Джейхан-бей вбежал в кабинет повелителя, после короткого доклада поклонился и протянул шкатулку.

— Что это? — султан не взял в руки предмет, от которого неприятно разит смертельным проклятьем. И без слов понятно, что это «наследие» несчастной Ясмин Сулейманоглу.

— Это украшение, оно было на девушке в момент взрыва. И родители рассказали, что смерть пришла не сразу, бедняжка больше суток страдала в агонии, о её душе усердно молились дервиши, мать семейства слишком набожная.

— Не бывает слишком набожных матерей, для своего чада любая мать сделает всё, но теперь всё понятно! Она отмолена святыми людьми, приняла муки, и ими отчистилась от обета, который хитростью её вынудила дать жрица богини Хель, настоящая Ясмин — теперь на небесах. Она не досталась Хель! Эта вещь мне сейчас не нужна, я теперь вижу, как всё произошло на самом деле, но оставь как доказательство.

— Господин, доказательство чего? Если вам всё ясно, то может действовать? Наказать виновных?

— Виновные держат в заложниках слабых. Я могу сам убить всех врагов, но жрица Хель восстанет в очередной женщине и снова украдёт метку. Фирузе окончательно потеряла рассудок, есть подозрение, что она отравила дочь, вот её пора очень тихо удалить, чтобы никто не смог в будущем упрекнуть маленькую принцессу, что ее мать была недостойной наложницей. Понимаешь, о чём я говорю?

Джейхан-бей снова низко поклонился, он это прекрасно понимает. Быстро поставил шкатулку в большой шкаф и запер дверь на замок, а ключ подал своему господину.

— Приказывайте, я исполню, — только верный слуга приготовился выслушать приказы, как в покои ввалился лакей, его сдерживают двое привратников, ведь никто не смеет вваливаться во время важной аудиенции.

— Оставьте его! Какое дело тебя заставило рисковать жизнью? — прорычал султан на слугу. Который, уже упал на колени.

— О, повелитель! Две ужаснее новости. Молодая госпожа Азиза вошла в покои маленькой госпожи и закрылась там. А Фирузе в покоях госпожи Дилары выпила яд, об этом сообщила Гульшат. Кажется, все внезапно сошли с ума. Простите, господин, за дурные вести…

— Джейхан, сейчас же с людьми в покои Дилары, а я к дочери! Потом обсудим всё! — не успев дослушать трясущегося слугу, Эйчдерхан выбежал из кабинета, помощник за ним, но сразу побежал в другую сторону. В покои для вельмож, где сейчас расположилась госпожа Дилара и ее брат герцог фон Нордин.

Дверь в покои распахнута, уже прибежал начальник охраны, все стоят над трупом несчастной женщины, в ожидании приказов. Тут и без дознания понятно, что дело выходит за пределы понимания.

— Что произошло?

— Госпожа Дилара скрылась в своих покоях, ей плохо, а Фируза выпила яд, словно её кто-то заставил, — прошептал охранник, но Джейхан поднял руку, призывая замолчать.

— Я осмотрю женщину сам, крикните служанку Гульшат. И лакеев сюда, сейчас можно будет забрать тело. Но сделать это тихо, если поползут слухи, прикажу выпороть всех, невзирая на должности!

— Слушаюсь!

Пустой флакон так и лежит рядом с рукой погибшей, яда ещё много. И он густой, не разбавлен, как обычно, делают, чтобы замаскировать в еду. Этой дозы хватило бы человек на сто.

Быстро обыскал тело, но кроме флакона и пары украшений, ничего, никаких записок, знаков, ничего, что бы могло указать на мотив. Кроме того, что эта женщина ненавидела Дилару и, скорее всего, шла отравить именно её.

— Заберите тело, дальше все по правилам. Но она самоубийца, поэтому похороны сделать тайными и на грязном кладбище. Убирайте, — в голосе наместника появилось раздражение, он никогда особо не жаловал Фирузе, но сказать «собаке собачья смерть» нельзя, ведь она мать маленькой принцессы.

Через минуту слуги забрали женщину и ковёр, на котором она лежала, проворная служанка тут же начала мыть пол за покойницей.

— Госпожа! Позволите? — Джейхан осторожно постучал в соседнюю комнату, где сейчас ждёт Дилара.

— Да, входите, это ужасно. Она через двери не ходит, не ходила. Прокралась, как преступница, хотела влить яд в кувшин, а когда я её застала, то выпила сама. Но просила, чтобы её девочку спасли!

— Больше ничего?

— Нет, ничего! Кроме того, что она в который раз пыталась меня отравить. Повелитель же хотел ее выслать, но почему она осталась?

— Госпожа, это не нам решать, скорее всего, из-за дочери. Наш повелитель очень любит девочку, и ради неё долго терпел выходки её матери.

— Фируза умоляла спасти дочь. Ей угрожает новая наложница с меткой, больше я ничего не знаю, вам лучше поговорить с герцогом, но я не чувствую себя тут в безопасности.

— Я попрошу нашего повелителя о защите для вас, госпожа. Позвольте откланяться?

Джейхан-бей решил, что разговор с герцогом можно отложить, а пересказать султану последние слова Фирузе нужно как можно быстрее.

Поклонился, но недостаточно низко, и выбежал из покоев. Какое-то странное давящее ощущение накрывает рядом с этой иноземкой, она сама не понимает, какой силой обладает?

Закралось подозрение, что это Дилара заставила Фирузе выпить яд, вот только как об этом намекнуть султану?