Императорская военная академия встретила нас утренней прохладой и приятным шелестом фонтанов. Курсанты шли по своим делам, обсуждая лекции и предстоящие экзамены, носились туда-сюда транспортные платформы, где-то в стороне два курсанта сцепились друг с другом в словесном поединке, вынуждая оппонента первым вызвать его на дуэль. Всё было таким же, как и до нашего отъезда. Самый обычный день в самой элитной академии империи Тирис.

У меня даже успела мелькнуть предательская мысль о том, что жизнь в ИВА может уйти в русло спокойствия и счастья, когда из-за поворота главной аллеи навстречу вышла Элиара Вейран. Одна, что удивительно. Без привычной своры приспешников и почитателей её несомненных «талантов».

— Мой дорогой барон, какая внезапная и неожиданная встреча! — пропела она с такой улыбкой, что любой, кто впервые с ней встречается, запросто бы мог поверить в то, что Элиара ждала этой встречи всю свою жизнь. — Тебя не было так долго, что я начала скучать и даже волноваться. Вдруг с тобой что-то произошло? Пришлось расспрашивать о тебе и, представь, с удивлением узнала, что ты отправился с виконтом Кироном в увеселительное путешествие. При этом меня с собой, по какой-то странной причине, взять не захотел. Я даже немного обиделась.

— Сильно в этом сомневаюсь, — ответил я, останавливаясь.

Как бы мне ни хотелось избежать этой встречи, она была нужна. Время, которое в своём ультиматуме выдали мне Кироны, давно прошло. Либо Вейраны встали на мою защиту, либо у меня впереди очередные неприятности. И источник информации о том, что меня ждёт — Элиара. Поэтому её придётся выслушивать. Зорина, шедшая со мной под руку, сделала такое лицо, словно она увидела ксорха, разгуливающего по ИВА. Если бы выражением лица можно было убивать, то от Элиары прямо сейчас не осталось бы даже пепла.

— Тебе не рады, — буркнула Зорина. — Говори, что хотела и проваливай.

— Каэль, милый, у меня для тебя хорошие новости, — Элиара проигнорировала Зорину, словно её вовсе не существовало. — Помнишь наш с тобой разговор? Я очень рада, что мне удалось сыграть свою маленькую роль в одном важном деле. Дядя Дариан передал для тебя пару строк, и я решила, что лучше всего вручить их тебе лично. Тем более что я как раз была неподалёку.

Она протянула мне конверт из плотной бумаги, запечатанный гербом дома Вейран и в её глазах заплясали искорки внутреннего пламени. Элиара добилась своего и наслаждалась своей победой.

— Что в письме? — холодно спросила Зорина.

— Милый Каэль, а почему бы тебе не прочитать это письмо прямо сейчас? — Элиара продолжала игнорировать Зорину. — Дядя попросил проследить, что ты ознакомился с содержанием и правильно его понял.

Зорина прорычала что-то нечленораздельное, но сейчас ситуация была на стороне Элиары. Я вскрыл конверт, и с удивлением увидев два листа.

Первый оказался письмом графа Дариана Вейрана.

Барон Каэль Золотой, великий дом Вейран рассмотрел ваше предложение и решил его принять. Условия нашего сотрудничества — двадцать килограмм миона ежемесячно в течение двух лет, начиная с момента вашего выпуска с первого курса. Условия защиты вступают в силу немедленно — об этом вы узнаете сразу же, как только прочтёте второй лист.

С графом Кассианом Кироном я переговорил вчера лично. Он внял моим доводам и пошёл навстречу, понимая, что в данной ситуации это выгодно обеим сторонам. Подтверждение я попросил оформить отдельно, чтобы у вас на руках был документ.

В связи с тем, что до окончания учебного года остаётся месяц, и за это время с вами может произойти что угодно, я принял решение усилить вашу защиту. Элиара Вейран обязана находиться рядом с вами всё это время. Лишь в местах, где её физическое присутствие может вызвать досужие разговоры, она будет отсутствовать. В остальных её присутствие обязательно. Прошу отнестись к этому как к необходимой мере, а не как к ограничению вашей свободы. Любой инцидент в её отсутствие я буду рассматривать как ваш недосмотр.

С уважением, граф Дариан Вейран.

Я посмотрел на второй лист. Слов там было куда меньше. И не узнать герб Киронов было крайне тяжело.

Дом Кирон не имеет претензий к барону Каэлю в связи со смертью Деррика Кирона. Все обвинения сняты, ультиматум по передаче «Груваки» отозван.

Граф Кассиан Кирон.

Без уважения, конечно, но и так сойдёт. Великий дом Кирон капитулировал перед Вейранами и граф Кассиан в этом расписался. Вот только вляд ли это была полная капитуляция. Я не сомневался, что дядя Вальтера обязательно устроит мне что-то крайне неприятное и жёсткое, но всё это будет когда-нибудь потом. Не сегодня и, смею надеяться, не завтра.

Зорина читала письма вместе со мной и к концу первого стала похожа на кипящий чайник. Казалось, тронь — взорвётся и снесёт всё, что находится рядом. Такой злой Зорину я не видел давно.

— Каэлю не нужна такая нянька! — прорычала Зорина, как только я спрятал письма. — С ним ничего не произойдёт в этот месяц!

— Дорогой Каэль, кое-что меня просили передать тебе на словах, — Элиара продолжила улыбаться, настойчиво игнорируя бурлящий чайник в лице Зорины. — В нашем мире не так много людей, обладающих боевым мечом предтеч. И следы, которые остаются после его применения, крайне тяжело скрыть. Сразу становится понятно, что был использован именно боевой меч, а не наш, силовой. Вот, сказала. Не знаю, что это значит, но граф Дариан Вейран настоятельно требовал, чтобы именно эти слова ты услышал. Ты же понимаешь, о чём идёт речь, верно?

Боевой меч оставляет следы… Выстроить логическую цепочку достаточно легко. Кто-то думал, что он самый хитрый во всей вселенной? Вейраны наглядно показали, что ничего подобного! Кироны потеряли лабораторию и логично, что они заинтересовались, каким образом в неё проникли посторонние. Обнаружить разрезанные перегородки не проблема. Как не проблема пройти по ним вплоть до трущоб планеты-казино. Посмотреть камеры, найти виновных. Кироны прекрасно знают, кто устроил им погром в лаборатории. Вот только по какой-то причине отступили. Вейраны надавили? Не думаю! Мне кажется, что здесь какая-то внутренняя возня внутри их семейства. Граф Кассиан заигрался и потерял лабораторию. Глава дома мог вызвать его с отчётом и потребовать объяснений. В общем, впереди у меня гарантированные проблемы. Кироны убрали официальный ультиматум, но сделают всё, чтобы один особо резвый безземельный барон прожил не так долго, как ему хочется.

Единственное, на что я надеюсь, что парочка Киронов, которых мы выкрали, будет весомым аргументом в наших будущих столкновениях. Их решили оставить вместе с «Тенями». Зато всё, что хоть как-то касается предтеч, мы забрали на «Груваку», включая всё, что сохранилось на складе Ариса Солариона. Оставлять наследие древних «Теням» я не собирался. Самому мало.

Теперь нужно разобраться со своей броней и сделать подобное как минимум Зорине. Потому что у неё есть личностная матрица, которая обеспечит управление этим весьма ценным устройством. Которое, к слову, всё ещё находится на мне! Да, броня предтеч идеально мимикрировала под форму ИВА, сделав шлем прозрачным и практически неощутимым. Только если начать водить по моим волосам можно заметить, что с ними что-то не так. Что было вполне объяснимо! Это были не волосы, а изменённый шлем! Настоящие волосы были спрятаны под невидимой защитой.

— Судя по твоим глазам, мой дорогой Каэль, ты прекрасно понимаешь, о чём идёт речь, — улыбнулась Элиара. — Очень хорошо, я передам, что информация достигла адресата.

— Вот же сучка подколодная, — прорычала Зорина и указала на Элиару. — Ксорх, ты понимаешь, что теперь рядом с тобой постоянно будет крутиться вот это?

— Снайпер, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, но… — начал я, но меня оборвали.

— Ты ничего не понимаешь! — выпалила Зорина. — Это не ревность! Мне эта вейрановская финтифлюшка вообще не интересна. Меня бесит, что она нагло вытирает о нас ноги, мило при этом улыбаясь, а ты соглашаешься с этим!

— Мой милый Каэль, — Элиара мягко вмешалась, всё так же игнорируя Зорину. — Я очень рада, что наше сотрудничество начинается так удачно. И раз уж мы с тобой теперь много времени будем проводить вместе, я подумала — почему бы нам не начать с ужина? «Серебряный лотос» на верхнем уровне академгородка, восемь вечера. Столик на двоих уже заказан.

— Мы идём вдвоём, — тут же заявила Зорина.

— Безродная дворняжка, — Элиара, наконец-то, посмотрела на Зорину. — Соглашение между моим домом и милым Каэлем тебя не касается. Так что постоишь в стороне. Мой милый Каэль, нам же нужно проработать все детали. Двадцать килограмм миона — это серьёзный объём, и логистика поставок требует личного обсуждения. У дома Вейран есть конкретные требования к точкам передачи. Все эти вопросы решаются только в личной встрече. Без участия необразованных и несдержанных дам.

— Сейчас я сделаю вид, что ничего не слышал, — произнёс я. — Но, если ты продолжишь в подобном ключе, то мне придётся написать уважаемому графу Дариану Вейрану, что безумно выгодное соглашение для его дома трещит по швам всего лишь из-за одного человека. И это не моя девушка. Я не позволю, чтобы в моём присутствии кто-то порочил честь и достоинство Зорины, Элиара. Тебе приказано следовать за мной везде, где только можно? Следуй. Выполняй полученный приказ. Вот только нигде не сказано, что я должен мириться с тем, что ты поносишь мою женщину. Продолжишь — тебя в нашем соглашении не будет. Мне проще будет работать с Кайденом. Мы поняли друг друга?

Зорина сжала мою руку в благодарность, при этом умудрилась промолчать.

— Моя милая Элиара, не слышу ответа, — произнёс я, окончательно перехватывая инициативу. Судя по усмешке Зорины, она оценила моё обращение.

— Поняли, — весь внешний лоск с Элиары сошёл и передо мной предстала злая и безумно опасная девушка.

— Вот и замечательно, — кивнул я. — Моя милая Элиара, тебе придётся поменять бронь в «Серебряном лотосе». Нужен стол минимум на четверых. Со стороны «Малышей» придём я, Зорина и Вальтер. Кого возьмёшь ты, меня не волнует. Во сколько, говоришь, нужно быть в ресторане?

— Восемь вечера, — хмуро ответила Элиара. Судя по её настрою, весь её план полетел грувакам под хвост. Туда ему, собственно, и дорога. Никто не имеет права тявкать на мою Зорину!

— Очень хорошо, — ответил я. — Теперь, моя милая Элиара, проводи нас с Зориной в аудиторию. Тебе приказали заботиться о моём благополучии и не отходить от меня ни на шаг? Так заботься. Кайден весьма изобретателен в своём безумстве, а мне не хотелось бы доставлять партнёрам проблем из-за того, что один из их чад непоправимо глуп, а другой не желает исполнять приказы, поддавшись на волю эмоциям. Зорина, ты же не против, если моя милая Элиара пойдёт справа от меня?

Ответом на подобный вопрос стало презрительное фырканье. Сама Зорина встала слева, взяв меня под руку и демонстративно начала смотреть на возвышающееся над деревьями здание. «Моя милая Элиара» её больше не волновала. Во всяком случае — здесь и сейчас.

На мгновение лицо Элиары Вейран перекосилось, но девушка достаточно быстро взяла себя в руки. Порода, как ни крути, была видна издали. Элиара нацепила на лицо улыбку, превратившись в ту самую наигранную дурочку, которую знали все остальные и, взяв меня под руку, потащила за собой. При этом мелочная натура всё же вылезла наверх — девушка то ускорялась, буквально таща нас за собой, то замедлялась в самых неожиданных местах. Наивная Элиара. Эхо прекрасно прогнозировал каждое её действие, позволяя подстраиваться под этот безумный танец оскорблённой девушки. Плясать под дудку «вейрановской финтифлюшки» я не собирался.

Следующие три недели прошли так спокойно, что я начал серьёзно подозревать заговор всех имперских служб. Никто ко мне не подходил, никто не вызывал на дуэль, никто не пытался устроить «случайную» встречу в коридоре. Кайден, проходя мимо, лишь молча провожал меня полным ненависти взглядом. Даже на занятиях не трогал, хотя, как мне всегда казалось, его самомнение выше требований дома. Оказалось, что это не так и будущий маркиз был вынужден принять решение своих старших.

Новость о том, что Каэль Золотой завёл себе сразу двух девушек, прокатилась по академии со скоростью молнии. Первую неделю её обсуждали везде, где только можно. Мне даже несколько анонимных писем с угрозами приходило. Вторую — только наиболее упёртые поклонники Элиары, бросающие в мою сторону многозначительные взгляды. К третьей неделе все настолько привыкли к тому, что я хожу в обществе двух красоток, что разговоры как-то сами сошли на нет. Зорина всегда находилась слева от меня, сияющая Элиара — справа, и обе делали вид, что другой девушки не существует.

Ректор молчал, даже не думая со мной встречаться. Больше не было никаких разговоров о дуэли с пиратом, об угрозе исключения. Всё это растворилось в воздухе, словно никакого разговора между нами никогда и не было. И это, груваки его подери, напрягало сильнее, чем любая активность со стороны советника императора. Когда существа такого уровня молчат, значит, они что-то готовят. Или чего-то ждут. Что тоже плохо. Тем не менее форсировать события я не стал. Первый шаг должен быть за ними.

В середине второй недели мне доставили письмо от Идриана Валка. Капитан был немногословен, но даже тех нескольких строчек хватило, чтобы сердце в груди начало биться быстрее. У каждого должно быть своё маленькое счастье.

«Побывали везде, много вкусного. Будешь доволен.»

Зорина, увидев записку, только усмехнулась, а вот Элиара напряглась. Сути сообщения она не поняла, однако по реакции несуществующей для неё девушки осознала, что это что-то ценное.

— И что это такое? — спросила Элиара, проявив бескрайнюю для своего положения бестактность. — О чём речь?

Зорина красноречиво вздохнула, показывая своё отношение к подобному, но Элиару подобным было не пробить.

— Каэль, мне нужно знать, что это такое! — продолжала требовать девушка. — Это как-то помешает тебе исполнить договор с моим домом?

— Вейраны могут спать спокойно, — ответил я. — Через пару недель мы отправимся за мионом. Записки, тем более предназначенные только мне, не имеют к этому никакого отношения.

Элиара недовольно засопела, но ума у неё хватило, чтобы не продолжать этот разговор. Хотя я был уверен — уже сегодня дом Вейран будет ломать голову, что такого тайного было в послании моего капитана, что вызвало такую радостную реакцию Зорины. То, что за нами следили, сомнений не было. Слишком потенциально ценным активом для Вейранов мы были. Двадцать килограмм миона каждый месяц в течение двух лет — это то, что великий дом добывает в течение четырёх с лишним лет. Такую «дойную корову» следует оберегать.

Экзамены подкрались незаметно, как обычно подкрадывается всё неприятное.

К моему удивлению, преподаватели отнеслись ко мне и всем «Малышам» с такой лояльностью, что я даже растерялся. Никаких намёков на длительное отсутствие, дополнительных вопросов или злых физиономий. Профессор Кориан, у которого мы пропустили почти весь курс лекций по имперской политологии, лишь пробурчал что-то про «штрафные баллы», но поставил мне «хорошо», даже не задав ни единого вопроса. Просто за то, что я прибыл на экзамен. Нечто аналогичное проходило и по другим предметам. К примеру, по тактике космических боёв мне поставили автоматом «отлично», взяв в качестве критериев оценки мои виртуальные бои с Алариком Лиарданом. Не было никаких сомнений, что кто-то из высоких покровителей шепнул преподавателям, что «Малышей» трогать не нужно.

Хотя, почему «кто-то»? Имя было вполне определённым — Лоран Соларион. Только у ректора была власть тихо и без объяснений снять с нас весь экзаменационный пресс. Пришли на экзамен — уже «хорошо». Назвали имя преподавателя и цвет учебника — «отлично»! И это снова возвращало меня к тому, что Лоран чего-то ждёт. Чего-то очень конкретного.

В итоге я, Зорина и Вальтер перешли на второй курс с приличным средним баллом. Аларик вообще отправился на четвёртый как круглый отличник. Хотя, зная его, можно было предположить, что он действительно всё выучил. Да и практика за этот год у Аларика была такой, какая не у каждого адмирала флота есть. Так что его оценки вообще не вызывали ни у кого вопросов.

Я до последнего ждал встречи с ректором. Сразу после экзаменов все курсанты ИВА получали два месяца обязательного отпуска. Чтобы восстановить силы после долгого и тяжёлого обучения, привести в порядок дела и вообще — морально подготовиться к следующему учебному году. Это были целых два месяца, за которые можно выполнить несколько особо важных поручений. Но Лоран Соларион упорно делал вид, что «Малыши» его больше не интересуют. Существо, что сидит на троне, явно что-то задумало, но его замысел был слишком далёк от нашего понимания. Значит, пришло время выполнить заказ Вейранов. Потому что «Малыши» никогда не отказываются от своих обязательств.

Прыжки с планеты на планету, собирая мион по паре килограмм, выглядели тотальной глупостью. Это Вейраны пусть так работают. Мне же требовалось место, где ксорхов столько, что нам хватило бы одного единственного похода, чтобы полностью закрыть свои обязательства перед Вейранами. Гиперион-7 зачищен. Работа на планете с Ретранслятором даже для нас выглядела как смертельный вызов. В текущем состоянии соваться туда я бы не стал. Значит, нужно такое место, где и ксорхианцев много, и шансы выжить отличны от нуля. Место, куда нормальные люди не суются.

— Слушаю, — в коммуникаторе раздался голос Идриана Валка. Капитан оставался на «Груваке», что швартовался сейчас возле Вотанги, но гиперсвязь работала идеально. Тем более что тема, которую я хотел с ним обсудить, не была тайной. В том, что все наши разговоры прослушиваются, я не сомневался. Вейраны, Кироны, Соларионы — сейчас мы могли быть интересны всем. Даже забавно, на самом деле, как обычный отряд наёмников стал центром интереса минимум трёх высших домов.

— Капитан, короткий вопрос, — произнёс я. — Нужно добыть много миона. Так много, что подобные объёмы даже некультурно обсуждать. Для этого нужны высшие ксорхи или коронники. Где, на твой взгляд, нам их лучше всего брать? Гиперион-7 зачистили, насколько мне известно. Других мест я не знаю. Нужна помощь.

— У нас новый вызов? — усмехнулся капитан «Груваки».

— Можно сказать и так, — ответил я. О том, что у меня возникли обязательства перед Вейранами, вся наша команда уже знала. Не одобряла, конечно, но знала. — Не хочу бегать по планетам ради одного-двух килограммов. Нужно что-то серьёзное.

— Прямо сейчас идут активные боевые действия с ксорхианцами в восточном секторе, — ответил капитан Валк.

— Война нам не нужна, — ответил я. — Это не то место, где можно развернуться.

— В глубины забираться не получится, — задумчиво произнёс Идриан Валк. — Нас вырвут из гиперпространства и разотрут в порошок. Нужно что-то дальнее, заселённое, но при этом достаточно доступное. Из всех вариантов, которые лежат на поверхности, подходит только один. Вераск. Бывшая столица империи Тирис. Идеальное место по удалённости и заселённости ксорхами. Но должен предупредить, что соваться туда — чистой воды самоубийство.

— Принял, — ответил я. — Спасибо за информацию, капитан. Забирайте нас и «Малышей» из боевой академии. Мы летим за мионом.

— Будем через двенадцать часов, — произнёс Идриан Валк и отключился.

— Вераск? — спросила Зорина. — Тебе не кажется, Ксорх, что за последнее время у нас слишком много неожиданных совпадений? Ты уверен, что Идриан Валк работает на нас, а не на Соларионов?

— Подозревая каждого в предательстве, когда-нибудь увидишь предательство в самом себе, — ответил я. Какое-то время глядя на коммуникатор, я всё же сделал очередной вызов. Ответ пришёл сразу.

— Курсант Каэль Золотой, вам что-то нужно? — раздался безупречный голос безупречной помощницы ректора.

— Передайте господину ректору, что «Малыши» отправляются на Вераск, — заявил я. — Насколько я помню, у него были какие-то пожелания касательно этой планеты. Мы готовы обсудить условия задания, если ему ещё интересна эта тема.

— Я передам эту информацию, — заявила помощница. — Ожидайте ответа.

Отключившись, я долго смотрел на хмурую Зорину.

— Ты суёшь голову в пасть груваке, — заявила она. — И не факт, что успеешь выдернуть её до того, как пасть захлопнется.

— Если мы не будем дразнить груваку своей головой, то рано или поздно она сожрёт нас всех целиком, — ответил я. — Так что нужно действовать на опережение. Ошарашенная грувака не так опасна. Во всяком случае я очень на это надеюсь.

Императорская военная академия.

Несколько недель до экзаменов

Кабинет ректора.

Лоран Соларион не любил обсуждать серьёзные разговоры через гиперсвязь, даже если она защищена шифрами третьего уровня. Слишком ненадёжно, слишком отслеживаемо. Слишком много «слишком». Однако ситуация требовала того, чтобы подобный разговор всё же состоялся. Напротив ректора ИВА находилось изображение мужчины с глубоким шрамом через левую щёку и суть разговора совершенно не нравилась Лорану Солариону.

— Повтори, — потребовал Лоран.

— У меня нет проблем с повторением, советник, — глава «Чёрного норка» отпил вина и поставил бокал на стол. — Мы получили заказ на Каэля Золотого. Заказ такого уровня, от которого мы при всём желании не можем отказаться. Поэтому все наши предыдущие договорённости по данному человеку аннулируются. Мы убьём Ксорха, советник. Потому что заказ совпал с нашими желаниями. Никто не вправе бросать вызов «Чёрному норку».

— От кого заказ? — холодно спросил Лоран.

Глава «Чёрного норка» лишь усмехнулся, вновь взявшись за бокал. Детали заказа раскрывать он не собирался.

— Каэль Золотой — это человек, действия которого находятся на особом контроле императора, — заявил Лоран Соларион. — Хочешь, чтобы империя Тирис обратила свой взор на «Чёрный норк»? Готов встретиться с нашей армией? Могу гарантировать, что указ о зачистке твоих территорий будет подписан в течение недели.

— Ради какого-то пацана? — глава пиратов ухмыльнулся. — Не смешно, советник. Армия империи не будет тратить на нас ресурсы из-за какого-то безземельного барона. Ты лучше меня понимаешь, как работает имперская бюрократия. Даже прямой приказ императора не заставит армию шевелиться. Всё затянется на месяцы, а к этому моменту Ксорх будет уже мёртв. Давай говорить открыто, советник. «Чёрный норк» получил заказ, который перебивает все наши прежние договорённости. Причём заказ от того, с кем мы не можем позволить себе ссориться. Это всё, что я могу тебе сказать.

— Передай заказчику, что он совершает ошибку, — после долгой паузы произнёс Лоран Соларион. — Очень большую ошибку.

— Передам, — глава пиратов снова отпил вина. — Но это ничего не изменит. Заказ принят, ресурсы на его выполнение выделены. Ксорх умрёт и я хотел, чтобы ты узнал об этом первым. Это не должно сказаться на наших проектах, советник. Какой-то пацан не должен помешать нашим планам.

Связь оборвалась, но Лоран ещё долгое время сидел в кресле, глядя перед собой. Главный разум думал, взвешивая все «за» и «против». Один человек против всех проектов, запущенных на территории пиратов. Проектов по выращиванию «новых» людей. Вопрос в том, что сейчас важнее для империи Тирис? Что важнее для главного разума?

Дворец графа Кассиана Кирона.

Сразу после переходных экзаменов ИВА

Граф Кассиан Кирон стоял у огромного окна и смотрел на мрачно-багровый закат. Точно такой же, как настроение графа. Позади графа стояли полковник Ремас, начальник личной охраны, и виконт Корвин, отвечающий за внешние операции.

— Говорите, — наконец, произнёс граф.

— Перехвачен разговор, — начал Корвин. — «Грувака» отправляется на Вераск.

— Когда? — спросил граф, не отрываясь от окна.

— В течение суток, — ответил Ремас. — Наши люди сообщили, что «Грувака» подал запрос на доступ в системы с Императорскими академиями. Они собирают всех «Малышей».

— Пираты? — граф Кассиан был сегодня немногословен.

— Уже предупреждены, господин, — отчитался Корвин. — Они в восторге от информации. По их словам, Вераск — идеальное место для операции. Они собираются отправить десять тяжёлых крейсеров. С линкорами сейчас у «Чёрного норка» беда.

— Этого может не хватить, — заявил граф Кассиан.

— Господин? — удивился Корвин. — Грувака всего лишь малый крейсер. Десять тяжей сотрут его в пыль.

— Этого. Может. Не хватить, — раздельно повторил граф и отвернулся от окна. — Ксорх слишком непредсказуем и десять тяжёлых крейсеров против него недостаточно! Найми три дополнительных отряда. Нужны наёмники, готовые за деньги сунуться в пасть даже к ксорхианцам. Отправь с ними два моих линкора. Без опознавательных знаков. От «Малышей» должна остаться только память! Это понятно?

— Будет исполнено, господин, — кивнул Корвин. Два линкора — это сила, с которой будут считаться даже пираты.

Ремас и Корвин вышли из кабинета, оставив графа в одиночестве. Тот подошёл к шкафу с напитками, налил себе бокал тёмного миорского коньяка и сделал глоток. Семьдесят лет плодотворной работы были уничтожены буквально за несколько часов. Людей граф не считал, как и корабль, но артефакты предтеч, которые он хранил в лаборатории, было безмерно жалко. Насколько, что он собирался уничтожить всех, кто приложил к этому делу свою руку. Даже собственного племянника.