– Хорошо, с едой разобрались. Сегодня с ними свяжусь, – пообещала Ливви.

Ей пришла в голову шикарная идея: заказать на церемонию открытия два больших грузовика с разными блюдами. Если оплатить поварам и водителям сверхурочные, они могут припарковаться в нашем тупике и работать допоздна.

– Осталось одно – музыка. У меня есть кое-какие идеи. – Ливви что-то печатала на планшете.

Мы сидели в нашем маленьком офисе, и большую часть времени я старательно избегала взгляда Нико. Он вовсе не выглядел сердитым. Напротив, он вел себя вполне дружелюбно – но что-то все равно было не так.

С самого утра мое сердце колотилось как бешеное – каждый раз, когда я думала о предстоящем разговоре. Несколько раз Нико даже посмотрел на меня озадаченно. Но я не заметила с его стороны никакой грубости или недружелюбия, хотя после нашей прошлой встречи их стоило ожидать.

Усилием воли я снова сосредоточилась на словах Ливви:

– Думаю, не стоит ставить музыку из восьмидесятых. «Кьюр» и «Депеш мод» – не для нашей аудитории.

Ливви приподняла бровь.

– Тебе не нравится моя музыка?

– Вовсе нет. Просто мне кажется, что наша клиентура более эклектична.

– Согласна, поэтому я наняла Southern Sun. Эти ребята делают отличный рок, а в репертуаре у них есть и классика, и вещи посовременнее.

– Знаю их. – Нико закинул ногу на ногу, откинувшись на спинку стула. – Это хорошая группа.

За все утро он ничего больше не сказал. Я уже не могла притворяться спокойной и стала прямо рассматривать его.

Нико выглядел намного лучше, чем два дня назад. Он побрился, а мешки под глазами пропали. И хотя оборотень вел себя спокойно, он держался особняком, и в его поведении ощущалась напряженность. Нико часто бывал задумчивым, но легкая улыбка все равно редко сходила с его лица. По крайней мере, мне он улыбался. А сейчас он едва обращал на меня внимание.

С задумчивостью я еще могла смириться, но вот с этим сухим деловым отношением – нет. Никаких шуток, никакого флирта. «Я на работе, ничего личного». Ни малейшего намека на личное. Я и не думала, что это будет так тяжело.

– Хорошо, – согласилась я. – Раз так, я не против.

– Кого поставим за столик с мерчем? – спросила Ливви, печатая что-то в телефоне.

– Шона, – сказала я, вспомнив, что еще даже не просила его выйти на церемонию.

– Линдзи говорила, что готова помочь, если потребуется, – добавил Нико. – Пойду узнаю, сможет ли она подменить Шона, когда ему понадобится перерыв.

Это меня задело.

– Не стоит, Нико. Я сама спрошу ее, когда она придет.

Оборотень поднялся с места.

– Она в студии. Работает над несколькими эскизами для портфолио, которые мы повесим в холле.

– Я еще даже не рассказывала ей про наши планы на церемонию, – возразила я.

– Ничего страшного. – Он наконец посмотрел на меня отсутствующим взглядом и упер руки в бока. – Я уже рассказал.

Нико снова перевел глаза на Ливви.

– Что-то еще?

Линдзи пришла раньше обычного. Мы открывались не раньше полудня. Получается, она знала, что мы все здесь. Завтрак в моем желудке явно был не рад таким новостям.

И когда он успел обсудить с ней портфолио?

– Вроде ничего не забыли, – сказала Ливви, энергично вставая со стула. – Ну все, ребята, хорошего вам дня.

Мы с Нико одновременно направились к двери, и около выхода он остановился, жестом пропуская меня вперед. Я мысленно прикинула в голове дистанцию, на которую он для этого отдалился.

Черт, как же это невыносимо.

Мы пришли на ресепшен, и я подошла к стойке администратора – оставить Шону записку о том, чтобы он поработал с мерчем во время открытия. Даже не взглянув на меня, Нико направился прямиком в конец коридора, где за перегородками работала Линдзи.

Проклятие. Он не дал мне ни секунды, чтобы поговорить с ним.

Я услышала ее тихое «привет», затем низкий голос Нико. Они стали что-то обсуждать – я не могла разобрать, что именно. Затем она рассмеялась. Он тоже.

Какого черта?

Два дня назад он чертовски ясно давал понять, что хочет быть со мной. Неужели передумал? Кстати, у Линдзи вчера был выходной. Они ходили на свидание? Он был с ней?

У меня выступил пот на шее, а мой рогалик с завтрака стал проситься наружу. Я стянула с запястья резинку и собрала волосы в высокий беспорядочный пучок.

Смех и болтовня доносились из коридора в течение следующих десяти минут. Двенадцати, если быть точной. Потому что все это время я стояла и пялилась в чертов телефон, ожидая, что Нико вот-вот появится.

Но он не появлялся. Вместо этого он продолжал флиртовать и веселиться с Линдзи.

Открылась входная дверь, и в студию неторопливо зашел Шон. Он поприветствовал меня кивком головы, как обычно делают парни.

– Как настроение?

Я сидела на его табурете за стойкой.

– Ничего, – отрезала я. – А ты что так рано?

Грим приподнял брови в ответ на мой ехидный тон и привычно ухмыльнулся.

– Нико сказал мне занести в систему чеки перед открытием. А что?

Он прошел за стойку, а я выскользнула из-за нее, уловив волну его темной ауры. Обычно я машинально отражала ее, почти никак не реагируя. Но сегодня я чувствовала себя не в своей тарелке. Я думала только о Нико и о том, что, черт возьми, с ним происходило. Какие отношения связывали его с Линдзи.

Поэтому сейчас, поймав импульс темной магии Шона, я впитала его и ощутила настоящую ярость. Я невольно стала бормотать под нос какие-то ругательства.

Охваченная ревностью, я зашагала по коридору к рабочему месту Линдзи, замедлив шаг лишь подходя. И да, я шла на цыпочках. И слушала их разговор. Мне было плевать, что это непрофессионально и нелепо. Сдерживаться я уже не могла.

Нико по-прежнему стоял рядом с ней. Они мило болтали, а Линдзи хихикала и улыбалась.

– С удовольствием сделала бы что-нибудь в этом роде. Можно даже посмелее. Через спину, например.

– Мне нравится твой стиль. Тебе очень идет.

– А что думаешь вот об этой? – мягко спросила она.

Я наблюдала за ними из-за перегородки, каким-то чудом сохраняя остатки самообладания. Линдзи стянула свитер с плеча, обнажая красную бретель лифчика и татуировку. Все это время она буквально пожирала глазами Нико, который стоял к ней почти вплотную.

Всплеск адреналина стрелой пронзил мне грудь. Колени подкашивались. Я была напряжена до предела – и словно всего этого было мало, он погладил ее пальцем по изгибу плеча, поправил ей свитер и наклонился сказать что-то на ушко. А может, чтобы поцеловать ее!

Я больше не могла на это смотреть. Что бы ни произошло после, я просто не хотела этого видеть.

Я развернулась и помчалась через холл на кухню. Включив кофеварку, я стала шарить по шкафчикам, с силой хлопая дверцами в поисках кофе, чашки и, пожалуй, виски.

Что Нико, черт побери, творит? Пару дней назад он намекал, что у него есть чувства ко мне, а сегодня он уже клеится к Линдзи?

«Я устал ждать, Вайолет».

Я снова вспомнила его полный боли взгляд, который увидела перед тем, как он выставил меня из своего дома, и вздрогнула.

Что тут сказать, мужик сказал – мужик сделал. Он, черт его подери, действительно не стал ждать. Меня всю трясло от ярости. Только мой внутренний голос убедил меня, что пора хватать быка за рога – ну или волка за клыки, – как он тут же слинял к другой?! Как будто сама Вселенная издевается надо мной!

Я засыпала в кофемашину большую порцию зерна и достала любимую кружку с надписью «Всем плевать, иди работай». Поставив кофе вариться, я почувствовала, как Нико вошел на кухню.

У меня никогда не возникало сомнений, когда он появлялся. Волчья энергия гнала по моей коже мурашки при встрече с оборотнем всякий раз, предупреждая о том, что охотник приближается.

Обычно я немного кайфовала от этого ощущения. Но сейчас мне захотелось схватить тостер со стола и треснуть Нико по голове.

Он прошел мимо и открыл холодильник. Я навязчиво барабанила ложкой по столешнице, как будто мой кофе от этого должен был завариться быстрее – по крайней мере, раньше, чем я окончательно свихнусь.

Когда кофе наконец заварился, я отставила чашку, обернулась и увидела, что Нико роется в холодильнике. Одному богу известно, что он там искал. Обычно там не бывало ничего, кроме сливок, приправ и остатков соуса.

– Тебе помочь?

Он приподнял брови – так чертовски очаровательно и невинно. Я не удержалась и опустила глаза на его губы – не стали ли они краснее, как после недавнего поцелуя. Ярость накрыла меня с удвоенной силой. Я стиснула зубы так, будто хотела стереть их в порошок, лишь бы не вывалить на волка все, что было у меня на душе прямо сейчас.

Нико достал мою коробочку с миндальными сливками и молча протянул мне. Я выхватила сливки у него из рук, быстро плеснула в чашку и подула на горячий кофе слишком сильно, отчего тот попал мне на губы.

– Всегда пожалуйста, – весело сказал он.

Вот ублюдок. Он отвернулся, и я испепеляла взглядом его спину до тех пор, пока он наконец не вытащил из холодильника обезжиренный йогурт и не полез в ящик за ложечкой.

Охренеть, йогурт! Он что, сел на диету, чтобы произвести впечатление на свою новую подружку?

Я машинально схватила телекинезом кусок хлеба, который лежал на холодильнике сверху, и швырнула ему прямо в лицо. Хлеб отскочил от его здоровенной башки, скатился по плечу и плюхнулся на пол.

Нико так и застыл, стягивая фольгу с коробочки йогурта. Посмотрев сначала на пол, а затем на меня, он изумленно раскрыл рот.

– Ты что, швырнула в меня кусок хлеба?

Уперев кулаки в бока, я уставилась на стоявшую на столе миску с яблоками. Клянусь, я не могла себя контролировать. Я схватила магией одно из яблок и запустила ему в грудь. С силой. Оборотень отбил яблоко, и оно влетело в дверцу шкафа. Он прищурился, выражение его лица стало каменным.

Неужели он злится? Я понимала, что веду себя как дура, но мне было плевать. Мне просто хотелось ударить его. Причем больно!

Я посмотрела на тостер.

– Не смей, Вайолет. – Его голос прозвучал по-волчьи, властно и сурово.

Сердце заколотилось от смеси страха и возбуждения, но моя злость на него не утихла. Я выдержала его взгляд и подняла в воздух тостер. Не успела я запустить предмет в тупое смазливое личико напротив, как Нико бросился на меня.

Я взвизгнула и кинулась к двери, бросая ему под ноги кухонные стулья. Он с легкостью перемахнул через них. Тогда я побежала.

– Лучше не останавливайся! – рыкнул он мне вслед.

Я помчалась по коридору со всех своих длинных ног, чувствуя его жар у себя за спиной. Я пролетела мимо рабочих кресел, мимо стойки ресепшен и побежала к запасному выходу из студии, хотя и понимала, что от волка не скрыться.

Его крепкие руки схватили мою талию. Он втащил меня в кладовку, захлопнул дверь и прижал меня спиной к двери, держа мои руки за запястья над моей головой. Я всмотрелась в зеленые волчьи глаза. Он опустил голову и оскалился.

– Есть какие-то причины, по которым ты пытаешься причинить мне боль?

– Если бы я хотела причинить тебе боль, я бы раздавила тебя холодильником.

Он выдавил из себя смешок, но так и не улыбнулся.

– Придирки.

Опять это слово – как тогда, у него дома. Теперь Нико вернул его мне.

– Ну и что все это значит? – рыкнул он.

Я сжала челюсти, впиваясь в него злобным взглядом. Меня трясло от мысли о его губах на губах Линдзи, о его теле рядом с ее телом. Словно читая мои мысли, он прижал меня к двери всем своим весом, грудь к груди, бедра к бедрам.

– Я злюсь на тебя, – процедила я сквозь зубы.

Он опустил голову и потерся носом о мою шею, промурчав: «Я заметил». Он прошелся языком дальше вниз, к моему горлу. Внутри все таяло, но я держала себя в руках, даже когда он уткнулся носом мне в ухо.

– Расскажи мне, что заставило тебя взбеситься.

Я простонала, но так и не раскрыла рот. До тех пор, пока он не раскрыл свой и не прикусил мне шею – достаточно сильно, чтобы я почувствовала. Я ахнула и прошипела: «Прекрати!» Слова слетели с моих губ и растворились в воздухе. Как и мой самоконтроль.

Нико лизнул мое горло, я ответила на это беспомощным стоном. Пронзая меня хищным взглядом, он потерся носом о мой нос. Мягко, нежно, не спеша. Его волк ласкал меня и дразнил.

– Дай угадаю, – сказал он звериным тоном, глубоким, словно темный океан, и таким же бездонным. – Ты подглядывала за мной и Линдзи.

Я попыталась вывернуться, стиснув зубы от ярости, но он был гораздо сильнее. Без магии у меня не было никаких шансов. Я могла бы ее применить, но я не зря сказала, что не хочу причинять Нико боль. А уж если быть до конца честной, меня безумно заводило ощущение его физического превосходства.

– Ты поцеловал ее? – выплюнула я, кипя от злости.

Его губы были на опасном расстоянии от моих.

– Нет.

Пламя в его взгляде разгоралось все сильнее.

– Ты правда подумала, что я хочу ее? – Ему явно было весело.

Я прищурилась так, что мои глаза превратились в щелочки. Он улыбнулся еще шире.

– Да мне плевать! – отрезала я, как капризный ребенок.

– Кое-кто совсем не умеет врать.

– Ненавижу тебя.

– Снова врешь?

– Заткнись и поцелуй меня, тварь.

– Другое дело.

Он накрыл мой рот своим, проталкивая язык внутрь. Наши стоны смешались. Одной рукой Нико все еще сжимал мои запястья, а другую просунул между нами, чтобы схватить мою грудь.

Это был захват. Не какое-то там нежное прикосновение, а жесткое и властное заявление права собственности. Что тут же вызвало прилив жара к моим самым нежным местам. Нико не терял времени даром. Хищники действуют, а не болтают.

Я бессильно повисла на нем. Даже воздух пульсировал от его напора, я ощущала, как он щекочет мне кожу. Я хотела впустить в себя этот импульс, дать ему разлиться по всему моему телу.

Яростно впиваясь мне в рот, он раздвинул мои ноги и оказался между них. Его член сквозь джинсы ощущался как стальная труба.

У меня кружилась голова, я пьянела от его феромонов, от приятного трения. Закинув ногу ему на бедро, я елозила об него своей киской, отчаянно желая, чтобы он вошел в меня.

Оборотень ущипнул меня за сосок через одежду, затыкая мой стон боли и удовольствия, и, просунув руку под подол моей футболки, стал ее стягивать. Выпустив мои запястья, он снял с меня футболку и отбросил ее в сторону.

– Нико…

Я впилась ногтями в его плечи, когда он принялся спускать бретельки моего лифчика. Он припал губами к моей груди, чуть задев сосок зубами, отчего пьянящая волна возбуждения разлилась между ног. Все происходило с астрономической скоростью, но мне было все равно. Я не могла думать ни о чем – в моей голове вертелась одна-единственная мысль: «Нико, пожалуйста, оттрахай меня!»

Я запустила пальцы ему в волосы и прижала его к себе, требуя, чтобы он не останавливался. Он обвел языком мой напряженный бугорок, прежде чем снова впиться в меня. Я застонала, царапая ногтями его голову.

– У нас что, реально будет первый секс в кладовке? – сказала я, тяжело дыша.

Он прихватил меня за горло и замер. Он не сжимал пальцы, а просто держал так, что я не могла шевельнуться, – еще один признак того, что главным здесь был его волк. И мне это нравилось.

В его глазах я увидела, что зверь вырвался из клетки и заявил о своей победе – стоило ему услышать мое признание, что мы сейчас займемся сексом.

Может, я и неловкая, когда дело доходит до реальных отношений, но я точно знала, что, когда мое тело так сильно жаждет мужчину, ничто меня не остановит. Прямо сейчас я просто хотела, чтобы он оказался внутри. Нико наверняка прочитал это в моих глазах, потому что то же самое отразилось в его собственных. Неприкрытая похоть – грубая и голодная.

Его губы оказались напротив моих, и он прошептал:

– Я трахну тебя там, где ты захочешь.

Его большой палец коснулся зоны пульса на моем запястье, его огненный взгляд прожигал меня диким голодом.

– Но сделаю это по-своему.

Я улыбнулась, видя, как его альфа проявляет себя. Многие сверхъестественные склонны к доминированию, и я слышала, что оборотни очень хороши в постели. Иви однажды сказала мне, что так оно и есть. При этом она вся покраснела как рак, а ее глаза заволокло похотью.

– Все будет по-твоему, волчок.

Целых два года мы с ним были как две пороховые бочки, готовые рвануть в любой момент. Сомнений больше не осталось. Даже не знаю, как я умудрилась столько времени держать между нами такую дистанцию.

Дрожащими руками я стала стягивать с него рубашку. Он прервался, помогая мне от нее избавиться. Когда я потянулась к молнии джинсов, дыша как марафонец на финише, он приподнял меня за талию и развернул лицом к себе. В кладовке стоял стол, на котором лежала коробка с нашим мерчем. Он сбросил все это на пол и наклонил меня над столом.

– Да-а! Давай!

Я стала приподниматься на руках, но он зарычал и положил руку между моими лопатками, прижимая меня обратно к столу.

Я хотела касаться его, чувствовать его, но ему уже было все равно. Он стянул с меня джинсы и трусики до лодыжек, и я была готова, что сейчас он глубоко войдет в меня. Вместо этого его горячий рот приник к моей щелке, и я дернулась, вскрикивая.

Раскатистые стоны, с которыми он лизал и посасывал меня, добавляли еще больше удовольствия. Он раздвинул мои губы пальцами и принялся активно лизать меня, затем скользнул пальцем по складочкам, обвел мой клитор и стал буквально трахать меня языком. Я схватилась за край стола – ощущения были настолько сильными, что я уже готова была кончить.

– Ну же, войди в меня.

– Какая нетерпеливая! – прорычал Нико и укусил меня за задницу.

Я подпрыгнула, когда он скользнул в меня двумя пальцами, и кончила так ярко и быстро, что у меня перед глазами все поплыло. Я стонала, а он продолжал двигаться во мне, шепча что-то в ухо.

Когда он вытащил пальцы, то вновь прильнул ко мне своим горячим ртом, снова разжигая все внутри. Я хотела почувствовать, как он растягивает меня, наполняет собой.

Я потянулась назад и умудрилась запустить пальцы в его волосы.

– Нико, – потребовала я.

Он усмехнулся, но отстранился. Я услышала звук расстегиваемого ремня, молнии и шуршание обертки от презерватива.

– Черт побери, звучит приятнее любой музыки, – пробормотала я, приподнимаясь на локтях.

Он склонился надо мной, опершись одной рукой о стол у моей головы, и провел языком по позвоночнику, отчего я выгнулась дугой и приподняла зад.

– Как же ты хороша на вкус! – прорычал он, прикусывая мое плечо.

– А какая я?

Он схватил меня за волосы и повернул мою голову так, что мы оказались нос к носу, рот ко рту. Что-то первобытное промелькнуло в его глазах.

– Ты моя.

Затем Нико вошел в меня одним резким толчком. Я зажмурилась, ахнув от внезапного вторжения. Такой мощный. Такой крепкий. Он не двигался, его губы скользили по моим, а сам он держал меня за волосы.

– Посмотри на меня, Вайолет, – прошептал он мне в губы. – Взгляни мне в глаза.

Низкий властный голос заставил меня немедленно подчиниться. Только тогда он начал двигаться, медленно и глубоко входя в меня, держа меня в плену своим диким взглядом. С каждым движением его толстого члена удовольствие нарастало. Сочные звуки грубого секса усиливали мое возбуждение.

– Господи, Нико, – выдохнула я ему в губы.

– И ты сопротивлялась целых два года.

Его кулак, державший мои волосы, причинял боль, когда он сжимал пальцы чуть сильнее. Наказывая меня. Я это заслужила.

– Какая же я глупая.

Он еще не знал, насколько именно, но ничего. Я расскажу ему после. Сейчас в голове вертелось только одно: «Сильнее. Глубже».

Он ухмыльнулся, подарив мне влажный и быстрый поцелуй. Затем он выпрямился, отпустил мои волосы и сжал мне бедра, а его длинные пальцы впились в мое тело.

– Трогай себя, – приказал он. – Мне нужно, чтобы ты поскорее кончила.

Я оглянулась и задрожала от вида его зеленых глаз – он смотрел вниз, туда, где его член входил в мое влагалище, где плоть соприкасалась с плотью.

– Сам долго не продержишься, да? – поддразнила я его.

Он шлепнул меня по заднице. Сильно. Когда я вздрогнула, моя киска сжалась, и он прошипел сквозь зубы:

– Черт, Вайолет. – Он крепче сжал мои бедра и прорычал: – Делай, как я говорю.

Я с трудом сглотнула. В его голосе прозвучало явное превосходство. Это так чертовски заводило.

– Да, сэр. – Это прозвучало дерзко, и рык в ответ настроил на очередной оргазм.

Я снова схватилась за край стола одной рукой, а другую сунула себе между ног, обводя двумя пальцами клитор. Прижавшись щекой к столу, я застонала от эйфорических ощущений: я ласкала себя, он ритмично входил, а мои соски терлись о холодный стол при каждом толчке.

Я почувствовала, что нахожусь на грани, и подсобка наполнилась моими стонами. Нико приподнял мою ногу, сгибая ее в колене, и раскрыл меня еще шире. Затем он начал толчками входить в меня.

– Твою мать! – Я вскрикнула и кончила, и моя плоть сжала его член.

Он ущипнул меня за клитор, продолжая трахать до звезд перед глазами, доводя меня до оглушительного оргазма. Теперь его волновали только собственные ощущения: он крепко сжал меня, опершись на локоть, и укусил мне плечо – точно будет синяк, его животный рык раскатывался вибрацией от его груди до моей спины.

Наконец он вздрогнул и замер. Когда он кончал, его член набух еще сильнее, и ощущение растяжения заставило меня застонать от удовольствия.

Я не могла пошевелиться. Просто лежала, тяжело дыша и улыбаясь как идиотка. Нико было ненамного лучше. Он давил на меня своим весом, но меня это не волновало. Мне было так приятно. Ему было так хорошо. Просто потрясающе.

– Охренеть, – пробормотала я через несколько минут.

Он рассмеялся, и я почувствовала, как дрожит его грудь – он все еще прижимался к моей спине.

– Точно, – выдохнул он мне в ухо, прежде чем запечатлеть поцелуй пониже мочки уха.

С глубоким вздохом он приподнялся и вышел из меня, помогая мне встать. Потому что, давайте посмотрим правде в глаза, у меня подкашивались ноги, а тело совсем не слушалось, все еще пребывая в посторгазменном блаженстве.

За то время, пока Нико избавился от презерватива, застегнул джинсы и надел рубашку, мне удалось только натянуть лифчик, и на этом все закончилось. Я просто стояла на месте, все еще тяжело дыша и глупо глядя на этого бога секса. Он поймал мой взгляд, и похотливая улыбка расплылась на его лице.

– Помочь?

– Угу-у.

Гордиться было нечем. Я едва могла пошевелиться, все еще ошеломленная мыслью о том, что не давала ему целых два года.

– Ну-ка.

Он опустился передо мной на колени и, глядя снизу-вверх, натянул мне трусики на обе ноги. Довольный собственными действиями, которые спровоцировали во мне настоящий атомный взрыв, он продолжал улыбаться – с теплом и привязанностью.

Натягивая на меня джинсы, Нико прошелся по моим бедрам своими длинными, прекрасными пальцами. Застегнув молнию и защелкнув замок, он наклонился вперед и коснулся губами моего живота, прижался к нему лбом, обхватил меня за талию и притянул еще ближе к себе. Я не смогла удержаться и провела рукой по его растрепанным волосам.

От такого проявления нежности у меня закололо в груди. Это было так мило, так ласково, так искренне.

Желая разрядить атмосферу, я запустила пальцы ему в волосы и откинула его голову назад, чтобы он посмотрел на меня.

– Не рассчитывай, что так будет во время каждого перерыва на работе.

Нико усмехнулся, затем прикусил зубами кожу на моем животе.

– Ай. – Я подпрыгнула.

Он погладил меня большим пальцем без всякого раскаяния. Поднимаясь на ноги, он взял мою футболку и передал мне – к моему облегчению, он не стал помогать мне ее надеть. Мы зашли на незнакомую территорию, и я еще не знала, как себя вести.

Между нами произошла физическая близость, но также и нечто большее. Я почувствовала это по-настоящему, когда правильно истолковала карты Таро. И я пока не понимала, как мне быть с этим бóльшим.

Взявшись за дверную ручку, Нико ждал, пока я надену футболку.

– Приходи ко мне домой поужинать.

– Чего это ты? – беспечно спросила я.

– А ты как думаешь?

Он нахмурился, пристально следя за каждым моим движением, пока я одевалась.

– Повторим еще раз, как положено.

– В миссионерской позе, что ли? – подстрекала я.

Он нахмурился еще сильнее, но в глазах его искрились веселые огоньки.

– Более основательно, – поправил он.

– Вот оно что. – Я наконец оделась и уперла руки в бока. – Может, мне составить список того, что я считаю основательным?

В его глазах полыхнули огоньки. В ответ у меня потянуло между ног.

Охренеть.

Мое тело снова было готово его принять. Ноздри оборотня раздулись, и он приподнял бровь.

– Да, давай, – наконец ответил Нико, и хриплый голос подсказал мне, что он точно знает, что происходит у меня в трусиках. – Составь развернутый список.

Он открыл дверь и жестом пропустил меня вперед, а затем остановил, положил ладонь мне на живот и наклонился к моему уху. От его горячего дыхания у меня по телу побежали мурашки.

– Не забудь про список.

Я сделала шаг и посмотрела на него снизу-вверх.

– Я подумаю, – произнесла я, как будто в том, чтобы написать ему все, что он сможет сделать со мной этой ночью, не было ничего особенного.

С озорной улыбкой я вышла из подсобки, обнаружив стоящего за стойкой Шона, который подпер голову кулаком и выжидающе смотрел на нас обоих. По самодовольной ухмылке на его лице я поняла, что он слышал все от начала до конца.

– Ну как, понравилось? – огрызнулась я.

Он подмигнул.

– Не подсобка, а портал в Нарнию, правда?

– Все, отвали! – крикнула я, возвращаясь на свое рабочее место.

Я услышала, как за моей спиной Нико ответил гриму:

– Именно туда.

Сердце затрепетало, и остаток дня я улыбалась как идиотка, составляя в голове список для Нико.