Моё сознание оставалось кристально чистым, цифровой код Вазара надёжно заблокировал все центры в мозгу, отвечающие за страх, панику или жалость. Я смотрел на этих изуродованных людей с вываливающимися изо рта паразитами и видел лишь красные маркеры целей, которые система определила, как угрозу класса А. Это было биологическое заражение с высокой вероятностью галактической пандемии, поэтому решение проблемы вырисовывалось предельно простое — полное устранение всех носителей.

Левая рука с тихим жужжанием завершила трансформацию, когда чёрный металл разделился и вытянулся, формируя два дуговых лезвия, а по кромке хитина с гулом побежали искры плазмы, освещая площадь голубым светом.

— Отходите к кораблю! — скомандовал я ровным голосом, лишённым эмоций. — Я обеспечу прикрытие и задержу основную массу целей, так что бегом!

— Командир, ты один там не вывезешь, их тут сотни! — проревел Морж, пока его пулемёт бешено вращался и выплёвывал снопы огня. Плазменные пули разрывали передние ряды мутантов в ошмётки, но на место убитых тут же вставали новые твари, желающие разорвать нас на куски.

— Мои алгоритмы показывают иное, так что выполняйте приказ без обсуждений! — отрезал я, даже не думая оборачиваться.

— Влад, мы не можем бросить тебя здесь! — крикнула Кира, судорожно перезаряжая свой бластер. — Это же чистое самоубийство!

— Я сказал — к кораблю! — мой голос лязгнул металлом, заставив девушку вздрогнуть. — Если вы останетесь, шанс выживания упадёт до критической отметки, а так я выиграю время, поэтому немедленно уходите!

Я сделал выпад вперёд и врезался в толпу заражённых, но это не была драка в состоянии ярости, это была выверенная до миллиметра резня, в которой мой мозг просчитывал траектории движений каждого врага на пару секунд вперёд. Очередной выпад слева я парировал быстрым шагом в сторону, пока лезвие отсекало голову бывшему шахтёру. Жирный червь упал на пол, и я равнодушно раздавил его ботинком, сразу же переключаясь на следующую цель. Отвечая на резкий прыжок справа, я не глядя пробил грудь летящей на меня амфибии, и плазма мгновенно прижгла рану, не давая брызгам крови испачкать меня.

Я кружился в этом танце, словно механизм на конвейере смерти, и каждый взмах лезвий забирал жизнь. Я двигался плавно и экономно, отсекая руки и перерубая склизких паразитов пополам, пока визг мутантов сливался со свистом плазмы. И тогда ко мне прорвался вождь Сопротивления. Его слепые глаза вращались, а изо рта высунулся пульсирующий червь, целясь мне в лицо.

— Идеальный сосуд… — вновь прохрипел монстр, протягивая ко мне свои кривые руки.

— Отбраковка, — констатировал я без тени жалости.

Коротким движением я перерубил червя у самого основания, а вторым лезвием снёс старику часть туловища, и его тело мешком осело на мокрый пол. Мой пульс даже не участился, ведь я стал машиной, которая просто выполняет заложенную программу.

— Осторожнее, слева заходят! — заорал Морж, не переставая поливать врагов свинцом. — Да когда же вы кончитесь, ублюдки!

За моей спиной Семён Аркадьевич очередями из дробовика расчищал путь к шлюзам Левиафана, стараясь не подпускать тварей слишком близко к Гайке и доктору.

— Давай, пошли, пошли, шевелите ногами! — орал капитан, прикрывая отход Лиандры и Киры.

Гюнтер катился следом за ними, размахивая тесаком и стреляя из пушки по всему, что двигалось.

— Жрите плазму, недожаренные червяки! — радостно лязгал робот. — Я не позволю вам испортить мою кухню своими мерзкими выделениями!

Ани отступала последней, легко отбиваясь виброклинками, но её глаза с ужасом смотрели на меня. Она видела, как я расправляюсь с людьми, которых мы недавно называли союзниками, и для её эмпатии моя пустота была страшнее любых монстров. Она чувствовала, что в данный момент во мне нет ничего человеческого.

— Влад, мы на борту, уходим! — раздался в наушнике голос Киры, прерывая мои расчёты.

Я нанёс круговой удар, чтобы отбросить толпу, активировал двигатели в ботинках и мощным прыжком взмыл в воздух, приземляясь прямо на трап корабля.

Поднять аппарель, герметизация отсеков! — мысленно приказал я кораблю, чувствуя под ногами твёрдый металл.

Створки шлюза с шипением поползли навстречу друг другу, и хотя несколько тварей успели просунуть в щель свои лапы, гидравлика Левиафана перерубила их кости с тошнотворным хрустом. Мы наконец-то оказались в безопасности.

Я направился в рубку, пока мои ботинки оставляли на полу кровавые следы. Команда уже находилась там, пытаясь прийти в себя после пережитого кошмара. Морж со звоном отстегнул короб от пулемёта, капитан вытирал пот с лысины, скомкав фуражку, а Лиандра проверяла медицинский сканер, тяжело дыша.

— Это было слишком близко, — проворчал Семён Аркадьевич, грузно опускаясь в кресло. — Я уж думал, что мы там и ляжем.

Я подошёл к консоли и сел, вонзая интерфейс-иглы прямо в металл, и система откликнулась мгновенно, сливаясь с моим разумом.

— Вектор подъёма рассчитан, так что внимание экипажу, приготовиться к перегрузкам, — объявил я сухим тоном.

Живой крейсер взревел, его двигатели выплеснули столб плазмы, и вода вокруг дока вскипела, превращаясь в пар. Левиафан рывком устремился вверх, а массы воды расступались перед нашей хитиновой бронёй, пока мы неслись к поверхности со скоростью ракеты. Спустя минуты корабль пробил толщу океана, вылетел в небо планеты Гиродорм и вышел на низкую орбиту. За иллюминаторами раскинулась спокойная пустота космоса, но я не стал отключаться от систем. Мой разум синхронизировался с орудиями крейсера, и я открыл защитные створки на брюхе, подавая энергию в биоплазменный излучатель.

— Командир, что ты делаешь? — спросила Кира, нервно глядя на мигающие экраны. — Оружие заряжено на сто процентов, но мы же ушли, зачем стрелять?

— Подготовка к орбитальной бомбардировке завершена, — ответил я, и мой голос звучал как механическое эхо. — Цель — подводный город Нео-Атлантис. Задача — полная стерилизация зоны заражения.

— Ты с ума сошёл? — вмешался Морж, вскочив со своего места. — Мы же только что оттуда выбрались!

Ани подошла ко мне и схватила за плечо, а её дрожащие пальцы выдавали крайнюю степень напряжения.

— Влад, остановись! — крикнула она с мольбой в голосе. — Ты не можешь этого сделать! Там огромный город, и там могли остаться невинные люди! Те, кто спрятался на верхних ярусах, дети, рабочие! Ты убьёшь их всех одним ударом!

Я медленно повернул к ней голову. Мои глаза светились голубым огнём, но, глядя на её искажённое лицо, я не почувствовал абсолютно ничего.

— Мои сканеры и алгоритмы провели анализ ситуации, — произнёс я, чеканя каждое слово. — Город скомпрометирован. Паразиты распространяются с геометрической прогрессией. Любой уцелевший является потенциальным носителем, и если хотя бы один из них покинет планету на челноке, погибнут миллиарды.

— Должен быть другой выход! — не унималась Кира. — Мы можем предупредить карантинную службу, они вышлют войска!

— Войска станут пищей для роя, — отрезал я, поворачиваясь к экранам, где прицельный маркер захватил координаты города под океаном. — Коэффициент выживания незаражённых равен нулю, угроза должна быть ликвидирована немедленно.

— Влад, пожалуйста, не делай этого… — прошептала Ани, и её голос сорвался.

— Мне придётся, это же просто логика, — бесстрастно ответил я.

И мысленную нажал на гашетку.

Левиафан содрогнулся от отдачи, когда с его брюха сорвался луч концентрированной плазмы. Он пронзил космос, прошил атмосферу и ударил в океан. На экранах было видно, как вода мгновенно испарилась, образуя гигантскую воронку, а луч пробил купола Нео-Атлантиса и достиг дна. Вспыхнул ядерный гриб, который раскидал массы кипящей воды, и океан загорелся. Город с его дворцами и трущобами просто перестал существовать, превратившись в пепел.

Угроза была устранена быстро, чётко и математически безупречно.

В рубке повисла мёртвая тишина, которую нарушало лишь гудение аппаратуры, никто из команды не произнёс ни слова. Морж опустился на ящик с патронами и закрыл лицо руками, пытаясь осознать масштаб произошедшего. Семён Аркадьевич отвернулся от экранов и тихо выругался, глядя в пол, а Кира прижала ладони ко рту, сдерживая слёзы. Лиандра стояла неподвижно, скрестив руки на груди, её перламутровая кожа казалась ещё бледнее обычного.

Ани медленно сделала шаг назад и убрала руку с моего плеча, словно обжёгшись. В её взгляде читался шок и неподдельный страх перед чудовищем, которым я только что был.

Интерфейс-иглы вышли из панели и втянулись обратно в мою руку, а чёрный хитин снова стал гладким, принимая форму обычной кисти. Дело было сделано, и Вазар больше не нуждался в контроле над моим телом.

Ледяная хватка дрогнула и начала отступать. Эмоции, которые программа старательно давила, хлынули в мой мозг бурной рекой, сметая все барьеры. Меня накрыла волна жгучей боли, вины и ужаса от того, что я совершил, ведь я своими руками уничтожил целый город.

Свечение в моих глазах погасло, и я судорожно втянул воздух, словно вынырнул из-под воды. Меня затрясло, я медленно поднялся с кресла и повернулся к своей потрясённой команде, чувствуя себя так, словно меня пропустили через мясорубку. Посмотрел на пепелище океана на экранах, а затем перевёл взгляд на испуганную Ани. Внезапно я почувствовал невероятную усталость, которая навалилась на плечи неподъёмным грузом. Я тяжело вздохнул и потёр лицо здоровой рукой, пытаясь стереть из памяти эту бойню.

— Извините… — тихо произнёс я дрожащим голосом. — Я правда не хотел этого делать. Но иначе было нельзя, поверьте мне.

— Ты убил их всех, Влад, — прошептала Ани, отводя взгляд. — Одним движением. Ты не оставил им ни единого шанса.

— Если бы я этого не сделал, эта зараза сожрала бы целые системы, — попытался оправдаться я, хотя слова звучали слабо и неубедительно даже для меня самого. — Я должен был принять это решение, Вазар показал мне все варианты, и этот был единственным верным. Другого выхода просто не существовало.

— Мы больше не обсуждаем это, — вдруг сухо сказал Семён Аркадьевич, поправляя седые усы. Капитан подошёл ко мне и похлопал по плечу, хотя в его глазах всё ещё читалась тревога. — Дело сделано. Мы выжили, и это главное, а с остальным будем разбираться потом.

Морж согласно кивнул.

— Старик прав, я видел этих тварей вблизи. Если бы они выбрались, нам всем пришёл бы конец. Так что ты сделал то, что должен был, командир. Это грязная работа, но кто-то должен был её выполнить.

Кира всхлипнула и отвернулась к стене, а Лиандра молча кивнула мне, хотя в её эмпатичных зелёных глазах застыла печаль. Ани всё ещё стояла в стороне, обхватив себя руками, и я понимал, что пройдёт много времени, прежде чем она сможет простить мне эту жестокость. Я и сам не знал, смогу ли когда-нибудь простить себя.

* * *

В центре «Зенита» находился тёмный зал без окон, где свет шёл только от тусклых ламп на полу. На парящем троне сидел Император, чьё бледное лицо ничего не выражало и походило на маску мертвеца. Вместо глаз у него зияли чёрные пустоты, поэтому он выглядел жутко, словно голодная бездна заглядывала прямо в душу каждому смотрящему.

У подножия трона стояли два человека. Командир Ренн нервно переминался с ноги на ногу, сжимая в руках планшет с отчётами, а рядом замер инквизитор Торк в тяжёлой броне. Торк старался дышать тихо и не смотреть на могущественного правителя.

— Ваше Высочество, добыча руды на шахтах идёт по графику, — дрожащим голосом доложил Ренн и нервно сглотнул. — Мы подавили бунты на окраинах, потерь нет, а проект создания клонов перешёл в новую фазу.

Император молчал, сидя неподвижно, как каменная статуя.

Торк больно ткнул командира локтем в бок.

— Заканчивай доклад и не трать его время, — прошипел инквизитор.

— Да, конечно, — закивал Ренн, пока по его лбу катился пот. — Это все новости, разрешите идти?

В зале стояла тяжёлая тишина, но внезапно существо на троне дёрнулось. Бледные пальцы Императора сжались, вцепились в подлокотники и смяли металл, словно тонкую фольгу.

Ренн отшатнулся и выронил планшет, который ударился о пол и разбился на куски.

— Что происходит? — прошептал командир, чьё лицо стало абсолютно белым.

— Падай на колени, идиот! — крикнул Торк, после чего первым рухнул на пол и покорно склонил голову.

Император почувствовал изменения в космосе. «Звёздная Кузня» артефакт, который он так и не нашёл, и считал мифическим, только что проявил себя в реальности. Теперь какой-то смертный прикоснулся к нему, какая-то генетическая ошибка с душой посмела украсть вещь Древних.

Император не злился, как обычный человек, не орал и не махал руками, его гнев был холодным и разрушительным. Воздух в тронном зале резко остыл, а на стенах и полу мгновенно вырос тонкий слой льда. Кожа Императора начала покрываться чёрными шипами, пока тьма вокруг него шла волнами, реагируя на ярость своего хозяина.

— Ваше Высочество, пощадите! — закричал Ренн, когда из его носа хлынула кровь.

Командир упал на бок, схватившись за голову, пока инквизитор лежал рядом и глухо стонал, едва выдерживая чудовищное давление на мозг.

«Найти. Уничтожить. Принести 'Кузню», — пронёсся по станции беззвучный мысленный приказ.

Этот удар зазвучал на всех палубах «Зенита», заставляя сотни имперских солдат и техников рухнуть на пол. У многих пошла кровь из ушей, а люди со слабым разумом просто сошли с ума и начали выть.

В закрытых ангарах станции началась паника, и завыли сирены. Техники бегали по мостикам, спотыкались и падали друг на друга.

— Открыть шлюзы, быстрее! — орал начальник ангара, размазывая кровь по лицу. — Выпускайте цепных псов!

Из темноты доков плавно выскользнули «Гончие Бездны» — жуткие крейсера, чьи корпуса состояли не из металла, а из поглощающей радары тёмной материи. Корабли казались чёрными дырами на фоне звёзд и не издавали ни единого звука.

Тихие и быстрые крейсера вырвались из доков, разорвали пространство и сразу ушли в гиперпрыжок, устремившись по следу живого корабля.

* * *

— Мы все умрём, и это медицинский факт, — мрачно подытожила Лиандра.

Я стоял на мостике, вцепившись в пульт управления, пока биомеханический крейсер нёсся сквозь ледяную пустоту на пределе своих возможностей. Броня Левиафана протяжно и жалобно скрипела под давлением перегрузок, а палуба непрерывно дрожала под ногами, отдаваясь вибрацией в самых костях. Бортовые радары вдруг сошли с ума, выдав целую россыпь красных точек, и мерзкий вой сирен ударил по ушам, напрочь заглушая крик Киры по внутренней связи.

Пространство прямо по курсу пошло жуткой рябью, словно стекло перед ударом, и с треском покрылось пространственными трещинами. Из образовавшегося вакуумного разлома синхронно вынырнули три тяжёлых крейсера Инквизиции. Их хищные вытянутые силуэты напоминали глубоководных рыб и внушали ужас одним своим видом.

— Это «Гончие Бездны»! — заорал Семён Аркадьевич, торопливо натягивая фуражку. — Мой дед всегда говорил, что от этих тварей невозможно уйти, ведь они чуют страх на расстоянии парсека!

— Твой дед просто никогда не летал с нашей чокнутой командой, кэп, — усмехнулся я, хотя внутри всё сжалось от ледяного напряжения. — Мы и не от таких бешеных собак уходили, так что держитесь крепче.

Я привычно вытянул левую руку, позволяя чёрному симбиоту выпустить острые интерфейс-иглы. Без лишних раздумий я вонзил их прямо в живую панель управления, чувствуя, как Левиафан недовольно зарычал где-то на задворках моего сознания. Корабль сразу принял командование, откликаясь на каждую мысль и сливаясь со мной в единый организм.

В этот же миг первый вражеский крейсер открыл огонь. Ослепительный луч энергии с грохотом ударил в наш правый борт, отчего обшивка лопнула с треском рвущейся плоти. Во все стороны брызнула горячая биомеханическая кровь Левиафана, заливая внешние камеры. От чудовищной тряски Морж не удержался на ногах и с грохотом покатился по металлической палубе, громко и забористо матерясь на диалекте своей ледяной родины.

— Сквозная пробоина в четвёртом отсеке, энергетические щиты падают! — быстро и чётко доложила Лиандра.

Она заметно побледнела, но упрямо сохраняла холодный тон опытного корабельного врача, привыкшего к экстренным ситуациям.

— Гайка, что там с гипердвигателем⁈ — гаркнул я в рацию и уводя раненого Левиафана в крутое пике от повторного залпа. — Нам нужен прыжок прямо сейчас, иначе эти псы разберут нас на атомы!

— Он сдох, Волков! — сорвалась на откровенную истерику Кира. — Эти инквизиторские твари первым же попаданием сожгли нам основные контуры питания, а я всё-таки механик, а не волшебница!

Я мысленно соединился с внутренними сенсорами Левиафана, решительно подавляя холодные машинные алгоритмы Вазара, которые настойчиво пытались перехватить контроль над моим разумом для более эффективного ведения боя. Впереди сквозь обзорный экран маячил огромный газовый гигант с плотными кольцами из льда и каменных глыб, что делало его идеальным местом для засады и пряток.

— Чини, Кира, используй что угодно, лепи на сопли, но дай мне варп! — жёстко приказал я, направляя судно прямо в густое кольцо астероидов. — А я пока поиграю с этими уродами в догонялки и выиграю нам немного времени для ремонта.

В машинном отделении тем временем творился сущий ад, транслируемый мне через сенсоры корабля. Кира висела вниз головой среди искрящихся кабелей сломанного генератора, отчаянно кашляя и задыхаясь от едкого дыма.

— Гюнтер, быстро подай синюю изоленту, ту самую, из моего ящика! — крикнула девушка, размазывая пот и сажу по лбу.

— Яволь, фройляйн Новикова! Заказ принят! — радостно лязгнул робот и резво подкатился к ней, едва не задавив по пути гаечный ключ.

Он аккуратно вложил в её руку спасительный моток старой ленты. Кира перехватила её зубами и велела Криптику подойти ближе. Шестилапый лемур недовольно пискнул, спрыгнув с горячей трубы, при этом серая шерсть на его спине стояла дыбом от явного избытка статического электричества. Девушка бесцеремонно схватила питомца за шкирку и буквально примотала его изолентой к оголённым клеммам корабельного щита.

— Питай их, малыш, жри электричество и отдавай прямо в щиты, иначе мы через минуту станем космической пылью! — взмолилась она, быстро погладив зверька по искрящейся макушке.

Криптик возмущённо пискнул, но его огромные фиолетовые глаза тут же загорелись ярче сверхновой. Он начал работать как живая пушистая батарейка, жадно поглощая остаточную энергию и перенаправляя её в системы защиты Левиафана. Поле вокруг нашего корабля заметно стабилизировалось, наливаясь синевой, и снова стало уверенно отражать удары летящего космического мусора.

В этот момент очередной залп «Гончих» зацепил нашу корму, и через симбиот в мой мозг ворвалась чужая, подавляющая волю сила. Пространство перед глазами моргнуло, сменившись непроглядной тьмой, и я внезапно оказался выброшен в чужое видение. Далеко за пределами этого сектора, на проклятой станции «Зенит», царила пугающая тишина. Я словно парил под потолком тронного зала, где не было никакого света, кроме тусклого свечения десятков экранов, показывающих тактические данные со всей изувеченной галактики.

Император сидел на своём троне, напоминая застывшую статую. У подножия трона на коленях крупно дрожали два лейтенанта. Эти мощные громилы, легко способные гнуть стальные балки голыми руками, сейчас выглядели как напуганные до смерти дети.

— Мой повелитель, — начал Марк, заикаясь и неотрывно глядя в тёмный пол. — Генерал Валериус упустила клона. Но «Гончие Бездны» уже взяли след Левиафана, сейчас цель оказывает отчаянное сопротивление в кольцах газового гиганта.

Император молчал, но от его неподвижной фигуры исходила такая подавляющая аура чистой энтропии, что металл на прочных доспехах лейтенантов покрылся толстым слоем инея. Воздух в зале стал невыносимо холодным и густым, мешая дышать.

— Мы можем послать подкрепление в этот квадрат, — торопливо добавил Хосе, нервно сглотнув ком в горле. — Целый флот тяжёлых дредноутов. Они разорвут этот биомеханический мусор на куски за пару минут. Просто разрешите отдать приказ, господин.

Внезапно в их головах — и в моей тоже — раздался потусторонний голос Императора. Он не открывал рта, но эти слова безжалостно царапали мозг изнутри, принося пульсирующую боль.

«Вы ничего не понимаете в моём замысле. Валериус — лишь сломанная кукла, ослеплённая жаждой мести. Вазар — обычный машинный алгоритм, возомнивший себя творцом и богом. Мне не нужна смерть этого клона. Мне нужно, чтобы он страдал, терял близких и непрерывно боролся за свою жалкую жизнь. Страх, отчаяние и боль выкуют из него идеальный сосуд для моего разума».

— Но «Гончие» убивают всех без разбора, — тихо пискнул Марк, не в силах унять дрожь во всём теле. — Они запрограммированы на уничтожение и никогда не берут пленных.

«Тогда они станут отличной кровавой тренировкой для моей новой гончей, — безразличным эхом отозвалось в умах приспешников. — Убирайтесь, пока я не стёр вас из самой ткани реальности».

Лейтенанты неуклюже попятились к выходу, едва не упав от нахлынувшего облегчения, когда двери закрылись за их спинами. Император остался в полном одиночестве. Он медленно перевёл взгляд на главный экран, где красная точка нашего Левиафана отчаянно петляла среди астероидов. Он чувствовал мою душу сквозь миллионы световых лет, и от этого осознания меня бросило в холодный пот.

* * *

Видение резко оборвалось, возвращая меня на трясущийся мостик Левиафана, где адреналин снова закипел в венах, вытесняя липкий страх.

— Ну что, щенки Империи, хотите поиграть? — зло усмехнулся я, сплёвывая кровь с прокушенной губы. — Сейчас я покажу вам новые трюки.

Левиафан бесшумной тенью скользнул в самую гущу каменных глыб, а настырные «Гончие» не отставали ни на метр, методично дробя мелкие астероиды плазменными выстрелами. Я полностью слился с сознанием корабля, пока навязчивый код Вазара услужливо помогал с математической точностью просчитывать траектории полёта каждого булыжника вокруг нас. Это было похоже на танец со смертью на минном поле.

Я резко заложил крутой вираж, заставив корабль пройти буквально в считанных метрах от гигантского ледяного астероида. Первая «Гончая» слепо повторила этот маневр, двигаясь по нашим координатам, но не успела вовремя затормозить. Я дал быструю мысленную команду, и Левиафан ударил свободным щупальцем по соседней каменной глыбе, с силой пнув её прямо наперерез врагу. Имперский крейсер на полном ходу врезался в монолитный камень, и вспышка взрыва осветила кольца планеты.

— Получите, мрази имперские! — радостно зарычал Морж, победно сжимая огромные кулаки. — Командир, да ты просто бог пилотажа! Я клянусь, что готов расцеловать твою железную руку!

Две оставшиеся «Гончие» легко обошли пылающие обломки своего товарища и быстро взяли наш Левиафан в клещи, отрезая любые пути к отступлению.

— Ани, срочно переведи всю оставшуюся энергию на маневровые двигатели! — приказал я, глядя на тактический радар.

Девушка лишь молча кивнула, и её тонкие пальцы запорхали по консоли. Она безоговорочно доверяла мне свою жизнь и точно знала, что я вытащу нашу стаю из любой передряги.

Дождавшись нужного момента, я ударил по тормозам, полностью реверсируя тягу. Левиафан послушно клюнул носом, останавливаясь как вкопанный, и пропустил оба вражеских крейсера далеко вперёд. Они с гудящим свистом пронеслись прямо над нашей рубкой, едва не снеся внешнюю обшивку судна.

— Огонь из всех орудий! Дайте им прикурить по полной программе! — заорал я во всё горло.

Семён Аркадьевич и Морж одновременно ударили по гашеткам плазменных турелей. Раскалённые заряды вонзились прямо в маршевые двигатели второй «Гончей». Вражеский корабль мгновенно потерял управление, закрутился беспомощной юлой и на огромной скорости влетел в гравитационный колодец газового гиганта, где его буквально расплющило атмосферой за несколько секунд.

Оставался всего один враг. Самый крупный и бронированный крейсер развернулся к нам носом и нацелил на Левиафан главное калиберное орудие, внутри которого уже клубилась непроглядная тьма. Оружие зловеще гудело, накапливая критический заряд для решающего удара.

— Влад, наши щиты на нуле! — в панике закричала Лиандра, глядя на мигающий монитор. — Бедный Криптик сейчас упадёт в обморок от истощения! Мы не выдержим прямого попадания!

— Командир, у меня всё готово! — победно завопила Кира по внутренней связи, перекрывая вой сирен. — Изолента и доброе матерное слово реально творят чудеса! Варп-двигатель снова в норме, мы можем прыгать!

— Давай, Левиафан, рви когти в закат! — я до хруста стиснул штурвал, направляя всю энергию в гиперпривод.

Третья «Гончая» выстрелила. Широкий луч тьмы устремился в нашу рубку, обещая быструю смерть всему экипажу. Но в ту же самую секунду Левиафан издал вибрирующий гул. Пространство перед нами разорвалось с характерным хлопком, и корабль плавно нырнул в спасительный варп. Смертоносный луч прошёл в миллиметре от нашей кормы и растворился в холодной пустоте.

Полёт сквозь гиперпространство оказался на удивление коротким, но невероятно жёстким. Корабль трясло так сильно, словно он на огромной скорости летел по ребристой стиральной доске. Сирены всё никак не замолкали, с закопчённого потолка сыпались горячие искры, а измученный металл натужно стонал под давлением. Спустя пару бесконечных минут нас грубо и бесцеремонно выплюнуло из подпространства.

Искрящийся Левиафан с пробитым правым боком тяжело ввалился в зону густого пояса астероидов и лёг в дрейф. Радары показывали абсолютную чистоту. Мы наконец-то находились в безопасности, надёжно скрытые среди тысяч каменных глыб совершенно незнакомой звёздной системы.

Я откинулся на спинку пилотского кресла, переводя дух. Интерфейс-иглы плавно втянулись обратно под кожу, а симбиот послушно принял вид моей обычной человеческой руки. Сердце колотилось в груди, отдаваясь в ушах, но наша команда снова смогла обмануть смерть.

Тяжёлые двери рубки разъехались в стороны. Внутрь устало ввалилась Кира, с ног до головы перемазанная чёрной копотью и машинным маслом. В её спутанных волосах торчали куски горелой изоляции, а на руках она баюкала Криптика, который тихо посапывал.

— Мы живы, — хрипло простонала наш механик и тяжело упала в свободное кресло, сдувая грязную прядь. — Но если ты ещё хоть раз заставишь меня чинить варп-двигатель изолентой прямо на ходу, Волков, я клянусь, что лично прибью тебя разводным ключом!

— Поверь мне, Гайка, в следующий раз я обязательно попрошу тебя использовать армированный скотч, — с облегчением выдохнул я и улыбнулся. — А теперь давайте вместе подумаем, как нам залатать эту старую посудину, пока Империя не прислала новых гостей. Иначе наша удача может закончиться.