Я прислонился спиной к холодной стене подъезда, пытаясь переварить услышанное. Телефон в руке нагрелся, в ушах всё ещё стоял голос Кирюхи — возбуждённый, торопливый, но очень уверенный.

— Подожди, — сказал я, перебивая его. — Ты сказал — у Зарена?

— Да, — Кирюха выдохнул в трубку. — У архимага. Камень на хранении у него. В особняке. Я перепроверил трижды, Лёха. Трижды! Ушёл на это целый день. Все подтверждают — артефакт там.

Я закрыл глаза. В груди, там, где затаился уснувший Резонанс, будто что-то дёрнулось — то ли предупреждение, то ли отчаяние.

— Точно у него? — переспросил я, надеясь, что Кирюха скажет «нет».

— Точно, — твёрдо ответил тот. — Источник надёжный. Работает во дворце. Он видел этот камень собственными глазами. Зарен хранит его в специальной шкатулке, в своём личном кабинете. Говорят, редко достаёт, но иногда… иногда с ним работает.

Я стиснул зубы.

— А можно как-то… иначе? — спросил я. — Ну без этого артефакта? Может, есть другой способ нейтрализовать Резонанс? Другой ритуал? Другая комбинация? Обойтись без третьего камня?

Кирюха замолчал. Пауза затянулась, и в этой тишине я услышал, как он закуривает, глубоко затягивается, потом выпускает дым. Он собирался с мыслями, и это было плохим знаком.

— Нет, Лёха, — сказал он наконец. — Не получится.

— Почему?

— Потому что два артефакта — это половина дела, — Кирюха говорил медленно, будто объяснял ребёнку, почему нельзя совать пальцы в розетку. — Они не создают замкнутую цепь. Понимаешь? Ритуал, который я провёл, — это как перекрыть трубу задвижкой. Вода не течёт, но давление остаётся. Рано или поздно задвижку сорвёт, и тогда…

— Что тогда?

— Тогда всё, — жёстко сказал Кирюха. — Резонанс вырвется с новой силой. Тебя разорвёт на части, Лёха. Не изнутри — снаружи. Ты станешь эпицентром. И не только ты — всё, что в радиусе ста метров, превратится в… — он запнулся, подбирая слово. — В серую пыль.

— А если я не буду использовать магию? Вообще?

— Не поможет, — Кирюха вздохнул. — Резонанс не зависит от твоей воли. Он внутри тебя, он живёт своей жизнью. Даже если ты будешь сидеть сложа руки, он будет нарастать. Пульсации будут усиливаться. Ты это и сам чувствуешь, я знаю.

Я промолчал. Он был прав. Даже сейчас, подавленный, Резонанс то затихал, то снова давал о себе знать — глухой, едва уловимой пульсацией, которая отдавалась в висках.

— Третий артефакт нужен, чтобы замкнуть цепь, — продолжал Кирюха. — Создать устойчивый контур. Тогда Резонанс не просто подавится — он рассеется. Постепенно, безопасно. А без третьего камня… — он замолчал, потом добавил тихо: — Лёха, ты не жилец.

— Спасибо, обнадёжил, — мрачно усмехнулся я.

— Я правду говорю, — Кирюха не обиделся. — Если есть другой способ — я не знаю. И никто из моих людей не знает. А эти, которые знают, — я имею в виду настоящих магов, — они с такими вопросами ко мне не ходят. И я к ним не хожу.

— А если попробовать найти четвёртый? Пятый? Заменить?

— Не работает, — отрезал Кирюха. — Только три. Только в такой комбинации. Это не я придумал, это древние. Они знали, что делали. Три камня — три печати. Принятие, Удержание, Замыкание. Без Замыкания всё рассыплется.

— Но ты же провёл ритуал с двумя?

— Экстренно, — голос Кирюхи стал жёстче. — Это была аварийная мера, чтобы ты не сдох здесь и сейчас. Это не решение, Лёха. Это отсрочка. И очень короткая отсрочка.

Я выпрямился, отлепился от стены.

— Сколько у меня времени?

Кирюха молчал так долго, что я уже подумал — связь оборвалась.

— Дня три, — сказал он наконец. — Может, четыре. Потом задвижку сорвёт. И тогда… тогда будет поздно.

— Три дня, — повторил я. — Чтобы украсть артефакт у архимага.

— Да, — Кирюха выдохнул. — Именно это я и сказал.

Я повертел телефон в руках, глядя на потрескавшийся асфальт под ногами. Фонарь над подъездом мигал, отбрасывая длинные, рваные тени.

— Спасибо, Кирюха. Ты помог.

— Помог? — горько усмехнулся он. — Ну сложно это назвать помощью, но хоть какую-то информацию достал.

— Это лучше, чем умереть в неведении.

— Не уверен, — тихо сказал Кирюха. — Но дело твоё. Если что — звони. Я… я не маг, Лёха. В открытую против архимага не пойду. Но если чем-то ещё могу помочь — скажи.

— Береги себя, — ответил я. — Это главное.

Я нажал отбой. Телефон погас, и в темноте подъезда стало совсем тихо. Только где-то далеко, за стенами, слышался шум города — равнодушный, далёкий, чужой.

«Три дня», — подумал я. — «Чтобы украсть артефакт у самого опасного человека в Империи».

В груди снова шевельнулся Резонанс — тихо, вопросительно. Будто спрашивал: «Ну что? Сдашься? Или будешь бороться?»

Я сжал кулаки.

«Бороться», — ответил я ему мысленно. — «Только бороться. Другого выбора нет».

Проникнуть в особняк Зарена — самоубийство. Охрана, магические ловушки, сам архимаг, который, даже если его застать врасплох, остаётся одним из сильнейших магов Империи. Даже с помощью Кирюхи, Арчи и остальных шансов почти нет.

Значит, нужно выманить его. Заставить уйти из дома. Но что может заставить Зарена покинуть своё логово? Приказ императора? Вряд ли. Он сам себе голова. Угроза его планам? Но главное — Кристалл и портал — в Архиве, который он контролирует через своих людей. Не сработает.

Только одно.

Зарен уже знает, что я вырвался из ловушки. Он ищет меня, посылает своих людей, проверяет связи. Но пока не напал на след. А что, если дать ему этот след?

Если Зарен узнает, что я — здесь, совсем рядом, в городе? Наверняка он придёт сам. Не пошлёт подручных — придёт лично. Потому что он не доверяет никому, кроме себя.

Нужна приманка. Не ложная — настоящая.

«И этой приманкой буду я!»

Я открыл глаза, и на губах появилась улыбка. План в голове уже сложился, как кубик Рубика, который вдруг сам собой встал на место.

Я достал телефон, набрал номер. Ответили не сразу.

— Непомнящий слушает.

— Семен Семенович? — произнес я. — Мне нужна ваша помощь.

* * *

Зарен сидел за своим массивным столом из чёрного дуба, перебирая бумаги. В кабинете было тихо — только потрескивали магические светильники да где-то за стеной гудела вентиляция. Архимаг выглядел усталым. Было от чего. После срочного вызова во дворец, после бесплодных поисков беглеца, после той странной болезни императрицы, которая никак не поддавалась лечению еще не так выглядеть будешь! Давно так не суетился.

Он потёр переносицу, откинулся на спинку кресла.

— Ваше превосходительство, — раздался голос из динамика на стене. — Поступило сообщение из Императорского Архива.

— Читай, — лениво ответил Зарен, не открывая глаз.

— Уведомление о готовности заказа. Книги, которые вы запрашивали неделю назад, сформированы и ждут выдачи. Сотрудник, ответственный за комплектацию — Николаев Алексей Сергеевич.

Зарен открыл глаза. Медленно, очень медленно, его рука опустилась на подлокотник кресла, пальцы впились в дерево.

— Повтори, — сказал он тихо.

— Книги сформированы архивариусом Николаевым Алексеем Сергеевичем.

В кабинете повисла тишина.

Зарен не двигался. Его лицо оставалось непроницаемым, только в глазах, в самой их глубине, зажглась искра — не гнева, скорее непонимания.

— Проверь, — прохрипел он. — Проверь, не ошибка ли.

— Данные сверены с системой допуска, — ответил голос. — Пропуск Николаева А. С. был зафиксирован на входе сегодня утром. В восемь сорок семь.

Зарен встал. Подошёл к окну, отдёрнул портьеру. На улице было серое, петербургское утро — ни солнца, ни просвета. Дождь моросил, размывая очертания домов.

«Николаев в Архиве, — подумал он. — Вот так вот просто? Он что, самоубийца? Выбрался из ловушку, попытался спрятаться в Выборге. А теперь… просто вернулся в Архив? И не прячется — работает. Как ни в чём не бывало».

— Ваше превосходительство? — голос из динамика ждал указаний.

— Я понял, — ответил Зарен. — Подготовьте машину. Через час я буду в Архиве.

— Слушаюсь.

Динамик щёлкнул и замолк.

Зарен стоял у окна, вглядываясь в серую мглу. Мысли путались, но одна, самая главная, билась, как птица в клетке.

Он не верил в случайности. Сбежать из его ловушки, вернуться в город и выйти на работу — это не было игрой. Это был вызов. Или ловушка. Или и то, и другое.

— Глупец, — прошептал Зарен, отвернувшись от окна. — Ты думаешь, что переиграл меня? Ты думаешь, что я поверю в твою беззаботность?

Он прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. Длинные пальцы нервно перебирали перья на письменном приборе.

«Он знает, что я ищу его. Значит, его появление в Архиве — не случайность. Это сигнал. Или приманка. И если он объявился в Архиве, значит, ему что-то нужно».

А если Николаев в Архиве, нужно идти туда. Лично. Проверить. Убедиться. И если он действительно там — захватить.

— Ваше превосходительство, машина подана, — раздался голос из динамика.

— Выхожу, — ответил Зарен, поправляя воротник.

Он вышел из кабинета, спустился по лестнице, сел в машину. Всю дорогу молчал, глядя в окно на проплывающие мимо улицы. В голове крутился один и тот же вопрос: «Зачем ты вернулся, Николаев? Что ты задумал?».

Ответа не было. И это бесило больше всего.

* * *

Мы замерли за углом соседнего дома. Особняк Зарена возвышался в трёхстах метрах — массивное здание из тёмного камня, с высокими окнами и коваными решётками. Забор — почти два метра, с магической сеткой поверху. Внутри двора — пара охранников, скучающих у входа. Ещё двое — по периметру.

— Уверен? — спросила Алина, глядя на меня.

Её голос был спокоен, но я видел, как дрожат её пальцы, сжимающие портативный сканер.

— Нет, — честно ответил я. — Но другого пути нет.

Она кивнула. Достала сканер, направила на здание. Экран засветился, по нему побежали строки кода — зашифрованные потоки магии, которые питали защиту особняка.

— Лина, ты здесь? — тихо спросила Алина.

— Всегда здесь, — отозвался голос в наушнике. — Внешний узел связи найден. Юго-восточный угол здания, на уровне второго этажа. Могу попытаться взломать, но нужно время.

— Сколько?

— Пять минут. Может, десять. Система Зарена… сложная.

— Приступай, — сказал я. — Арчи, ты готов?

Кот высунул морду из-за пазухи. Глаза его горели изумрудным огнём, шерсть стояла дыбом.

— Готов, — ответил он. — Но если меня убьют, я буду мстить из могилы.

— Договорились.

Алина подняла сканер, поймала сигнал. На экране вспыхнула зелёная точка — узел захвачен.

— Лина, начинай, — скомандовала она.

— Хочу повторить, что мои дейсвтия являются незаконными и если…

— Не бубни! — перебил ее Арчи. — Даже я слышу твою ворчание через наушник Лекса!

— Взламываю, — отозвалась та. — Отключаю внешние сенсоры… камеры зацикливаю… сигнализацию… — пауза. — Система сопротивляется, но я могу.

— Что со связью между постами охраны? — спросил я.

— Заморожена. Они не смогут вызвать подкрепление. Но радиосвязь внутри территории остаётся.

— Хватит, — ответил я.

Алина перевела дух.

— Арчи, — сказала она. — Твоя очередь.

Кот вылез из-за пазухи, спрыгнул на землю. Потянулся. Закрыл глаза.

А потом…

Из тени под забором начал подниматься силуэт.

Мрак сгустился, приобрёл форму, обрёл плоть. Высокий, широкоплечий, лысая голова, квадратная челюсть, кожаная куртка, тяжёлые ботинки. Типичный бандит с городских окраин. Даже татуировки на шее проступили — якорь и роза.

— Впечатляет! — улыбнулся я.

— Я старался!

Мрак шагнул к воротам. Охранники заметили фигуру, насторожились. Лысый бандит приблизился к калитке, позвонил.

— Чего надо? — спросил охранник, не открывая.

— Сбор на погорельцев! — рявкнул Мрак голосом, усиленным эхом. — Открывай!

— Какой ещё сбор? Вали отсюда, пока цел.

— Ты кому валить сказал? — Мрак набычился. — Я от самого Ивана Степановича пришёл. Он просил передать, что если вы сегодня не заплатите, то придётся оформить акт. Виктор Анатольевич вряд ли будет этому рад.

— Покажи документы, — насторожено сказал охранник.

Мрак принялся растеряно шарить в кармане.

— Лекс! Выручай! — пропищал Арчи.

Я с трудом создал морок, швырнул его в сторону Мрака.

— Вот мои документы! — промычал здоровяк, доставая илллюзию — красные корочки.

Охранник переглянулся со вторым.

— Подожди, — сказал первый и ушёл в будку — видимо, звонить начальству.

— Лина, — прошептал я. — Как там с системой?

— Внешние сенсоры отключены. Камеры по периметру зациклены. Магическая сетка на заборе… — пауза. — Обесточена. Но только на тридцать секунд.

— Хватит.

Я подбежал к забору. Рванул вверх, цепляясь за кованые прутья. Сетка сверху не жгла — Лина сделала своё дело. Я перемахнул через ограждение, приземлился во дворе, за кустом сирени.

— Чёрный ход, — прошептала Алина в наушник. — Слева от входа. Там дверь. Лина должна была её разблокировать.

Я двинулся вдоль стены, прижимаясь к камню. В наушнике — голос Лины:

— Дверь разблокирована. Внутри — коридор, ведущий к лестнице на второй этаж. Кабинеты Зарена на втором, в северном крыле. Артефакт, судя по данным, в сейфе за картиной.

— А охрана внутри?

— Двое. Один — на первом этаже, у лестницы. Второй — на втором, патрулирует коридор. — пауза. — Но камеры внутри я ещё не взломала. Система слишком сложная.

— Арчи, — позвал я.

— Я пойду первым, — сказал он. — Чую ловушки. А ты следом.

— А если патрульный?

— Отвлеку.

Я подошёл к чёрной двери, потянул — та бесшумно открылась. Внутри пахло старым деревом, воском и ещё чем-то сладковатым, незнакомым.

— Лина, — спросил я. — Ты уверена, что он не вернётся?

— Зарен в Архиве, — ответила она. — Но сколько он там пробудет… Нужно все делать быстро.

— Хорошо, — выдохнул я. — Тогда — вперёд.

Мы вошли. Арчи скользнул в темноту. Я — за ним, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Тихо, — прошептал кот. — Идём.

* * *

Зарен вошёл в кабинет Непомнящего без стука. Старик поднял голову от бумаг, и на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Книги, — коротко бросил архимаг, останавливаясь у стола. — Те, что я заказывал. Пришло сообщение, что они готовы к выдаче.

Непомнящий молча протянул стопку. Три тома в тёмных переплётах, перевязанных бечёвкой. Зарен взял их, пролистал верхний, убедился. Всё верно. Те самые.

Он положил книги на край стола, не сводя взгляда с архивариуса.

— А где Николаев? — как бы между прочим спросил архимаг. — Сказано было, что именно он сформировал заказ.

Непомнящий выдержал паузу. Достал очки, протёр их, хотя те и так блестели чистотой.

— К сожалению, не знаю, — спокойно ответил он. — Я уже докладывал.

— Не врите мне, Семен Семенович, — голос Зарена стал тише, но в нём появилась сталь. — Я уловлю любую ложь. Вы знаете, я чувствую. Где Николаев?

Непомнящий посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд был спокойным, почти пустым.

— Его нет в Архиве, — сказал он.

Зарен подался вперёд, упёршись руками в стол.

— Можете обыскать всё здание. Можете допросить каждого сотрудника. Можете подключить свою магию. Его здесь нет.

Непомнящий не соврал и Зарен это почувствовал.

— А сообщение? — спросил он наконец. — О готовности книг? О том, что их собрал Николаев?

— Ошибка, — пожал плечами Непомнящий. — Сбои в последнее время случаются часто. Вы знаете, в каком состоянии сейчас Архив.

Зарен выпрямился. Прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. Глаза его бегали — он думал, просчитывал, вспоминал.

Сбои. Конечно, сбои. Или…

— Вы лжёте, — сказал он, останавливаясь у окна. — Я чувствую. Не словами — чем-то другим. Вы что-то скрываете.

— Каждый что-то скрывает, — ответил Непомнящий. — Вы — тоже.

Зарен резко обернулся. На его лице мелькнуло что-то, похожее на удивление, но быстро погасло.

— Осторожнее со словами, старик.

— Поверьте, со словами я всегда обращаюсь с осторожностью — имеется опыт. Вы пришли за книгами, — Непомнящий кивнул на стопку. — Я их отдал. Всё остальное — не моя забота.

Зарен взял книги, прижал к груди. На пороге остановился, не оборачиваясь.

— Если я узнаю, что вы помогали ему…

— Никому я не помогал, — перебил Непомнящий. — Я исполняю свои обязанности. И советую вам делать то же самое.

Зарен вышел. Дверь за ним не хлопнула — закрылась мягко, почти бесшумно. Но это спокойствие было страшнее любого крика.

В коридоре архимаг остановился. Зарен чувствовал, что тут что-то не то.

«Он лжёт. Я чувствую. Но доказательств нет».

Он достал телефон, набрал номер.

— Доложите обстановку. В особняке всё спокойно?

— Так точно, ваше превосходительство, — ответил голос. — Без происшествий.

Зарен хотел успокоиться, но где-то внутри засела тревога. Не просто так вдруг именно сейчас всплыла фамилия Николаева. Но в чем причина?

Зарен осмотрелся, словно видел Архив впервые. А уж не для того ли, чтобы вытащить его, архимага, в Архив?

— Усильте охрану, — рявкнул в телефон Зарен.

— Периметр?

— Кабинет. Мой кабинет. Проверьте.

Он убрал телефон и почти побежал к выходу. На крыльце — машина, водитель курит, прислонившись к дверце.

— Домой! — крикнул Зарен, садясь на заднее сиденье. — Быстро!

Водитель бросил сигарету, завёл мотор. Машина рванула с места, взвизгнув шинами.