друг другу. Складывалось ощущение, что каждый знал своё место и дело. Сборные модули будущей базы вставали друг за другом с безумной для опасной планеты скоростью. Это даже заставило меня задуматься о том, откуда у пиратов такая слаженность работы? Они же, как ни крути, все должны быть штурмовиками, привыкшими захватывать чужие корабли или планеты. А тут строительство, что странно само по себе.

Единственный вариант, который подходил в качестве ответа — пираты захватили с собой инженеров. Либо Кироны захватили инженеров. Либо в этом безумном проекте участвует третья сторона, которая предоставила инженеров. Почему я так думал? Потому что приближение показало, что у тех, кто строил базу, не было никаких опознавательных знаков. У пиратов и Киронов они были — герб великого дома и «Чёрного норка» не узнать было тяжело. Но у тех, кто воздвигал базу с чудовищной скоростью, не было ничего подобного.

Корабли приземлялись один за другим и люди подбегали к ним ещё до того, как открывался грузовой трюм. Где-то в стороне развернули генераторы воздуха, и я с удивлением заметил, что под куполом уже ходят без шлемов. Прибывшие превратили клочок отравленной мёртвой планеты в место, где можно дышать, и это вызывало уважение. Если, конечно, забыть о том, что эти люди с удовольствием уничтожат и меня, и всех «Малышей», попадись мы им на глаза.

Так, хватит пялиться на чужие успехи! Своих дел по горло! Пока пираты готовились к покорению глубин, мне стоило заняться той самой важной частью своего плана, ради которой я вообще прибыл на Вераск. Мне нужны ценнейшие бумаги из ценнейшей сокровищницы. Хотя, чем дольше я смотрел на окружающий мир, тем больше понимал, что от бумаг должна остаться только память. Если ядовитый туман умудрился сожрать камни и металл, то вряд ли он поступит бережно с обычной бумагой. Однако проверить я был обязан — мне придётся предъявлять ректору доказательства того, что миссия провалилась не по моей вине. Хотя, запросто пришьют вину и мне — скажут, нужно было родиться на восемьдесят лет раньше.

Перед глазами появилась карта. Пока я наблюдал за пиратами, Эхо работал, сканируя пространство. Карта, которую я получил от Лорана Солариона, лично мне казалась уже бессмысленной. Найти по ней ориентиры в той мешанине камней, в которые превратился Вераск, было нереально. Однако Эхо справился, умудрившись наложить одно на другое.

«Потому что не только Векс и Аларик умеют работать с информацией», — горделиво заявила моя личностная матрица. — «Мы тоже на кое-что способны! Идём, пора разбираться, что там с бумагами»

Эхо наложил на карту зелёную нить, ведущую прочь от стройки и места бойни. Ничем другим назвать бессмысленное самоубийство брутов я не мог. Они решили закидать купол своими телами? Странная идея, как по мне. Можно было атаковать прибывших куда эффективней. Например, тупо швыряться в них камнями, которые с лёгкостью бы проходили через купол. В общем, у меня возникло много вопросов к тому, кто здесь командует со стороны ксорхианцев. Но задавать их я, конечно же, не стану.

Центр города, куда мне было нужно, находился в десяти километрах от точки высадки пиратов и, получается, в тридцати от моего места выхода на поверхность. Обстановка мало чем изменилась — кругом были всё те же разрушенные камни. Однако меня тут же ждал сюрприз в виде сканирования Эхо.

«Под руинами есть пустота», — заявил он. — «Большая и, судя по тому, что я вижу, герметичная. Туман туда не добрался. Там много стеллажей с какими-то книгами или чем-то на них похожим. Видимо, это и есть наши бумаги».

Эхо подсветил несколько направлений движения, выставляя восклицательные знаки напротив камней, которые я мог выковырять обычным ножом и откинуть их в сторону. Пришлось работать, к чему я, прямо скажем, был не совсем готов. Пришлось превращаться в Проходчика ксорхианцев, выковыривая перед собой камни и швыряя их прочь, чтобы продраться вперёд хоть на пару сантиметров. Завалы были плотными, но время и ядовитый туман сделали своё дело — порода была рыхлой. В противном случае я бы здесь не прошёл.

Несколько раз у меня мелькала предательская мысль о том, чтобы полоснуть боевым мечом и прорезать дорогу за минуту, но стоило об этом подумать, как Эхо тут же показывал биосигнатуры брутов, бегущих неподалёку от меня. Ксорхианцы стремились к месту высадки пиратов, но, стоит хоть на мгновение вытащить меч, как они забудут о пришлых и ринутся уничтожать всё, что связано с предтечами.

Так что меч сидел плотно в броне, а я работал как простой землекоп. Впору загадывать задачки для малышей. Один землекоп роет руками яму со скоростью метр в час. Вопрос — в какой момент владелец вольного отряда наёмников «Малыши» свернул не туда? Я сбежал с Агриса, чтобы никогда не ковыряться в земле, так чем же я сейчас занимаюсь?

Можно, конечно, ругаться, но работу никто кроме меня делать не будет. Так что приходилось двигаться вперёд, периодически протискиваясь с силой в особо узкие лазы. Камни обдирали бока, формируя глубокие царапины на броне, но они тут же зарастали. Костюм работал идеально.

И в этот момент мне пришла в голову великая по своей мысли идея. Выкорчевав очередной камень, я хотел откинуть его в сторону, но остановился. Эхо показывал, что мне ещё метров двадцать продираться вперёд, и швыряя камни позади себя, я создам пробку, через которую затем придётся продираться. А зачем выдумывать себе проблемы на ровном месте, если можно заодно проверить небольшую теорию?

Теорию о том, есть ли предел у моего универсального контейнера! Причём не только по массе, но и по объёму. Шестьдесят килограмм миона показали, что вес уходит, но что с объёмом? Об этом пока не было ни слова.

Приняв решение, я начал закидывать камни в находящийся за спиной рюкзак предтеч. Мне достаточно было подносить камень к контейнеру, после чего он действовал сам, считывая мои намеренья. Камень забирался самим контейнером и куда-то в нём прятался. То есть из процесса укладки меня полностью исключили, чему я был искренне рад. В вырытом туннеле заниматься ещё и этим было бы неудобно.

Так и пошло — я выковыривал камни и отправлял их сразу в своё хранилище, уверенно двигаясь вниз, к пустой полости. Камни исчезали один за другим, пропадая, словно в чёрной дыре. Я даже начал подозревать, что универсальное хранилище будет глотать камни с тем же безразличием, с каким он недавно проглотил весь мион, однако неожиданно начал появляться вес. На мою спину начало что-то давить.

«Стоять», — тут же заявил Эхо. — «Достигнут предел массы. Предположительно около тонны. Видимо — это текущий предел твоего контейнера».

«Текущий?», — спросил я, услышав правильное слово.

«С большой долей вероятности твоё хранилище можно улучшить», — пояснил Эхо. — «Я занимался только бронёй, не обращая внимания на универсальный контейнер и меч. Но что, если универсальные кубы способны превратиться во что-то, что сделает твои официально зарегистрированные предметы сильнее? Например, меч начнёт резать биоткань ксорхианцев? Или контейнер предоставит возможность хранить в себе не тонну, как сейчас, а сразу две? Всё это нужно тестировать».

«Что по объёму?», — спросил я, стараясь погасить возбуждение. Получить усиленное оружие — идея настолько заманчивая, что я прямо сейчас был готов сбежать обратно на «Груваку» и использовать один из кубов предтеч.

«Предела я не вижу», — ответил Эхо. — «Тонна камней поместилась в твоём небольшом контейнере, словно так и надо. Всё же предтечи отлично умели покорять пространство, здесь ничего не скажешь. Даже обидно, что мы раньше не могли пользоваться всеми возможностями твоего хранилища. Спрятали бы в нём много чего полезного, не отдавая другим»

«Данные всё равно видны на тактическом планшете», — не согласился я, выводя на планшет содержимое своего контейнера. Камни, камни и ещё раз камни. И немного миона. Но он среди камней был даже незаметен.

«Да, но…», — задумался Эхо. — «Уверен — если улучшить контейнер, то он перестанет показывать всё. Только то, что тебе нужно. Но нужно проверять».

«Вот этим и займёмся, когда вернёмся», — заявил я. — «А сейчас я пополз обратно. Нужно скинуть камень».

Мне пришлось ещё трижды возвращаться, чтобы скинуть камни — сокровищница бывшего дворца находилась непозволительно глубоко. Постепенно камень начал уплотняться, двигаться стало тяжело, пока я не упёрся в идеальную кладку. Сразу за ней шёл толстый слой сплошного фазового сплава, способный противостоять любому ксорху, и уже за ним находилась та самая пустота, которую заметил Эхо.

Прохода не было от слова «совсем». Сколько Эхо не сканировал, найти двери, через которые я мог проникнуть в «святая святых» древней столицы, он так и не смог. Сразу возникла мысль о том, что древние попадали в сокровищницу не через обычные двери, а через врата, но Эхо ничего подобного внутри не замечал. Это было просто герметично запертое место.

«Опасно, но ничего не поделать», — согласился с моими мыслями Эхо. — «Только режь как можно быстрее. Вдруг ксорхи не сразу поймут, что происходит».

Речь шла о том, чтобы использовать меч предтеч и прорезать себе дыру в сокровищницу. Позади меня было тридцать метров сплошного камня, так что вероятность того, что заметят, была низкой. Но не нулевой. На Гиперионе-7 меня заметили с большоого расстояния. Вдруг здесь точно также?

Ой, грувак бояться — детей не делать!

Рукоятка меча выскользнула из брони и, как только появилось красное лезвие, я тут же утопил его в камни и металл. Если камни резались, как вода, то с фазовым сплавом пришлось повозиться. Древние имперцы не пожалели металла, сделав толщину перегородок с палец. Но и это не помогло им сберечь свою ценность от одного крайне настырного меня.

Вырезанный кусок провалился внутрь, а следом за ним нырнул и я, протискиваясь в узкое пространство. Меч тут же ушёл обратно в броню, я же, развернувшись, начал заливать гермопастой проход, изолируя помещение не только от густого ядовитого тумана, но и от ксорхов.

«Вроде обошлось», — заявил Эхо. — «Движения в нашу сторону я не вижу. Парочка брутов какое-то время волновалась, но продолжила бежать к пиратам».

Облегчённо вздохнув, я осмотрелся. Света мне не требовалось — броня предтеч прекрасно показывала мне содержимое одного из самых ценных тайников древней империи. Дверей, как мы с Эхо и предполагали, не было. Вместо них в самом центре помещения находилась потухшая арка врат предтеч. Она никуда не вела, словно вторая половинка была уничтожена.

«Это же невозможно», — удивился я. — «Врата предтеч неразрушимы! Это все знают!»

«Видимо, сегодня нам придётся многое узнать такого, чего не должно существовать», — заявил Эхо и подсветил несколько мест рядом с неработающими вратами. — «Это останки людей. Судя по тому, как они расположены — они до последнего отстреливались через врата. Посмотри, какие интересные срезы. Часть тела находится с нашей стороны, часть исчезла. Словно врата перестали работать неожиданно даже для них, и они не успели перейти на какую-либо сторону. Их просто разрезало. Очень интересное наблюдение. Полагаю, учёные империи многое бы отдали за одни фото этого места».

«Так в чём дело?», — спросил я. — «Зачем терять деньги, если мы можем заработать? Делай фото и проводи все необходимые исследования. Я бы ещё и сами врата забрал, но не уверен, что они поместятся в моём контейнере».

«Проверим?», — предложил Эхо. — «Объём не важен, а я не думаю, что врата весят больше тонны».

Эхо ошибся. Стоило мне подойти к валяющимся вратам и коснуться их, как универсальный контейнер пришёл в действие. Он обволок врата и меня прижало к земле. Хорошо, что я упал на спину, на контейнер. Если бы я свалился на живот, то меня просто бы расплющило. Весили врата непозволительно много для своего объёма. Они словно были изготовлены из ядра какой-нибудь нейтронной звезды!

«Я понял», — произнёс Эхо, как только мы избавились от врат. — «Став неактивными, они утратили всё своё волшебство покорения пространства. Ты же знаешь, что врата можно расширять до трёхсот метров? Видимо, каким-то образом вся масса арки, требующаяся для этого, хранится внутри самих врат. Когда они активны, то есть работают на обе стороны, масса исчезает в никуда, как в твоём хранилище. Но стоит уничтожить одни из врат, как возвращается вся масса».

Стройная теория, ничего не скажешь. Причём я был с ней полностью согласен. Весила небольшая на вид арка столько, что я её с места сдвинуть не мог. В то время как обычно это достаточно легко проходило. Тогда остаются только фото и записи. Но даже так учёные должны носить меня на руках. Ибо ещё никому не удавалось исследовать затухшие врата предтеч.

Отвлёкшись от валяющейся на земле арки, я ещё раз осмотрел сокровищницу. Своё название она не оправдывала. Здесь не было ни кредитов, ни золота, ни драгоценных камней. Вообще ничего такого, что можно было бы выгодно продать. Вместо сокровищ здесь от пола до потолка тянулись стеллажи и все они были забиты бумажными книгами. Тысячи, если не десятки тысяч томов. Несмотря на то, что прошла сотня лет с момента падения столицы, с книгами ничего не стало. Это не могло не радовать.

Я подошёл к ближайшему стеллажу и коснулся первой книги. Универсальный контейнер правильно понял моё намеренье, сцапав книгу и разместив её в своём «нигде». Говорите, в меня влезает тонна? А в книгах это сколько?

Макулатура полилась в меня полноценной рекой. Я грёб всё подряд, не разбирая, что есть ценное, а что просто так находится здесь за компанию. Пусть такие вещи заботят Лорана Солариона. Первый стеллаж. Второй. Пятый и даже десятый. Я поглощал книги сотнями, удивляясь их малой массе. Складывалось ощущение, что они вообще ничего не весят! Бумага, из которых были изготовлены эти древние артефакты, явно изготавливалась не из обычной целлюлозы. Здесь было использовано что-то технологичное. То, что доступно только высшим домам. Очень хочу увидеть лицо ректора, когда он осознает, что я сумел выполнить его безумное задание.

Когда стеллажи закончились, Эхо сделал глобальный вывод, что я заполнен на восемьдесят процентов. Значит, можно ещё две сотни килограмм миона прибрать к рукам, чтобы поход на Вераск не был напрасен.

Вот только мои мысли были заняты не мионом, а тем, куда всё же хотят добраться Кироны? Вдруг мне тоже это нужно?