Совсем недавно редакцию «Огонька» посетил американский художник Антон Рефрежье. Мы напечатали четыре полосы репродукций его картин. Наши читатели тепло приняли эту публикацию.

— Просто хотел познакомиться с вами, — сказал Рефрежье. — Я был очень обрадован, что советский журнал опубликовал мои картины. Я получил десять экземпляров журнала и подарил своим друзьям. Подарил журнал и Рокуэллу Кенту, он мой друг и большой друг советского народа. Репродукции его картин вы также печатали.

Естественно, мы были также рады тому, что большой американский художник по собственной инициативе посетил наш журнал. Он собирался в канун этого года побывать в гостях у Рокуэлла Кента. Мы попросили Антона Рефрежье передать нашему старому другу новогодний привет и поздравления.

Во время беседы я сказал, что совсем недавно побывал в Нью-Йорке.

— Какие впечатления вы вывезли на этот раз? — спросил меня Рефрежье.

Я ответил, что впечатления я «вывез» самые тяжелые.

— Да-а… — задумчиво сказал Рефрежье. — Все это так… Но вы, к сожалению, не повидались с людьми, которые в тяжелых условиях ведут борьбу за то, чтобы оздоровить американское общество. У вас в Америке много настоящих друзей.

— Согласен с вами. Со многими мы знакомы и дружим с ними… И никоим образом не соединяем их со всем, что нещадно позорит Америку. Мы с уважением относимся ко многим и многим американцам. Знаем их нелегкую жизнь. Знаем, как им трудно жить в атмосфере угроз и беззакония… Но от правды никуда не уйдешь. С нового года мы начали печатать в журнале повесть американского писателя Патрика Квентина «Дело по обвинению…». Это не о Бродвее, не о том, что я видел своими глазами, но это нисколько не меньше. Квентин лучше знает общество, в котором он живет. Если хотите, повесть его — своеобразные свидетельские показания… И нам хочется, чтобы наши читатели познакомились с американской действительностью, с «прелестями» американского образа жизни.

На этом мы расстались с нашим другом, договорившись, что в 1969 году мы опубликуем в журнале его новые произведения.

Сейчас, заканчивая эти записки, я перебираю в памяти виденное мною на экране и в жизни. И все не уходит мысль: каким же должно быть бесчеловечным общество, все те, кто вершит судьбы миллионов людей, если они, его лидеры, так безжалостно растлевают души юношей и девушек, морально готовя их к заранее спланированному исчезновению с лица земли? К исчезновению любым способом — от пули, полученной на своей или на чужой земле. Пропаганда порнографии, садизма, морального изуверства — все прикрывается пресловутой «свободой печати». Я вспоминаю несчастных, именно несчастных, хиппи на Гринвич-Вилледж, запуганных, затоптанных американским образом жизни. Вспоминаю и тех, кто покинул американскую армию, не желая ни отдавать бесцельно свою жизнь, ни уничтожать другие жизни ни во Вьетнаме, ни в каких других местах нашей планеты. Да, в Соединенных Штатах есть борцы, есть силы сопротивления, сражающиеся за подлинную Америку, за то, чтобы американцы не опускали стыдливо свой взор, когда люди разных народов гневно говорят о реакционной стране — Соединенных Штатах Америки. Они видят страшные язвы больной Америки. Они стараются делать все возможное, чтобы их родина была другой. Но не надо думать, что все это изменится только от добрых намерений даже самых хороших людей. Самое главное, самое гнусное — все подбирается в бездонную кошелку антикоммунистической пропаганды.

И все же ход человеческой истории, ее развитие таково, что люди нашей земли все более объединяются для того, чтобы миллионы юношей и девушек в конце концов обрели уверенность в своем будущем.

Человек рождается не для того, чтобы исчезнуть, а для того, чтобы жить полнокровно, творчески, принося радость и себе, и другим на всей земле.

1969