— Ну конечно! Мне же не нужно ехать! Пешком дойду! — выкрикнула я вслед проносящемуся мимо переполненному автобусу.

Поставила переноску на скамейку — из неё тут же донеслось грозное рычание моего нового «спутника». Котёнок явно был не в восторге от происходящего.

— Что делать будем? — обратилась я к нему, словно он мог выдать гениальный план спасения.

Кот лишь демонстративно повернулся ко мне пушистым хвостом и затих.

— Да… Очень содержательный ответ, — усмехнулась я. — Свалился же ты на мою голову, бедолага. Оставить тебя было некому, так что теперь наслаждайся поездкой, котик! Даже кличку тебе придумать не могу — оставлю эту почётную миссию дочкам. Пусть помучаются.

— И если ты меня осуждаешь за то, что мне симпатичен Денис, это твоё право. Я ведь женщина, и после тридцати жизнь не заканчивается! А что я видела с Лавровым? Ничего! До этого мне тоже проявляли знаки внимания мужчины, но я обрубала всё на корню. А сейчас, я наверное, просто устала быть сильной. Захотелось побыть немного девочкой… Но что-то пошло не так. И после того как я познакомилась с его женой, поняла: рано я расслабилась.

Резкий скрип тормозов разорвал мой разговор с животным. Я замерла, прислушиваясь. Из автомобиля донеслись незнакомые мужские голоса. Сердце ухнуло куда-то в пятки.

Хлопнули две двери. Я затаила дыхание, надеясь, что эти мужики просто захотели в туалет и их совершенно не интересует одинокая женщина на остановке.

Слышно было, как кто-то зашёл за остановку, сделал свои дела и вернулся в машину. Я сидела на краю скамейки, напряжённо вслушиваясь в каждый звук.

Зашуршали кусты.

И тут… из-за угла вывалился мужчина. Ему явно было сложно стоять на ногах — его занесло в сторону, прямо туда, где сидела я.

Он был… колоритный. Лет пятидесяти, с неопрятной бородой, в мятой рубашке навыпуск и брюках, которые явно видели лучшие времена. На ногах — кроссовки, один из которых угрожающе скрипел при каждом шаге.

— Опачки… Привет, красотка! — промямлил он заплетающимся языком и направился в мою сторону.

Уселся рядом на скамейку, едва не свалившись на меня. Дощечка под ним жалобно скрипнула, а в нос ударил густой запах перегара. Короче просто «Фу как не приятно!»

— И что это ты одна здесь делаешь? Меня Николай Васильевич звать, но для тебя — просто Коля или Колясик.

— Я не знакомлюсь! Мужчина, вам пора, — отодвинулась я от него.

— Как некультурно! — пробубнил он. — Михан! Михан! Сюда иди! Я здесь нашёл кого-то! — закричал он, икая. — Может, вас подвезти? Нельзя одной, опасно, а то утащат бабайки!

В этот момент, шатаясь, подошёл второй — видимо, тот самый Михан. Он выглядел старше первого и раза в два больше. Широкие плечи, массивная шея, лицо, будто высеченное из гранита, но с явными признаками длительного знакомства с алкоголем. В руках у него плескалась бутылка с чем-то подозрительно похожим на самогон.

— Вот это да… Вот это встреча! — протянул он гнусавым голосом, прищуриваясь.

— Мы с вами не знакомы, — отрезала я.

Он попытался сесть с другой стороны — там, где стояла переноска с котёнком. Чуть не приземлился на неё. Котёнок, не ожидавший такого напора, завопил что есть мочи. Мужик отшатнулся.

— О-о-о… Зверёк! — и начал совать пальцы, пытаясь погладить его.

Зверёк не заставил себя долго ждать. С криком «Моё! Моё!», наверное подумал что пришло время кормления и ему дают сосиски, он вцепился в пальцы. Мужчина вскочил, опрокинув переноску. Из неё доносились яростные мяукания.

— Он дикий! Ты чё, нахрен, его не кормишь, что ли? — шатался он, размахивая рукой с красными отметинами от кошачьих когтей.

— Калян, хватай бабу! Я разберусь с кашаком! — скомандовал второй.

Первый ринулся ко мне, пытаясь схватить за руку, но я резко развернулась и со всей силы толкнула его. Он завалился за скамейку, сложившись пополам.

— Ах ты, сука! — заревел второй и бросился на меня.

Не успела ничего предпринять. Его в прыжке перехватила чья-то рука.

— В машину, оба! — грозно прорычал мужской баритон. — Если сейчас же не оставите девушку в покое, я передумаю насчёт своего решения.

— Братан, да мы её не трогали! Ты это, не горячись, ладно? — залепетал первый, пытаясь подняться.

Второй, тот, что с бутылкой, тоже поспешил отступить, бормоча что-то невразумительное.

— Прошу прощения за этих двух, — обернулся ко мне спаситель. — Могу чем-то помочь?

Этот мужчина был моложе тех двоих. На вид лет тридцать. Высокий, подтянутый, с широкими плечами, обтянутыми простой белой футболкой. Тёмные штаны сидели идеально, будто сшитые на заказ. Лицо — строгое, с чёткими линиями, на лбу — небольшой шрам, придающий ему чуть опасный, но чертовски притягательный вид. А ещё — тёмные очки, скрывающие глаза, и массивная печатка на указательном пальце, блеснувшая на солнце.

Я отрицательно покачала головой.

— Не стоит. Мне достаточно на сегодня адреналина.

— Тогда, если будут проблемы, то звоните, — он протянул визитку.

— Надеюсь, не придётся воспользоваться, — взяла я карточку и сразу сунула в карман джинсов, даже не глядя, что там написано.

Он поставил на скамью переноску с возмущающимся котёнком. Собрал яблоки, которые высыпались, когда я толкнула Колясика.

— Виноград, к сожалению, уже всё. Могу заплатить за него, — поднимая размятую кисть, произнёс он.

— Не нужно ничего!

— Ну тогда прощайте.

— Угу, — кивнула я и отвернулась от него. Меня слегка подтрясывало. Обхватила себя руками, пытаясь успокоить пульс.

Он сел в машину, нажал на сигнал. Я повернулась. Водитель так и не снял тёмные очки. На солнце снова блеснула печатка на указательном пальце.

Машина отъехала, и только тогда я выдохнула и начала нервно искать такси.

И — о, аллилуйя! — кто-то всё-таки решился принять мой заказ. Машина оказалась неподалёку: через каких-то десять минут должен был подъехать белый Volkswagen Touareg с номером М060ОР.

Автомобиль плавно остановился у обочины. Дверца открылась, и из салона вышел Денис. Моё сердце пропустило удар — я буквально опешила. Воздух будто сгустился, а время на мгновение замерло.

— Вот это да… — невольно вырвалось у меня.

Он, словно не замечая моего потрясения, спокойно шагнул ко мне:

— Здравствуй. Давай помогу, — протянул руку к сумкам, будто ничего не произошло.

Я инстинктивно отступила назад, крепче сжимая ручки сумок. Внутри всё сжалось от смеси недоверия и тревоги.

— Ты что, следишь за мной? — голос дрогнул, выдавая волнение. — Не поверю, что ты в свободное время подрабатываешь в такси.

Денис внимательно посмотрел на меня.

— Поехали, — произнёс он мягко, но твёрдо. — По дороге я всё объясню. Или ты не хочешь попасть к дочкам? Судя по всему, ты уже не первый час здесь. Я не кусаюсь. Садись, — он открыл передо мной дверь, выжидающе глядя на меня.

Внутри бушевала буря: обида, гнев, недоверие, любопытство… и отчаянное желание поскорее увидеть детей.

— Ты считаешь нормальным сначала резко исчезать, а потом так же внезапно появляться из ниоткуда? — с вызовом бросила я, стараясь скрыть, как сильно меня задело его долгое молчание.

Он чуть склонил голову.

— Поверь, у меня была на это причина, — тихо произнёс Денис. — Я всё расскажу по дороге. Обещаю.

Несколько долгих секунд я колебалась, разрываясь между гордостью и желанием обнять дочерей. В груди что-то сжалось — я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках.

Наконец я сделала шаг вперёд и села в машину.

На мгновение повисла тяжёлая тишина. Денис то и дело поглядывал в мою сторону.

— Прости, что исчез, — начал он. — Это было нужно.

Я покачала головой и отвернулась к окну.

— Ты не обязан оправдываться передо мной. Просто не очень красиво поступил.

— Мне надо было уладить некоторые возникшие дела по работе. И с Никой тоже. Мы разводимся.

— Ммм… — протянула я, мысленно добавив: «Нет, ну а что — в ладоши, что ли, от счастья хлопать мне?» — Надеюсь, причина распада вашей семьи не во мне?

— И да, и нет.

— То есть?

— Мы с Никой только по документам муж и жена. По факту мы год уже не живём вместе.

— Почему ты год назад не развёлся?

— Меня попросил не делать этого её брат, чтоб не усугублять ситуацию. У Ники был сложный период в жизни.

— Не понимаю, зачем создавать видимость семьи, если её уже нет? Допустим, в моём случае… Зачем я буду сохранять свой брак, если уже и так понятно, что лучше не будет? Уже нечего беречь — стена под названием «семья» разрушена, и в одностороннем порядке её не восстановить. А если попытаться, то в итоге будет только хуже. И зачем тогда лишние попытки, которые приведут к ещё большим разрушениям, с вероятностью засыпать обломками ещё кого-то?

— У нас с тобой немного разные ситуации.

— Наверное, — только и ответила я, разглядывая знакомые места.

Мы свернули на грунтовую дорогу. С правой стороны появился лес — в детстве мы часто ходили туда за ягодами и грибами. Слева раскинулось огромное поле, за которым маленькими тёмными точками виднелась деревушка. Началась ужасная тряска: видимо, в этом году ответственные не удосужились пройтись грейдером. Котик возмущённо урчал в переноске.

Моё внимание привлекла девушка, идущая на краю обочины. Короткие шорты и майка, длинные волосы, ниспадающие ниже пояса, струились за ней, будто тёмный шёлковый шлейф. В её походке чувствовалась какая-то странная отрешённость.

Внезапно она замерла, словно уловив на себе чей-то взгляд. Затем девушка резко отпрянула в сторону леса и скрылась среди деревьев.

Я невольно вздрогнула. Что-то в её облике не давало покоя — слишком уж неестественной казалась эта внезапная спешка. «Может, испугалась? — подумала я. — Мало ли что у неё в голове…» Но внутри шевельнулось тревожное предчувствие.

Машина продолжала катиться по ухабистой дороге, постепенно приближаясь к деревне. Тёмные точки на горизонте обретали чёткие очертания: сначала проступили контуры старых деревянных домов с покосившимися крышами, затем стали видны узкие тропинки между дворами и одинокие яблони у заборов.

Воздух словно сгустился — в нём смешался терпкий запах свежескошенной травы и полевых цветов. Где-то за забором залаяла собака, и ей тут же откликнулись ещё две — их гулкое эхо прокатилось по улицам, будто предупреждая о нашем появлении.

У обочины стояла старая скамейка с выцветшей краской, рядом — колодец с покосившимся журавлём. Возле него замерла женщина в платке и цветастом халате, проводившая нас долгим, изучающим взглядом. Её лицо показалось мне знакомым. Она не улыбнулась, не кивнула — просто смотрела, пока мы не проехали мимо, а потом медленно повернулась и пошла в сторону одного из домов.

Котик в переноске вдруг затих, настороженно подняв уши. Дорога сделала последний поворот — и перед нами открылась центральная улица деревни: старые дома с резными наличниками, клумбы с цветами у заборов.

— Я помогу тебе с вещами, — Денис нарушил молчание, бросив короткий взгляд в мою сторону.

Я пожала плечами.

— Если ты торопишься, то я сама справлюсь.

Он усмехнулся, припарковывая машину у обочины.

— У меня нет планов на эти выходные, — улыбнулся он мне, и в уголках его глаз собрались едва заметные морщинки. — Правда.

«Ага, прям взяла и пригласила провести их вместе», — пронеслось у меня в голове. Я сжала ремешок сумки чуть сильнее, отгоняя предательское желание. Мне достаточно смски, и не нужно несколько раз повторять. Да и не верю я в его «развод». Довёз — и хватит с него, — твердила я себе, пытаясь унять внутреннюю борьбу.

Глубоко вдохнув, я подняла на него взгляд — нарочито спокойный, чуть отстранённый.

— Хорошо. Поможешь — и езжай по своим делам. Задерживать не буду.

Денис на мгновение замер, словно пытаясь прочесть что-то в моём взгляде. Его улыбка чуть померкла, но он кивнул:

— Как скажешь. Но я не против поровести выходные в единении с природой. Может, у вас здесь гостиница имеется?

Я вскинула бровь и окинула взглядом центральную улицу: покосившийся указатель «Добро пожаловать Дядькино», пара кур, деловито разгуливающих по дороге, и ветхая ферма за холмом с провисшей крышей.

— Ага, и пятизвёздочный отель вон там, за углом, — кивнула я, указывая в сторону заброшенной фермы. — С бассейном, спа-зоной и персональным дворецким. Правда, дворецкий — это петух Петя, но зато он очень ответственно подходит к утренним побудкам в пять утра.

Денис расхохотался, а потом вдруг неожиданно притянул меня к себе и поцеловал.

Я опешила — настолько, что даже не успела активировать режим «железной леди» с функцией «отшить за доли секунды». Мозг завис, как старый компьютер, пытаясь обработать внезапное обновление в сценарии «холодно-вежливое прощание».

Когда Денис отстранился, я моргнула пару раз, собрала рассыпавшиеся мысли в кучку и стремительно выскользнула из машины, прихватив только сумочку.

«Хотел помочь? Так пожалуйста! Но только с вещами, без вот этих вот… неожиданных бонусов», — мысленно поставила я границы.

Уже шагая к дому, бросила через плечо:

— Если будешь таскать пакеты с таким же напором, как целоваться, то я, пожалуй, сама их донесу.

Денис, всё ещё улыбаясь, покачал головой:

— Учту на будущее.

Я лишь фыркнула, стараясь не замечать, как предательски теплеют щёки.

«Так, стоп. Спокойно. Глубокий вдох. Надо держаться от него подальше. Иначе в следующий раз за себя я не отвечаю...»