— Соколики мои, тревога! — раздался вдруг из динамиков дребезжащий голос Ядвиги. — На горизонте гости нарисовались, да не с пирогами!

Я посмотрел на тактическую карту. Несколько красных точек, стремительно приближающихся к нам с юго-запада, со стороны побережья. Со стороны, где сейчас дрейфовала Акватика.

— Истребители, — констатировала Шондра и тут же сжала огневые рычаги. — Модель «Скат-3». Быстрые, манёвренные. Вооружение — бронебойные снаряды, ракеты «воздух-земля».

— Они очень спешат, — добавила Вайлет, анализируя траекторию. — Расчётное время до контакта — семь минут. Вероятность враждебных намерений — 99,8%.

— А остальные две десятых процента — это что? — хмыкнула Лекса. — Они летят, чтобы поздравить нас с победой и вручить подарочный сертификат в спа-салон?

— Вероятность того, что у них произошёл системный сбой, и они летят к нам за технической помощью, — без тени иронии ответила Вайлет.

Мы смотрели на приближающиеся точки, и во мне не было ни ярости, ни азарта. Только глухая, бесконечная усталость. Мы могли бы стереть их с неба одним нажатием кнопки. Наша «Звезда Смерти», висящая на орбите, превратила бы их в облачко ионизированного газа, они бы даже пискнуть не успели.

Но это не беспилотники. Там, в кабинах, сидят люди. Простые пилоты, солдаты, которые выполняют приказ. Приказ тех самых трусливых ублюдков из Совета Директоров Акватики, которые, очевидно, решили устранить нас, пока мы не добрались до них.

— Опять, — прыснула Кармилла. — Милый, тебе опять придётся принять решение, от которого зависит, кем мы будем завтра. Героями или чудовищами.

Да, абсолютно верно. Убить их — значит выставить себя перед мировой общественностью теми самыми злодеями, которыми нас считают. Позволить им атаковать — значит поставить под угрозу свой экипаж. Мою семью. Вечный выбор между плохим и очень плохим. А времени на подбор алгоритма для побега нет.

— Мы не можем просто… сбить их! — первой нарушила молчание Лекса.

— Ах, какая дилемма, — протянула Кармилла, разглядывая свои ногти. — Спасти свою шкуру или сохранить репутацию. Я за первое. Шондра, дорогая, можешь начинать пристреливаться. Целься в двигатели, так получится больше красивых взрывов.

Шондра поджала губы и посмотрела на меня. Все ждали решения.

Я тяжело вздохнул.

— Вайлет.

— Слушаю, капитан.

— Переведи главное орудие «Звезды Смерти» на Акватику.

На мостике повисла тишина. Даже Роза перестала улыбаться и шевелить лианами. Все уставились на меня.

— И свяжи меня с их Советом Директоров, — добавил я, откидываясь в кресле. — Пора преподать этим мажорам урок хороших манер.

— Волк, так мы не будем стрелять и прятаться? — уточнила Роза.

— Нет, цветочек, — усмехнулся я. — Мы будем заниматься вещами, которые гораздо хуже. Вести переговоры.

Я снова повернулся к Вайлет.

— Цель — центральный шпиль, где заседают эти толстосумы.

— Капитан, — бесстрастно уточнила Вайлет, — вы уверены? Прямое попадание приведёт к полному уничтожению города-платформы и вызовет локальное цунами высотой до пятидесяти метров.

— Я в курсе, — кивнул я. — Просто наведи. Без команды не стрелять. Связь по официальной линии. Хочу, чтобы всё было красиво.

Через полминуты главный экран мостика, до этого показывавший унылый пейзаж космодрома, разделился на шесть квадратов. Шесть лиц. Шесть самых могущественных, самых богатых и самых напуганных ублюдков на этой планете.

Багратион Флинч, глава «Киберкорпа», был красным, как перезрелый помидор, и, казалось, вот-вот взорвётся от ярости.

Изадора Векс из «Омега-Тех» смотрела на меня со своего экрана с холодным презрением снежной королевы.

Баал Нур, крысолюд из «Техноса», нервно подёргивал усами, его чёрные глазки-бусинки бегали, оценивая риски и потенциальные убытки.

Гроггар, массивный бурлок из «Омнифабрики», просто молча смотрел, а его каменное лицо не выражало ничего, кроме монументального неодобрения. Остальные выглядели не лучше.

Август Торн из «Нейротека», старик с имплантом вместо глаза, будто плохо понимал, где находится.

Зур’Вект, зирианец из «Сайрус-Новы» нервно постукивал пальцами по столешнице одной из своих четырёх рук.

— ВОЛК! — первым не выдержал Флинч. — ТЫ, МЕРЗКИЙ ТЕРРОРИСТ! ТЫ ПОСМЕЛ НАМ ЗВОНИТЬ⁈ МЫ СОТРЁМ ТЕБЯ В ПОРОШОК! НАШИ ИСТРЕБИТЕЛИ УЖЕ В ПУТИ!

— Господин Флинч, — начал я самым вежливым, самым вкрадчивым тоном, на какой был способен. — Давайте не будем кричать. Криком вы только портите себе цвет лица и повышаете риск инсульта. А нам с вами ещё предстоит долгое и, надеюсь, плодотворное сотрудничество.

— СОТРУДНИЧЕСТВО⁈ — взвизгнула Изадора Векс. — Вы уничтожили собственность наших корпораций на миллиарды гриндольфов! Вы угрожаете стабильности всего региона! Единственное сотрудничество, которое вас ждёт, — это сотрудничество со следствием!

— Господа, господа, — я примирительно поднял руку. — Какая экспрессия. Какая страсть. Я понимаю ваше негодование. Но вы ошибаетесь в главном. Я не террорист.

Я сделал паузу, давая им насладиться этим заявлением.

— Я — ваш новый, и, смею заметить, весьма агрессивный конкурент.

На их лицах отразилось такое недоумение, будто я только что заговорил на языке глифтодов.

— Позвольте представиться, — продолжил я, расплываясь в самой широкой и самой фальшивой улыбке. — Капитан Ростислав-Казимир Волков, генеральный директор и единоличный владелец корпорации «Робокорп Индастриз». И сегодня я имею честь провести для вас эксклюзивную презентацию нашего нового, флагманского продукта.

Я кивнул Вайлет.

На экране за спинами директоров, на их собственных мониторах, появилось изображение. Слайд. Профессионально сделанный, в строгом корпоративном стиле. На нём, на фоне звёздного неба, красовалась наша «Звезда Смерти». Но, пожалуй, для них я назову её иначе. Всё же это название чисто для нашего круга, а для публики нужно нечто попроще.

— Представляю вашему вниманию наш флагманский продукт, — с энтузиазмом диктора из телемагазина начал я. — Орбитальная платформа тактического сдерживания, кодовое название «Аргумент-1». Уникальный дизайн, непревзойдённая мощь, стопроцентная эффективность. «Аргумент-1» — это наше лучшее решение для урегулирования любых деловых споров.

Я снова кивнул Вайлет. Слайд сменился.

На экране появились две картинки. «До» и «После». На первой гигантский, трёхголовый «Змей Горыныч» во всей своей ужасающей красе. На второй дымящийся кратер.

— Кейс-стади номер один: «Решение проблемы крупногабаритных механических летающих рептилий», — с упоением комментировал я. — Как вы можете видеть, наш продукт продемонстрировал высочайшую эффективность при работе с особо прочными целями. Время решения проблемы ноль целых, одна десятая секунды. Результат полное и безоговорочное испарение объекта. Никакого мусора, никакой головной боли с утилизацией. Экологично и современно.

Лица директоров начали медленно вытягиваться.

Следующий слайд. «До»: гигантская летающая тарелка. «После»: пустое небо.

— Кейс-стади номер два: «Утилизация несанкционированных строительных объектов на низкой околоземной орбите». И снова блестящий результат! Наш «Аргумент-1» легко справляется с композитными материалами повышенной прочности, аннигилируя до ста тысяч тонн за один импульс. Идеально подходит для быстрой и решительной расчистки территории под новую застройку.

Я видел, как Баал Нур что-то лихорадочно считает на своём планшете, как у Флинча отвисла челюсть, как Изадора Векс, забыв о своём ледяном самообладании, вцепилась в подлокотники кресла.

— А теперь, господа, — мой голос стал серьёзным и деловым, — самое интересное. Специальное предложение. Только для вас. И только сегодня.

Слайд сменился в последний раз.

На экране, в перекрестье прицела, появился центральный шпиль Акватики. Их город. Их дом. Их сокровищница.

— Как вы видите, наш «Аргумент-1» уже готов к третьей демонстрации. Но, честно говоря, мне бы этого не хотелось. Слишком много бумажной работы. Отчёты, пресс-релизы, интервью с этой надоедливой гарпией Мирандой Фифи… Ужасно утомительно. Поэтому я предлагаю вам сделку.

Я подался вперёд и сцепил пальцы в замок.

— Вы немедленно отзываете своих мальчиков для битья, — я кивнул в сторону приближающихся истребителей. — А я, в свою очередь, не превращаю ваш плавучий рай в облако радиоактивного пара. Кроме того, корпорация «Робокорп Индастриз» готова рассмотреть возможность вхождения в ваш Совет Директоров. В качестве, скажем так, контролирующего акционера. Чтобы впредь избегать подобных… недоразумений.

На том конце воцарилась гробовая тишина. Они смотрели на меня, на прицел на экране, и я видел, как в их глазах страх борется с яростью, а жадность с инстинктом самосохранения.

— Вы… вы шантажируете нас, — наконец выдавил из себя Баал Нур. Крысиные усы подрагивали.

— Вовсе нет, — возразил я. — Я делаю вам деловое предложение, от которого, как вы понимаете, невозможно отказаться. Это называется агрессивный маркетинг. Вы же сами так делаете, когда поглощаете более мелкие компании. Просто мой подход… несколько масштабнее.

Я откинулся в кресле.

— У вас тридцать секунд на принятие решения. Время пошло.

Это были самые длинные тридцать секунд в их жизни. Я видел, как они переглядываются, как что-то шипят в свои личные коммуникаторы. Я видел, как на лице Флинча отчаяние сменяется бессильной злобой.

— Двадцать секунд.

— Он блефует! — выкрикнул Зур’Вект.

— Хотите проверить? — я пожал плечами. — Десять секунд.

Изадора Векс закрыла глаза. Она поняла.

— Отозвать истребители, — процедила она сквозь зубы, не открывая глаз.

— ЧТО⁈ — взревел Флинч.

— Я сказала, отозвать истребители! Немедленно!

На тактическом дисплее красные точки, уже почти достигшие нас, замерли. А затем, плавно развернувшись, легли на обратный курс. Я улыбнулся.

— Мудрое решение, господа. Рад был вести с вами дела. Не звоните мне. Я сам позвоню вам.

И нажал кнопку отбоя, обрывая связь.

На мостике снова повисла тишина.

— Ты… ты только что шантажировал целый город, — выдохнула Лекса, глядя на меня с какой-то новой, сложной смесью ужаса и… восхищения?

— Я провёл успешные деловые переговоры, — поправил я.

— Это было… возбуждающе, — промурлыкала Кармилла, облизнув губы. — Властно, цинично и абсолютно аморально. Волк, ты превзошёл сам себя!

Я устало снял шляпу и провёл рукой по волосам.

— Вайлет, — хрипло позвал я. — Статус спутника.

— Объект «Звезда Смерти», он же «Аргумент-1» на целевой орбите. Все системы функционируют в штатном режиме. Готов к выполнению основной директивы.

— Основной директивы? — не поняла Лекса.

— Да, — кивнул я. — К путешествию во времени. Нужно замкнуть петлю.

Я смотрел на главный экран, где висело изображение нашей «Звезды Смерти». В её сердце, в специальном экранированном отсеке, лежал аннигиляционный реактор. Весь этот год мы с Чипом разбирали тот «хлам», который он успел скопировать из шляпы в мою голову. Обнаружили несколько очень перспективных комбинаций Гиперкуба. Одна из них позволяет отправить во времени заранее маркированный объект. Такую маркировку я поставил на спутник.

Гиперкуб отправит его на несколько часов назад, в тот самый момент, когда к лежащей на боку «Избушке» ползло трёхголовое чудовище. Автоматика зафиксирует цель и нанесёт орбитальный удар. После спутник отправит прежнему мне видеосообщение под видом звонка. Вайлет позаботилась, чтобы всё выглядело достоверно, а Чип проследил за таймингом во время записи этой постановки.

Я взял в руки Гиперкуб и покрутил его. Щёлк. Щёлк. Щёлк.

— Начинаю обратный отсчёт до активации темпорального сдвига, — объявила Вайлет. — Десять секунд. Девять. Восемь…

Все на мостике замерли, глядя на изображение спутника. Его снимала небольшая камера-дрон, отправленная на орбиту в одном из его отсеков.

— Семь. Шесть. Пять…

Я вспомнил лицо Беркута. Его последние слова. «За тех, кто в шагоходе!» И ярость снова обожгла мне горло пополам с тоской. Но сейчас не время. Проблемы нужно решать по порядку.

— Три. Две. Одна.

Вспышка. Белый свет. Изображение спутника просто… исчезло.

— Пуск, — констатировала Вайлет. — Объект «Звезда Смерти» исчез с радаров. Зафиксировано перемещение во времени. Поиск…

На мостике повисла тишина. Мы ждали. Ждали подтверждения того, что наш безумный план сработал. Что где-то там, в прошлом, всё прошло как надо.

— Обнаружен объект на расчётной орбите, — через несколько секунд доложила Вайлет. — Идентификация… объект «Звезда Смерти». Получение телеметрии. Подтверждение успеха.

Все облегчённо выдохнули. Спутник ушёл в прошлое. Он не вернулся обратно с помощью Гиперкуба, он просто… дожил до нашего времени, став на два часа старше, чем был. Если бы мы занялись его поиском раньше, то просто обнаружили бы две «Звезды Смерти». Но теперь петля времени замкнулась.

Спутник выполнил свою задачу.

— Он… он сделал это, — прошептала Ди-Ди.

— Да, — кивнул я, чувствуя, как с плеч свалилась гора весом в миллионы тонн. — Мы завершили создание своей временной линии.

Я откинулся в капитанском кресле и глубоко вздохнул. Чип сразу же напомнил о себе:

КОНЬЯК ВСЁ ЕЩЁ АКТУАЛЕН.

Я смотрел на экран, который показывал космос, спутник и кусок планеты. И чувствовал себя выжатым, как лимон после встречи с текилой.

— Ну вот и всё, — удовлетворённо кивнула Лекса. — Конец магии.

— Не сказала бы, — хмыкнула Кармилла. — По-моему, самое интересное только начинается. Куда теперь, мой повелитель? Завоюем ещё пару-тройку городов? Создадим свою религию? Я, кстати, уже придумала дизайн для жреческих одеяний. Чёрный шёлк, кроваво-красные акценты. Очень пойдёт к моему цвету глаз. Да и к твоему тоже.

Я устало потёр переносицу.

— Домой, Кармилла. Курс на Лиходар.

— Ты собираешься… закрыть вопрос с Беркутом? — тактично уточнила Шони.

— Да, — кивнул я. — И нужно забрать Сэшу.

— НЕТ! — этот вопль вырвался одновременно из нескольких глоток.

— Только не это! — простонала Лекса, прикладывая ладонь ко лбу. — Волк, я тебя умоляю! Мы только-только привыкли к адекватности! К тому, что никто не пытается украсить боевые турели бантиками! Слово «кити-кити» и так вызывает у меня посттравматическое стрессовое расстройство!

— Эра тишины и покоя подошла к концу, так и не начавшись, — трагически вздохнула Кармилла. — Я почти забыла этот звук. Этот леденящий душу писк восторга по любому поводу. Мои уши отвыкли. Моя нервная система не готова к таким нагрузкам.

— Мы все отвыкли, — тихо, но весомо добавила Шондра.

— Капитан, — встряла Вайлет, — вынуждена доложить, что возвращение на борт объекта «Сэша» с вероятностью 98,7% приведёт к повышению общего уровня энтропии и хаоса на 47%. Прогнозируется резкое увеличение количества незапланированных событий, требующих вашего вмешательства, и снижение общей боевой эффективности экипажа из-за акустического дискомфорта.

— Меня сейчас стошнит, если кто-то ещё раз скажет «кити-кити», — пробормотала Ди-Ди, держась за живот. — Капитан, я, конечно, всё понимаю, но я в положении! Мне противопоказаны такие стрессы!

Я обвёл их всех тяжёлым взглядом. Они смотрели на меня, как на тирана, который после года мирной жизни решил вернуть в их рай самую главную, самую пушистую и самую невыносимую проблему.

— Мы в ответе за тех, кого приручили, — сказал я, и сам удивился, как пафосно это прозвучало.

Кармилла вскинула бровь.

— Какая сентиментальность. Я тронута. Почти.

— Она — член нашего экипажа, — усмехнулся я. — А ещё чемпион арены, валькирия и ниндзя. Не думаете же, что мы оставим за бортом настолько ценного специалиста? Готовьтесь. И морально, и физически.

— А я скучала по Сэше, — мягко улыбнулась Роза.

Я снова посмотрел на Гиперкуб и сообщил:

— Сэкономим время.

— Ядрёна гайка, опять телепортация⁈ — простонала механик. — Мой вестибулярный аппарат подаст на тебя в суд за домогательства!

Мои пальцы снова начали вращать секции куба. На этот раз комбинация была простой, знакомой. Той, что не ломает время, а просто сшивает пространство.

— Пристегнулись? — спросил я, не оборачиваясь.

В ответ раздался лишь коллективный, обречённый стон.

Я повернул последнюю секцию.

Щелчок.

Мир вокруг снова превратился в сюрреалистическую карусель из смазанных красок, тошнотворной вибрации и ощущения, будто мой позвоночник на мгновение завязали узлом. Телепортация — это вам не поездка на лифте. Это грубый, жестокий взлом законов физики.

* * *

Резкий толчок. Грохот. Скрежет сминаемого металла и треск ломающихся деревьев.

«Избушка» материализовалась прямо посреди центрального парка Лиходара, раздавив своими массивными лапами пару вековых дубов и превратив ухоженные клумбы в перепаханное месиво. На обзорных экранах замелькали фигурки людей. Горожане, мирно гулявшие с собачками или пившие кофе на лавочках, теперь в панике разбегались в разные стороны, роняя стаканчики и истерично вопя. Ещё бы. Не каждый день у тебя над головой из ниоткуда падает тысячетонный шагоход.

— Кармилла, глуши двигатели, — скомандовал я, отстёгивая ремни. — Мы на месте. Прямо по курсу клиника «Новый Гиппократ». Переходим к финальной части моего плана.

Я связался с медотсеком.

— Лия, как у тебя дела? Ты готова?

На небольшом экране появилось лицо моей зеленокожей хилварианки. Её огромные жёлтые глаза с золотыми искрами мерцали от напряжения, а кожа светилась так ярко, будто включили неоновую лампу.

— Да, Волк, — она кивнула. — Я и мои симбионты в полной боевой готовности. Но мне понадобится помощь местного персонала. Физиология некоторых членов экипажа Беркута… специфична.

— Местный персонал мы сейчас организуем, — пообещал я и переключил канал на грузовой отсек. — Валериус, твои кровососы готовы к выходу в свет?

Вместо ответа на фоне вампира раздался капризный, полный искреннего возмущения голос Кристалл:

— Я не понимаю, почему мы должны тащиться в какую-то человеческую больницу⁈ В прошлый раз нам так и не дали никого укусить! Там пахнет хлоркой, болезнью и кварцеванием! И вообще, я только что сделала маникюр!

— Заткнись, Кристалл, — холодно осадил её Валериус.

Его красные глаза смотрели в камеру с аристократическим спокойствием, а белые волосы были идеально зачёсаны назад.

— Мы готовы к выполнению приказа, капитан, — произнёс он с лёгким поклоном, игнорируя истерику сестры Кармиллы на заднем плане. — Мы ждём у шлюза.

— Отлично. Выдвигаемся.

Я покинул мостик, оставив Кармиллу и Шондру контролировать периметр, Роза как и в прошлый раз отправилась со мной. Мы быстрым шагом направились к шлюзовой камере. Там нас уже ждали альпы и Лия, сжимающая в руках объёмный медицинский кофр.

— Открывай, — бросил я.

Тяжёлая створка шлюза со скрипом отворилась. Внутрь ворвался свежий воздух парка, смешанный с запахом раскалённого металла нашей обшивки. До земли было метров пятнадцать.

Альпы не стали утруждать себя использованием лестниц. Валериус шагнул в пустоту первым. В полёте его белые волосы стремительно удлинились, превратившись в прочные стальные тросы, которые впились в технические пазы на броне «Избушки». Он изящно, словно паук по паутине, скользнул вниз и бесшумно приземлился на асфальт. За ним последовали остальные вампиры. Кристалл спускалась последней, брезгливо морща носик.

Роза перемахнула через край. Её лианы выстрелили во все стороны, цепляясь за выступающие детали шагохода, и дриада плавно опустилась на землю, выглядя при этом как экзотический лесной дух, случайно забредший в мегаполис.

Я повернулся к Лии. Она посмотрела вниз и нервно сглотнула.

— Иди ко мне, — я шагнул к ней и подхватил её на руки.

Девушка инстинктивно вцепилась в мой плащ, её светящаяся кожа обдала меня приятным теплом.

— Помнишь, с чего всё начиналось? — усмехнулся я, глядя в её огромные глаза. — В Диких Землях, когда на «Антеро» напали рептилы?

— Волк, только не говори, что ты собираешься… — начала она, но не успела договорить.

Я просто шагнул в открытый люк.

Лия коротко, пронзительно взвизгнула, уткнувшись лицом мне в плечо. Ветер свистнул в ушах. Пятнадцать метров свободного падения для обычного человека — это переломанные ноги и билет в инвалидное кресло. Для моего модифицированного тела, усиленного «Регенерисом» и силой высшего альпа, это была просто разминка.

Я сгруппировался в полёте. Удар.

Мои ботинки впечатались в асфальтовую дорожку парка. Покрытие жалобно хрустнуло, во все стороны брызнула серая крошка, а под моими ногами образовались две вмятины. Я даже не покачнулся.

— Приехали, — я аккуратно поставил Лию на ноги. — Добро пожаловать обратно в Лиходар.

Она поправила халат, гневно сверкнула на меня глазами, но промолчала.

Мы развернулись и строем направились к стеклянным дверям клиники «Новый Гиппократ». Выглядело это, должно быть, эпично. Я в своём чёрном плаще и ковбойской шляпе, десяток бледных вампиров-металлистов с красными глазами, дриада и светящаяся зелёная инопланетянка. Персонал клиники, наблюдавший за нами через панорамные окна, явно прощался с жизнью.

Когда мы вошли в просторный, стерильно-белый холл, нас встретила гробовая тишина. Медсёстры жались по углам. Охранник так крепко вцепился в свою дубинку, что костяшки пальцев побелели, но шагнуть нам наперерез не рискнул.

Из коридора, вытирая пот со лба платком, выскочил полный мужчина лет пятидесяти в дорогом костюме под халатом. Главврач.

— Я… я видел новости! — истерично выкрикнул он, выставляя перед собой руки, словно защищаясь от пули. — Я знаю, кто вы! Вы капитан Волк! Вы ограбили банк крови в третьем секторе Ходдимира! Слушайте, мы не хотим проблем! Берите, что хотите! У нас полные криокамеры первой отрицательной, есть плазма, есть редкие группы! Только не убивайте нас и уходите!

Я остановился прямо перед ним. Сдвинул шляпу и посмотрел на него сверху вниз.

— Успокойтесь, доктор, — произнёс я ровным, спокойным голосом. — Мы ничего не собираемся у вас забирать. Наоборот. Мы хотим кое-что сюда доставить.

Главврач моргнул. Его рот приоткрылся.

— Д-доставить? — переспросил он, явно ожидая подвоха. — Что именно? Органы?

— Пациентов, — отрезал я. — И мне нужна вся ваша реанимация. Прямо сейчас.

* * *

Реанимационное отделение «Нового Гиппократа» превратилось в полевой госпиталь безумного ксенобиолога. Лия взяла командование на себя с такой властностью, что местные светила медицины бегали вокруг неё на цыпочках, боясь пискнуть.

— Так, слушайте меня внимательно! — командовала Лия, излучая мягкое сияние. — У нас будет десять тяжёлых пациентов с политравмами, ожогами и баротравмами. Расы разные!

Она подлетела к одной из коек.

— Сюда мы положим арктурианку. У неё экзоскелет из хитина. Никакого спирта и йода, вы её сожжёте заживо! Подготовьте полимерную пену для сращивания панциря и заменитель гемолимфы на основе меди!

Главврач, бегающий за ней с планшетом, судорожно кивал.

— Дальше! — Лия ткнула пальцем в соседний бокс. — Глубляк. Ему нужна влажная среда. Заполните ванну для гидротерапии физраствором с добавлением аммиака. Концентрация два процента! Если его жабры пересохнут, он задохнётся во время лечения!

— Аммиак в реанимации⁈ — пискнула старшая медсестра.

— Выполнять! — рявкнула хилварианка. — Для лимаксийца подготовьте ванночку с минеральными солями и абсорбирующими губками. Он слизень, его нельзя класть на простыни, он к ним прилипнет! А для гвока… — Лия задумалась на долю секунды. — Для гвока просто сдвиньте две самые прочные кровати. Он весит как небольшой носорог. Обезболивающее ему не нужно, его слюна — мощный анестетик, главное зашейте раны!

Чип в моей голове не удержался:

ОЦЕНКА СИТУАЦИИ: ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО МЕСТНЫЙ ПЕРСОНАЛ РЕШИЛ, БУДТО УЧАСТВУЕТ В СЪЁМКАХ ФАНТАСТИЧЕСКОГО СЕРИАЛА — 99,9%. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОПРОСИТЕ ИХ ПОДГОТОВИТЬ ЛОТОК С НАПОЛНИТЕЛЕМ ДЛЯ МЕЙН-КУНА. ЭТО СНИМЕТ НАПРЯЖЕНИЕ.

— Лия, — я подошёл к ней, пока врачи носились по отделению, таская баллоны с физраствором и какие-то странные медикаменты. — У нас ещё два шушундрика. Пип и Поп.

— Для них я подготовила кислородные камеры для новорождённых, — кивнула она. — Они маленькие, баротравма для них наиболее опасна. Волк… — она посмотрела мне в глаза, её взгляд стал мягким и тревожным. — Мы готовы. Но… ты уверен, что сможешь вытащить их?

Я достал из поясной сумки Гиперкуб. Металлический артефакт глифтодов холодил ладонь. Инопланетные символы на его секциях едва заметно пульсировали голубым светом, словно чувствуя моё намерение.

— Бросать друзей в беде не в моих правилах, — ответил я.

ВНИМАНИЕ, КАПИТАН, ХРОНО-СДВИГ В ЭПИЦЕНТР БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ ТРЕБУЕТ ЮВЕЛИРНОЙ ТОЧНОСТИ. ЕСЛИ ЭКИПАЖ ВАС УВИДИТ, ЭТО СОЗДАСТ ВРЕМЕННОЙ ПАРАДОКС, КОТОРЫЙ МОЖЕТ СХЛОПНУТЬ НАШУ РЕАЛЬНОСТЬ.

«Я помню», — мысленно ответил я.

В памяти всплыл тот момент. Голос Беркута в динамиках. Его хрип. Падение старого тираннозавра. Момент, когда лазер Горыныча ударил в рубку.

Мои пальцы легли на секции Гиперкуба.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Воздух вокруг меня уплотнился. Звуки реанимации — писк кардиомониторов, крики врачей, лязг каталок — начали отдаляться, словно я погружался под воду. Последний поворот. Мир мигнул и исчез.

* * *

Жар ударил в лицо так резко, что у меня перехватило дыхание.

Запах был невыносимым. Смесь горелой изоляции, раскалённого добела металла, пролитого дизельного топлива и крови. Я стоял в узком, перекошенном коридоре «Мехатирана». Шагоход-динозавр лежал на боку. Пол стал стеной, а стена полом. Аварийное освещение мигало кроваво-красным, выхватывая из густого, едкого дыма оборванные провода, сыплющие снопами синих искр.

Я материализовался в слепой зоне, прямо у входа в командную рубку.

Тихо, стараясь не наступать на скрипящий пластик обшивки, подобрался к дверному проёму. Дверь была отворена. Похоже, её заклинило.

Внутри царил ад.

Я слышал, как за бортом грохочет битва. Сквозь пробоины в броне пробивался свет от выстрелов и рёв турбин Горыныча.

— Некуда нам идти, Волк, — раздался совсем рядом голос Беркута.

У меня по спине пробежал холодок. Я слышал этот голос по связи. А теперь я стоял в пяти метрах от него в роле зрителя.

Беркут сидел в своём искорёженном капитанском кресле, которое сорвало с креплений и швырнуло на боковую переборку. Его лицо было залито кровью, правая рука неестественно вывернута. Он смотрел прямо перед собой, на чудом уцелевший главный экран, где в клубах пыли возвышался трёхголовый дракон.

Я поднял Гиперкуб. Пальцы легли на секции.

КОМБИНАЦИЯ ТЕМПОРАЛЬНОЙ ЗАМОРОЗКИ, ГОТОВНОСТЬ. ВЫ ДОЛЖНЫ ОСТАНОВИТЬ ВРЕМЯ ЗА СЕКУНДУ ДО ПОПАДАНИЯ ЛАЗЕРА В КОМАНДНЫЙ ОТСЕК «МЕХАТИРАНА».

ЕСЛИ ВЫ ОПОЗДАЕТЕ ХОТЯ БЫ НА ОДНУ ДЕСЯТУЮ ДОЛЮ СЕКУНДЫ, ТО ПОГИБНЕТЕ ВМЕСТЕ С НИМИ. МГНОВЕННАЯ АННИГИЛЯЦИЯ.

ХОТЯ, ЗНАЕТЕ… ВЫ УЖЕ ПОБЕДИЛИ КОЩЕЯ. ВАША СТРАНИЦА В ВИКИПЕДИИ И ТАК БУДЕТ ВЫГЛЯДЕТЬ ЭПИЧНО. ТАК ЧТО СМЕРТЬ СЕЙЧАС — ЭТО ПРОСТО КРАСИВЫЙ УХОД НА ПИКЕ СЛАВЫ.

«Умеешь ты подбодрить», — хмыкнул я.

— Волк, — произнёс Беркут. — Не смей киснуть. Слышишь? Прикончи эту ящерицу. Прямо в задницу ему засунь свой лазер. За меня. За парней.

Я смотрел на него, стиснув зубы. Мои пальцы начали вращать секции куба, следуя чёткому алгоритму, который Чип транслировал мне прямо в зрительный нерв. К счастью, грохот боя заглушил щелчки.

Пасть правой головы Горыныча на экране вспыхнула. Кристалл лазера начал излучать ослепительно белый свет. До выстрела оставались сотые доли секунды.

— ЗА ТЕХ, КТО В ШАГО… — выкрикнул Игнат Беркутов.

Я провернул последнюю секцию.

Щёлк.

Звук исчез. Просто выключился, как по щелчку рубильника. Исчез гул пламени. Исчез треск искр. Исчез хрип Беркута.

Я шагнул в рубку.

Время остановилось. Это не походило на паузу в видеоигре. Воздух стал густым, как кисель. Клубы чёрного дыма застыли причудливыми, неподвижными скульптурами. Искры от проводки повисли в пространстве яркими синими звёздами, не падая и не угасая.

Я посмотрел на главный экран. На луч Горыныча. Смертоносный поток плазмы, способный испарить сталь за микросекунду, замер в воздухе. Он выглядел как массивная, ослепительно белая колонна из матового стекла.

Подошёл к старому другу. Его рот был открыт в последнем яростном крике, глаза широко распахнуты. Капли крови, вылетевшие изо рта при восклицании, висели в воздухе перед его лицом, как рубиновые бусины.

— Я же обещал, старик, — тихо сказал я, хотя он не мог меня слышать. — Мы ещё выпьем.

Нужно торопиться. Чип не предупреждал, сколько продлится эффект темпоральной заморозки, но я чувствовал колоссальное напряжение, исходящее от Гиперкуба. Он тратил заряд с бешеной скоростью, чтобы удерживать эту паузу.

Я огляделся.

Сайлен, арктурианка, висела на ремнях безопасности у своей консоли. Одна из её четырёх рук была сломана и загнута под жутким углом. На её богомолоподобной морде застыл оскал ярости — она только что выпустила НУРСы.

Квул-Мог, штурман-глубляк, лежал без сознания, придавленный рухнувшей потолочной балкой. Его синие щупальца безвольно свисали вниз.

Я убрал балку и подхватил Квул-Мога за плечи. Из-за моей суперсилы он показался не тяжелее мешка с пухом, хотя весил килограммов под сто пятьдесят. Я перетащил его в центр рубки, положив рядом с креслом Беркута. Затем отстегнул ремни Сайлен и аккуратно, стараясь не тревожить сломанную конечность, перенёс её туда же.

В заклинившем кресле сидел ГарРок. Трёхметровый серокожий груллок, абордажник. Его уродливая морда исказилась от свирепости, а из кибернетических наручей уже наполовину выдвинулись электрические цепные пилы.

Чуть дальше, у пульта связи, висел Фзз-Тик. Гуманоидная муха размером с человека вцепилась в микрофон, уставившись на экраны огромными фасеточными глазами.

Остальные были разбросаны по шагоходу.

Я выбежал из рубки и направился в машинное отделение. Здесь всё было залито пеной системы пожаротушения, которая застыла в воздухе нелепыми белыми облаками. Глёрп, механик-слизень, находился у самого эпицентра пробития. Его экзоскелет был частично расплавлен, а сам он превратился в бесформенную, покрытую ожогами массу. Я схватил его в охапку, стараясь не обращать внимания на неприятную текстуру, и потащил в рубку.

Дальше бурильный отсек. Джин-чан, огромная жаба-гвок. Как и говорил Беркут, он был в глубоком обмороке. Его тёмно-зелёная кожа стала мертвенно-серой. Перетащить гвока оказалось сложнее. Он весил около трёхсот килограммов и был невероятно скользким. Я упёрся ногами в перекошенный пол, схватил его за широкие подмышки и, напрягая искусственную руку, потащил по коридору.

Медик Лео, мейн-кун, нашёлся в лазарете. Он застыл в прыжке, пытаясь дотянуться до выпавшей из шкафчика аптечки. Его пушистая шерсть местами обгорела. Я закинул кота на плечо.

Оставались только шушундрики.

Я нашёл Пипа и Попа в вентиляционной шахте. Они забились туда от страха и свернулись в два серых пушистых шара с торчащими клыками.

Вернувшись в рубку, я свалил всех рядом. Беркут в кресле, остальные вокруг него. Выглядело это как очень странная инсталляция современного искусства. Смерть стояла у них за спиной в виде застывшего лазерного луча.

Снова взял Гиперкуб.

РЕЖИМ ПРОСТРАНСТВЕННОЙ МАРКИРОВКИ.

Я начал вращать секции куба. На этот раз артефакт отозвался иначе. Из его светящихся граней начали отделяться крошечные, мерцающие голубые глифы. Они вылетали из куба, как светлячки.

Я ловил их свободной рукой и впечатывал в каждого члена экипажа. Один глиф на лоб Беркуту. Один на хитиновый панцирь Сайлен. Один на массивную серую челюсть ГарРока. Ещё один прямо между огромных фасеточных глаз Фзз-Тика. Один на склизкую тушу Глёрпа. На широкую морду Джин-чана. На пушистый лоб Лео. Достал шушундриков и шлёпнул по глифу на каждого. Последнюю метку я поставил на грудь Квул-Могу.

ФИКСАЦИЯ ЦЕЛЕЙ ЗАВЕРШЕНА. КАПИТАН, ДОЛЖЕН ЗАМЕТИТЬ, ЧТО ВРЕМЯ ЗАМОРОЗКИ ИСТЕКАЕТ. ЕСЛИ МЫ НЕ ПРЫГНЕМ ПРЯМО СЕЙЧАС, ТО ЛАЗЕР РАЗМОРОЗИТСЯ, И МЫ ВСЕ ДРУЖНО ПРЕВРАТИМСЯ В ПЕПЕЛ. ЕЩЁ НЕ ПОЗДНО ПОГИБНУТЬ ГЕРОЕМ!

— Обойдёмся без некрологов, — проворчал я.

Я сжал Гиперкуб. Последняя комбинация. Та, что должна вырвать нас из этого застывшего мгновения смерти и перебросить через пространство и время прямо в заботливые руки Лии. Повернул секцию.

В ту же долю секунды я успел заметить, как лазерный луч Горыныча дрогнул, возобновляя своё движение. Свет ослепил меня.

А затем реальность разорвалась на куски.

* * *

Мы рухнули на идеально чистый белый кафель реанимационного отделения «Нового Гиппократа» с таким грохотом, будто сбросили грузовик с металлоломом.

Время для них запустилось снова.

— … ХОДЕ!!! — закончил свой крик Беркут и тут же зашёлся жутким, влажным кашлем, выплёвывая кровь на стерильный пол.

ГарРок с грохотом рухнул на кафель. Его цепные пилы полностью выдвинулись и с визгом включились, высекая искры из пола. Медсёстры взвизгнули хором.

Сайлен взвыла от боли в сломанной руке, изрыгая многоэтажные проклятия на арктурианском. Квул-Мог застонал, шевеля щупальцами. Пип и Поп выкатились из общей кучи и с писком заметались по палате.

— Они здесь! — крик Лии прорезал какофонию стонов и ругани. — Быстро! Все по местам!

Врачи и медсёстры, до этого стоявшие в оцепенении, сорвались с мест. Это была потрясающая картина. Медики, привыкшие лечить аппендицит и переломы, бросились спасать инопланетян и кота.

— Арктурианку на стол! Фиксируйте конечности, пену на панцирь! — командовала Лия.

— Слизня в ванну! Осторожно, он горячий!

— Жабу на сдвоенные койки! Да не бойтесь вы, он не кусается, он в отключке! А этому серому гиганту с пилами немедленно вколите тройную дозу слоновьего транквилизатора! И снимите с него доспех! А муху в барокамеру, у него фасеточные глаза пересохли от дыма, и протрите ему крылья физраствором!

Санитары с носилками подлетели к Беркуту. Старый капитан лежал на полу, тяжело дыша. Он моргал, пытаясь осознать смену обстановки. Секунду назад он сидел в горящей рубке, ожидая смерти от лазера Великого Волота, а теперь лежал в светлой, пахнущей антисептиками комнате, окружённый людьми в белых халатах.

Я опустился перед ним на одно колено.

Беркут сфокусировал на мне взгляд. Снова моргнул. Ещё раз.

— Волк? — прохрипел он, не веря своим глазам. — Какого… где мы? Мы… сдохли? Вальгалла выглядит как поликлиника номер четыре?

— Нет, старина, — сказал я, чувствуя, как по лицу расползается искренняя, усталая улыбка. — Мы живы. Ты жив. Твой экипаж жив.

Беркут перевёл взгляд на суетящихся врачей, на Сайлен, которой накладывали шину, на Глёрпа, которого поливали из шланга в гидромассажной ванне. Его челюсть медленно поползла вниз.

— Но… лазер… Горыныч… я же видел…

— Я решил проблему, — просто сказал я, похлопав его по здоровому плечу. — Считай это магией. Или чудесами логистики. Отдыхай, капитан. Твоя война на сегодня закончена.

Беркут смотрел на меня долгих пять секунд. В его холодных голубых глазах читалось абсолютное непонимание, граничащее с шоком. А потом он просто закрыл глаза, шумно выдохнул и едва заметно кивнул.

— Ладно, — пробормотал он, позволяя санитарам переложить себя на носилки. — Раз уж мы живы… с меня ящик лучшего пойла, волчонок.

— Замётано, — ответил я, поднимаясь на ноги.

Отошёл к стене, прислонился к холодному кафелю и посмотрел на этот управляемый хаос. Лия творила чудеса, её симбионты светились, стабилизируя самых тяжёлых. Врачи работали слаженно. Альпы стояли в коридоре, с интересом наблюдая за происходящим, а Роза пыталась успокоить шушундриков, сплетая для них из лиан уютную корзинку.

Всё закончилось. На этот раз по-настоящему.

ВЫГЛЯДИТЕ ПОМЯТЫМ, КАПИТАН. НО, ДОЛЖЕН ПРИЗНАТЬ, РАБОТА ВЫПОЛНЕНА БЕЗУПРЕЧНО. НИ ОДНОГО ПАРАДОКСА. НИ ОДНОГО УБИТОГО СОЮЗНИКА. МЫ ДАЖЕ НЕ РАЗРУШИЛИ ЭТУ БОЛЬНИЦУ. ДЕНЬ ОПРЕДЕЛЁННО ЗАДАЛСЯ.

«Сплюнь», — посоветовал я.

Затем снял шляпу, стряхнул с неё пыль и снова надел на голову. Да. День определённо задался. Осталось только забрать одну невыносимую кошкодевочку, и стая снова будет в сборе. Кстати, надо поручить вампирам подготовить комнату для её трофея. С мягкими стенами. Без острых предметов.