Боги, больше не было сил терпеть!

Я выскочила из-под земли, словно оживший корнеплод, сделав громкий вздох. Смахивая с лица землю, я закашлялась. За мной восстала овощем и Бэлла, и Лиорн, и сам Сирилл. Миранда же пока не явилась.

– Лишь бы она не встретилась с ними одна! – отдышавшись, проговорила свои опасения Бэлла.

Но беспокоится больше не пришлось. Миранда материализовалась перед нами буквально через пару минут. Пока мы отряхивали себя от спасительного покрова Сирилла.

– Извините, – смущенно произнесла Миранда, – я отвлеклась на бой между Горным Университетом и Академией.

– И кто вышел победителем в схватке? – заинтересованно уточнил Сирилл, смахивая остатки веток и корней со своих легких, но мощно зачарованных нашими стараниями, доспехов.

Миранда пожала плечами и ответила:

– Пока никто, думаю, они не планируют расходиться, но там не было того рыжего бешенного воздушника. Он, наверняка, рыщет в поисках нашего следа, поэтому пора двигаться…

Все слаженно кивнули, соглашаясь.

Сплюнув остатки земли, мы поторопились сменить место пребывания. Все из нас понимали, что долго прятаться не выйдет, но хотелось бы растянуть этот момент. И так рано или поздно нам придется вступить в открытую конфронтацию, но пока удача была на нашей стороне, наверное, впервые за все это время она нам благоволила.

А, может, именно это везение стало последней капли чьего-то терпения...

Пока мы поспешно двигались, Миранда окутывала нас легкими потоками воздуха, чтобы ни Кевин, ни бхироптеры, ни еще кто-нибудь не вышли на наш след, поэтому ее способность к анализу местности значительно снизилась. И больше мы ориентировались на чувство земли Сирилла. Оно хоть и было более точным, однако, радиус его действия тоже был не так велик, как хотелось бы.

Выполнив еще один уверенный шаг, он обернулся к нам лицом и обеспокоенно прошептал:

– Там, на небольшой полянке четверо, они не на земле, а как будто бы на деревьях, Миранда…

Дальше даже не стоило и говорить, все поняв, она растворилась в своей стихии и через какое-то время вернулась.

– Это Пелагический Интернат…

– А где их воздушник? – спросила Бэлла, вглядываясь туда, где прятались наши соперники.

– По-моему, он не умеет сливаться со своей стихией, поэтому не почуял нас раньше... – смущенно прошептала Миранда.

– И что будем делать? – спросил Сирилл. Он явно замешкался с решением, мы не оговаривали стратегию случая, когда кто-то из участников выбрал такую же тактику самосохранения, как и мы…

– Я знаю! – выкрикнула Бэлла и, намеренно топая ногами, вышла на полянку. Команда поспешила вывалиться за ней, если понадобится эту горячую головушку защищать. – Со! Мы не будем нападать!

Для подтверждения своих намерений Бэлла подняла пустые руки вверх.

Мой слух уловил слабое перешептывание и довольный писк Со. И больше не скрываясь, вся команда Пелагического Интерната спустилась со своих высоких насиженных местечек, надо было их не «рыбками» называть, а «птичками»!

– Со! – снова обратилась к ней Бэлла и развела руки для объятий.

Юркая девчонка с короткой стрижкой кинулась к ней на встречу с радостным возгласом. Замучив Бэллу, Со кинулась обниматься и со мной. Неожиданно, но руки все равно сомкнулись за спиной красивой девчонки.

– Девочки! Как я рада! – пропищала она.

Обе команды пожали друг другу руки, если по началу все смотрели друг на друга настороженно, то сейчас, все изменилось. Никакого желания убивать или даже вступать в схватку не было, все заметно расслабились. И зря…

В правилах не было оговорено об объединении между участниками, фактически это не являлось запретным действием, но не все были довольны этим обстоятельством…

Андиорган с умилением смотрел на свою невесту, которая уже нашла себе союзников, явно заранее подготовив почву для этого. Абсолютно было неважно делала ли Бэлла эта специально или же это ее врожденный талант, но нет более грамотного политического хода, как этот. Он гордился своей невестой. Ей же гордился и Дариус, однако, больше его беспокоила другая персона. Она изрядно нервничала и откровенно хмурилась, грядет буря, но самоуверенность сыграла с Его Владычеством в свою игру…

– Так не пойдет! – неистовым голосом многократно усиленным магией завизжала Простасия Аспид. И, положив руку на камень, который все это время притворялся брошкой, она поспешила пройти сквозь защиту, вот и источник питания купола обнаружился. Прямо на глазах всей академии по пути до арены ректор Аспид видоизменялась в огромнейшую песчаную агриканскую змею Псамофис!

Его Владычество кинулся за ней, впопыхах трансформируясь, чтобы прижать дуру, которая портила его план, но не успел. Эта дрянь запитала защитный купол на блестяшку на своей шее. Когда Дариус ее почти настиг, она уже скрылась за защитным барьером, в который он чуть ли не врезался с размаху.

А те, что заключили перемирие даже и не догадывались, какая опасность выдвинулась к ним…

Страшное рычание раздалось издалека, заставляя всех оборачиваться.

– Вы слышали? – спросила очевидное Миранда.

Не то рев, не то шипение и уже знакомый шелест чешуи…

– Бегите! – заорала я, припоминая оборот библиотекаря и очень похожие звуки.

Сквозь змеиное шипением раздался ломанный голос ректора Аспид:

– Не спрячешься, любимица! Я тебя сама найду, мне даже помощь этих бездарей не понадобиться! Откушу тебе твою чудную разноглазую головку!

– Валите отсюда! – заорала я во все горло, подталкивая других ближе к кустам. Но, видя, что они не собирались бросать меня одну против сбрендившей Простасии. Я резко поменяла решение. – Простите…

Я, извиняясь, посмотрела сначала в глаза Бэлле, затем и Сириллу. Он, зараза, догадался о моем плане, но успел ухватить лишь воздух.

– Саша… – успела я расслышать многоголосый крик.

Придав себе скорость огнем, я сбежала от них.

Ей была нужна только я.

– Я здесь! – закричала я, что есть сил.

Раздался жуткий мощный удар прямо в верхушку купола, заставив меня дернуться от испуга. Подняв глаза, я увидела, как здоровенный, самый большой из увиденных, железный дракон пытался пробить защитный барьер. И у него пока ничегошеньки не получалось!

– Бездна! Что же за силища создала купол! – проговорила я, лавируя на пламени между деревьями, валунами и другими препятствиями. Я выскочила в самый центр арены. Как раз, бездна всех поработи, здесь шла схватка между Академией и Горным, но стоило появиться мне, как стихийный обоюдный поток прекратился. Все обратили внимание на меня… Пламя!

А где же оплотовцы? Тоже решили поиграть в прятки подальше от психованных рожденных драконами?

Между до этого момента яро противоборствующими сторонами было достигнуто молниеносное перемирие. Они тут же сплотились против меня одной. Рой метательных снарядов из всех четырех стихий обрушился на меня. Выбросив руки, вал пламени ринулся на мою защиту, останавливая залпы противников.

Рев огромной твари, что говорила ректорским голосом, повторился. Наконец-то, она показала свое истинное лицо.

– Саша, Саша! – плюясь, шипела здоровенная песчаная змея, если мне не изменяла память, то называлась она Псамофис и обитала как раз в опостылевших мне пустынях.

Голова змеи была плоской, цвет чешуи был в цвет песка, с оскаленного зубастого рта капала ядовитая слюна, и все тело было покрыто шипами вместе с такой же токсичной слизью. Морда хоть и напоминала ректорское симпатичное личико издали, но оно было настолько перекошенным и безумным, что в этой зверюге плохо узнавалась прежняя куколка-ректор. На толстой шее сверкала, привлекая мое внимание, та блестяшка.

Одного взгляда на побрякушку мне хватило, чтобы понять – если выбираться отсюда, так только после разрушения этого артефакта, не было сомнений, что именно этот камушек питал купол.

Участники пока перестали нападать, еще бы перед их носом возникло такое… я бы тоже притормозила. Эта махина могла раздавить всех нас одним движением своего хвоста. Кто она, бездна, вообще такая? Да, облик несколько соответствовал трансформации рожденным змиями, но с ними почему-то не ассоциировался, эта рептилия была какая-то не такая, неправильная. Однако, она была в три раза больше, опасней, зубастей, ядовитей и мерзее…

– Я избавлюсь от тебя, раз, эти выродки железного дракона не смогли! – злобствовала змеюка.

После упоминания принадлежности к роду Его Владычества глаза Элайзы нервозно забегали, видно, поползновение змеиной дамочки не входило в план. Элайза сильно растерялась, что не знала, как действовать сейчас: то ли самой прятаться, то ли нападать вместе с тварью, что совсем недавно была ректором целой академии.

Снова раздирающий звук удара. И мы все подняли голову, чтобы увидеть, как в очередной раз Его Владычество пытается разбить купол. Элайза сглотнула.

– Железный птенчик слабоват, чтобы одолеть мои чары. – язвительно прошипела Простасия Аспид.

Его Владычество был очень зол, настолько зол, что сейчас в его разуме имелась лишь одна мысль – сокрушить!

Стадион погрузился в ужас. Студенты академии разбегались, кто куда, но у них хотя бы была возможность эта – удалиться, в отличии от студентов на финале УМа. Они-то вместе попали в ловушку Ксиориса.

Здесь же, учащимся помогали и бодренько выпроваживали свободные преподаватели, которых возглавила госпожа Льюис. Она давала четкие указания по ходу эвакуации, а ей охотно помогали госпожа Дойл и библиотекарь.

Стоило ректору исчезнуть за барьером, как Ручеек больше не скрывался, а в открытую подсоединился к защите водяными жгутами, ища слабое место. До источника теперь ему было не добраться. Зак, Бэн и кураторы из академии пытались пробить купол другими силами, но пока все безуспешно.

– И к чему вся эта постановка? – спросила я у змеи Простасии.

Я стояла прямо напротив нее и нарочито пренебрежительно скрестила руки на груди. Мне хотелось подразнить эту мелкую ректоршу. Пусть злиться…

Ее разинутая и вонючая пасть оказалась подле моего лица, но я даже не сдвинулась с места. Лишь махнула рукой перед дергающим носом, демонстративно указывая на запах тухлятины изо рта змеи.

Она зашипела, но отодвинулась, начиная медленно накручивать кольца вокруг меня.

– Ты, ты, ты во всем виновата! – рычала она.

– Это в чем же? – без эмоционально говорила я. – В том, что перевелась?

– О, нет, девочка, в том, что он тебя выделял!

В ее голосе прозвучало что-то предвкушающее – острый взгляд, и я успела предугадать, что Простасия совершит атакующий бросок, поэтому от ее острейших смертельно ядовитых зубов мне удалось увернуться. Я вскочила на одно из ее змеиных колец, которое тут же и стремительно заволновалось под моими ногами, что мне пришлось еще немного попрыгать.

– Дрянная девчонка, что же он в тебе нашел? – зашипела Псамофис. И ее ноздри усиленно зашевелились, она зателепала языком. Ее морда резко отвернулась и уставилась на команду Горного и неполную команды Академии. – Что стоите?

– А что следует делать? – из воздуха материализовался Кевин.

Змея захрипела и заскрипела. Это она так смеялась:

– Самый резвый властолюбивец, неужели не сообразишь? Избавьтесь от нее!

– А как же сама, все сама? – смеясь, спросила я, оттягивая время нападения.

– Развлекусь перед твоей смертью! – прошипела ректор.

Кевин улыбнулся мне, крайне перспективно и смертельно, я разочарованно хмыкнула. Дружили же вроде… даже от Элайзы-детки меня спасал, а теперь смерти моей жаждет по приказу этой, даже не знаю, кого…

– Неужто через Элайзу на стул решил залезть? – спросила я прямо у Кевина.

Рыжий обозленно заревел, угадала, и ринулся ко мне. Воздушный поток, пущенный им вперед достиг меня быстрее, я увернулась, пустив всполох огня. Следующая огненная лавина была мощная и свирепая. Теперь можно было не смущаться своего резерва, впрочем, так же не смущались и враги. Мое пламя клокотало, и, к сожалению, ни о какой сдержанности речи быть не могло. Либо они меня, либо я их. И никто не придет мне на помощь! Не угадала…

– А, вот, и мы! – весело закричала Бэлла, и водяной плетью осадила Элайзу и потушила ее огненное копье. Сирилл спеленал Йек и Кей, а Лиорн с Мирандой занялись группой из Горного.

– Вы меня достали! – заверещала ректор Аспид, и ее хвост опустился на землю с такой силой, что опрокинул всех, кто стоял.

Шутки закончились.

Еще одна громкая попытка железного дракона разбить защиту, однако, на него никто не бросил и даже взора, ибо Псамофис увеличилась еще в размерах, шипы стали длиннее, а зловонная слизь начала чуть не вываливаться из-под чешуек. Змею окутывала неизвестная мне сила, точно не стихийная, которая странным образом казалось мне неродной, нет, но похожей…

Все, и я не исключение, смотрели в гипнотические змеиные глазища. Было ли это воздействием глаз или же тонкий дезориентирующий токсический запах ее яда, я не знала, но никто больше не шевелился, не мог. Разумом я понимала, что происходит нечто запредельное, но вырваться из омута этого подчинения я не могла, как и другие.

Древняя кровь внутри меня еще какое-то время сопротивлялась натиску ломки сознания, но и та сдалась. Я больше не моргала, и, кажется, вот-вот перестану дышать.

Не сбавляя силу давления покорности и подчинения, Простасия трансформировалась. И она уже не выглядела той, что занимала высший пост в академии. Это была юная девушка, милая, приятная, простая – в легком платьеце на бретельках с пшеничными волосами, что ползли за ней по земле. Это что-то новенькое…

Простасия приблизилась ко мне. Она ходила вокруг, внимательно рассматривая, морщила прехорошенький носик, позволяя себе унизительно дергать меня за косу, трепать меня за щеку и даже разглядывать декольте и то место, что ниже спины.

– Я не понимаю, что он в тебе нашел! Но, что нашел, то больше не найдет! – прошипел она мне в лицо.

Вся лучезарность ее исчезла, когда проявилась эта необъяснимая, змеиная злость. Простасия решительно собралась избавить этот мир и неизвестного мне кого-то от моей персоны.

Боги… неужели эта – истинная Ручейка?

Бездна…

И, если до этого я и мои мысли старались цепляться за последний спасительный волосок, то это откровение заставило опустить руки.

Моя душа дрогнула, я перестала бороться.

Все, я сдаюсь…

Непонятно кем рожденная девушка догадалась о том, что я смирилась со своей участью, больше даже сопротивляться не буду... Торжество блеснуло в глазах, а ее теплая маленькая ладонь легла мне на лоб, и она зашептала что-то на абсолютно незнакомом мне языке.

Такое же торжество проявилось у Ольгуса Фаерха и Криона Фирша. Двое подлецов перестали скрываться и делать вид, что помогают Бэну и Заку. Больше не было никакой необходимости притворяться! И они напали на палачей Магов. Теперь их двоих никто не остановит, ведь на их стороне была сила и победа!

Обезвредить предателей подорвался Андироган Шеслейс. Сил на разрушение купола у него было недостаточно, а обезвредить предателей – в самый раз. Завязался отменный бой, в котором все могли проявить свои наилучшие качества. Жалко, что это была не игра и никакое не притворство, а реальный бой, что унесет чьи-то жизни…

В это время Его Владычество, сделав последний вираж, вложил всю свою мощь и спикировал на верхушку купольной защиты. Ручеек же, подгадав правильный момент, обрушил истребительную силу воды на стену, что служила преградой к его единственной, к его жизни.

Купол треснул и начал опадать…

– Не успеете… – прошептала Простасия Аспид, безумно рассмеявшись.

Последний взгляд в ее перекореженное от ненависти лицо, и мое сознание стало уплывать. Где-то на краю своего конца я услышала голос, голос который я уж точно не ожидала услышать в последнее мгновение своей жизни. И что здесь делал наш ректор, ректор Университета Магии?

– Простасия! Остановись! – заревел раненным зверем Склифор Эндр.