— Милая Лянхуа! Ты так быстро вспомнила про старика! — из амулета послышался довольный голос старого алхимика.

— Да, господин Цан, даже я удивлена, как быстро это произошло. — я грустно вздохнул.

— Что такое? Тебе неприятно меня вспоминать? — всполошился голос.

— Ну что вы, господин Цан! С вами мне приятно общаться! — заверил я старика. — Но вот обстоятельства, при которых мне пришлось к вам обратиться…

— Хмм, что-то случилось? — игривость ушла из голоса, оставив деловой тон.

— Увы, увы! Кто-то хочет осложнить мне жизнь, притворившись, что отравился моей едой! — даже фыркнул от такой глупости. — Господин Цан, не могли бы вы прилететь к Дому Сладкого удовольствия, чтоб помочь мне наказать лжеца?

— Ни слова больше! Я уже вылетаю!

Амулет щёлкнул и отключился.

Фууух! Ну что ж, с поддержкой Небесного алхимика, родственника правящего герцога, можно будет чувствовать себя достаточно свободно. А теперь наружу, посмотрим, кто этот гад, что клевещет на меня.

Жу Яо, исполняя моё приказ, стояла за воротами и отбивалась от немаленькой толпы при помощи трёх охранников. По эту сторону ворот тоже толпилось немало народу, моих работниц и служанок, вышедших полюбопытствовать. При виде меня они расступились и стали с предвкушением смотреть, ожидая каких-то интересных событий.

— Что тут происходит⁈ — я вышел через ворота и встал рядом с Жу Яо.

— Ты! Тыыыы! Подлая женщина! — заорала какая-то тётка, тыкая в меня пальцами и плюясь. — Погубила мою кровиночку! Убила моего сыночка! Чтоб у тебя детей никогда не было! Чтоб у тебя сиськи никогда не выросли! Чтоб тебя мужики только вялыми членами трахали!

Её проклятия были такими страстными, что мужики насмешливо улыбались с каждого, а девушки краснели и закрывали лица веерами. Сзади, из-за ворот, донёсся недовольный гул и громкий голос «Старая кошелка с грязным ртом!».

— Ясно. — я взглянул на Жу Яо, она ответила мне растерянным взглядом. — А произошло-то что?

— Вот! — женщина показала двумя руками на парня, который лежал у её ног на носилках. — Это мой сыночек! Ты, проклятая демоническая лиса, соблазнила его прийти в это место разврата! А тут накормила своей протухшей едой, от которой он заболел и теперь умрёт!

— Моей едой? — я скептически ухмыльнулся. — Моей едой никто никогда не травился. С чего ты взяла, что он валяется на носилках от неё, а не от чего-то другого?

— Да это и так понятно! — голос женщины стал менее уверенным. Но не так, когда начинают задумываться, что тут что-то не так, а когда вдруг ломается заученный сценарий. — Моя домашняя еда с душой приготовлена, а у тебя бездушное жорево!

Она ещё что-то говорила, но я уже не особо прислушивался, переведя взгляд на толпу. Но если это кто-то срежиссировал, то этот кто-то должен быть тут, скорее всего. Не может же этот человек пропустить такое дело!

Ага! Вон знакомые всё лица! Среди лиц в толпе мелькали все три управляющих борделями, которые недавно хотели подкупить Жу Яо. А совсем рядом с ними стоял Джень Вони, тот парень, что пытался устроить дебош и унизить меня. Бок о бок с ним стояли мужчина лет пятидесяти на вид с солидной аурой практика Духовного Моря среднего уровня и схожий чертами лица с Джень Вони. Отец? И пара мощных охранников рядом. Хм, если присмотреться, то девка-управляющая тоже похожа на Дженей, дочь барона? Сестра? С продолжительностью жизни практиков она может быть даже его бабушкой…

— … моему сыну требуется дорогостоящее лечение! Я требую компенсацию! Ты его отравила — ты за это и плати! — я вернулся к кричащей мамаше, а та уже перешла к выколачиванию денег. — Десять… Нет, сто тысяч духовных камней среднего ранга! Не меньше!

Ну ничего себе у неё аппетиты! Толпа тоже оценила запрашиваемую сумму, зашумела радостно, тройка управляющих и Джени радостно заулыбались.

— О, ему нужно лечение? — я мило улыбнулся, от чего лицо скандалистки пошло пятнами. — Я с радостью это организую!

— Не надо нам твоей организации! Хочешь добить моего пупсика⁈ — взвизгнула женщина. — Отдавай компенсацию, и я сама найду целителя! А не отдашь — я до герцога дойду с жалобами! Не думай, что ты такая важная, на тебя тоже управа найдётся, шлюха!

Наверное, нормальный практик на моём месте свернул бы шею и ей, и её отравленному пупсику да и всё, они же были простыми смертными на втором-третьем уровне Оков, мамаша точно, а её отпрыск на среднем уровне Бессмертного Основания, но я не хотел себе репутацию портить.

— Вряд ли вы найдёте кого-то лучше… А, вот и уважаемый алхимик! — я увидел летающую лодку, на которой почувствовал ауру старика Цана.

— Тьфу! Что за шарлатана ты уже нашла⁈ — затопала ногами баба.

— Милая Ляхуечка! — алхимик высадился из лодки и спрятал её в пространственный артефакт, с располагающей улыбкой посмотрел на меня, потом нахмурился и перевёл взгляд на женщину. — А ты кто такая⁈

— Я мать, сына которого погубила эта демоница! — она обвиняющее ткнула в меня пальцем. — А кто ты⁈ Тоже демон, раз пришел ей на помощь⁈

— Это же Небесный алхимик Цан Хэ! — разнёсся по толпе шепотки, у многих вытянулись лица, выражения сменились на благоговейные. Небесный алхимику был тем, кто может одной пилюлей возвести их на небеса! Если захочет. Но может и свести в ад, если его разозлишь. — Внучатый племянник герцога Цан! О боже, я его впервые вижу вживую! Он настоящая легенда!

— У этот госпожи Сяонин есть такие связи⁈

— Если подумать, она ведь тоже алхимик.

— Неужели Цан Хэ её учитель⁈

— Ха-ха-ха, теперь она может забить этого бедолагу ногами, и ей ничего не будет!

Мамаша отравленного парня побледнела, услышав перешептывания, и посмотрела на старичка с почти что ужасом. А сам парень на носилках пошевелился и, такое ощущение, хотел отползти подальше от мамаши, желая скрыться в толпе зевак. У тройки управляющих и Дженей злорадство на лицах сменилось шоком и неуверенностью.

— Старший Цан, вот эта женщина утверждает, что вот этот молодой человек отравился моей едой. Не могли бы вы осмотреть его и вынести свой вердикт? — моя улыбка заставила старичка умилиться.

— Легко! Алхимик всегда целитель, а уж я потчую даже герцогскую семью! Надеюсь, вам такого моего уровня достаточно? — он с неприязнью взглянул на затихшую тётку. Так только сглотнула и отошла на шаг. — Ну-с, посмотрим!

Цан Хэ присел рядом с носилками, взял парня за руку и стал щупать ему пульс, заодно отправив парочку диагностических техник в тело. Толпа замолчала, зеваки вытягивали шеи, чтоб наблюдать за каждым движением Небесного алхимика. Многие даже взлетели в воздух, чтоб никто им не заслонял это зрелище — среди толпы было немало высокородных, всё же мой Дом Удовольствия находился не в самом захудалом районе.

— Кхм. — наконец, минут через пять Цан Хэ поднялся на ноги. — Что я могу сказать? Этот молодой человек абсолютно здоров! Сердечный ритм прекрасен для его возраста, никаких повреждений, характерных для отравлений, в его теле я не заметил. Ни болезненной ауры, ни угнетения внутренних органов, даже обезвоживания нет!

— Что? — женщина захрипела, откашлялась, потом заговорила более уверенно. — Это… это из-за того, что она готовит! Какой-то скрытый яд! Все, кто ел её еду, в опасности!

— Я и сам с удовольствием не далее, как час назад съел еды милой Лянхуечки. — фыркнул старик Цан. — Чувствую себя прекрасно! Даже суставы меньше скрипеть стали! И волосы из ушей и носа выпали!

— Тогда… тогда… вы ошиблись!

— Что? — Цан Хэ нахмурился, от него разошлась аура практика позднего уровня Духовного Моря, от чего женщина задрожала и упала на колени, а толпа зевак отшатнулась. — Ты хочешь сказать, смертная, что я допустил ошибку? Что я ничего не понимаю в состоянии этого юноши, а ты — понимаешь⁈ Хочешь сказать, что мой тысячелетний опыт и репутация ничего не стоят⁈

Он так топнул ногой по камню мостовой, что тот раскололся, а улица едва заметно вздрогнула.

— Ах! — только и смогла выдавить из себя тётка.

— Не… не надо! — вдруг заговорил «отравленный». — Мама… просто… ошиблась! Я, наверное, что-то… не то сел… дома!

Он пошевелился и сел на носилках, делая вид, что приходит в себя. С каждой секундой он становился всё энергичней и здоровей. Даже на ноги поднялся! От этого в толпе кто-то рассмеялся, а девочки за воротами презрительно заулюлюкали в полголоса.

— Я уже почти здоров! Простите, госпожа! — он посмотрел на меня.

— Ах, сыночек! — как-то неуверенно обняла его мамаша.

— Хм, какое чудесное исцеление! — порадовался Цан Хэ, понявший всю подоплеку дела. — даже от моих пилюль так быстро не вскакивают! Милая Лянхуечка, видимо, у тебя какая-то природная аура исцеления!

— О, нет, старший Цан, уверена, это ваша аура так подействовал! — я покачал головой. — Только, мне кажется, нельзя его сейчас отпускать — надо проверить, что с ним всё в порядке.

— Что ты имеешь ввиду? — заинтересовался Цан Хэ, а мамаша с сынком испуганно глянули на меня.

— Вдруг этот молодой человек действительно отравился моей едой? Или не отравился, но проявилась какая-то индивидуальная непереносимость? Надо выявить это и предупредить!

— Разумно, разумно! — покивал старик. — Что предлагаешь?

— Очень простое дело — буду кормить его своей стряпнёй, пока не проявится эффект!

Подопытный застыл, пытаясь переварить мои слова, а Джени зашептались «Она хочет его накормить? Зачем?». Девочки из-за ворот засвистели и зашептали довольно громко «Лучше скормите ему дерьма демонической свиньи!». Хм, надо им премию выписать, что ли.

— Садись. — я вынул из кольца сто ли стул, поставил на мостовую и указал на стул парню. Тот неуверенно сел, и перед ним появилась тарелка с цзинем моего мяса — запах пошел по площади, и зрители стали облизываться. — Ешь!

Испуганно оглянувшись на Дженей, парень стал есть. С каждым укусом испуг пропадал, сменяясь блаженством. Вскоре мясо исчезло с тарелки.

— Старший Цан, проверите его состояние?

— Хм, всё в порядке! Он здоров и полон сил! — вынес вердикт старик, пощупав пуль.

— Тогда продолжай. — перед парнем появилась вторая порция.

С ней он уже расправился без всякой опаски. А потом с третьей, с четвёртой… Только на десятой до него дошло, что что-то не то. Парень си дел и смотрел на неё с минуту, даже не думая прикасаться.

— Ну? Чего ждёшь? Ешь! — я пихнул его в плечо.

— А может… хватит? — он жалобно посмотрел на меня. — Я, кажется, наелся…

— Что значит «наелся»? С тобой всё в порядке, а ты только что валялся на носилках! Надо обязательно выявить то, из-за чего тебе стало плохо! А если что — то великий алхимик Цан рядов, чего тебе бояться? Ешь!

— Но… я уже… не лезет…

— Ешь, сука! — наклонился я к нему и зашептал в ухо, закрывая духовной силой так, чтоб никто больше не услышал. — Если не хочешь через рот, я буду засовывать еду тебе через нижний вход!

— Но там же… выход? — робко возразил парень, побледнев.

— А вот когда я затолкаю туда пару-тройку порций ногой, то будет широкий и удобный вход! Жри давай!

Обречённо вздохнув, парень стал мрачно жевать мясо.

— С ним же всё будет хорошо? — наконец-то побеспокоилась его мамаша, начав по-настоящему волноваться.

— Конечно. — я твёрдо кивнул.

Ну, только разорвать может, конечно, но и ладно. Мясо-то превращалось в энергию, духовную и жизненную, после съедения. Но чтоб её усвоить, нужно культивировать. А я как раз этого ему не даю делать, накачивая и накачивая едой. Так что сейчас парень должен чувствовать себя готовым вот-вот лопнуть воздушным шариком.

На одиннадцатой порции он начал тяжело дышать, двенадцатую пришлось запихивать почти силой, а после тринадцатой у него из носа и ушей пошла кровь! Энергия билась внутри тела, а то едва держалось, чтоб не взорваться!

— Я больше… не могу! — закричал он, когда показалась четырнадцатая порция мяса.

— Старший Цан, у него же нет признаков отравления? — я посмотрел на алхимика.

— Ни единого! — тот пощупал пульс подопытного.

— Тогда надо ещё есть!

— Неееет! — заорал парень и свалился из-за стола. — Я не могу! Я всё… наврал!

— Наврал? — грозно посмотрел на него Цан Хэ.

— Так вот значит что! Ты наврал! — будто только сейчас поняв, что тут происходит, я всплеснул руками. — А зачем?

— Мне… меня… — тут парень забуксовал, обернулся на мамашу, а та обернулась на Дженей.

— Ах! Видимо, ты хочешь ещё покушать! — в моей руке появился цзинь мясного рулета.

— Нет! Неееет! Меня заставили! — он заёрзал ногами, пытаясь отползти, даже не обращая внимания на текущую кровь. — Моя мама — служанка в доме Джень Вони! Он заставил её и меня, иначе грозился убить нас!

— Ага, понятно. — я посмотрел на Джень Вони, его папашу и сестробабушку.

— Фффууууууу! — осуждающе загудели девушки за забором.

Зеваки с весёлым любопытством посмотрели на Дженей, на меня, снова на Дженей, понимая, что началось самое интересное.

— Какой бред! — завизжал Джень Вони и даже подпрыгнул от возмущения. — Я никогда не видел эту парочку мошенников!

— Первый раз вижу их! — кивнул старший Джень рядом с ним. — А я — барон Джень Сы, кому как не мне знать своих слуг.

— Эй, что они тебе обещали? И сказали, что хотят этим добиться? — я повернулся обратно к парню.

— Они… Они хотели унизить вас, госпожа, отобрать деньги и рецепты вашей еды! — сдал всех парень, растирая кровавые сопли. — Господин Вони и госпожа Мяо вызвали меня вчера и приказали так сделать!

— А Мяо это кто? — уточнил я.

— Это его сестра, старшая! Вон она, рядом! — он ткнул пальцем в управляющую борделем.

Всё таки сестра, хоть и старшая. Ясно.

— Что ты врёшь⁈ — взвизгнула девушка, выступая вперёд. — Да это… Это сама эта Сяонин выдумала, чтоб нас подставить! Папа! Твоих детей оскорбляют и унижают! Сделай что-то!

— Госпожа Сяонин. — барон Джень посмотрел на меня сурово. — Не забывайтесь! Мы — благородный баронский род, а какой-то паренёк под вашим давлением клевещет на нас!

— У меня есть… доаказательства! — выдохнул парниша.

А вот это хорошо! Я даже прикоснулся к нему и оттянул на себя часть энергии, от чего ему явно полегчало.

— Доказательства? — нахмурился барон. — Так предъяви!

— Вот! — парень достал из-за пазухи какой-то платок. — Платок Джень Мяо!

Он протянул его мне, я взял, осмотрел и понюхал.

— Тут вышито её имя, и пахнет её духами!

— Позсольте. — Цан Хэ взял платок у меня и тоже осмотрел.- Дорогая ткань, такое простой слуга никогда бы не смог купить, шелк из Веньцзяньской долины, он на вес духовных камней!

— Пф, и что? — поморщилась Джень Мяо, сложив руки на груди в замок. — Что, у Сяонин Лянхуа нет денег купить такой платок? Или духи как у меня?

— Лживый подлог! — поддержал её папаша.

— А ещё у меня есть контракт! — добавил подопытный.

-какой контракт?

— Его заключил со мной хозяин Джень Вони! Вот! — в его руках появилась бумага.

Я её забрал, развернул — действительно, Джень Вони требовал, чтоб парнишка с мамашей разыграли представление, чтоб выбить из меня огромную сумму, рецепты или хотя бы понизить мою репутацию. А в ответ обязывался сделать мамашу старшей горничной в поместье Дженей, а самому парнише передать технику культивации Мистического ранга.

— Ха! Тут есть даже личная печать Джень Вони! — я передал контракт Цан Хэ.

— Тьфу, какой позор! — алхимик с отвращением посмотрел на барона и его детишек.

— Подлог! Беспардонное враньё! — заорала Джень Мяо. — Она специально всё сделала, чтоб оболгать нашу семью! Презренная шлюха!

— Пап, я не думал, что всё так будет! — тем временем оправдывался Джень Вони, шепча на ухо отцу. Он так разволновался, что забыл скрыть свои слова. — Просто написал это, что он не ссался пойти против этой сучки!

— Во времена моей молодости благородные были благородными. — скривился Цан Хэ. — А сейчас все погрязли во лжи! Простите, милая Лянхуа, что вам пришлось увидеть таких бесчестных дворян!

— Спасибо, старший Цан.

— Сяонин Лянхуа! — выступил вперёд барон Джень. — Я вас просил не порочить мою семью! Но вы не останавливались!

— Барон Джень, окститесь! — фыркнул Цан Хэ. — Если здесь кто-то и опорочил вашу семью, то это сделала не эта милая девушка.

— Граф Цан, это дело между моей семьёй и госпожой Сяонин! — не согласился барон. — Надеюсь, вы не будете мешать мне отстаивать честь семьи⁈ Или личные связи с этой молодой кхе дамой застилает вам взор⁈

Зеваки загудели, поняв намёк.

— Да ты!.. — Цан Хэ нахохлился, казалось, на его лысой голове все волосы встали дыбом, хоть их там давно и не было.

— Не волнуйтесь, старший Цан, вам это вредно. — я похлопал его по руке. — И что же вы хотите, барон Джень?

— Поединок чести! — пафосно заявил он. — Кто победит — тот и прав, как это заведено! И я даже соглашусь провести его с вами, хоть по положению вы гораздо ниже!

Я с неверием смотрел на него. Да он же сам мне в руки даёт пирожок! Я давно хотел как-то показать свою силу. Нельзя же всё время только грозить, аурой давить и тому подобное. Если угрожать, но никогда не бить, то со временем твои угрозы все будут игнорировать. Зачем бояться собаку, которая только лает, но никогда не кусает? К сожалению, уродца Хуана вместе с его дядей я прибил в безлюдном месте, их даже до сих пор не нашли. Так что мне нужен был кто-то, чтоб все убедились в крепости моих угроз. И вот этот кто-то мало того, что появился, так и сам ко мне в руки идёт!

— Я согласна! Проведём его здесь и сейчас, пока вы, барон, не сбежали вместе со воими гнилыми детишками! Уверена, гнилые яблоки падают с гнилой яблони!

У него аж лицо побелело от гнева.

— Согласен! Здесь и сейчас! Господа! — он повернулся к зрителям. — Среди вас есть благородные! Прошу вас быть свидетелями нашего поединка!

Толпа в ответ разрозненно загудело, но несколько аристократов сразу вышли вперёд, видимо, чувствуя солидарность с бароном.

— Лянхуечка, это ведь не слишком? — Цан Хэ посмотрел на меня с тревогой. — Я могу обратиться к своему дяде, герцогу, и решить этот вопрос.

— Не волнуйтесь, старший Цан, со мной всё будет в порядке. — я постарался улыбнуться как можно уверенней.

— Хорошо. — старик кивнул, но в глазах его читались борьба, зуб даю, если мне будет что-то угрожать, он вмешается.

— Тогда принимайте ставки на мою победу! — подмигнул. — Вот, тысяча Духовных камней среднего ранга. Ставлю на себя!

— Хо-хо, это я организую! И я тоже на тебя поставлю тысячу! Смотри, это последние деньги старика! Не дай мне потерять их!

— Обязательно!

Минут через пять прямо на площади развернули защитную формацию диаметром с полкилометра, чтоб наша борьба не повредила зрителям. А тех изрядно прибавилось — многие рассказали друзьям по амулетам передачи звука про ситуацию, так что новые летающие лодки целыми косяками прилетали и выплёвывали новых зрителей.

Цан Хэ, будто помолодев, собирал ставки на бой, подтверждая их своим авторитетом. Большинство ставили против меня — барон Джень был выше меня уровнем, на среднем Духовного Моря, да и опыта, казалось всем, у него гораздо больше. Плюс он был в броне, а я в одном платье. В общем, коэффициент на меня был один к трём, а на Дженя — один к полтора. Что не могло не радовать.

Вскоре мы с бароном Дженем стояли под куполом защитной формации, разделённые всего трёмястами метрами. Маловато для активной борьбы, но что уж поделать. Впрочем, сейчас мне этого и не нужно будет.

— Побей, хозяйка, наглеца, и разбей ему яйца! — скандировали работницы из-за ограды. Благородные недовольно на них косились, но сделать ничего не могли. — Граф — козёл и весь нахал, ты поставь ему фингал!

Мда, рифма у них хромает, но вообще-то приятно.

— Не хочешь извиниться и отдать компенсацию? — заговорил барон Джень. — Это твой последний шанс!

— Я убью тебя, а потом и твоих выродков, чтоб остальные знали, что меня трогать не стоит! — холодно ответил ему я.

После этого уже любые слова об отмене дуэли были лишними.

— Кхм, барон Джень, госпожа Сяонин, не хотите ли примириться? — спросил нас граф Шу, который вызвался быть судьёй. — Нет? Тогда дуэль за честь… начинается!

Барон Джень сразу же покрылся защитой. Миг — и вместо одежды на нём мощная металлическая броня с сияющими рунами защитных формаций. Второй миг — он активирует три талисмана четвёртого ранга, которые покрывают его защитными техниками. Третий — в его левой руке появляется щит размером с дверь, а во второй — монструозный меч в два метра длиной.

— Ого! Это же броня высшего Земного ранга!

— Три талисмана четвёртого ранга⁈ Какая чудовищная защита!

— Эх! А я поставил деньги на эту Сяонин!

— Пропали твои деньги, приятель!

Мужчина стоял и ухмылялся, глядя на меня с высокомерием. С такой защитой он мог вложить все силы в атаку, а атака в полную силу эксперта Духовного Моря среднего уровня… Он может испарять моря и сносить горы!

Но… мне был оплевать! Я всё это время накачивал себя древними рунами! Тысяча рун Силы, шестьсот Скорости, пятьсот Прочности! Мне не нужна броня и оружие, я сам себе броня и оружие! Тело едва сдерживало такую силу, то и дело лопались сосудики, мышцы разрывались — и сразу же всё срасталось. Кости похрустывали, всё тело слегка дрожало, требуя выплеснуть накопленную мощь!

И я это сделал!

Не мешкая, я рванулся вперёд. Моя скорость превысила скорость звука раз в тридцать! Больше десяти километров в секунду только за счёт физической мощи! Рядом с бароном я оказался так быстро, что он даже не смог понять, что же произошло. И даже не заметил моего удара!

На Земле в фильмах тоже были быстрые персонажи. Так вот, они там почему-то всегда перед ударом останавливались. Видимо, чтоб зрителям было видно, что они делают. Но я всегда считал это глупостью! Зачем терять скорость перед ударом⁈ Бей на полную!

И сейчас я ударил именно так! Мой кулак врезался в защитные поля талисманов, и они лопнули, не выдержав удара. Врезался в щит — тот разлетелся во все стороны металлическими брызгами, вонзаясь в камень мостовой, как в масло. Броня оказалась не прочнее гнилой банановой кожуры! Вся сила, вся энергия моего удара обрушилась на грудь барона Джень!

Он лопнул, разлетевшись кровавыми брызгами! Голова, шея, плечи и руки в одну сторону, ноги чуть повыше колен в другую, а всё остальное превратилось в кровавый туман! Ударная волна сорвала камни мостовой, вырыла яму метров в пять позади бывшего барона и бросила раздробленные камни и спрессованную землю в защитную формацию, от чего та пошла волнами. Но выдержала.

Я остался стоять на месте, приходя в себя. От такого резкого рывка и удара некоторые сухожилия разорвались, кости потрескались, сосуды лопались, растекаясь синяками. Но Неумирающее Тело быстро исцеляла все повреждения, и секунд через пять я уже был в порядке.

Для большинства наблюдателей я просто исчез и появился на месте барона, а тот неожиданно исчез в фонтане земли и камней. Только самые сильные, вроде алхимика Цан Хэ, поняли, что произошло, и теперь молча пучили глаза на меня.

— Что… что случилось? Где барон Джень?

— Да, куда он пропал?

— Это что — телепортация? Она куда-то отправила барона? А это по правилам?

— Да нет больше вашего барона! Ха-ха-ха!

— Что⁈

— Я первый раз видел, чтоб такую мощную защиту пробили одним ударом! Даже не техникой!

— Барон мёртв⁈ Как⁈

— Госпожа Сяонин — божественный культиватор⁈ Но она совсем не похожа!

— Ага, они почти голые ходят, а она вся одетая!

— А ты только и хочешь, чтоб её голой увидеть!

— А кто не хочет-то⁈

— Я выиграл! Я выиграл! Ха-ха-ха!

Мельком взглянув на побелевших до молочной бледности младших Дженей, с улыбкой подошел к Цан Хэ.

— Я же говорила, что вам нечего беспокоиться.

— Признаюсь, ты удивила старика, милая Лянхуа. — он покачал головой. — Я ещё никогда не видел такого… эффективного удара!

— Я знаю! Но давайте к хорошему — где мой выигрыш⁈