Когда я только начал заниматься книгоизданием, то думал о том, что буду создавать только те книги, которые сам хотел бы иметь в своей библиотеке.

Для этого я был готов потратить столько, сколько возможно. Само собой, это напрямую влияло бы на итоговую стоимость продукта. Но я, так или иначе, никогда бы не создал книгу, которую не купил бы сам.

Я заказал разработку обложки для «Шляпы Рембрандта» у талантливого графического дизайнера Вады Макото, а завершающий сборник очерков написал современный поэт и мой бывший профессор Аракава Ёдзи. Обложки для «Гостей из прошлого» и «Города под россыпью звёзд» я перетянул тканью, что в наше время настоящая редкость.

Всё это обошлось мне недёшево. Однако затраты полностью окупились, и каждая книга получилась по-своему прекрасной.

Я понял, что редакторское дело – это, в общем-то, общение с людьми.

Конечно, это не совсем так, однако успех проекта почти полностью зависит от того, кому поручена работа. С надёжными и талантливыми людьми дела идут гладко, с необязательными, ленивыми – жди беды. Кроме того, одно-единственное недопонимание в моменте может серьёзно затормозить проект. Да и сама конечная работа – это своеобразный компромисс между желаниями одной стороны и способностями другой.

Несмотря на отсутствие опыта в редактуре, ещё будучи читателем, я уважал и знал по именам многих писателей, иллюстраторов и переплётчиков книг.

Моя задача заключалась в том, чтобы подробно объяснить им особенности проекта, дать исчерпывающее задание и заплатить аванс. Вот и всё. Далее оставалось только верить в их силы, напоминая о дедлайне по телефону или электронной почте лишь в случае задержки.

В моём случае обязанности редактора заключались вовсе не в придумывании уникальных идей или стремлении изменить мир своим творчеством. Скорее, я руководил производством – производством, вдохновлённым множеством книг, написанных и созданных моими предшественниками; производством, которое старается возродить былое.

Тонкостям книгоиздания меня обучили дизайнер Сакурай Хисаши и корректор текстов Инокума Рёко.

Изначально всё, что у меня было, – это представление о книге – прекрасной книге – и смутная мечта о предмете, который мне хотелось бы держать в своих руках. А эти люди – настоящие профессионалы своего дела – объяснили мне, как сделать мечту явью. Без них я бы ничего не добился.

В целом книги можно разделить на две категории: книги в твёрдом переплёте, обложка которых сделана из картона, и книги в мягком переплёте, с обложкой из бумаги.

Чаще всего в Японии встречаются книги формата сирокубан, о котором я писал выше, но существует и немного больший в размере формат А5. Также некоторые книги специально печатают в формате синсё (103–182 мм) и меньше – ближе к формату бункобон (105–148 мм).

Для меня тип переплёта важен так же, как содержание книги. Ведь каким бы прекрасным ни был текст внутри, если внешний вид книги не отражает содержание, её ценность снижается.

Так как я большой поклонник прочных твёрдых переплётов, я сразу решил, что мои книги будут издаваться именно такими. К тому же каждое издательство само определяет размер будущей книги, поэтому я решил взять размер чуть меньше популярного сирокубана. Бумага, конечно, должна была быть плотной и крепкой.

Примерный макет книги я объясняю Сакураю, моему дизайнеру. Он предлагает мне несколько видов бумаги исходя из бюджета, выделенного на проект, а я связываюсь с типографией, чтобы узнать расценки.

И так – каждый раз.

Когда дело доходит до вёрстки, я, вспоминая своих пожилых дядю и тётю, стараюсь избегать слишком мелкого шрифта. Иногда также приношу книги из своей личной библиотеки на консультации с Сакураем, а он использует специальное ПО, чтобы оформить текст согласно моим пожеланиям: 38 символов на строку, 15 строк на страницу. Остаётся лишь перенести в шаблон рукопись, заранее подготовленную в Word, и макет для печати готов.

Сначала я лично проверяю рукопись на наличие опечаток, а затем передаю её моему корректору, Инокуме. Она начинает с простых опечаток. Даже несмотря на то что это переиздание, она всё равно тщательно сверяет всевозможные даты, упомянутые в книге, с материалами из библиотечных архивов, будь то эпохи или важные социально-политические события. Благодаря своей работе Инокума – частая гостья Национальной парламентской библиотеки[10].

Если в тексте попадается цитата, она обязательно ищет её оригинал. Какой бы точной ни была книга, всегда есть вероятность, что цитата была приведена неверно. Затем Инокума проверяет, нет ли пропущенных запятых, не напечаталось ли слово вместо иероглифа буквами и, наоборот, не исправились ли буквы на иероглиф и правильные ли окончания у слов.

Например, раньше суффикс у слова «понимать» (транскр. «вакару») состоял из одной буквы. То есть в прошлом писатели использовали «分る» (вака-ру), а согласно современной норме языка принято писать «分かる» (ва-кару). Иногда я, ничего не смыслящий в подобных тонкостях, могу по невнимательности использовать современное написание вместо устаревшего, и тогда на помощь приходит Инокума, сразу подмечая все несоответствия.

Вместо того чтобы следовать языковой норме, текст должен соответствовать оригиналу. В противном случае необходимо спрашивать разрешение автора или его семьи на правку.

Когда я только начинал работать, я часто недооценивал важность этих деталей. Я думал, что в итоге само содержание книги не изменится, исправлять недочёты после печати будет уже тяжело, а значит, никто не будет жаловаться, если я напечатаю книгу как есть. Но Инокума, видимо, подметив моё отношение к процессу, очень настойчиво напоминала о правках и не раз спрашивала, принял ли я их во внимание. Случалось, что она вспоминала о работе даже во время неформальной встречи, немного подвыпив в баре.

Всё, что написано автором, несёт свой смысл, и редактор обязан это уважать. В противном случае он недостоин издавать книги.

Этому меня научила Инокума.

Продажа книг тоже оказалась нелёгкой задачей. В большинстве случаев договориться о продажах с магазином можно, всего лишь предоставив продавцам распечатку с планом проекта: «Мы издаём вот эту книгу. Что скажете?»

Книги – это товар, который можно вернуть после покупки, что отличает их от многих других товаров. Из-за этого сделка на поставку книг может происходить чуть менее формально: магазин, с которым издательство заключает договор, может согласиться оставить на складе всего несколько томов. Так, в случае если товар не будет продаваться, их будет легко направить обратно в издательство.

Однако если предлагаемая к продаже книга имеет совсем призрачные шансы на успех, магазин, само собой, откажется сотрудничать. Особенно если эта книга была написана непопулярным автором, а сделку заключает крошечное издательство.

Я не стану вдаваться в подробности, через что мне пришлось пройти, когда я пытался выходить на рынок. Признаюсь, бывали и случаи, которые так сильно меня задевали, что от эмоций я мог выругаться во весь голос, ещё и прямо посреди улицы.

За время работы я обошёл книжные магазины по всему округу Токио, по префектурам Канагава, Тиба и Аити. А потом, купив билет «Сэйсюн 18»[11], обошёл префектуры Киото, Осака и Хёго. Список претендентов для визита я взял с главной страницы издательства Mishimasha Publishing, и, поскольку во многих из них я ни разу не был, во время поездок я активно пользовался картами на телефоне.

При первом визите в магазин я быстро просматриваю полки с литературой перед тем, как отправиться искать сотрудника. Хорошо, если кто-то уже стоит и расставляет товары на полках – значит, с этим человеком можно свободно заговорить. Однако зачастую работники книжных магазинов очень сильно заняты либо работой за кассой, либо консультированием клиентов. Сотрудники книжных магазинов заняты каждый день, а их выходные нередко выпадают на будние дни.

Однако даже если сотрудник сейчас не отвлечён на другого клиента, а просто занят товаром на полках, мне всё равно непросто начать разговор из-за банальной неловкости. Горло пересыхает, а вместе с жаждой приходят навязчивые мысли: «Вдруг у меня пахнет изо рта? Надо съесть ментоловую конфету. Стоит ли заговорить сейчас? Минутой позже? Двумя?» В конце концов кое-как мне удаётся взять себя в руки и наконец начать разговор:

– Добрый день, прошу прощения, что отвлекаю. Меня зовут Симада, я – генеральный директор недавно открывшегося издательства Natsuhasha. Я приехал из Токио. Мне бы хотелось предложить вам несколько новых литературных произведений…

Не дрожит ли мой голос? Не говорю ли я слишком тихо или, наоборот, чересчур громко? До самого конца сердце колотится в груди.

Однажды я остановился в гостях у своего товарища по учёбе. Он учился на курс старше меня в университете, а после выпуска уехал в Осаку. С утра и до позднего вечера я ходил от магазина к магазину, а под конец дня, совсем выбившись из сил, купил в привокзальном магазинчике воду и ждал, когда мой товарищ вернётся домой.

– Ну, как всё прошло? – одетый в приличный костюм, с неизменной улыбкой спросил он.

– Потихоньку, – ответил я, зачем-то добавив наигранный акцент.

– Заходил в «Кинокунию» на станции Умеда?

– Заходил.

– А в «Асахию»?

– И туда заходил.

– Тогда как насчёт «Книжного магазина Тамура»?

Ведя разговоры ни о чём, мы вдвоём вернулись в квартиру товарища. Я старался забыть все неприятные моменты за день. Думая только о хорошем, переоделся из мокрой от пота рубашки в поношенную домашнюю одежду и сел за обеденный стол. В коробке дымилась пицца с цыплёнком терияки, а по телевизору шёл матч с участием любимой бейсбольной команды моего товарища «Хансин Тайгерс». Это было давно, когда за «Тайгерс» только начал играть талантливый иностранец Мэтт Мёртон.

Обойдя достаточно книжных магазинов, я научился по одному взгляду на ассортимент полок определять, сделают у меня заказ или нет. Поначалу я проверял, подтвердится ли моя теория, и, получив достаточное количество отказов в сотрудничестве, решил изменить свой подход. Перед тем как завести договор о продаже с одним из сотрудников, я начал уделять больше времени содержимому на полках магазинов.

В магазинах, которые казались мне согласными на сотрудничество, весь ассортимент полностью соответствовал моим вкусам, а по виду книжных полок можно было понять, как много сил сотрудники вложили в оформление и поддержание порядка.

Работа в книжном магазине под силу не каждому. Возможно, заменять журналы свежими выпусками или расставлять книги в алфавитном порядке можно не задумываясь, однако другие задачи требуют опыта и любви к своему делу.

Точнее говоря, чтобы поставить на полку одну новую книгу, нужно освободить ей место и убрать одну старую книгу. Такую замену товара можно сделать, опираясь на среднее количество продаж, однако если так начнут делать все, то для читателей не будет разницы, где покупать товар. Книжные магазины могут потерять свою уникальность.

Уникальность магазина определяется не тем, что продаётся лучше всего, а тем, что магазин хочет продавать, и это не всегда зависит от мнения владельца или сотрудников. Да, у каждого магазина есть товары, которые они хотят продавать. Но если заниматься только ими, бизнес быстро обанкротится.

Вместо этого необходимо каждый день наблюдать за трендами в предпочтениях покупателей. Если хорошо продалась одна книга, то в следующий раз стоит подобрать похожую, ведь человека, купившего книгу А, может заинтересовать выходящая скоро книга Б. Именно такие решения и создают уникальную айдентику магазинов.

Трудно представить, но за год издательствами выпускается около 80 000 новых книжных серий. Количество нераспроданных книг растёт как снежный ком, но издательства всё равно продолжают печатать новые произведения, надеясь, что хоть какой-нибудь из множества проектов станет успешным. Как говорится, «если много раз выстрелить, однажды попадёшь в цель».

Сотрудники книжных магазинов узнают о предстоящих поступлениях или напрямую от поставщиков, или из еженедельных отчётов от посредников, а затем оформляют предзаказы, исходя из собственного опыта закупок. Однако даже при таком подходе нельзя исключать возможных ошибок, поэтому оптовые посредники дополнительно отбирают книги для отправки и почти каждый день присылают новые поставки книжным магазинам.

Посылки с коробками обычно вскрываются в день релиза. Одни продавцы могут быть рады дополнительной поставке, другие могут отказаться и отправить ненужную посылку обратно. Книжные магазины, в которых не было предварительного отбора на предзаказы, в итоге ставят на полки всё, что попадает им на склад.

Мне не доводилось работать в книжных магазинах, поэтому я не знаю подробностей о дистрибуции книг, а о том, что я уже описал, я знаю лишь из рассказов сотрудников.

По моим наблюдениям, в магазинах, которые отказали мне в сотрудничестве, на полках стояло всё без разбора. Такие магазины осуществляли продажи, опираясь исключительно на продаваемость товара и его популярность. Когда я начинал вести переговоры в подобных магазинах, меня в первую очередь спрашивали: «Как думаете, будет продаваться?» Каждый раз я терялся в словах: «Нельзя сказать наверняка! Может, и не будет». После этого разговор, само собой, угасал. Второй раз я не возвращался.

Я не могу сказать, что такие магазины мне не нравятся. Просто книги, которые я издаю, не будут там продаваться. Вот и всё.

Печать книг обходится мне относительно дорого, так как тиражи небольшие. Поэтому и цена на мои книги соответствующая (зачастую – 2200 иен[12] за том).

Книги более крупных издательств могут стоить дешевле, в зависимости от тиража. На одной полке с другими бестселлерами мои книги однозначно не выдержат ценовой конкуренции.

Однако, побывав в разных уголках родной страны, я повстречал и другие книжные магазины – с прекрасным ассортиментом, где товары конкурируют не только ценой. Такой магазин я замечал уже с порога, только увидев на полках сборники поэзии, зарубежную литературу и фотоальбомы – книги, которые редко становятся бестселлерами.

В таких магазинах этим полкам уделялось особое внимание. Не потому что сотрудники были особенно ответственны, а потому, что покупатели таких магазинов чаще всего смотрели именно на эти полки.

Ярчайший пример – сеть книжных магазинов Junkudo.

Когда я основал своё издательство, они оказали мне неоценимую помощь. Я посетил главный филиал Junkudo в районе Икебукуро, магазин в Нагое, осакских районах Тенманбаси и Намба, побывал в их магазине в Нисиномии и в недавно открытом филиале в Синдзюку. И ни один из магазинов Junkudo не стал отказывать мне только потому, что моё издательство ещё не обрело популярности. Напротив, сотрудникам хотелось узнать больше о книге малоизвестного писателя, а мою неловкую презентацию слушали до конца. И, будто главной целью их магазина было подобрать подобным книгам своё место на полке, со мной заключали сделку.

Junkudo не единственный такой магазин. Подобное происходило и в книжном магазине Jinbocho при издательстве Sanseido, и в Tokoyodo, и в главных филиалах Kinokuniya в токийском Синдзюку и осакском Умеда. В филиалах Parco Book Center в Сибуе и Китидзёдзи. В Libro, Aoyama Book Center, Orion Norte, Ohraido. В Hyakunen в Китидзёдзи, Chikusa Shobunkan в Нагое, Keibunsha Ichijoji в Киото. В крохотном магазинчике Kage и магазине антикварных книг Zenkohdo, а также в магазинах Hasegawa и Kaibundo.

Для меня, нервничающего перед каждой презентацией как в первый раз, слова поддержки сотрудников этих магазинов стали, без преувеличения, настоящим спасением. Благодаря этому я смог приступить к работе. Я никогда не забуду их доброту.

Естественно, в первую очередь мне хотелось создать что-нибудь, что осчастливит людей, поддержавших меня. Я начал свою работу с мозгового штурма.

Иногда сам останавливался на пороге магазина и спрашивал, что владелец думает о моих планах на следующую книгу. Иногда мне, напротив, приходил запрос издать произведение, которое давно не переиздавалось.

Несмотря на мой порыв основать своё издательство, с идеями было туго, ведь идеи не зависят от хорошего воображения, ума или красноречия.

Говорят, что после основания компании первые год или два выдаются самыми сложными. Но, к счастью, мне удалось преодолеть трудные времена благодаря поддержке многих работников книжных магазинов. И само собой, моих читателей.