Я несколько раз попробовал вскарабкаться по бетонной трубе наверх, но ничего не вышло. В очередной раз посетовав на то, что не владею левитацией, решил, что придётся искать другой выход.

Теоретически такой шанс был. Возможно, Крыс не про всё врал. Коммуникации уходили из колодца в четыре стороны. В два трубы пролезть было невозможно, но в две другие я вполне мог пройти. И самым свободным был тоннель, ведущий в сторону базы Ордена.

Крыс, может быть, в самом деле его исследовал, но почему-то не довёл дело до конца. И раз он думал, что, оказавшись в колодце, я уже никак не выберусь, возможно, прохода там никакого и нет, а тоннель заканчивается тупиком.

Хотя, возможно, цель Крыса была просто освободиться, а для этого достаточно было избавиться от меня хотя бы на время. Убить не получилось, но он полагал, что времени уйти ему всё равно более чем достаточно, даже если я смогу выбраться каким-нибудь образом. Да, скорее всего, это было именно так. Он просто хотел удрать, а что там будет дальше, уже вопрос десятый.

Но как говорится, не срослось!

Я не любитель лазить по подземным тоннелям, но судьба периодически вынуждает меня это делать. То когда Алису вытаскивали, то когда с Машей у Волан де Морта приключались, то возле убежища… в общем, постоянно что-то такое подворачивалось. И вот опять!

Я запустил вперёд светоч и аккуратно полез следом. Иногда получалось идти в полный рост, иногда приходилось лезть на четвереньках из-за частичных обрушений, иногда вообще приходилось на брюхе проползать под трубами. В общем, снова весь перепачкался. Не судьба мне хотя бы немного в чистом походить.

Через некоторое время светоч стал себя странно вести. Похоже, я приблизился к границе действия метаморфозера. Но, несмотря на искажения, работать мой фонарик продолжал.

Светоч произвольно менял размеры через каждые несколько секунд, то распухая и становясь ослепительно ярким, то сжимаясь до крохотной точки.

Наверное, всё же расстояние и толща земли ослабляли действие прибора наверху. По ощущениям, я уже давно должен был быть на территории, где воздействие метаморфозера максимально.

Вскоре я добрался до коллектора, где сходилось три тоннеля, образуя Т-образный перекрёсток. Здесь светоч помимо изменения размера начал ещё и с траекторией полёта шалить, периодически прыгая из стороны в сторону. Однако работу свою пока ещё выполнял, не оставляя меня в кромешной темноте подземного лабиринта.

Пометив условными знаками все тоннели, чтобы не заблудиться, если придётся идти здесь обратно, я выбрал направление, которое по моим представлениям должно привести меня к центру базы и пошёл дальше.

Здесь уже было значительно просторнее, потолок был высокий, трубы почти отсутствовали. Было ощущение, что я уже не просто в подземных коммуникациях, а в каком-то подвале здания.

Следующие два события произошли практически одновременно. Моего носа достигли запахи готовящейся еды и, судорожно задрожав, с тихим хлопком взорвался светоч.

Я оказался в темноте, но мог нюхать ароматы чего-то жарящегося на сковородке. Не сказать чтобы это было очень аппетитно, но горячая пища сама по себе вызывала слюноотделение.

Сглотнув слюну, я на ощупь двинулся вдоль стены на запах. И дело не в том, что мне очень хотелось есть, просто этот аромат свидетельствовал о присутствии поблизости людей и, следовательно, о возможном выходе.

Естественно, нужно было быть очень осторожным. Магией здесь пользоваться не стоило, так что рассчитывать можно было только на пистолет, клюшку и кулаки. А кто и в каком количестве мне будет противостоять, было неизвестно. Но ожидания были тревожные. Ведь это не обычные горожане здесь обосновались, а члены Ордена Паука. Но, делать было нечего, надо было двигаться дальше.

Вскоре я нашёл место, откуда шёл запах. Нашёл его носом, а потом руками убедился, что пахнет именно оттуда. Это была трещина в стене. Обследовав её, я пришёл к выводу, что за трещиной находится вертикальная вентиляционная шахта. Внизу что-то было, и через эту шахту осуществлялся воздухообмен.

Трещина была слишком мала, чтобы я смог в неё протиснуться, но коридор, где я находился, от вентиляции отделял всего лишь один слой кирпичной кладки. Вернее, эта кладка, кажется, называется в полкирпича. То есть, она была толщиной в ширину кирпича. К тому же трещина её уже частично разрушила.

Стараясь, чтобы ничего не упало вниз, я начал аккуратно вытаскивать те кирпичи, которые лежали свободно.

Разобрав таким образом дыру немного пошире, я приступил к следующему этапу. Дальше шли кирпичи, которые уже необходимо было выламывать.

Ухватившись за самый сильно торчащий, я резко дёрнул его на себя. Он с хрустом выломался из кладки и упал мне под ноги. Если так пойдёт и дальше, то минут через двадцать я смогу расковырять дыру, в которую будет можно пролезть.

Иногда мелкие камушки и бетонная крошка улетали вниз, но с этим я, к сожалению, ничего не мог поделать. Однако сколь-нибудь заметного шума или грохота я снизу не слышал. Возможно, мусор падал на что-то мягкое.

Наконец, я смог разобрать кладку настолько, что можно было пролезть через образовавшуюся дыру. Благо, сложена эта стена была халтурно, и на растворе, скорее всего, сэкономили, сильно нарушив пропорцию в сторону песка.

Я влез в дыру до пояса и ощупал ствол шахты. К счастью, по одной из её стен шли металлические скобы, по которым вполне можно было спуститься и подняться… если они, конечно, есть везде, а не заканчиваются через метр.

Те скобы, до которых я сумел дотянуться, были достаточно крепкими. Но остальные могли быть и шаткими, и сгнившими, и еле-еле держащимися в стене. Лезть нужно было очень аккуратно.

Оставалось сделать ещё один выбор: куда направиться?

Наверх к свободе, или вниз, выяснить, что здесь происходит. Запах шёл снизу. И раз уж я припёрся на эту базу, бросив все дела и людей без присмотра, то нужно было довести дело до конца, иначе вообще непонятно, зачем я сюда шёл. Просто, чтобы убедиться в том, что Крыс хочет убить меня и сбежать? Вряд ли.

Так что, выбор был очевиден!

— Ну, вниз так вниз! — вздохнул я и встал на ближайшую скобу.

Спускался я крайне осторожно, каждый раз проверяя на прочность ту скобу, куда собирался поставить ногу. Но пока что ни одна меня не подвела. В отличие от кладки стены, скобы были установлены нормально.

Оно и понятно, здесь и ответственность совсем другая. По ним же люди время от времени лазили. Была бы халтура, кто-то мог свалиться в шахту и погибнуть. А в былые времена за такое можно было и по статье пойти.

Спускался я не очень долго, когда понял, что достиг нужного места. Нет, это было не дно шахты, она продолжалась и дальше вниз, но я добрался до бокового ответвления, откуда и шёл запах пищи.

Поскольку я по-прежнему находился в полной темноте, то прежде чем туда лезть, очень тщательно проверил всё руками. Поверхность воздуховода была липковато маслянистой, но делать было нечего, пришлось лезть.

Лаз был значительно меньше вертикальной шахты, я с трудом мог ползти там на четвереньках, вытирая спиной верх трубы. Благо, что лезть пришлось недалеко. Метрах в десяти передо мной виднелся тусклый свет.

Хорошо, что мне не пришлось никуда поворачивать по этому воздуховоду, потому что не факт, что это у меня бы получилось. Да и клаустрофобия, которую я всё время старался держать в узде, с каждой минутой заявляла о себе всё громче и громче.

Но теперь я хотя бы видел цель.

Двигаясь на свет, я старался производить как можно меньше шума, потому что понимал, прямо подо мной находится помещение, где есть люди. Привлекать к себе внимание, до того, как я разберусь что к чему, точно не стоило.

Я осторожно прополз оставшееся расстояние и оказался перед решёткой, через которую снизу пробивался свет. Стараясь не дышать, я посмотрел сквозь неё.

Сначала видно ничего не было. Только кусок тускло освещённого дрожащим светом помещения и кафельный пол. Но потом раздалось шарканье, и прямо подо мной прошёл лысеющий человек в пижаме и тапочках. Он скрылся из вида, и вскоре до меня донеслось шипение. Похоже, человек поднял крышку и начал что-то мешать на сковородке.

Мои догадки подтвердил резко усилившийся запах чего-то жареного. Это было похоже на мясные консервы… но с чем-то смешанные.

Умиротворяющие звуки скрябания чем-то по сковородке создавали совершенно мирную картину. Просто кто-то готовит себе еду… а я подглядываю за ним!

Подумав об этом, я почувствовал себя крайне неуютно, но тут же прогнал эти мысли прочь. Если вспомнить, где именно я нахожусь и весь сопутствующий антураж, то вряд ли здесь всё так уж безобидно.

— Простите, девочки, но готовлю я только на одного! — едва слышно пробормотал человек и, судя по звукам, принялся вываливать еду со сковородки в тарелку.

Затаившись наверху и пытаясь составить себе картину происходящего, я заодно изучил решётку вентиляционного отверстия, ведущую вниз. Она была крайне хлипкой и человеческий вес не должна была выдержать по определению. Проблема была в другом, дырка, которую она закрывала, была крайне мала! В теории я мог в неё протиснуться… но только в теории, и если бы сверху было свободное пространство, чтобы встать. Сейчас же мне было необходимо изогнуться, чтобы хоть как-то туда пролезть!

Я решил, что это не единственная решётка в этом месте, и решил пролезть дальше, вдруг там появятся ещё какие-нибудь варианты. Нужно было дождаться, когда мужик внизу закончит возиться на своей кухне, которую, мне видно с этой позиции не было. Была надежда, что есть он пойдёт в другое место.

К счастью, мои надежды оправдались, и он зашаркал ногами куда-то в сторону.

Я осторожно двинулся вперёд, но успел преодолеть лишь полметра за вентиляционной решёткой, как случилось то, на что я никак не рассчитывал.

Изнутри мне было не очень понятно, где именно я лезу. Да, я знал, что это вентиляционная шахта, но как она устроена и как проложена, не имел понятия. Оказалось, что не очень надёжно.

Труба, по которой я полз, просто оторвалась и со скрежетом начала опускаться вниз. Старые и проржавевшие крепления лопались одно за другим, и вскоре, край вентиляционной шахты, где я находился, с глухим стуком ударился об пол.

Я быстро выскочил, а точнее, вывалился из неё и попытался вскочить на ноги, но поскользнулся на чём-то, шлёпнулся на задницу, вскочил снова и на этот раз сумел устоять на ногах, хотя пол в этом месте оказался очень скользким.

В дверном проёме я увидел мужика, хозяина этого места, который, видимо, жевал, но когда я вывалился из вентиляции, как чёрт из табакерки, то он замер с открытым ртом, и еда постепенно вываливалась оттуда, падая кусками на пол.

— Рот закрой! — сказал я.

— Я там масло разлил, не успел убрать — извиняющимся тоном сказал мужик, — не ждал гостей.

— Всегда нужно быть готовым к приходу гостей! — сказал я.

Сказал полную ерунду, но мне нужно было выиграть немного времени, чтобы хоть чуть-чуть оглядеться и сориентироваться в окружающей обстановке.

Помещение было самым обыкновенным, без изысков, практически полностью выложенное однотонным светлым дешёвым кафелем. Не удивлюсь, если клали его ещё в советское время.

Прежнее назначение этой комнаты было неизвестно, но сейчас она служила спальней и кухней мужику, который продолжал потрясённо таращиться на меня, тщательно пережёвывая то, что не успело вывалиться у него изо рта.

Помещение, где мы сейчас находились, было не единственное, и ел он в другой комнате, а сюда пришёл на устроенный мной шум.

— Сколько вас здесь человек? — спросил я.

— А? — удивлённо спросил мужик, с трудом проглотив то, что ещё оставалось у него во рту.

— Сколько человек здесь живёт, — ещё раз спросил я, — сколько человек охраняет базу?

— Один я здесь живу… — неуверенно сказал мужик, — охраны никакой нет.

— Врёшь! — сказал я, — сюда только что привезли восемь человек!

— А, ну да, — тут же согласился мужик, — но они здесь не живут и уже тем более не охрана. Это клиенты… точнее, клиентки!

— Рассказывай! — сказал я.

Поскольку получилось захватить инициативу, я решил слегка надавить на местного обитателя. Когда он очухается от шока и придёт в себя, возможно, заупрямится и не захочет откровенничать.

— Что рассказывать? — удивился мужик.

— Всё! Кто ты такой, почему здесь сидишь, чем занимаешься, что за клиентов тебе привозят? — давай по порядку.

— Погоди, а ты сам-то, кто такой? — вдруг спохватился мужик, видимо, начиная отходить от шока после моего вторжения.

— Здесь вопросы задаю я, — скрестив руки на груди, уставился я строго на мужика.

— А Орден Паука знает, что ты здесь вопросы задаёшь? — прищурился мужик, — знаешь, что с тобой сам Паук сделает, когда узнает, что ты вторгся на его территорию… но, скорее всего, ему ничего делать уже не придётся, потому что ты до этой встречи не доживёшь.

— С Пауком я уж как-нибудь сам разберусь, — усмехнулся я, — мы с ним хорошо знакомы.

— Ещё скажи, что ты здесь по его поручению! — усмехнулся мужик.

— Нет, — честно признался я, — у нас с ним есть разногласия… скорее всего, рано или поздно мы друг друга убьём. В живых останется только один. Надеюсь, что это я.

— Надейся! — усмехнулся мужик.

— Ладно, давай начнём сначала, — сказал я, — меня Алик зовут. Я смотрю, у тебя на сковородке ещё кое-что осталось, поделишься?

— Почему нет? — пожал плечами мужик, — такой подход мне больше нравится. Как знать, может быть, мы и найдём точки соприкосновения. Всё лучше, чем конфликтовать… тем более, здесь. Ты же в курсе, что эта территория находится под воздействием метаморфозера?

— Да, это я уже понял, — сказал я.

— Официантов здесь нет, накладывай себе сам, потом приходи в комнату, — мужик кивнул в сторону дверного проёма, — аккуратнее с масляным пятном и… меня зовут Оливер.

— Оливер? — удивлённо поднял я брови, — необычное имя.

— Но оно настоящее, спасибо родителям, — улыбнулся мужик, — но просто Оливер это ещё не странно, а вот Оливер Сергеевич уже звучит более экстравагантно.

— Да, согласен, — пожал я плечами, — звучит странно.

Я посмотрел на свои руки, они были чёрными. Увидев в углу руковину, я первым делом отмыл ладони, которые последние полчаса работали мне глазами.

Оливер ушёл в соседнюю комнату, а я направился к плите, чтобы наложить себе его жарёхи. Меня немного напрягло, что он скрылся у меня из вида, но я решил не нагнетать и просто быть на стрёме.

К счастью, всё обошлось, и когда я вошёл с тарелкой туда, где находился Оливер, он просто сидел за небольшим столом и ждал, пока я приду. Даже не ел!

Я уселся напротив, мы кивнули друг другу и принялись за еду.

— Я так понимаю, ты с Пауком отнюдь не в дружеских отношениях, да? — сказал я, одолев половину тарелки.

— Совсем не в дружеских, — тут же согласился Оливер, — можно даже сказать во вражеских.

— А так говорят? — удивился я.

— Понятия не имею! — усмехнулся Оливер.

— Тогда зачем же ты угрожал мне Пауком, если вы с ним враги? — спросил я.

— Потому что сейчас я… как бы это сказать… его собственность. А он не очень любит, когда на его собственность посягают, — сказал Оливер.

— Мне уже не впервой! — улыбнулся я, — мне довелось уничтожить или увести у него довольно много собственности! А зачем здесь установлен метаморфозер?

— Чтобы связать мне руки, — поднял ладони вверх и покрутил ими Оливер, — разве не понятно? Так, меня можно контролировать. Когда сюда приезжают люди Паука и привозят клиенток, я ничего не могу им сделать. Они магически мне тоже ничего не могут… но на этот случай у них имеется огнестрельное оружие, а пули я, в отличие от Паука, останавливать не умею. Ты в курсе, что его нельзя застрелить?

— Да, в курсе, я пытался! — сказал я, — поэтому сейчас пытаюсь придумать другой способ.

— Знаешь что, Алик? — внимательно посмотрел на меня Оливер, — ты очень интересный человек! Очень!

— Ты даже не представляешь насколько! — сказал я и подмигнул ему.