Антикварная лавка представляла из себя любопытное зрелище. Впрочем, как и любая антикварная лавка в те времена, когда корабли уходят за горизонт и возвращаются, привозя с собой товары из далёких стран. Кеалору невольно вспомнилась гостиная тал Мипселя, полная заморских диковинок, но тут ассортимент был гораздо шире и, если так можно выразиться, утончённее. Имелись и охотничьи трофеи вроде рогов, но на полках стояли изящные резные статуэтки из дерева и кости, лежали курительные трубки из обожжёной глины с цветной эмалью, на стенах висела экзотическая цветная одежда и яркие бусы, на столе были разложены мешочки с благовониями.

— У меня, тал, все заморские товары проверяют жрицы Виэму. С тех пор, как супруг мой от ванильной лихорадки откинулся, я и стала их приглашать, чтобы, значит, ничего такого ни с кем из покупателей не случилось. Поэтому солидные клиенты приходят, знают, что всё проверено и бояться нечего, — объясняла хозяйка.

Кеалор и Кэт быстро поняли, да Сефда и не особенно это скрывала, что среди товаров, которые она покупала у поставщиков, были и добытые не совсем законным путём. И далеко не всё она выставляла в лавке, кое-что продавала в задней комнате, чтобы обойтись без лишних глаз и ушей. Пожалуй, торговля антиквариатом была для неё только прикрытием основного бизнеса — скупки и продажи краденого.

Лавка традиционно находилась на первом этаже, второй этаж был жилой. Туда можно было подняться из лавки, была и отдельная лестница, которая вела прямо наверх. Окно комнаты Кеалора и Кэт выходило во двор. Прямо напротив окна проходила пожарная лестница со двора на крышу. Не самый лучший вид, зато можно было, при некоторой ловкости, из окна попасть на эту самую лестницу, а с неё либо вверх, либо вниз, смотря где погоня.

Кэт особенно обрадовалась готовому завтраку и ужину. Походная готовка ей изрядно надоела за лето, возиться с печью она не любила, а дойти до трактира не всегда хватало времени.

Тем же вечером в нанятой комнате Кеалор рассказал Эльпару обо всём, что происходило на равнинах Телагу летом, и о своих планах. Эльпару особенно понравилась история про тал Линта и снайперскую винтовку.

— Отомщён, значит, нынче тал Варрат, — кивнул он, и степенный этот жест так плохо сочетался с горящими яростью глазами. — Вот ни на секунду я в вас, тал Кеалор, не сомневался. А таллэ Элес знает ли?

— Пока я ей об этом не писал. Но сообщу при первом же удобном случае, — пообещал Кеалор. Вообще-то он подозревал, что его мать вряд ли придаст убийству тал Линта такое значение, какое придавал Эльпар. У неё теперь другая жизнь, другая любовь и другая семья. Конечно, и порадуется, и поблагодарит, но не более того. — В любом случае герцогство Альдо мне не получить. Его унаследовал старший сын тал Линта, оставшийся в живых.

— И он не вечный, — махнул рукой Эльпар. — Значит, теперь вам нужно добраться до того рака, который придумал сбросить небесный камень на таллэ Вэллес и малыша Айэнти. И вы точно знаете, что есть один рак прямо в здании Четвёртого отделения, который служит советником при нынешнем, с позволения сказать, императоре. Знаете, тал Кеалор, а в чём сложность-то? Я в том здании все ходы и лазы знаю, от чердака до подвала, куда лучше, чем тот рак. Надо только понять, в каких именно комнатах он себе логово устроил. Ну да это не сложно. Поброжу вокруг здания, присмотрюсь да и выясню, где он там окопался. А потом ночью туда проберусь и… — Он чиркнул себя ладонью по горлу. — Вы мне только на картинке какой покажите, куда бить. Или непременно сами хотите? Это сложнее, но и так можно.

— Сложность, Эльпар, в том, что сначала надо точно узнать, тот это рак или не тот. Так-то в любом случае этого рака пришить было бы не вредно, но тут, в столице, нам лишний шухер лучше не наводить.

— Я понял. В таких тонкостях я не мастак, конечно. Вот Пико, тот мог бы. Я вам вот что скажу. Навигация уже закрылась, до весны новых кораблей от тал Дерваля не будет. Так что распродаст Пико эту партию шкурок да и займётся вплотную своими художествами. Тут-то и можно будет у него попросить разузнать, что удастся.