Отшвырнув от себя злосчастные указания, я закинула руки за голову. В комнате Ульгрена я была одна. Нет, никакой он не подлец, что оставил меня, наоборот, решил позволить выспаться бедному участнику перед тем, как нас снова вызовут соревноваться. Знал, зараза, что вот-вот разошлют письма.

Глядя на белый потолок, я вспоминала вчерашнюю ночь. М-м-м, это было волшебно, однако, и осталось нечто, что меня гложет. Нет, проблема не в Заке, Зак очень хороший, я от него без ума и доверилась полностью, разговор у нас вышел довольно странный. После того как первое стремительное желание было утолено, Зак трепетно гладил меня по спине, особенно нежно касаясь там, где все еще находились аккуратные стежки госпожи Льюис.

И тогда, я спросила у него:

– Почему ты не пришел меня навестить после этапа?

­– Вообще-то, я пришел, но увидел, как кое-кто другой стучал в твою дверь, но ты не открыла, я решил, что и мне не откроешь. Ты спала?

– Спала… – соврала я и не стала спрашивать, кого же он обнаружил, не стоит мне этого знать, определенно.

В тот момент, мне даже размышлять об этом не хотелось, а сейчас, все это выглядело странно, еще и это изречение перед сном… Я его не очень понимала, как будто Зак уже думал о том, что огонек его покинет, а огонек еще толком и не обосновался...

Еще немного поковырявшись на мужской постели и сбив всю простынь, я для себя определила – если прямо не говорят, нечего лезть. В конце концов, даже у Сирилла хватило смелости расставить все точки в наших предложениях.

Вспомнив об играх, я встала с приятно пахнущего постельного белья Зака. Пора было покидать эту комнату, подарившую мне так много положительных впечатлений, но, с условием, что еще вернусь.

С горестным нежеланием и ленью я приняла душ и кое-как собрала себя в одежду, и-таки заставила покинуть комнату Зака, не забыв написать ему небольшую записку. День предстоял насыщенный, поэтому следующая наша встреча, скорее всего, состоится уже на следующем этапе.

Я понятия не имела, что творилось в голове у ректора академии, но я и ее стала подозревать, какая-то она была неправильная, и мне были не ясны мотивы ее вечных шпилек в мой адрес даже, учитывая, что я свалилась на ее голову неожиданно, да еще и с протекцией, что с того? Тут каждый второй рожденный драконами с отменной родословной и гонором, как у Элайзы, поэтому это была не причина принижений с ее стороны.

Простасия Аспид решила, в письме-то не написали, но я подозревала, что именно она была инициатором этой идеи – объединить третий и четвертый этап игр, дабы добавить зрелищности и сократить время, по большому счету, второстепенных – это слово было подчеркнуто – состязаний, то есть изначально ставка была на финал. По моему мнению, можно было обойтись одним этапом и больше не издеваться над участниками, если важна исключительно битва между игроками, и все, счастливый конец!

Я была зла и ни на кого-то конкретного, а, потому что просто перестала соображать, что творилось, или же со мной давно это случилось? Проведение всеземельных игр, когда в прошлом году Университет Магии был полон странных нападений, и упоминание, что финальное состязание имеет бо́льшую значимость, разве не абсурд? Мне одной казалось, что все эти недосказанности имеют одно массовое начало, или даже какой-то общий сговор? Я просто сошла с ума...

Эти непонимания и не состыковки внешнего и внутреннего заставляли меня очень и очень злиться, когда, по идее, я должна была быть спокойна, ведь нашла свое маленькое пламенное счастье! Почему же тогда не было этого умиротворения?

Я воткнула свой поднос с едой в стол с бешенством, сдув прядку, выбившуюся из косы, села есть рядом с Бэллой. Подруга уже была в столовой и сидела за столом, хорошо, что она была одна.

– Что с тобой? – поинтересовалась она и принюхалась у моей шеи.

– Эй! – отпрянула я от нее.

– Хм-м-м, – протянула Бэлла, но сказала о другом. – Кое-кому надо снять швы.

– Да. – мрачно ответила я.

– Я пойду с тобой.

– Договорились. Читала уже?

– Да… – вздохнув, ответила Бэлла.

– Несправедливость дичайшая… – жуя, произнесла я.

Бэлла кивнула. Да, действительно несправедливость! Боги с тем, что два этапа слепили в одно состязание и с напряжением в отношениях с ректором, – ерунда, несправедливость заключалась, что в одной половине объединенного этапа требовалось создать артефакт! Как можно выполнить подобное задание, учитывая то, что в Университете Магов не было такой дисциплины? Как это понимать?

– Не нам их судить. – философски произнесла Бэлла и толкнула дверь в лекарский пункт. По мере наших обсуждений-тихих возмущений, мы добрались и до госпожи Льюис.

– Ты права, в нас слишком мало веса! – ответила ей я, заходя в кабинет.

Мы сразу попали под зоркий взгляд рожденной альвами, и она рассудила:

– В вас, Лорски, все же есть нечто ненужное и маловесящее, проходи и ложись, будем избавлять тебя от лишних ниточек.

– Скажите, Со выздоровела? – уважительно спросила Бэлла.

Госпожа Льюис одарила мою подругу пронзительным взором своих прекрасных глаз, как будто Бэлла могла затевать что-то нехорошее против конкурентки, но, не обнаружив никаких несоответствий, ответила:

– Полностью исцелена…

– Отлично! – обрадовалась Бэлла.

– Саша, ты почему еще здесь? Марш раздеваться! – приказал мне госпожа Льюис.

Я не хотела взбесить специалиста по магии исцеления и поспешила пройти за занавеску для того, чтобы оголить свою спину. Рожденная альвами еще немного повозилась с расставлением своих склянок-банок и подошла ко мне. Она провела ладонью по ране и сказала:

– Какая замечательная регенерация, неожиданно! Я не рассчитывала на такую скорость, выдергивать нитки будет неприятно. Ты что-то принимала для заживления?

– Нет, никаких зелий и ничего подобного…

– Ладно, будем считать, что это твоя личная особенность! – произнесла главный и единственный лекарь в академии и приступила к удалению швов.

Когда она очистила мою кожу от нитей, госпожа Льюис слегка похлопала меня по спине и сказала:

– Готово! Можешь идти!

– Спасибо! – поблагодарила я и поспешила одеться, чтобы не случилось, как в прошлый раз. Я все еще помню, насколько унизительными были мои чувства.

– Постой, возьми с моего стола новые капли! Попробуем вернуть цвет твоему глазу с этим настоем! Если в течении двух недель ничего не поменяется – подойди.

– Хорошо!

Я согласилась и новое лекарство даже взяла, но было у меня такое предчувствие, похожее на изжогу, как будто бы ничего из этого уже не выйдет.

– Прежде чем Ручеек и Бэн примутся в нас впихивать все азы артефакторского дела, забежим к Со? – неожиданно спросила у меня Бэлла

– Зачем? – спросила я, но сама уже направилась туда, куда шла Бэлла.

– Участники из Пелагического такие интересные, тебе понравиться, вот, увидишь!

– И что в них интересного? – не понимая, переспросила я.

Бэлла сверкнула глазами, оставляя интригу.

– Это Андироган на тебя так влияет! – проворчала я.

Бэлла широко улыбнулась, а, взяв меня под руку, заговорщицки прошептала:

– Это я на него так влияю, в себя влюбляю!

– Женитесь уже скорее… – со смехом предложила я.

– Сделаем! – прищурив глаза, согласилась Бэлла с моим предложением.

Три стука в дверь комнаты Со, и нам открыла улыбчивая и симпатичная девчушка со смешной светлой и непривычно короткостриженой головой. Милашка!

– Привет, Бэлла! Рада видеть! Ты с подругой? – спросила Со.

– Привет Со, я решила, немного поддержать тебя перед этапом, а то потом сочтут, что мы тебя отравить пытались. – и фокусница-Бэлла достала откуда-то коробку дорогущего шоколада.

– Отравить можно и до этапа. – невинно заметила я, откровенно завидуя, меня Бэлла никогда не подкармливала.

– А ты, Саша, да? – спросила меня Со, разглядывая во все широко раскрытые глаза. – Проходите, не стойте в дверях. Дракгхильский шоколад следует есть не торопясь!

– Дракгильский шоколад? – переспросила я, ничего не зная о таком лакомстве, и тут я поняла. Это угощение не для Со, это Бэлла нам скармливала подарок Андирогана. Как жестоко! Я укоризненно посмотрела на Бэллу. Та лишь, повела плечиком, мол, не жалуйся, как же лучше хочу.

– Ну, точно Ее Владычество… – пробормотала я, но никто меня не услышал и зашла в комнату для знакомства с подругой Бэллой. Кто знает, может, и мы сможем стать хорошими приятельницами.

Озарение свалившиеся на меня в это мгновенье, заставило меня перестать дышать. Я четком поняла, насколько сильно поменялась, по сравнению с прошлым годом. Я уже не избегала нового общения и не придерживалась отшельничества, и все это началось именно с Бэллы! Боги, хорошо, что я тогда ее спасла, а ведь когда-то думала по-другому. Какая глупость!

­

– Ух ты! – вырвалось у меня, когда я осмотрела комнату Со.

– Я же говорила, тебе понравится! – пихнула меня локтем в правое подреберье истинная дочь Дариуса Сидиру.

Комната действительно отличалась. Нет, не мебельным гарнитуром, это оставалось примерно схожим, однако, невозможно было не заметить у постели массивный сборный металлический артефакт с колбой, где пузырилась вода.

Со заметила мой интерес, но решилась открытся лишь после короткого взгляда на Бэллу, прежде посомневавшись.

– Это дыхательная установка. – с неуверенностью в голосе сказала милая «рыбка».

– Дыхательная? – удивилась я.

– Да, дыхательная! – влезла Бэлла со своими комментариями. – Представляешь, Саша, мы думали, что это сказки, а, оказалось, явь! Расскажи ей, Со, она восхититься!

Со сморщилась, явно не разделяя это восхищение, но послушалась:

– Не сказки! Интернат находится на глубине океана, почти на самом его дне, из-за этого маги амагических территорий растут на протяжении многих лет под толщей воды. Со временем нам становится сложно дышать на поверхности…

«То есть, не просто так я прозвала их «рыбками», как чувствовала!» – подумала я.

Тем временем, Со продолжала:

– День мы спокойно переносим, а ночью нам требуется вода. И это махина позволяет мне дышать воздухом, в котором вы бы захлебнулись!

Я обошла вокруг этой здоровенной штуки и не увидела источника питания, как в обычных артефактах.

– Слушай, а это артефакт? – спросила я.

Со помахала головой, отрицая:

– Нет, это механизм! Технология родственная с артефакторикой, однако, в этой штуке, – она похлопала по жестянке рукой, – нет ни капли магии!

– Восторг! – ответила я. – Для амагический территорий то, что нужно!

– А как же этот этап игр? – постукивая по губам указательным пальцем, спросила Бэлла.

На лицо Со набежала тень, а это о многом говорило.

– Ясно, не будем об этом! – понимающе перестала Бэлла и села прямо на ковер.

Завалиться на чужую кровать – и мне казалось слишком ранним удовольствием, поэтому я присоединилась к ней, затем опустилась и Со. Открыв коробку местной сладости, комнату сразу наполнил терпкий аромат. Я и Со чуть ли не носы в коробку засунули. Там, в красивой блестящей и шуршащей упаковочной бумаге лежала толстая плитка шоколада, которую Бэлла щедро и царственно разделила на нас троих.

Откусив малюсенький кусочек угощения, мы втроем замычали от удовольствия…

– М-м-м…

– Какая вкуснотища! – облизываясь, произнесла Бэлла и откусила еще кусочек невероятной вкусности.

– Да, женишок твой постарался! – ответственно заявила я, облизывая палец.

– Ты уже обещана? – озадаченно спросила Со.

– Да. – теперь и на Бэллу набежала тень, которая четко дала понять, что Со не стоило продолжать расспрашивать. И эта умная «рыбка» не стала. А из нее выйдет отличная подруга, но всему свое время.

За пустой девичьей болтовней мы разделались с подарком Андирогана, даже я осталась ему благодарна – было очень вкусно. Но, пришло время уходить.

– Нам пора, – прощебетала Бэлла, – Будем молниеносно разучивать предмет, о которым впервые слышим.

– Как и мы… – призналась Со. Однако, их механика имела схожую природу, им сориентироваться будет всяко легче.

– Ничего, напитывавшись силой шоколада, мы справимся! В конце концов, решающий тур последний, нам же ясно дали это понять… – сказала я.

На том и распрощались, нам, правда, было пора на сбор, которые устраивали наши кураторы. Хорошо, что состязание было назначено на завтра, иначе мы бы не успели и минимально подготовиться!

Собрание участников был объявлен у Сирилла в комнате, ибо библиотека была аккупирована академическими участниками, что же, пожалуйста.

В комнате нашего лидера уже все собрались, ждали только нас. Мы радостно поприветствовали всю команду, ибо без иронии смотреть на эту ситуацию было невозможно.

– Отлично! – слово взял Бэн. – Теперь все в сборе. Итак, внесем ясность! Кому и что известно в такой точной науке, как Артефакторское Дело?

– В университете такого предмета не преподают… – заметил уже известную вещь Лиорн.

Сирилл уже набрал грудь, чтобы вылить весь свой гнев через рот, в принципе, было за что. Его злость была справедливая и честная, но секундный взгляд от Ручейка, и Сирилл сдулся, оставив все свои эмоции при себе. Блестящее влияние! Я даже посмотрела на Ручейка с уважением, и зря. Рожденный альвами поймал мой взгляд. Сердце рухнуло в живот, но силой воли я отвела глаза, нет, больше нет.

– Я немного начала в ней разбираться, но, боюсь этих ничтожных знаний маловато для объединенного этапа масштабных игр.

– Даже маленький ручей способен утолить жажду, Саша! – произнес Ручеек, заставив меня проглотить слюну. И почему мне было неловко перед ним? С какой бездны?

– Этой ночью, вам предстоит мно-о-о-о-го работы! – издевательски протянул Бэн, теперь ему и игры были до пламени, он-то свое сокровище встретил…

Но несмотря на влюбленность своего бывшего декана пламенного факультета, он был беспощаден к нам, к участникам. Он заставлял, перепроверял и обязательно убеждался – получен ли годный результат.

Сирилл бесился, ему было тяжелее всех так долго концентрироваться на умственной работе, все же он ее умело разбавлял силовой нагрузкой, а тут такой возможности не предоставили, ну, и темперамент... Стоило Сириллу попытаться взорваться от усталости, как спасительный и все понимающий Ручеек оказывался рядом, клал тяжелую ладонь ему на плечо и с невозмутимостью повторял:

– Ты справишься, Сирилл! Ты можешь!

И так происходило много-много раз...

Ночка выдалась аховая, как и обещал всем нам Бэн. Но к утру мы стали мастерить не простецкие артефактики, типа которых мы разучили с Генривалем Плайсом, а очень даже неплохие изделия.

– И откуда ты знаешь все это? – спросила его я, разминая затекшую шею. Все мы были измотаны до невозможности.

Я хорошо учился, Лорски! – с очаровательной улыбкой ответил Бэн.

– И все же? – спросила Миранда, и ей было интересно, а не только я такая любопытная.

– По долгу службы, я обязан знать все, а теперь, идите.

«Службы» – это слово засело у меня в голове и звенело какое-то время, о какой службе он упомянул? О доле преподавательской? Что-то не похоже… И, возможно, я бы задала свой вопрос. Как раз, все уже собирались уходить и побыстрее, а то как, кто остановит и заставит еще какую побрякушку сотворить, ну, кроме Сирилла, это все же была его комната. Он уходить не торопился. Однако, возможности продолжить тему службы Бэна не было, ведь меня остановил спокойный, но все еще холодный, голос вместе с крепким захватом рук на моем предплечье.

– Хочу с тобой побеседовать, Саш, позволишь?

Мой взгляд тут же устремился к его лицу. Почему именно сейчас, он решил поговорить со мной?

– Твой глаз… – прошептал Ручеек.

Глаз и глаз, голубой тоже красивый. Бэлла толкнула меня на выходе, чтобы я не смела отказываться и ушла, не оборачиваясь.

– Пойдем. – отвернувшись, сказала я.

– Поднимемся на башню? Оттуда вид… моя душа поет…

– Хорошо, дадим возможность твоей душе спеть. – со вздохом полным усталости ответила я. И вместе с Ручейком мы пошли на башню для полетов, символично, не так ли?