В своем знаменательном решении от 24 марта 2021 года Федеральный конституционный суд Германии постановил, что отсрочки в принятии мер по защите климата нарушают права человека. Если мы ничего не предпримем сейчас, следующему поколению придется столкнуться с еще более суровыми ограничениями. Это означает, что сегодня мы пользуемся свободой за счет других. Суд называет эту точку зрения «межвременны́м обеспечением свободы», что и позволяет ему выдвинуть свою необычную – почти революционную – аргументацию. Обоснование решения расходится с привычным образом настоящего, в рамках которого право на свободу имеют только те, кто существует здесь и сейчас. Такая ориентация на будущее возможна лишь потому, что Федеральное правительство Германии подписало Парижское соглашение и взяло на себя обязательство сдерживать рост глобальной температуры в пределах 1,5 °C. Благодаря этому можно накладывать ограничения так, чтобы будущие требования не оказались бесконечными или чрезмерными. Сейчас можно точно определить, какие выбросы в атмосферу еще допустимы. Если общий бюджет израсходовать сразу, то, по логике вещей, потом от него ничего не останется. Аналогичным образом запоздалая разработка альтернативных видов транспорта отражается на будущем: больше транспортной мобильности сейчас означает меньше мобильности завтра.

Несмотря на значимость этого решения суда, важно не зацикливаться на нем слишком сильно. Понятие свободы, о котором идет речь, все еще связано со свободой передвижения и ее ограничениями. Свобода, которую здесь требуют справедливо распределить, сводится к обладанию топливными ресурсами. Защита окружающей среды воспринимается как необходимость, но в то же время – как ограничение свободы. Идея о том, что свобода может заключаться в богатстве этого мира – живого, полного биологического разнообразия – или в коллективной силе, которая возникает из переосмысления нашего образа жизни, в решении суда не отражена.

По вполне понятным причинам Федеральный конституционный суд не занимается полным пересмотром понятия свободы, соответствующего требованиям Конституции, и идея временно́й свободы, которую он выдвигает, сама по себе достаточно смела. Чтобы понять свободу с точки зрения времени, нельзя ограничиваться лишь идеей сохранения свободы передвижения для будущих поколений. Это значит, что свободу можно измерять исходя из количества доступного, пригодного для жизни времени. Не «Сколько места я могу занять?», а «Сколько времени мне отведено?» – сейчас, потом, в долгосрочной перспективе. От свободы сквозь время можно прийти к свободе во времени. Свобода оставаться может сочетать в себе эти грани. Предоставим ли мы эту свободу будущим поколениям?

Перестроить мышление так, чтобы представлять саму свободу как время, нелегко. Это не просто мыслительная операция – она затрагивает все наши порывы и интересы. «Полный вперед!» – нам всем хорошо знакомо это чувство. Однако что мы ощущаем, когда испытываем чувство свободы оставаться? Оно похоже на вздох облегчения. Свобода оставаться дарит нам интенсивное, нежданное ощущение безопасного существования, которое возникает из осознания: место, где мы сейчас находимся, – не тюрьма. Там, где начинается свобода оставаться, заканчивается несвобода. В то время как у свободы передвижения всегда есть и обратная сторона: она существует параллельно с несвободой, просто мы сами в этот момент находимся где-то в другом месте. Иногда, чтобы почувствовать контраст, нам даже нужны постоянные проявления социальной несправедливости – они напоминают нам, что мы свободны. Это низводит достигнутую свободу – место, в котором можно дышать другим воздухом, – до простой сравнительной величины. По крайней мере, это лучше, чем раньше. Или даже так: по крайней мере, это уже не то, что было раньше. Такой подход позволяет легко уйти от ответа на вопрос о конечной цели – достигли ли мы вообще нужного места. Свобода оставаться не зависит от таких сравнений. Осознание того, что мы находимся не в тюрьме, сохраняет значение даже в том случае, если тюрем вообще не осталось. Это не сравнение – «в тюрьме было бы хуже, чем дома», – а непосредственный опыт. Я могу оставаться на месте и при этом оставаться свободной. И это ощущение находится в еще большей опасности и исчезает намного быстрее, чем свобода передвижения, регулируемая политическими решениями.

Иметь место, в котором мы можем оставаться свободными, – большое счастье. Это самый настоящий дар – не в смысле личных способностей, а как подарок, который был нам вручен. Акции протеста за право оставаться направлены именно на то, чтобы сделать эту возможность доступной для всех. Их цель – обеспечить такое будущее, в котором свобода будет доступна каждому и всегда. В борьбе за улучшение условий труда и против угнетения на кону стоит свободный доступ к времени; защитники окружающей среды и система здравоохранения хотят обеспечить будущее для всего живого. При этом свобода оставаться как концепция изначально не диктует категоричных решений. Так что с ее помощью можно, к примеру, приводить аргументы в пользу школьного обучения в период пандемии, в защиту традиционных ценностей или за продолжение работы угольных шахт, – если у вас получится доказать, что это способствует реализации свободы сквозь время.