И опять снился этот страшный сон. Тоннель, огненное чудовище с множеством глаз по всему телу, и жуткое слово – Чернобыль. Арине виделось, как бежала она вперёд, теряя силы и надежду, как вдруг…
Вдруг откуда-то сверху послышался голос: – Ария! Тебе сюда! Слышишь? Ария!
Девушка подняла голову и увидела нечто огромное, эфирное, белое, летящее, как облако в вышине, неописуемое и манящее. Тугая волна воздуха подхватила её, подняла и увлекла за собой, будто и не человек она, а невесомое изящное перышко, носимое ураганом. Эта белоснежная субстанция окутала Арию со всех сторон так, что она уже не видела ничего вокруг, только ощущала неуклонное движение вверх, вверх и вверх. А потом как-то сразу стало тепло, светло, спо- койно и тихо.
– Где я? Скажите, где я? – крикнула она в белую пушистую массу света.
Сначала безмолвие казалось бездонным и нерушимым, потом сквозь миллиарды мгновений пространство еле слышно прошелестело:
– Дома…
После возвращение из Окунево жизнь постепенно входила в обычное русло. Радомир писал Арине в социальных сетях, иногда звонил. Сначала они вспоминали их совместные купания и походы на Пуп, но скоро обсуждать всё это надоело, а иных общих тем у ребят не было. Арина ощущала интерес парня к ней, но, к сожалению, никак не могла ответить ему взаимностью. Наверное, это очень странно и не совсем нормально с точки зрения обычного человека, только в последнее время она всё чаще ощущала удивительные чувства внутри себя. Вместо влюблённости и страсти – тихую любовь и покой, вместо жалости и попыток вникнуть в чужие проблемы – тихую печаль и сострадание.
У Миры тоже наметились перемены, но совсем в другую сторону: случайный знакомый по имени Игорь уверенно вошёл в её жизнь. Они не просто регулярно общались по телефону, но уже несколько раз ездили друг к другу в гости. А совсем недавно Мира и Игорь вместе улетели на отдых в Египет. Мира хотела встретиться со своим старым другом – египтянином Кирой, а заодно отдохнуть и поплавать в Красном море.
В связи с этим изменилась и жизнь Стаса. Видимо, всё это время он ждал, что Мира обратит на него своё внимание, и они станут парой. Но этого не произошло. Она держала его рядом более пяти лет, о чём-то постоянно просила и без зазрения совести пользовалась его услугами. Но после того как она встретила Игоря – её как подменили. И Стас остался совсем один.
Арина видела и понимала, что мама, насколько это было в её силах, пытается сгладить возникшую ситуацию. Поэтому Стас стал у них дома частым гостем. То его приглашали на торт, то на ужин, то что-нибудь помочь починить. Мама умела сопереживать, поддерживать, была хорошим психологом и отлично понимала людей. Или там все-таки что-то другое?
Лето катилось к завершению, и каникулы тоже. Арина передумала укорачивать причёску, в последнее время длинные волосы стали снова стремительно входить в моду. Но, тем не менее, она купила красящий мусс и окрасилась в розовый цвет.
– Ты похожа на Мальвину из старой сказки, – смеялась мама.
– У Мальвины волосы были голубые, – парировала Арина, – а у тебя, мамуля, кстати, они вон вообще золотом отливают. Недаром же ты Злата.
– Златодара. Дарящая злато, приносящая удачу.
– Да-да, имя у тебя чудесное, вот только почему я слишком редко слышу, чтобы тебя называли Златодарой, а не Златой? Так ведь гораздо красивее.
– Отец твой однажды сказал, что имя у меня излишне вычурное, претенциозное, – пояснила мама, – вот я и сделала его немного короче.
– Отец? Но почему?
– Наверное, времена были такие, особенные. Заканчивались лихие девяностые, и нужно было учиться жить по-новому, а начинать – с себя. Каждый это делал, как мог – отец перевёлся в специальную группу только- только реформированного РУБОПа, я поменяла имя в паспорте.
– А можно ли поподробнее, очень уж хочется нормально знать семейную историю.
– Ну, если рассказывать действительно детально, то начинать нужно с самого твоего детства. А то и с событий древних, незапамятных. Будет не быстро. Хотя подобный разговор когда-то должен был случиться. Вот тебе скоро двадцать один год исполнится, и я передам тебе знания, которые достались мне от бабушки и прабабушки.
– Круть. И что же я должна узнать?
– Для начала то, что род, к которому ты принадлежишь – это род Скальных Соколов. Он берёт своё начало в одиннадцатом веке. А может, и гораздо раньше. Однако книги, которые хранятся в нашем роду, описывают историю, начиная именно с одиннадцатого века. Все женщины рода Скальных Соколов были обавницами, целительницами и настоящими ведьмами.
– Ведьмами? – на лице Арины читалось всё большее удивление.
– Да, ведьмами. Хранительницами знаний и мира на всей планете. Слово ведьма означает – ведающая мать. В древности это звание получала женщина, имеющая шестнадцать детей. И только если она смогла их вырастить, воспитать и дать им дорогу в жизнь, несмотря на болезни, эпидемии, сложный быт и множество насилия вокруг. Свершить подобное могла лишь неординарная личность, обладающая особой силой и энергией. Именно такой и была главная ведьма нашего рода по имени Марта. И именно с её истории начинаются наши родовые книги.
– У неё было шестнадцать детей?
– Да. И все они дожили до старости. А одна из дочерей стала после смерти матери следующей хранительницей этих знаний.
– И теперь очередь дошла до меня? – Арина вскинула брови.
– Да, дорогая моя. Но прежде я должна ещё кое-что сделать.
– Что?
– Поехать в древний город.
– Город? Какой? Где он находится? Далеко? Египет, Южная Америка, Индия?
– Честно говоря, не знаю. Лишь понимаю, что времени осталось совсем немного. Скоро тебе двадцать один, и я должна во что бы то ни стало передать знание, иначе цепь нарушится. Вот только прежде чем это сделать, мне необходимо посетить древний город. По крайней мере, так говорит пришедшая мне информация.
– И как давно эта информация пожаловала?
– Давно. Несколько лет назад.
– Ага. Где это случилось? Может, само место несёт в себе подсказку?
У Арины был очень пытливый ум. Любая попадающая в круг её интересов тайна тут же наполняла девушку энергией и непреодолимым стремлением докопаться до истины. Она обожала загадки, ребусы и была уверена, что сможет помочь матери.
– Там, в Окунево.
– В Окунево? Ты сказала много лет назад. Ты была там раньше? Давно?
– Да. Впервые попала туда пять лет назад. Мира предложила. С тех пор мы ездили туда регулярно, раз в год.
– Странно, ты ничего про это не рассказывала.
– Я думала, ты ещё маленькая и тебе неинтересно. Но время шло. В этот раз я решилась, предположив, что если мы поедем вместе, то вдруг смогу хоть что-то выяснить, понять. Просила матушку Землю мне помочь, подсказать… Только всё напрасно. Так ничего так и не поняла.
– Слушай, мам, а как тебе об этом сказали? Можешь вспомнить?
– Да. Мне сказали, что я должна поехать в древний город, поклониться уступу Предков, подняться на горы Любви, Разума и Власти, и только потом передать тебе знания.
– Отлично! – Арина взяла в руки телефон. – У тебя полно информации, сейчас всё выясним. И Гугл нам в помощь!
– Думаешь, это возможно? – Злата всерьёз сомневалась.
– Так, гмм, вот. Читай сама! – Арина торжествующе протянула матери телефон.
– Аркаим, – прочитала вслух Злата, – древний город. По одной из легенд его называют столицей долины городов, городом Солнца или городом древних ариев. Знакомство с горами Аркаима обычно начинают с горы Шаманки и уступа Предков… Так-так! А вот и гора Любви есть. И гора Разума. Вот только про гору Власти ничего нет? Неужели не то место?
– Минуточку! – Арина снова стала забивать в поисковик топонимы. – Вот. Смотри! – и опять повернула экран телефона к матери.
– Чека или гора Власти находится на расстоянии около пятидесяти километров от Аркаима… Значит, это здесь. Как здорово! Мы должны туда срочно поехать, ведь твой день рождения уже через месяц.
– А каникулы заканчиваются через три недели, – добавила Арина как бы про себя и через паузу уже к матери, – у меня ведь учёба в универе начинается.
– Да-да, точно. Но Мира с Игорем улетает в Египет. Она вернётся только через две недели, – мама растерялась.
– А зачем нам Мира? Пусть едет в свой Египет. Мы в Аркаим поедем без неё.
– Поездом?
– Зачем поездом? Стаса попросим. Думаю, он не откажет. После того, как мы в своей окуневской сказке встретили этого то ли хирурга, то ли лешего, Стас вообще скис. Он, похоже, к нам теперь чаще заходит, чем к себе домой. А всё потому, что ты на него хорошо влияешь. Раны его врачуешь.
– Какие раны? – не поняла Злата.
– Какие-какие – сердечные. Парниша пять лет круг Миры танцевал, как вокруг новогодней ёлки. А у неё сначала роман с этим египтянином был. Как там его звали? Кира, кажется. Легенда о волках, которые разбрелись по миру… «Мы с тобой одной крови! Мы из одной стаи!». Романтика, блин! И где он сейчас, этот «волк»? Опять в своей Африке? Изучает редкие языки? Или что-то ещё? Мира его ждала, Стас ждал Миру, никто ничего не решал окончательно, честное слово – смесь бразильского карнавала с мыльной оперой. А Стас-то был рядом и ждал, пока она его заметит. Ухаживал, помогал, поддерживал. И что в результате?
– Действительно, и что в результате? – Злате нравилась логика рассуждений дочери.
– А в результате ни-че-го! Большое ничего! Пшик! «Волк» в пустыне затерялся, зато нарисовался леший из сказки. «Прынц» московский на сломанной машине. Мира опять рванула вперёд, в новые отношения. А Стас остался с носом.
– Ты считаешь, Мира не права? – Злата в основном была согласна с дочерью, но до нынешнего момента даже не подозревала, что у той есть своя, чёткая позиция по этому вопросу.
– Не знаю. Не мне её судить. Но где-то мне кажется, что твоя подруга, как минимум, несправедлива по отношению к Стасу. Он – классный мужик, надёжный и хороший друг. И, кстати, для тебя тоже. Он не раз доказывал это не словами, а реальными действиями. С ним же – как с расходным материалом, как с инструментом, здесь использовали – здесь отложили.
–А что? Что она должна была делать? Сердцу не прикажешь.
– Вот-вот, не прикажешь, – Арина всё сильнее эмоционально погружаться в тему, – так и нечего было кота за хвост тянуть. За пять лет нормально поговорить не судьба? Нет? Думаю, дело тут не в сердце и не в приказах – Мира на Стаса никогда серьёзных планов и не строила, просто ей так удобно – все выгоды, а обязанностей никаких. Как собака на сене! – чувствовалось, что недавно девушка интересовалась творчеством Лопе де Вега.
– Да. Тут ты, наверное, права.
– Ага! То-то. Поэтому, я считаю, что Стас сам предложит проехаться с нами. Только идейку ему подбрось, как бы невзначай намекни. Да ему и самому будет прикольно побывать в этом древнем городе, уверена, он там раньше не был.
– Думаю, в этом что-то есть. Нужно переговорить с ним. В это время, как нельзя кстати, зазвонил телефон. Злата взяла трубку:
– О, Стас? Привет! Да-да, всё в порядке. Зайдешь сегодня? Замечательно. У Арины есть идея, хочется её обсудить. Что за идея? Вечером расскажем. Плюс пирог будет сырный. Я как раз собираюсь его готовить. Ладно, до встречи!
– Стас звонил? – спросила Арина, чтобы убедиться в очевидном.
– Да, он. Сказал, вечером после работы зайдёт.
– Вот и отлично, на ловца и зверь бежит! А ты ему серьёзно пирог обещала? Будешь готовить?
– Буду. Коль пообещала, – улыбнулась Злата.
– Ну-ну, путь к сердцу мужчины лежит через желудок, – тоже засмеялась Арина. – Мам, а почему род Скальных Соколов? Что за птицы такие? Конечно, могу почитать в Интернете. Но хочу послушать твою версию.
– Бабушка рассказывала, что сокол – это чистая птица. Она никогда не питается грязной пищей. Скальные соколы живут в горах, на высоких скалах. Там они строят свои гнёзда, там выводят птенцов. Они никогда несадятся на землю, даже еду добывают на лету.
2
– Круто! Значит мы с тобой тоже в любом случае птицы высокого полёта! – Арина задумалась, почёсывая висок. – Ещё один вопросик к тебе.
– Давай, – Злата была сама откровенность.
– Ты сказала, что знания передаются от матери к дочери. Так?
– Так.
– А почему ты ничего не сказала о своей маме? Она тебе знания передала?
– Нет. Мне знания передавала бабушка. Моя мама знаний не приняла.
– Почему?
– Бабушка сказала, что она бы не смогла. Больше я ничего не знаю. Мама как-то скептически относилась ко всем родовым легендам, родовым обязанностям хранения мира на земле, не верила в это.
– Ясно. А почему ты сказала, что тебе важно успеть передать знания мне?
– Потому что время пришло. Твоё время.
– Но… у тебя же всё будет хорошо? Потом? После всего? – Арина была корректна в вопросе, однако Злата поняла, дочь чувствует её выбор. Интуитивно осознавая приближение голоса небесного колокола.
В дверь позвонили, и Злате не пришлось отвечать на неудобный вопрос дочери.
– Я открою, – Арина вышл в прихожую.
Злата выдохнула. «Нужно найти правильные слова, объяснить ей доходчиво, понятно и необидно, нужно максимально избежать условий формирования какого- либо комплекса. Это же, как картошка. Чтобы выросла новая, молодая картофелина, нужно, чтобы старая отдала ей все свои соки, силы и энергию. А для того, чтобы родилась новая ведьма, старая должна уйти в небытие».
– Всем привет! – Мира залетела в комнату с тортом в руках. – Забежала перед отъездом чайку попить!
Выглядела она великолепно. Брючный костюм цвета фуксии, удобные босоножки, сумка-рюкзак. На вид ей можно было дать не больше тридцати трёх – тридцати пяти, хотя в этом году должно было исполниться сорок восемь.
– А мама как раз собралась делать сырный пирог, – Арина явно не одобряла новое увлечение Миры, и даже не думала притворяться, – готовилась тесто заводить прямо сейчас.
– Я не отниму много времени, – не в правилах Миры было легко сдаваться, – посижу рядышком, поговорю с ней минуточку, пусть заводит свой пирог.
– Тогда не буду вам мешать. Чао! – девушка демонстративно помахала ручкой, повернулась и пошла в свою комнату.
– А торт? Ну, очень вкусный торт! – крикнула Мира в спину уходящей Арине.
– Thanks, я на диете! – девушка не повернула даже головы.
– Что это с ней? – спросила Мира у Златы.
– Возраст, – неопределенно ответила та, слегка пожимая плечами.
– Странно. Арина всегда была удивительно умной и осознанной девочкой. Никогда бы не подумала, что на нее влияют эти возрастные штучки.
– И тем не менее…
– Ладно. Я тебе сейчас такое расскажу! Мне Игорь замуж предложил!
– Да, ладно. Правда?
– Правда. И я уже ответила ему да. Сейчас мы едем в Египет, потом регистрируемся и я начинаю готовиться к переезду в Москву.
– Здорово. Рада за тебя. Просто регистрируетесь? Или торжество будет?
– Конечно, будет, да не просто торжество: свадьба. Я хочу, чтобы приехали вы со Стасом и Ариной, Женька прилетела из Англии со своим любимым Джоном, и даже Киру хочу пригласить.
– Киру? Очень странно. Думаешь, ему будет приятно?
– Думаю не очень. Но ведь мы друзья.
– Вот-вот. Именно поэтому мой тебе совет: не нужно встречаться с ним в Египте. И уж точно не нужно звать его на свадьбу. Пусть катается по своей Африке, изучает редкие языки и будет счастлив. Ты когда с ним общалась последний раз?
– Ну, может месяц назад. Или полтора. Сейчас его нет в сети.
– Вот и не беспокой парня. Ты счастлива, и ладно. Ведь между вами было не просто дружеское общение. Было то, что сделало тебя писателем: твое вдохновение. Отношений не получилось. Может это и к лучшему. Но именно он помог тебе тогда понять своё истинное предназначение. Не нужно сейчас быть к нему неблагодарной.
– Ты так считаешь?
– Да. Считаю. И еще. Я знаю мужчин, у них в голове не бывает «бывших». Все отношения они просто откладывают. Большинству мужчин кажется, что пока они сами наслаждаются жизнью, бывшие подруги всячески страдают и вспоминают золотые времена их совместного времяпрепровождения. Поэтому, ребят, как правило, не слабо шокирует, когда эти самые подруги вдруг выходят замуж. Не за них. Как-то так.
– Н-да. Об этом я не подумала. Спасибо за подсказку.
– Я тебе ещё кое-что подскажу, – улыбнулась Злата.
Арина сидела в своей комнате, но ей было достаточно хорошо слышно, о чем разговаривали старшие. С одной стороны, Мира имела право на личную жизнь. С этим Арина была согласна. Но зачем обижать такого хорошего человека, как Стас? Неужели за пять лет их общения Мира так и не разглядела, не поняла, что он пытается ухаживать за ней всерьёз? Пять лет, просто от нечего делать, никто рядом находиться не будет. Да и не просто находиться – реально участвовать в твоей жизни. Так странно и глупо. Эти взрослые слепы и нелепы, как дети.
– И что же ты мне подскажешь ещё? – слова Миры заставили Арину прислушаться.
– Когда я была в Индии, сопровождал нас гид, местный парень, – начала свой рассказ Злата, – хороший, улыбчивый индус по имени Рамчет. Он возил туристов в старое Гоа и на Реди Форт, это крепость шестнадцатого века, сейчас частично разрушенная и захваченная джунглями. Невероятное, фантастическое место. Потом мы катались по храмам, кушали простую индийскую еду… Одним словом, он показывал нам Индию во всей красе. И вот однажды мы заговорили о мужчинах и женщинах. Знаешь, что он сказал?
– И что же?
– Дословно это звучало так:
«Каждый мужчина – это храм. А каждая женщина – это служитель храма. Храм пуст, если в нем нет служителя. В храм можно принести всё. И благочестие, и уважение, и красоту. И цветы, и радость, и почитание. А можно – просто мусор. В храме важно поддерживать порядок. И главное – постоянно там возносить молитвы Богу. Тогда энергия, которую создает служитель, заполняет все пространство храма. И храм становится священным. Но служитель может поступить по-другому. Ободрать, вынести из него все… и бросить. Сколько таких «брошенных храмов» я видел! И среди индусов, и среди туристов. Но почему-то среди русских их больше всего. Мужчина, если в него не верят и не наполняют энергией благочестия – пуст. Холостой, как у вас говорят. Бесполезный. Расходует себя попусту. Но часто женатые мужчины также пусты, если рядом с ними не женщина, не служитель храма, а хищница. Увы, такое встречается очень часто».
– Круто! Очень круто! Мне это срочно нужно записать, – воскликнула Мира, – я обязательно вставлю это высказывание в свою новую книгу! Сейчас-сейчас. Я просто обязана это записать!
– Мам, – Арина показалась на пороге своей комнаты, – он только это и сказал? Или что-то еще? Я все слышала. Это действительно отличная аналогия: просто огонь. Но мне кажется, что есть продолжение. Или я не права?
– Ты, как всегда, проницательна, – Злата улыбнулась, с любовью глядя на дочь. – Я действительно задала ему вопрос. И он на него ответил.
– Какой вопрос? – оживилась Мира.
– Тогда я сказала так:
«Храм? Это здорово! Хорошее сравнение. Но мне всегда казалось совсем наоборот. Женщина создает пространство, а мужчина своей энергией его наполняет. По твоей же теории – все наоборот!».
«Здесь нет противоречия, – ответил Рамчет, – женщина тоже может быть храмом. Но в этом храме поклоняются только одному богу – её мужчине. Понимаешь, мужчина и женщина – это взаимосвязанная система. Если они искренни в своих проявлениях, открыты и честны друг с другом, значит, вместе они могут создать нечто. Очень важное и ценное. Не только для себя, но и для всего мира».
– Я непременно должна все это записать! Непременно! – Мира достала планшет и стала быстро набирать текст.
– Мам, а ты пирог сырный готовить будешь? – вдруг спросила Арина.
– Да-да, сейчас, – Злата почувствовала себя виноватой. Она встала и пошла к холодильнику.
– А причём здесь пирог? – возмутилась Мира. – Мы, значит, чай пьём, общаемся, занимаемся важными вещами, а ты – нате, пирог. Ну зачем сейчас печь пирог? Он-то здесь причём?
– А притом, – Арина говорила каким-то незнакомым голосом и странным тоном, подобное Мира и Злата слышали от нее впервые, – что скоро в гости придёт один пустой «храм». Из него недавно служитель все богатства вынес, а сам сбежал. Вот, хотя бы пирогом будем реанимировать беднягу.
– Ты это о чём? – в этот раз мимика лица выдала Миру с головой. Она не просто догадывалась, а совершенно точно знала о ком идет речь, при этом упорно изображая «хорошую мину при плохой игре».
– Это я ни о чём. Просто в продолжение вашей беседы. А заодно напомнила маме, что обещания нужно выполнять. Ладно, всем хорошего дня, я пошла. Вернусь вечером. Мешать больше не буду.
Когда за Ариной закрылась дверь, Злата вздохнула:
– Извини. Сама не знаю, что на неё нашло. Никогда раньше Арина не была такой резкой.
– Да уж. Взрослеет девочка. Это она так из-за Стаса? – Мира выглядела озадаченной.
– Да. Считает, что ты его предала.
– Ого! Да у нас же со Стасом была просто дружба. И ничего более.
– Это ты так думаешь. А он? Ты таких вопросов ему никогда не задавала?
– Да брось! Стас же бабник, каких свет не видывал! А я была просто подружкой, которой можно пожаловаться на жизнь, с которой можно поболтать, посмеяться или погрустить… короче, на все случаи жизни.
– Вот именно. На все случаи жизни. Обычно такое общение случается между очень близкими людьми, – вздохнула Злата.
– Но он… никогда, ни разу… даже не пытался меня поцеловать, не говоря уже про что-то другое…
– Конечно. У тебя же был виртуальный роман с иностранным акцентом.
– Ты имеешь в виду Кераласа? Киру? Но это же был не совсем роман!
– Однако! Ты всегда заряжалась от него вдохновением. И так об этом рассказывала…
– Не думала я, что всё так обернётся, – Мира задумалась, – значит и Стаса нельзя на свадьбу приглашать, так?
– Так. Ему не очень приятно будет там присутствовать. А не поехать он не сможет. Вы же с ним типа друзья.
– Да. Ситуация. А Арина, значит, считает, что я Стаса предала. Может он ей самой нравится?
– Ты это о чём? Арине ещё и за двадцать не перевалило, а Стасу – сорок восемь. Не фантазируй.
Арина шла по летнему городу и размышляла. Сказать, что она и правда сильно расстроилась из-за свадьбы Миры, было нельзя, но к Стасу чисто дружеское сострадание, конечно же, присутствовало.
Она знала его уже более пяти лет. Иногда, особенно в переходном возрасте, он помогал ей. Словами и делами. Ни мама, ни Мира не знали об этом практически ничего. Однажды она даже попала в полицию вместе с рандомной компанией приятелей. Что у них там обнаружили, бог знает, травку или соли какие, но страху натерпелись все. И, главное, оказалась она там совершенно случайно, подружка позвала с собой. Но закончиться это могло очень печально. Стас тогда помог и никому не сказал ни слова.
Удивительные люди, эти взрослые. Арина частенько ощущала, что между ней и ими – пропасть, но всегда, насколько могла, старалась понять образ мыслей окружающих и не высказываться о неприятных открытиях, которые в её жизни случались регулярно. Первое что бросалось в глаза – это огромный массив заблуждений и иллюзий, в которые люди поколения мамы и Миры были погружены практически полностью. Они воспринимали мир по-другому: через призму каких-то условностей, уже отживших моральных устоев и норм, множество абсолютно надуманных, зачастую не работающих, правил, придавали значение ерунде, а на важное и значимое сплошь и рядом не обращали никакого внимания.
Вот мама – обладает силой и знаниями, может, действительно многое, в том числе принести удачу, поддержать в безвыходной ситуации, помочь другим. А порою не понимает очевидного. Да и попросту – не замечает. Удивительно!
День выдался жарким и, хотя уже начало вечереть, в воздухе по-прежнему стояла плотная духота. Девушка увидела впереди летнее кафе и направилась к нему.
«Сейчас мороженное – как раз то, что нужно. Посижу немножко и пойду домой. Мира, наверное, уйдет, возможно, подтянется Стас. Нужно наверняка уговорить его отвезти нас в Аркаим, не терпится уже получить от мамы все эти знания».
В сумке зазвонил телефон. Арина отвлеклась от мороженного и взглянула на номер, это был Радомир, он звонил ей почти ежедневно. Девушка частенько разговаривала с ним о всякой всячине. Однако интенсивное общение с парнем никак не могло помочь ей понять природу своих чувств к нему. В общем, у них было «всё сложно».
– Алло! Привет!
– Привет!
– Поговорим?
– Немного. У меня мало времени.
– Хорошо, – согласился парень, – немного. Как дела?
– Дела идут. Вот, кстати, решаем, как поехать в Аркаим. Знаешь такое место?
– Конечно, знаю. Город древних ариев.
– По одной из множества версий.
– Да ничего подобного! Это и есть город Солнца, точно. Просто все почему-то сомневаются. Вот если б такой город обнаружили в Америке, уже весь мир знал бы, что арийская раса жила на территории их страны. А у русских все шиворот навыворот. Мы сами не верим в свое славное прошлое. То ли зазомбировали нас по самое не балуй, то ли превратили в «Иванов родства не помнящих». Печально.
– Ладно. Не будем спорить, я там не была и предмета спора не видела, – выкрутилась Арина. – Посмотрю собственными глазами, может и будет что обсудить.
– А когда вы собираетесь ехать?
– Еще не знаю. Сегодня поговорим, может и договоримся.
– Ты скажешь мне потом, ладно?
– Скажу. Но, зачем?
– А я, возможно, тоже с вами соберусь.
– Круто!
Арина услышала, что пробивается новый звонок, посмотрела – звонила мама.
– Ладно, извини. Больше говорить не могу, – и сбросила соединение Радомира.
– Арина? Ты где? Стас позвонил, будет минут через двадцать или около того, – ого, ей показался или голос мамы действительно был взволнован?
– Отлично. А Мира? Мира ушла?
– Да. Ушла. И пирог уже готов. Как обещала.
– Замечательно. Ставь чайник и считай, что уже бегу.
Арина выключила трубку. Небольшой мамин эмоциональный ажиотаж казался забавным. Снова пришла мысль о том, что её поколение (ну уж она-то точно) более объективно, чем взрослые, смотрит на вещи. Например, она давно заметила мамин интерес к Стасу. Такой тонкий и невинный, что раньше о нём наверняка никто и не подозревал. Ни, влюбленный в Миру, Стас, ни, влюбленная в себя, Мира. Да и сама мама вряд ли отдавала себе в этом отчет. А вот Арина заметила направление маминого внимания ещё пару лет назад, размышляла, наблюдала и ждала возможного развития.
Естественно, ей хотелось, чтобы мама была счастлива. Вот только долгое время девушка не могла чётко понять: действительно ли Стас интересует маму, как мужчина? Или же просто напоминает ей покойного отца? Папа ведь тоже служил в полиции (или тогда ещё милиции?), и у них со Стасом даже навскидку было много общего.
Солнце медленно покатилось за горизонт, оставляя в небе огненно-оранжевую полосу. Подул неожиданно прохладный ветер, а над головой стали быстро сгущаться серые облака. Арина вспомнила, что по прогнозу сегодня к вечеру обещали дождь. Погода в городе имела способность меняться моментально. Поэтому девушка, не медля, собралась, и почти побежала в сторону дома. Первые капли догнали её по пути, но по-настоящему августовский ливень разразился в тот момент, когда она уже успела заскочить в подъезд своего дома.
То, затихая на пару минут, то припуская вновь, дождь продолжался всю ночь. Он без устали барабанил по крыше дома, и от его ударного соло Арина долго не могла уснуть. Сначала она думала о предстоящей поездке в Аркаим. Об этом они с мамой договорились со Стасом легко. Потом долго размышляла об отношениях мамы и Стаса.
Внешне это выглядело, как дружба. Но вчера вечером, ещё раз пронаблюдав за ними, Арина решила, что Стас гораздо ближе маме, чем просто хороший друг, и наверняка нравится не первый день. Даже если он и напоминает ей покойного Родиона, это никак не меняет дело.
Что твориться в голове у Стаса – не понять. Закрыт, немногословен, вычурно прост, предельно вежлив, великолепно скрывает любые эмоции. Однако легко предположить, что сейчас, когда рухнули все его иллюзии и ожидания, Стасу просто нужна поддержка. Даже если сам себе он твердит обратное.
Странные, странные люди. Боятся признаться себе в своих же чувствах, поделиться ими с тем, кто рядом. А чего тут бояться? Что тебе не ответят взаимностью, или посмеются над тобой и твоим сокровенным? Но ведь так может поступить только очень глупый или предельно чёрствый человек. А если он такой, то, о каких отношениях может идти речь? Да и вообще, как распознать, распределить, разделить эти чувства? Где заканчивается просто доброе, хорошее, человеческое отношение друг к другу и начинается близость? И разве это разные вещи, и насколько они разные? Конечно, страсть отличается от дружбы. Да и от любви отличается. Страсть – это огонь, который пожирает полностью. Но ничего не создает…
С этими мыслями она уснула. А под утро ей приснился всё тот же странный, навязчивый и непонятный сон. Длинный узкий коридор. Белые стены и движение огненного чудовища с множеством глаз на подвижном теле. И это слово, которое надсадно звучит у неё в ушах.
– Чернобыль! Чернобыль!
А потом снова голос. Сильный и звонкий:
– Ария! Сюда, Ария!
И уже знакомый, но такой же захватывающий полёт куда-то вверх, мягкая, белая, светящаяся пелена, ощущение уюта, защищенности, спокойствия. И вроде всё как всегда, но что-то постепенно, неуловимо изменяется, потом больше, больше. Изменения кружат как в вихре, не позволяют взгляду зацепиться хоть за что-нибудь. Пока как-то разом не спадает ограждающий туман, пропадает моментально. И пламя. Золотое, холодное пламя окружает со всех сторон. Она стоит в центре буйного, невероятного костра. Чувства внутри вспыхивают, как и пространство вокруг. Что это? Неожиданно Ария замечает ящерицу. Как будто знакомую золотую ящерицу, которая сидит на её руке.
– Бенедикта, ты?
– Я.
– И что ты делаешь здесь?
– Вот, пришла к тебе. Теперь я всегда буду приходить на помощь к тебе, ты же моя хозяйка.
– Хозяйка? Но почему?
– Отец-огонь дал тебе свою силу. И послал меня помогать.
– Помогать? В чем?
– В том, что тебе скоро предстоит. Только не спрашивай, что именно.
– Хорошо. Не буду. Но скажи: почему мне постоянно снится этот странный сон о Чернобыле?
– Потому что ты была там.
– Как? Разве я могла? Это ведь было очень давно.
– Да, давно. Много лет назад. Но ты там была. В своей прошлой жизни. И твоя душа улетела из этого коридора прямо на небо.
– Я… я погибла там? В прошлой жизни?
– Да. В тот момент, когда взорвался четвертый энергоблок. Найди историю тех событий в интернете, почитай. Думаю, многое вспомнишь и поймешь.
– А почему меня называют здесь Ария? Что это за голос, зовущий меня к себе?
– Ты скоро всё узнаешь сама. А Ария… Просто потому, что это и есть твое истинное имя. Земля и огонь соединились в тебе. Свет солнца и сила земли. Вода и воздух. В ближайшее время ты поймешь, поймешь сама. Ведь ты же хранительница.
Когда она открыла глаза, дождь по-прежнему продолжал стучать по крыше множеством своих барабанных палочек, а за окном начинался новый день. Серые облака плотно окутывали небо, и казалось, что это надолго. Однако уже через пару-тройку часов распогодилось, снова выглянуло солнышко, и пришел ещё один жаркий августовский день.
В поездку они собрались через неделю.
– Нужно успеть, пока стоит хорошая погода, – рассуждала мама, – мы же не совсем понимает, куда едем. Судя по отзывам и картинкам в интернете, с комфортом там не весьма.
– Так, гостиницу я для нас заказал, – подключился Стас, – называется «Сокровища царя Има», находится прямо на горе Денег.
– Прикольно! – засмеялась Арина, – будем жить на горе Денег.
Выезжать готовились попозже, когда жара немного спадет, но и, не особо затягивая, чтобы как можно больше захватить в дороге светового дня. Когда последние вещи были проверены и загружены, а железный конь, как говориться, «стоял под парами», у Арины зазвонил телефон.
– Привет! – услышала она в трубке голос Радомира. – Вы уже выехали?
– Нет. Только собираемся, но практически готовы. Думаю, прибудем завтра утром. Стас сказал, что пилить нам прилично, почти тысячу километров, как и в Окунево.
– Значит, я приеду быстрее, – весело заметил парень.
– Ты всё же решил приехать? – удивилась Арина, хотя где-то глубоко была рада этому.
– Я же обещал.
– Ну ладно. Тогда увидимся на месте.
– Что, наш окуневский Ромео мчит к своей Джульетте? – вопросительно шевельнул бровью Стас.
– Мчит. Но он не Ромео. И уж я-то ни разу не Джульетта.
– Почему, позволь спросить?
– Потому, что мы просто друзья. Вот, как вы с мамой! – Арина заметила, что мама чуть заметно покраснела, а Стас опустил глаза.
– Ладно-ладно, – замял он тему. – Проехали! Раз все готовы, нечего волынить, двинем.
Минута за минутой, день потихоньку приближался к вечеру, но до реальных сумерек было ещё далеко. Посвежевший ветерок, сквозь приоткрытое окошко, выдувал из салона накопившуюся духоту. Машина бежала споро, не прошло и полчаса как наши путешественники оказались за окраиной города.
– Дозаправимся перед длинной дорогой, – Стас завернул на заправку и остановил перед свободной колонкой.
– Точно. А пить не только машинка хочет, дополнительных пару бутылок воды нам не помешает, – вторила ему эхом Злата, копаясь в сумке.
Арина вышла из машины, пока мама со Стасом ушли в магазин. Хотелось потянуться, размяться, сделать несколько несложных физических упражнений. Дорога была дальняя, тело без движения как пить дать затечёт, к продолжительному сидению стоило подготовиться, а за сборами всё было недосуг. Девушка подняла глаза и внимательнее всмотрелась в сторону заходящего солнца. На фоне угасающего светила чётко выделялся черный силуэт большой птицы. Огромный размах крыльев и гордая осанка полёта в оранжево-золотом свете звезды.
«Сокол! Это же сокол!», – подумала она. – «Надо же, какой большой, разве такие бывают? Но если я вижу его собственными глазами, значит бывают. Нужно маме показать. Это же верный знак, что мы всё делаем правильно!».
Арина поискала взглядом Злату, но та как раз стояла возле кассы в магазине, расплачиваясь за покупки, и вряд ли могла услышать голос дочери, даже если бы она её позвала. Поэтому девушка промолчала и снова подняла взгляд. Гордая птица, едва взмахнув крыльями, поднималась выше и выше, до самых облаков, пока полностью не растворилась в нарождающихся сумерках.
Остальной путь до Аркаима прошёл практически без приключений. Большую часть дороги Арина спала. Ещё на заправке она сообразила, что этим двоим, есть что обсудить, поэтому оккупировала заднее сидение и оставила их визави.
Пару раз, просыпаясь, она предлагала маме подменить её и посидеть рядом с водителем, но та отказалась. Ещё пару раз Стас сбивался с дороги, навигатор заводил его то в чисто поле, то в глухую деревню. Но больше ничего особенного на их долю не выпало, и около восьми часов утра машина, наконец-то, повернула на дорогу с указателем «Аркаим».
– Арина, доброе утро! – обратился к ней Стас, поглядывая в зеркало заднего вида.
– И вам того же! – потянулась девушка, усаживаясь ровней.
– Мы почти на месте, указатель вон проехали. Значит, Аркаим уже здесь, – сказала мама.
– Ага, ладненько, – неопределённо хмыкнула Арина, протирая глаза и оглядываясь вокруг.
Пространство вокруг напоминало степь с большим количеством высоких холмов. Растительность, особенно крупная, количеством и разнообразием не баловала, в основном трава да цветы. Недалеко были видны дома близлежащей деревни, в самом же Аркаиме сооружений наблюдалось немного. Справа от дороги высилось красивое здание с надписью «Музей», с другой стороны – странные сооружения терракотового цвета.
– Интересно, это что? – махнул пальцем Стас в сторону терракотовых строений.
– Полагаю, имитация жилищ древних жителей данного города, – пояснила Арина, – правда как их правильно назвать, непонятно. С одной стороны в интернете много предположений, что Аркаим – это город Солнца, город древних ариев и всё такое. Только официальные источники называют жителей города аркаимцами, и отрицают какую-либо связь между этими местами и культурой древних ариев.
– А как ты сама думаешь? – поинтересовался Стас, проезжая небольшой мостик через реку и выворачивая на центральную улицу импровизированного этнического рынка, усыпанного множеством лавочек, кафе и магазинчиков.
– Я думаю, что тут и правда жили древние арии, – просто ответила Арина, то озираясь по сторонам, то заглядывая в телефон.
– А почему так думаешь? – не отставал Стас.
Арина отвлеклась от созерцания окрестностей и посмотрела на маму. Та сидела тихо, закрыв глаза. Девушка хорошо знала мать и понимала, что та, пытается почувствовать пространство.
– Что я думаю, наверное, не важно. Ты маму спроси, она тебе точно ответит. У нее чутье на всякие подобные места. Да, ты и сам это знаешь.
– Знаю, – процедил Стас, – вот только не время сейчас, – махнул головой в сторону Златы, которая по-прежнему сидела неподвижно, с закрытыми глазами.
– Да, ты прав. Гостиница наша ещё далеко? – спросила Арина.
За разговором они полностью проехали центральную улицу, здания которой закончились.
– Если судить по навигатору, то вон там, – показал рукой вперед Стас.
Арина увидела невысокий холм, на вершине которого стояла импровизированная буддистская ступа, а вокруг развевались тибетские флажки. У подножья холма располагалась группа невысоких зданий, которые и оказались гостиницей с оригинальным названием «Сокровища царя Има».
– Очень неоднозначное место, – вдруг заговорила Злата, – да-да, тут всё очень древнее. И тут действительно жила великая цивилизация. Но место это никогда не будет достойно признанным. Никогда.
– Почему? – бросил Стас, не поворачивая головы и продолжая вести машину.
Злата будто и не слышала вопроса:
– Место и, правда, сакральное. Но здесь так много темноты, которая закрывает истинный свет. Именно поэтому эти места никогда не смогут оценить объективно. Сюда приезжает много светлых людей, а много и тех, кто несет зло… Тем временем они подъехали к шлагбауму, который перекрывал въезд на территорию гостиницы.
– Я схожу, скажу, чтобы открыли, – тихо сказал Стас и вышел из машины. Арина притихла, ожидая продолжения маминого монолога, но та какое-то время сидела молча. А потом вдруг, глядя прямо перед собой, громко сказала:
– Кровь… прольется кровь. Что-то завершится в моей жизни здесь и что-то новое начнется в жизни твоей.
– Кровь? Какая кровь? Что ты видишь, мам? – забеспокоилась Арина. – Это касается нас?
– Нет. Не нас. Не вижу. Больше ничего не вижу.
Злата откинулась на сидение и закрыла глаза. В это время у Арины зазвонил телефон.
– Привет, красавица. Это я, – кричал Радомир в трубку. – Вы уже в Аркаиме?
– Да, мы возле гостиницы стоим, – ответила девушка.
– Отлично! Иду встречать! – радостно выкрикнул он.
В это время вернулся Стас, шлагбаум открыли, и они заехали на территорию гостиницы. Не прошло и несколько секунд, как впереди Арина увидела знакомую фигуру парня, что направлялся к ним. Это был Радомир. Приключения начинались.