Решение Эрдогана, вызвавшее, помимо международной реакции, также серьезные разногласия внутри страны, разделило Турцию на тех, кто поддержал его, и тех, кто выступил против. Бывший президент Абдуллах Гюль охарактеризовал это событие как «решение, которое обрадовало народ». Лидер Партии националистического движения и союзник AK Parti в альянсе «Республика» Девлет Бахчели заявил: «Законное и справедливое ожидание мусульманского турецкого народа было удовлетворено. Хвала Аллаху, двери Айя-Софии были распахнуты настежь, и чистые лбы вновь соприкоснулись с землей в молитве».

Лидер партии İYİ Мерал Акшенер написала в Twitter: «Пусть Айя-София будет благословенной». Ахмет Давутоглу, глава Партии будущего также заявил в Twitter: «Открытие Айя-Софии для богослужения – это осуществление долгожданной мечты. Ответственное поведение как власти, так и оппозиции заслуживает похвалы. Пусть мечеть Айя-София – символ завоевания, завет Фатиха и часть всего цивилизационного наследия Стамбула – будет благословенной». Председатель Партии демократии и прогресса Али Бабаджан также поддержал решение властей, написав в Twitter: «Пусть открытие Айя-Софии для богослужения будет благословенным. Мы приложим все усилия, чтобы сохранить этот уникальный памятник, являющийся общим историческим наследием человечества, и передать его будущим поколениям».

В ответ на это председатель оппозиционной Республиканской народной партии Кемаль Кылычдароглу в прямом эфире через Twitter сделал следующее заявление: «Говорить о суверенитете… Это ведь уже наша земля. На нашей собственной земле обсуждается вопрос суверенитета? Говорить о суверенитете… Когда-то сделали музеем – ладно. Сейчас вы хотите изменить это, открыть для богослужений – хорошо, прекрасно. <..> Но превращать это в политический капитал – это огромное заблуждение. Они рассчитали так: “Мы сейчас превратим музей в место поклонения, CHP выступит против, а мы скажем: вот, видите, мы ведь давно говорили, что CHP – безбожники и неверующие, и вот опять они против”».

Депутат от Демократической партии народов от Коджаэли и член Комиссии Великого национального собрания Турции по правам человека Омер Фарук Гергерлиоглу выступил с критикой в адрес президента Эрдогана: «О правовом государстве в Турции говорить уже не приходится – у нас фактически исчезло само понятие государства. Если посмотреть на такие показатели, как верховенство закона, независимость судебной власти, мы увидим, что в мировых рейтингах Турция опустилась до уровня стран Африки. Что в свете этого делает власть? Превращает Айя-Софию в мечеть. Что это означает? Используется религия для того, чтобы скрыть проблемы и ввести общественность в заблуждение»[224].

Решение о превращении Айя-Софии в мечеть также рассматривалось в контексте развития туристического сектора, который имеет важное значение с точки зрения доходов национальной экономики. Ранее, согласно постановлению Министерства культуры и туризма Турции о стоимости входных билетов в музеи и на археологические объекты, плата за вход в музей Айя-София составляла 100 турецких лир, а годовой доход от посещений музея достигал в среднем около 250 миллионов турецких лир. В международной прессе высказывались мнения о том, что преобразование Айя-Софии в мечеть может в будущем негативно повлиять на привлекательность Стамбула и Турции для туристов и снизить доходы от туристической отрасли.