Закавказье исторически являлся ареной пересечения географических, стратегических, политических и экономических интересов Османской и Российской империй. После распада СССР в регионе произошли важные политические изменения, повлиявшие на баланс сил – образовались суверенные независимые республики Азербайджан, Армения и Грузия.

После событий 11 сентября 2001 года Россия успешно урегулировала чеченский конфликт и усилила свое влияние в Армении, используя спорный статус Нагорного Карабаха. В то же время Грузия начала дистанцироваться от России, стремясь к сотрудничеству с Западом, тогда как Азербайджан придерживался более осторожного, многовекторного подхода. Грузия, объявившая о своей независимости в 1991 году, и уже в 1994 году присоединилась к программе НАТО «Партнерство во имя мира». В целях модернизации армии она наладила тесные связи с США, что обострило ее отношения с Россией.

На саммите НАТО в Бухаресте 3 апреля 2008 года было заявлено о перспективах вступления Грузии в Альянс. В этом контексте президент Путин, исходя из концепции защиты русскоязычного населения в постсоветском пространстве, предпринял шаги для противодействия расширению НАТО. 8 августа 2008 года Грузия начала военную операцию в Южной Осетии, провозгласившей в 1992 году независимость, но не признанной международным сообществом. Рассчитывая на поддержку США и ЕС, Грузия попыталась восстановить территориальную целостность страны силовым путем, но столкнулась с решительным сопротивлением России, которая предупредила Тбилиси о возможной интервенции для защиты русскоязычных граждан. После того как грузинское правительство проигнорировало эти предупреждения, российские войска вмешались в конфликт, что кардинально изменило баланс сил в регионе.

С точки зрения международного права Грузия нарушила принцип территориальной целостности государства провозгласившего независимость, предприняв военную операцию против Южной Осетии. В свою очередь, Россия, одержав победу, 25 августа 2008 года признала независимость Южной Осетии и Абхазии, а 9 сентября установила с ними официальные дипломатические отношения, усилив политический контроль в регионе.

Турция, имеющая общую границу с Грузией, внимательно следила за развитием событий, однако не вмешивалась в вооруженный конфликт, стараясь сохранить баланс в отношениях с Россией. Тесные экономические связи с Россией в сфере энергетики предопределили осторожную позицию Анкары по грузинскому вопросу. Такой взвешенный подход отражал прагматичную внешнеполитическую линию, проводимую президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом, который стремился защитить экономические интересы Турции.

Поскольку Россия прекратила поставки электроэнергии в Грузию, Тбилиси обратился за помощью к Турции. Анкара оперативно удовлетворила этот запрос, а турецкий Красный Полумесяц направил гуманитарную помощь в приграничные районы, однако военную поддержку предоставлять Турция отказалась.

Гуманитарная инициатива Анкары была воспринята как проявление гибкой дипломатии Эрдогана, позволившей Турции продемонстрировать солидарность с Грузией не нанеся ущерба отношениям с Россией.

В условиях нарастающей напряженности Анкара активизировала дипломатические усилия для предотвращения дальнейшей эскалации конфликта и сохранения близких политических и экономических отношений и с Грузией, и с Россией. 31 августа 2008 года министр иностранных дел Грузии Эка Ткешелашвили встретилась с турецким коллегой Али Бабаджаном, а уже 2 сентября 2008 года в Стамбуле прошли переговоры главы МИД России Сергея Лаврова с министром иностранных дел Турции. В ходе встреч Турция подчеркнула важность сохранения территориальной целостности Грузии, тогда как Россия отстаивала независимость Южной Осетии и Абхазии. Несмотря на существующие разногласия, стороны стремились не допустить ухудшения двусторонних отношений.