Через три дня, после того, как Нэд Старк оказался в Королевской Гавани, мне было доставлено приглашение.

Это была дорогая бумага, запечатанная тёмно-зелёным воском с оттиском пересмешника. Посыльный — щуплый мальчишка с бегающими глазами — не сказал ни слова, просто сунул письмо мне в руки и растворился в толпе на Улице Сестёр.

Текст был кратким и до тошноты вежливым. Меня приглашали обсудить «взаимовыгодное сотрудничество» в одно из заведений на шёлковой улице. Подпись: лорд Петир Бейлиш.

Я сжёг письмо в камине. Идти к Мизинцу на его территорию было сродни визиту в логово к ядовитому пауку, но отказать Мастеру над Монетой означало закрыть свой бизнес в тот же день. Налоговые инспекторы Вестероса, может, и не имели компьютеров, но кровь пили исправно.

Вечером того же дня я стоял перед неприметной, но массивной дубовой дверью дорогого борделя.

Внутри пахло розовым маслом и дорогим воском. Повсюду шёлк, мягкие ковры, приглушённый свет. Идеально настроенный пользовательский интерфейс для выкачивания денег из столичной элиты.

Охранник молча проводил меня на второй этаж, в роскошную приватную комнату.

Петир Бейлиш сидел в глубоком кресле, закинув ногу на ногу. На нём был тёмный бархатный дуплет с серебряной вышивкой. Он потягивал вино из изящного кубка и улыбался. Улыбка у него была дружелюбной, располагающей, но его серо-зелёные глаза оставались абсолютно холодными. Глаза калькулятора.

— Лорд Таргон, — Петир не стал вставать, лишь чуть приподнял кубок. — Или мне называть вас мастером? До меня доходят противоречивые слухи о вашем статусе. Впрочем, в Королевской Гавани титулы — это лишь пыль на ветру. Золото — вот истинный фундамент. Присаживайтесь.

Я сел в кресло напротив. На столике между нами стоял кувшин. Я узнал его. Это была моя медовуха из последней партии.

— Выпьете своего же нектара? — предложил Мизинец. — Должен признать, ваши цены кусаются, но качество… Мои девочки жалуются, что некоторые лорды теперь приходят сюда не за их ласками, а чтобы лишний раз приложиться к вашему кувшину. Это бьёт по моему бизнесу, Таргон.

— Побочный эффект, лорд Бейлиш, — я спокойно посмотрел на него. — Хороший алкоголь сначала расслабляет, а потом, если знать меру, лишь разжигает аппетит.

Петир тихо рассмеялся, поставив кубок на стол.

— Вы умеете говорить красиво. Это полезный навык для торговца. Но давайте перейдём к делу. Я человек занятой, казна короны сама себя не наполнит, тем более скоро турнир Десницы.

Он подался вперёд, сцепив пальцы домиком.

— Мне нравится ваш товар. И я не люблю конкуренцию. Я хочу, чтобы «Дорнийский нектар» подавали только в моих заведениях. Я выкуплю всю вашу партию. И все последующие. Разумеется, по оптовой цене. Скажем… в половину от того, что вы просите в своей лавке. Взамен вы получите стабильный сбыт и покровительство.

Классика. Он хотел монополизировать продукт, сбить цену на закупе и продавать его втридорога, привязав меня к себе как бесправного поставщика.

— Это щедрое предложение, лорд Бейлиш, — медленно произнёс я. — Но экономически неэффективное. Для вас.

Петир приподнял бровь. Улыбка стала чуть тоньше.

— Вот как? И в чём же моя неэффективность, мастер Таргон? Просветите меня.

— Вы предлагаете выкупить весь мой товар, — я откинулся на спинку кресла, принимая расслабленную позу. — Значит, вам придётся тратить деньги на его закупку. Вам придётся выделить место на складах. Нанять охрану, чтобы грузчики не выпили его по дороге. Вы берёте на себя издержки на логистику и хранение.

— Это мелочи. Зато я получаю эксклюзив.

— Вы получаете эксклюзив, который ограничивает рынок, — я включил своего внутреннего бизнес-аналитика. — Лорды пьют в борделях, да. Но они также пьют в своих замках. На турнирах. На охоте. Выкупая всё, вы отсекаете огромный пласт клиентов, которые никогда не придут на улицу Шёлка, потому что, скажем, их жёны слишком ревнивы, или они считают это ниже своего достоинства. Зачем вам ограничивать рынок, лорд Бейлиш, если можно получать прибыль с каждой выпитой бутылки во всём городе?

Мизинец замер.

— Продолжайте, — коротко велел он.

— Мы сделаем партнёрство, — я положил руки на подлокотники. — Вы не покупаете у меня всё. Вы покупаете для своих заведений ровно столько, сколько нужно, со скидкой в двадцать процентов. А остальное я продолжаю продавать в своей лавке всем желающим.

— Мне кажется, вы меня не поняли. Я Мастер над Монетой, Таргон. Если я захочу, ваша лавка завтра закроется за неуплату пошлин.

— Закрытая лавка не приносит золота. Ни в казну, ни в ваш личный карман, — парировал я. — А вот открытая… Слушайте внимательно, лорд Бейлиш. Вы, как Мастер над Монетой, выдаёте мне официальную бумагу. Патент. С печатью короны. Статус «Официального поставщика двора». Это уберёт от меня ваших сборщиков податей и таможню. Мои издержки падают. Мой статус в глазах лордов взлетает до небес. Я смогу поднять цену на розницу.

Я сделал паузу, чтобы он проглотил наживку.

— А взамен… с каждой бутылки, проданной мной в розницу, я выплачиваю вам ровно тридцать процентов. Не в казну. Лично вам.

Петир Бейлиш молчал.

Его мозг работал с пугающей скоростью. Я только что предложил ему концепцию роялти и отката. Для средневекового Вестероса, где экономика строилась на банальном "купил дёшево — продал дорого" или прямом рэкете, это была элегантная схема.

Его лицо преобразилось. Дежурная улыбка исчезла, уступив место искреннему, почти уважительному восхищению.

— Тридцать процентов с каждой розничной продажи, — задумчиво повторил он. — Вы предлагаете мне долю в вашем деле, при этом всю грязную работу оставляя себе.

— Вы — Мастер над Монетой, лорд Бейлиш. Ваше время стоит дороже, чем время торговца. Ваша печать — мой щит. Мой труд — ваше золото.

Мизинец взял свой кубок, долго смотрел на янтарную жидкость внутри, а затем сделал большой глоток.

— Знаете, Таргон… Варис шепнул мне пару дней назад, что в городе появился странный волантиец. Я ожидал увидеть глупца, которому повезло с рецептом. А вижу довольно умного человека.

Я мысленно выдохнул. Сработало.

Для Мизинца человек, который мотивирован жадностью — это понятный человек. Предсказуемый. Он решил, что я просто хитрый делец, готовый платить "крыше" ради статуса. Он поместил меня в удобную для себя категорию. И это была его главная ошибка.

— Золото не предаёт, лорд Бейлиш, — я позволил себе сытую, "жадную" ухмылку.

— Воистину так, — Петир наконец улыбнулся по-настоящему. — А шлюхи не тонут. Завтра к вам зайдёт мой человек. Принесёт патент с подписью Десницы. И мы обсудим график выплат. Рад знакомству, мастер Таргон.

— Взаимно, милорд.

Сделка с дьяволом была заключена. Но главное — патент официального поставщика давал мне прямой пропуск за стены Красного Замка.

Пора было начинать работать с теми фигурами, ради которых я вообще всё это затеял. Близился Турнир Десницы.

* * *

Королевская Гавань бурлила. Турнир в честь нового Десницы, лорда Эддарда Старка, превратил город в гигантский, шумный и дурно пахнущий муравейник. Сотни рыцарей, тысячи оруженосцев, кузнецов, шлюх и торговцев стеклись в столицу со всех концов Семи Королевств. Золото текло рекой.

В моей лавке запасы таяли на глазах. Мощностей самодельного перегонного куба едва хватало, чтобы удовлетворять спрос. Но главной моей целью была не розница.

Патент Петира Бейлиша, украшенный тяжёлой восковой печатью с королевским оленем, работал как универсальный пароль к любой системе безопасности.

Ранним утром, когда туман ещё не поднялся с вод Черноводной, я сидел на облучке телеги, нагруженной тяжёлыми дубовыми бочонками. Рядом со мной дремал возница, нанятый на день за серебряного оленя. Моя одежда теперь больше подходила богатому купцу: тёмно-красный дуплет, хороший плащ и ни капли того измождённого вида, с которым я когда-то приплыл в Дорн.

Мы подъехали к вратам Красного Замка.

Стражники Ланнистеров в алых плащах скрестили алебарды перед носом моей лошади.

— Куда? — рявкнул один из них, даже не пытаясь скрыть презрение.

Я молча достал из-за пазухи свёрнутый пергамент и развернул его так, чтобы печать была хорошо видна.

— Таргон из Волантиса. Официальный поставщик напитков для королевской ложи и покоев Малого Совета, — произнёс я заученную фразу.

Стражник не умел читать, я видел это по его бегающим глазам, но печать короны и подпись Десницы (которую Мизинец организовал без ведома самого Десницы) знали все. Алебарды поднялись.

— Проезжай. Тебе во внутренний двор, к кухонным складам.

Телега со скрипом покатилась по каменным плитам.

Я впервые находился внутри Красного Замка. В сериале он казался просторной, светлой декорацией. В реальности это была нагромождённая, давящая своим величием крепость. Высокие стены из бледного красного камня, узкие бойницы, постоянный гул голосов, лязг металла и крики слуг.

Мы миновали внешний двор, где оруженосцы чистили доспехи своих господ, готовясь к турниру. Я мельком заметил группу людей в белых плащах. Барристан Селми, старый и величественный. И рядом с ним — Джейме Ланнистер. Цареубийца. Золотые волосы, ленивая, высокомерная улыбка. В реальности он выглядел ещё красивее и ещё надменнее, чем на экране.

— Эй, ты! Куда прёшь? — раздался визгливый, капризный голос.

Возница резко натянул поводья. Я обернулся.

Путь телеге преградила группа юнцов. В центре стоял мальчишка. Золотые кудри, идеально сшитый бархатный дуплет цвета бордо, расшитый золотыми львами.

Джоффри Баратеон.

Рядом с ним возвышался здоровенный мужик со следами жутких ожогов на половине лица. Сандор Клиган. Пёс.

— Глухой, что ли? — Джоффри шагнул к телеге, вздёрнув подбородок. — Убери свою развалюху. Наследний Железного Трона желает пройти.

Мой возница сжался в комок, тихо бормоча извинения, и начал судорожно дёргать поводья, пытаясь сдать назад. Телега застряла колесом в водосточном жёлобе. Лошадь тревожно заржала.

— Прошу простить, Ваше Высочество, — я спрыгнул с телеги и склонил голову. — Мы везём дорнийские напитки для королевской ложи. Заказ лорда Бейлиша. Мы сейчас же освободим путь.

Я рассчитывал, что упоминание Мастера над Монетой и нужд короля сработает как пропуск. Это была ошибка. Ошибка логичного человека, столкнувшегося с безумцем.

Джоффри скривился так, словно наступил в навоз.

— Мизинец? Ты думаешь, мне есть дело до его заказов, торгаш?

Он подошёл вплотную к телеге. Пёс двинулся следом.

— Мне не нравится, как ты стоишь, — Джоффри уставился на меня бледными, водянистыми глазами. — И мне не нравится, что твоя телега преградила мне путь. Пёс. Научи его вежливости. И избавь двор от этого дорнийского дерьма.

Мозг ещё пытался найти аргументы, но Пёс не вступал в дискуссии.

Сандор Клиган молча выхватил из ножен тяжёлый полуторный меч. Одним чудовищно сильным движением он обрушил клинок на ближайший дубовый бочонок.

Сталь со скрежетом прорубила толстое дерево и железные обручи.

Бочонок треснул пополам. Тридцать литров элитного, настоянного на лимонах крепкого спиртного — недели моего каторжного труда и десятки золотых драконов потенциальной прибыли — хлынули на грязные камни двора янтарным водопадом.

Резкий запах алкоголя ударил в нос. Мой возница тонко заскулил, вжавшись в облучок.

— А теперь ты, — Джоффри указал на меня пальцем в кожаной перчатке. — На колени.

Я замер. Внутри всё сжалось от ярости. Я умел договариваться. Но против грубой стали логика бессильна. Пёс стоял в двух шагах, с его меча капала моя медовуха. Одно слово мелкого садиста, и моя голова покатится в этот самый ручей.

Я медленно опустился на колени. Прямо в лужу из грязи, лошадиной мочи и разлитого алкоголя. Мой дорогой тёмно-красный дуплет мгновенно пропитался зловонной жижей.

— Прошу прощения за свою нерасторопность, Ваше Высочество, — произнёс я, глядя в мокрый камень перед собой.

Джоффри победно рассмеялся.

— Уберите эту телегу, пока я не приказал отрубить вашим лошадям ноги, — бросил он и пошёл дальше, брезгливо перешагивая через лужу. Пёс сунул меч в ножны и последовал за ним, даже не посмотрев в мою сторону.

Я остался стоять на коленях, слушая, как остатки медовухи с бульканьем вытекают из разрубленного бочонка.

Унижение жгло сильнее, чем потерянный товар. Это был холодный душ. Напоминание о том, что статус "Официального поставщика" и умные разговоры здесь ничего не гарантируют. В Вестеросе власть принадлежит тому, у кого меч.

Я поднялся на ноги. Ткань на коленях отвратительно липла к коже. Возница сидел ни жив ни мёртв.

— Слезай, — глухо приказал я ему. — Помоги вытащить колесо. У нас осталось ещё два бочонка. Их нужно доставить.

Остаток пути до кухонь мы проделали в молчании. Я сдал уцелевший груз распорядителю, мысленно подсчитывая убытки. Мне придётся компенсировать Мизинцу его долю из своего кармана.

Я подошёл к колодцу во внутреннем дворе. Смыл ледяной водой брызги грязи с лица и рук. Попытался оттереть тёмно-красный дуплет, но сделал только хуже — ткань намертво пропиталась смесью уличной жижи и крепкого алкоголя. Я вонял как портовый пьяница, заснувший в сточной канаве.

Здравый смысл требовал немедленно покинуть замок. Стража уже косилась на меня. Но я заплатил за этот пропуск слишком высокую цену (и деньгами, и собственной гордостью), чтобы уйти с пустыми руками.

Я накинул поверх испорченного дуплета плащ, стараясь запахнуть его поплотнее, и пошёл в сторону Малой галереи. Пару раз меня останавливали патрули Ланнистеров, морща носы от разившего от меня перегара, но бумага с печатью Десницы делала своё дело — меня брезгливо пропускали.

Свернув за угол, я услышал звук.

Ритмичный, сухой, деревянный стук. И голос. Быстрый, с сильным браавосийским акцентом.

— Тихо, как тень! Лёгкая, как пёрышко! Быстрая, как змея! Снова!

Дверь в один из залов была приоткрыта. Я переступил порог.

Внутри худенькая девочка с растрёпанными волосами яростно размахивала деревянным мечом. Напротив неё легко, словно танцуя, уворачивался мужчина с копной густых кудрей — Сирио Форель.

Арья сделала резкий выпад. Сирио даже не стал отбивать удар — он просто чуть сместился в сторону и легонько ударил её своим клинком по запястью. Деревянный меч со стуком выкатился из рук девочки.

Она разочарованно выдохнула и тут же обернулась, заметив меня. Девочка сморщила нос.

— Ты кто такой? И почему от тебя так разит кислым вином? Ты ошибся дверью, пьянчуга.

Сирио Форель не обернулся. Он плавно перетёк в защитную стойку, скользнув взглядом в большое отполированное бронзовое зеркало на стене, и только потом развернулся ко мне. В его тёмных глазах не было смеха. Он оценивал угрозу.

— Человек носит дорогой бархат, но купается в грязи, — произнёс браавосиец. — И пахнет так, словно проиграл битву бочке. Что нужно такому человеку здесь?

— Я не проигрывал битву бочке, — я остановился у дверей, не делая резких движений. — Я проиграл битву Псу.

При упоминании этого прозвища Арья мгновенно изменилась в лице. Брезгливость исчезла. В её серых глазах вспыхнула чистая, концентрированная ненависть. Она вспомнила смерть своего лютоволка и друга-мясника.

— Сандор Клиган? — процедила она, сжимая кулаки. — Он напал на тебя?

— Моя телега преградила путь принцу Джоффри. Пёс зарубил мой товар, а принц заставил меня встать на колени в лужу с грязью, — ровно ответил я. Скрывать это не было смысла.

Арья вспыхнула. Она схватила с пола свой деревянный меч и с яростным криком развернулась к Сирио, вымещая злость на учителе. Она била быстро, жёстко, вкладывая в удары всю свою обиду.

Сирио легко, почти лениво отбивал её атаки.

— Твой меч тяжёл, мальчик! Твои мысли тяжёлые! Ты думаешь о собаках, а не о воде! — он сделал подсечку, и Арья шлёпнулась на каменный пол.

Она злобно ударила кулаком по камню.

— Я убью его! Убью их всех!

— Ты ещё не готова, — тихо сказал я.

Арья вскинула на меня злой взгляд. Сирио тоже посмотрел на меня, чуть склонив голову набок.

— Вот как? — спросил Первый Меч. — Торговец вином учит нас сражаться?

— Я не умею сражаться. Если бы я попытался достать нож там, во дворе, моя голова уже катилась бы по камням, — я посмотрел на Арью. — Я умею оценивать угрозу. Ваша злость делает вас предсказуемой. Когда принц унижал меня, я хотел вцепиться ему в горло. Но я заставил себя упасть в грязь. Потому что гордость — это ошибка, которая ведёт к смерти. Если вы держитесь за гнев, вы слепы.

Сирио Форель долго смотрел на меня. Его глаза сузились.

— «Слепы». Этот грязный человек говорит дело, мальчик, — обратился Сирио к Арье, не сводя с меня глаз. — Большинство людей смотрят, но не видят. А этот человек смотрит… и видит. Кто ты такой?

— Моё имя Таргон. И я пришёл сюда, потому что вижу, к чему всё идёт, — я плотнее запахнул испорченный плащ. — Этот замок заполнен злыми людьми, которые скоро начнут резать друг друга из-за гордости и власти. Деревянные мечи хороши для тренировок. Но против гвардейцев, это бесползено.

Сирио гордо выпрямился.

— Первый Меч Браавоса не бежит от железных доспехов. Смерть — это просто ещё один танец.

— Вы считаете, что смерть — это Бог, не так ли? Единственный Бог? — спросил я, вспомнив лор.

Сирио замер.

— Откуда торговец знает о Боге Смерти?

— Я много путешествовал, — уклончиво ответил я. — И я знаю, что говорят этому Богу.

— И что же?

— «Не сегодня».

В зале повисла тишина. Арья переводила непонимающий взгляд с меня на своего учителя.

Я сделал шаг назад, к выходу.

— Когда начнётся хаос… а он начнётся скоро. Спасайте девочку. И бегите. Ищите дом с зелёными ставнями на Улице Сестёр. Там вы найдёте убежище. И, возможно, настоящую сталь. Выбирайте жизнь, Сирио. Мёртвые учителя никому не нужны.

Я развернулся и вышел из зала, оставляя за собой мокрые, грязные следы на камне.

Я не стал ждать ответа. Семена были посеяны. Логика выживания бросила вызов его гордости. Оставалось надеяться, что когда грянет буря, Сирио выберет правильный путь.

* * *

Я вернулся на Улицу Сестёр уже после заката. Город погрузился во тьму, которую лишь изредка прорезали факелы городских стражников и свет из окон дорогих борделей.

Лавка была закрыта. Мой помощник, толковый парнишка из низов, которого я нанял пару недель назад, уже убрал всё по местам и спал в каморке под лестницей. Я тихо прошёл мимо него, проверил засовы на окнах и спустился в подвал.

Тяжёлая железная дверь серверной закрылась за мной с глухим металлическим лязгом.

Я зажёг единственную свечу. Скинул бархатный дуплет, оставшись в простой льняной рубахе, и сел за стол.

Привычным движением ухватился за ручку генератора.

Вжик-вжик-вжик.

Монотонный звук трения магнитов успокаивал нервы лучше любого вина.

Спустя двадцать минут я отпустил ручку генератора, вытер пот со лба и открыл крышку ноутбука.

Экран ожил. Заряд — 73 %. Отлично.

Я открыл файл

Мне нужно было просто проверить статус. Убедиться, что скрипт отслеживает нужных мне персонажей.

На экране висели строки:

Entity: "Eddard Stark". Status: Tracked.

Entity: "Arya Stark". Status: Priority Rescue.

Всё было спокойно. Система молчала.

Я потянулся к тачпаду, чтобы завершить сеанс, как вдруг экран моргнул.

Свеча на столе резко затрещала, её пламя вытянулось вверх, словно втянутое невидимым сквозняком. В носу защипало от резкого запаха железа.

В самом низу текстового редактора, игнорируя курсор, начала печататься новая строка. Символы были не белыми, как обычно, а тревожно-красными.

[SYSTEM ALERT]

Asynchronous Event Detected.

Я замер, убрав руки со стола. Система впервые выдала оповещение сама, без моего запроса.

Строки побежали быстрее, заполняя тёмный экран кровавыми буквами.

Global Variable Modified.

Entity "Tyrion Lannister" status changed: [CAPTURED].

Captor Entity: "Catelyn Stark".

Location Coordinates: [Hotel_at_the_Crossroads].

Propagating cascade effect…

Conflict level updated to: WAR_PHASE_ONE.

Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как внутри всё обрывается.

Кейтилин Старк. Чёртова, импульсивная, непроходимо глупая Кейтилин Старк.

Я знал, что это должно случиться. Я помнил сюжет: она случайно встречает Тириона в гостинице на перекрёстке, обвиняет его в покушении на Брана и берёт в плен.

Но читать об этом в книге или смотреть сериал — это одно. А видеть это в логах системы, понимая, что это происходит прямо сейчас, в реальном времени — совсем другое.

Тайвин Ланнистер не стерпит такого оскорбления. Он соберёт армию. Джейме нападёт на Неда Старка на улицах Королевской Гавани. Роберт уедет на охоту.

Строки на экране продолжали обновляться.

Recalculating timeline for Entity "Eddard Stark"…

Error: Lifetime reduced.

New TTL (Time To Live): ~ 40 Days.

Сорок дней. Сорок дней до того, как Неда бросят в чёрные камеры под замком.

Свеча на столе погасла, не выдержав статического напряжения. Я остался в полной темноте, освещаемый лишь багровым светом экрана ноутбука.

Я не мог остановить Тайвина. Не мог вразумить Неда. Мои права доступа в этом мире ограничивались лавкой с мёдом и парой связей.

Но я мог спасти других.

К тому же, необходимо передать данную информацию Оберину. Ещё в Солнечном копье я показал ему шифр Виженера и с помощью него я передавал все новости столицы. Достаточно было написать на какой-либо накладной текст, передать доверенному капитану и указать, в какой книге и на какой странице искать ключ.

Я достал из тайника под столом кусок пергамента, перо и чернила. Быстро перевёл в уме нужные буквы, формируя текст «заказа»:

«Львы вскоре начнут охоту на форель. Речные торговцы перехватили львёнка на перекрёстке и отправили того к орлам. Ожидаем резкий скачок цен на железо и кровь. Рекомендую заморозить активы и приготовить копья. Рынок скоро рухнет».

Я аккуратно посыпал чернила песком, сдул излишки и запечатал письмо обычным, ничем не примечательным бурым воском. Завтра на рассвете капитан «Солнечной девы» заберёт этот свёрток вместе с пустыми бочонками.

Когда Доран и Оберин расшифруют это послание, они узнают о пленении Тириона Ланнистера Старками как минимум на неделю раньше, чем сам лорд Тайвин или король Роберт.

Для Дорна это означало фору. Время на то, чтобы собрать армию на перевалах и приготовиться к хаосу.

А для меня это было подтверждением статуса. Я доказывал Мартеллам, что их «независимый информационный узел» работает безупречно. Я кормил их инсайдами, укрепляя свою ценность. Если мне придётся бежать из столицы, двери Солнечного Копья снова откроются для меня.

Теперь можно заняться собственным выживанием.

Я создал новый текстовый файл. Назвал его

Пальцы быстро забегали по клавишам, несмотря на тусклый свет экрана.

«Завтра. Встретиться с капитаном Алларом. Купить лошадей. Оборудовать тайник в подвале для двух человек. Собрать аптечку из спирта и чистых бинтов. Зарядить ноутбук до 100 %».

Я должен быть готов. Когда Ланнистеры начнут вырезать людей Старков, Арья побежит. А Сирио Форель останется прикрывать её отход деревянным мечом.

Я не дам ему умереть. Я вытащу его из замка, даже если мне придётся использовать всю оставшуюся магию этого чёртова ноутбука.

Экран мигнул в последний раз. Красные строки логов исчезли, сменившись привычным, холодным белым текстом. Система предупредила меня. Дальше всё зависело только от моих действий.

Я закрыл ноутбук.

В подвале воцарилась абсолютная тьма. Я сидел в тишине, слушая, как бешено бьётся моё сердце.