Ноги Адема бежали к пристани, руки развязывали узлы на швартовых тросах – все части его тела сразу же подчинялись его командам, даже голова. Она послушно не думала о тех двоих в ледяной воде. Хотя на самом деле, если хорошенько копнуть, всё место в глубине головы занимала только мысль о них.

Адем плюхнулся на скамью у мотора, вставил ключ зажигания, дёрнул за ручку стартера. Двигатель завёлся, и мальчик направил лодку вдоль канала.

Понять, куда ему следует плыть, было нетрудно.

У парапета собралась толпа, подбадривая людей в воде криками:

– Держитесь! Держитесь!

Адем увидел над поверхностью головы родителей – и ему стало легче, ведь до сих пор он не знал точно, умеют ли они плавать. Вацлав плыл на другую сторону канала, обхватив Зденку рукой. Точнее сказать, он поднимал кучу брызг, но вперёд почти не продвигался. Зденка лежала на спине, точно оцепенев, и не мешала Вацлаву тащить её с собой.

Выравнивая лодку в направлении родителей, Адем заметил движение: там, впереди, кто-то прыгнул с парапета. Мальчик узнал нырявшего, только когда его голова показалась над водой: Тибор, полицейский, который совсем недавно разговаривал со Зденкой. Едва вынырнув, он легко и уверенно, как опытный спортсмен, поплыл к Зденке с Вацлавом.

Адем не стушевался. Установил руль так, чтобы лодка прошла совсем рядом с родителями, и сбавил скорость. Закрепил румпель, а сам переместился с кормы на середину лодки и перегнулся через борт, готовясь в любой момент вытащить маму с папой.

Лодка медленно приближалась к двум головам на поверхности канала. Вацлав отфыркивался и тащил Зденку изо всех сил, обхватив её за шею. Глаза у неё были закрыты, она безвольно покачивалась на воде.

– На счёт «три»! – крикнул Адем. – Раз, два…

При слове «три» Вацлав поднял Зденку как можно выше, так что сам с головой ушёл под воду. Адем подхватил маму под мышки и втянул в лодку. Зрители на берегу радовались и даже хлопали в ладоши – это он увидел лишь краем глаза, осторожно опуская Зденку на дно лодки. Зато громкие предостережения в свой адрес услышал совершенно отчётливо: «Смотри-смотри! Вон там!»

Адем оглянулся вокруг – где же Тибор? Вацлав уже почти забрался в лодку и, повиснув на правом борту, весь мокрый, пытался отдышаться. И вот над левым бортом показалась рука. Она ухватилась за край обшивки, а рядом с ней за сырую доску уцепилась другая.

Адем бросился к левому борту и под одобрительные возгласы зрителей разжал пальцы Тибора. Затем ринулся на корму, врубил мотор на полную мощность и теперь уже рулил сам, чтобы лодка не наскочила ни на какое препятствие. Папа с мамой лежали на дне лодки, на спине, рядышком. Вацлав тяжело дышал и кашлял. Зденка не шевелилась и не издавала ни звука – что с ней? Может быть, переохладилась? Не заболеет ли она?

Между тем Тибор уже сильно отстал. Он сменил курс и плыл теперь к берегу, как заметил Адем.

– Теперь ты рули! – крикнул Адем папе.

Тот на полусогнутых ногах перебрался на корму и, не переставая кашлять, взялся за румпель.

Адем встал рядом с мамой на колени и положил на её лоб руку. Лоб был ледяной. В щеках не осталось ни кровинки, она вся была смертельно бледна. Но дышала. И даже открыла глаза – только взгляд был устремлён куда-то вверх, так что Адема она, пожалуй, не видела.

– Там, в ящике! – крикнул Вацлав и указал на нос лодки.

Адем перешёл на нос. Оказалось, что передняя скамейка откидывается и под ней есть ящик. Там Адем нашёл несколько пледов. Бросил один Вацлаву, и тот сразу набросил его на плечи. Другим мальчик накрыл Зденку. Уголком осторожненько вытер ей лицо и волосы. Она стучала зубами.

– Я постараюсь тебя согреть, – тихо сказал Адем. – Хорошо?

Теперь она точно на него посмотрела, но было неясно, поняла ли она его слова.

Адем помог Зденке сесть и снял с неё насквозь мокрую жилетку и блузку – пальто она, скорее всего, потеряла в канале. Адем снял куртку и сел за ней сзади. Обхватил её руками и ногами и крепко прижался – в надежде, что тепло его тела согреет маму. Мальчик хотел завернуться в плед с ней вместе, но у него не получилось. На помощь пришел Вацлав. Сначала он закутал их обоих в первый плед, а потом обернул вторым.

Теперь их снова окружал туман, и лодку сильнее закачало на волнах. По-видимому, они плыли уже по реке.

Адем прижался щекой к подбородку Зденки, стараясь запомнить все свои ощущения. Прикосновение её холодной кожи к его лицу. Её дрожащее тело вплотную к его телу. Гусиная кожа на руках выше запястья. Сейчас, когда от него не требовалось никаких активных действий, он смог прислушаться к своим ощущениям. И найти правильные слова, чтобы их описать. Пожалуй, самым подходящим ему казалось выражение «охваченный горем».

Ведь я первый раз в жизни по-настоящему обнимаю мою маму, думал он. Первый и последний.

Потому что, как только Зденка придёт в себя, она не захочет иметь с ними ничего общего. Она с самого начала этого не хотела. А купание в холодной воде уж точно делу не поможет. Они с Вацлавом её любят. А она их нет. Вот и всё, о чем ещё говорить?

Вдруг Зденка чуть-чуть повернула голову, как будто хотела что-то получше расслышать. Из непроглядного равномерно-серого неба донёсся рокот вертолёта. Должно быть, полицейского? Тибор наверняка поднял тревогу, и его коллеги бросились на поиски Зденки. К «ты-ты-ты-ты-ты-ты-ты-ты» вертолёта добавился новый звук: УИ-УИ-УИ-УИ. Это вдали завывали полицейские сирены.

Значит, сейчас их ещё и арестуют. Только этого не хватало. Пока что туман мешает полицейским увидеть лодку, но это ненадолго. Адем уже представлял себе, как вертолёт с адским рокотом прорвётся через пелену тумана и зависнет прямо у них над головами. Вокруг лодки закипит вода, вздымаемая ветром от пропеллеров. Из вертолёта выкинут верёвочную лестницу, по ней мгновенно спустятся несколько полицейских. Они грубо оттолкнут Адема, привяжут Зденку к носилкам – и так поднимут её в вертолёт.

Но этого не случилось. Лодка беспрепятственно вошла в узкий канальчик, откуда рано утром начался их путь. Вацлав, по-прежнему кутаясь в плед, пришвартовал лодку. Адем ещё разок вдохнул аромат маминых мокрых волос. Затем вместе с папой помог ей подняться и сойти на причал. Вацлав обхватил Зденку за плечи и медленно повёл её в сторону ангара.

Адем вернулся на лодку и снова надел куртку. Подобрал мокрую одежду Зденки. Накрыл лодку листом гофрированного железа. И поплёлся следом за родителями.

Близнецы опять сидели на скамейке – наверняка слушали радио. Они что-то прокричали мальчику. Адем слышал их голоса, но сказанное не доходило до него. Молча помахав им в ответ, он пошёл дальше.