Я уже застегивала босоножки, когда в замочной скважине послышался противный скрежет — будто кто-то пытался вскрыть дверь консервным ножом.

«Мышь? Да какая тут мышь… Лавров, будь он неладен!» — мысленно выругалась я, глядя в глазок.

На пороге, как ни в чём не бывало, стоял Саша. В той самой рубашке, которую я выкинула в окно.

— Что надо? — рявкнула я в щель, не торопясь открывать.

— Я за вещами пришёл. Ты собрала? — он попытался изобразить невинность, но глаза бегали, как у кота, застуканного у миски со сметаной.

— Отойди. Сейчас вынесу.

Он сделал шаг назад, но с лица не сходила эта его фирменная ухмылка — «я же такой милый, ну прости».

— А что, даже чаем не напоишь? Я вот с утра не ел ещё…

— Перебьёшься! — дверь распахнулась с таким грохотом, что соседская собака за стеной залилась истеричным лаем. — Пусть мать твоя или Ниночка кормит!

Я вытолкнула в коридор два чемодана, сверху грохнула его ноутбук — тот самый, на который он «сам зарабатывал», пока три месяца сидел на моём диване и «искал идеальную работу для себя».

Уже хотела захлопнуть дверь, но Саша не дал — сунул ногу в щель.

— Давай поговорим! — заскулил он, потому что я дёрнула дверь со всей силы.

— Мне не о чём с тобой разговаривать! — отрезала я ледяным тоном, начиная выталкивать его ногу. — У тебя минута.

— Да стой ты! — он наконец убрал ногу, поднял руки в жесте «сдаюсь». — Может, попробуем всё вернуть? Я честно буду стараться. Вчера устроился на работу.

Я рассмеялась — громко, почти истерично.

— Возвращать больше нечего! Пойми уже это! Ты год мне изменял! Работай где хочешь, я рада за тебя!

— Ты из-за этого мужика? Который караулит тебя внизу?

— Не понимаю о ком ты. — спокойно ответила я.

— Ах так?! А ничего, что ты мне должна ещё? — его лицо исказилось, будто я только что растоптала его последнюю надежду.

— Я всё твоё шмотье вынесла. Что тебе ещё надо?

— Обои в гостиную покупали на мои деньги!

Я замерла. Потом медленно повернулась, глядя на него с таким презрением, что он невольно отступил.

— Ах, вон до чего дошло? Подожди тогда…

Хлопнув дверью, я метнулась на кухню, схватила большой мусорный пакет и вернулась в гостиную. Схватила нож и с остервенением начала сдирать обои — слой за слоем, оставляя на стене рваные клочья «совместного прошлого».

Через пять минут пакет был полон. Я распахнула дверь и швырнула его Саше прямо в руки.

— Подавись! Остальное позже отдам. И больше чтоб я не видела тебя здесь!

— Но…

— Замок я сменила, — перебила я, глядя ему прямо в глаза. — Так что не пытайся ломиться. Иначе напишу заявление в полицию. И поверь, на этот раз — не шучу.

Дверь захлопнулась с таким звуком, будто рухнула последняя декорация в его личном театре абсурда.

Я прислонилась к двери, глубоко вздохнула, пытаясь унять бешеный ритм сердца. И тут — голос. Женский. Тихий, дрожащий.

«Нина…» — мелькнуло в голове. Конечно, она прибежала, услышав голос своего «любовничка».

Прислушалась. Слова доносились приглушённо, но разборчиво.

— Саша, мне нужно тебе кое-что сказать! — залепетала Нина.

— Говори, — пробубнил он без особого интереса.

— Я люблю тебя. Может, мы вместе начнём жить? Ты же с женой всё равно разводишься…

— Угу, — снова его равнодушное мычание.

— Так ты согласен?! — в голосе Нины зазвенела надежда.

Я посмотрела на часы — стрелки безжалостно показывали: «опоздание неизбежно».

«Ну уж нет, пусть их драма развивается без моего присутствия», — подумала я и резко распахнула дверь.

Оба вздрогнули, будто их снова застали за чем-то неприличным.

— Продолжайте! — бросила я с улыбкой, выходя из квартиры. — Кстати, Нина, ты уже сказала Саше новость?

Девушка опустила глаза, нервно теребя край свитера, и отрицательно покачала головой.

— Какую?! — уставился на меня Лавров, явно не понимая, о чём речь.

— Это ты у своей «коняшки» спроси, — усмехнулась я, запирая дверь на новый замок с приятным щелчком. Звонким… как финал хорошего спектакля.

Развернулась и направилась к лифту.

— Я… Я… беременна… У нас будет ребёнок, — пролепетала Нина как раз в тот момент, когда двери лифта распахнулись.

А там — сюрприз! — стояла мать Нины. Высокая, статная, с взглядом, которым можно заморозить кипяток.

— Кто беременна?! Нина?! — её голос взлетел на октаву выше, превратившись в боевой клич.

Двери лифта закрылись, отрезая меня от эпической развязки. Я даже не успела насладиться выражением лиц — Сашиного «я не виноват», Нины — «мама, прости», и её мамы — «сейчас будет всем крышка».

Лифт плавно поехал вниз. Я закрыла глаза и мысленно произнесла:

«Так. Обои в гостиной. Надо переклеить. Какие взять? В цветочек? В полоску? Или, может, вообще покрасить?»

В голове уже рисовались варианты:

бежевые — классика, успокаивает;

серые — стильно, но мрачно;

с геометрическим узором — дерзко, как мой сегодняшний день.

«А может, просто покрасить в светлый цвет? — подумала я. — Чтобы всё было чисто. Как новая страница».

Лифт остановился. Я вышла, вдохнула свежий воздух и улыбнулась.

— Алина! — раздался за спиной знакомый голос.

Я замерла на полушаге. «Ах, вот о ком Лавров говорил… Только тебя для полного счастья не хватало». Стиснув ремешок сумки, я ускорила шаг, сворачивая в переулок.

— Алина, подожди! — Денис легко догнал меня, преградив путь.

Его волосы были взъерошены, будто он только что пробежал пару кварталов, а в глазах — смесь решимости и тревоги.

— Если я задержусь, то опоздаю на работу! — выпалила я, демонстративно глядя на часы. — Не самое удачное время ты выбрал для… чего бы то ни было.

— Я тебе звонил. Ты не отвечала. Я хотел всё объяснить.

— Не нужно мне ничего объяснять, — я скрестила руки на груди. — И уж точно не обязана выслушивать оправдания. Один поцелуй не значит, что мы должны отчитываться друг перед другом.

— Но я не могу начинать отношения со лжи.

— Ты уже попытался, — я приподняла бровь, выдерживая его взгляд. — И как-то не очень убедительно. Просто не хочу тратить время на разговоры, которые ни к чему не приведут.

— Да, признаю. Это была ошибка, — он сделал шаг ближе, но не нарушил границы. — Я хочу объясниться. Честно.

— Сейчас мне не до этого, — я снова посмотрела на часы. — Я опаздываю. И если ты думаешь, что…

— Хорошо, — перебил он, поднимая ладони в жесте капитуляции. — Тогда я встречу тебя после работы. И не отстану, пока ты меня не выслушаешь. Потом — решай сама: хочешь продолжать общение или нет. — До вечера, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза.

— Пока, — выдавила я, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость.

Развернулась и пошла к остановке, чувствуя, как горят щёки. Ветер тут же подхватил выбившуюся из причёски прядь, будто нарочно пытаясь добавить хаоса в мой и без того растревоженный мир.

«Ну вот. Теперь весь день буду думать об этом разговоре», — мысленно вздохнула я, ускоряя шаг. — «И почему я так отреагировала? Могла бы просто рассмеяться, отшутиться… А вместо этого — лицо как у помидора и голос дрожит, будто я впервые в жизни с парнем заговорила!»

В офисе царил привычный гул: кто-то яростно стучал по клавиатуре, кто-то заливисто смеялся у кофемашины. Я плюхнулась за свой стол, пытаясь собраться с мыслями, но тут в кабинет вихрем ворвалась Яна — сияющая, с чашкой ароматного латте в руке.

— О, ты уже здесь! — она плюхнулась на соседний стул, не дожидаясь приглашения. — Слушай, я тебе сейчас такое расскажу!

Я натянуто улыбнулась:

— Ну давай, удивляй.

— Представляешь, Игорь вчера звонил! — Яна заговорщически понизила голос. — Говорит, Денис вернулся.

Я едва сдержала вздох. «Ну конечно. Кто бы сомневался, что эта новость долетит до меня через третьи руки».

— Да, я в курсе, — ответила я как можно равнодушнее, делая вид, что изучаю график на мониторе.

Яна замерла, прищурившись:

— Ты… знаешь? Но откуда?

— Просто знаю, — я пожала плечами, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Слухи, знаешь ли, распространяются быстрее, чем мы успеваем их замечать.

Она недоверчиво хмыкнула:

— Ладно, мисс Загадка. Но ты хотя бы скажи — это ведь что-то значит для тебя, да?

— Ничего не значит, — выдавила я, заставляя себя улыбнуться. — Просто ещё один человек в огромном городе.

Яна скептически подняла бровь, но, к счастью, не стала настаивать.

— Ну-ну. Ладно, оставлю тебя в твоём царстве цифр и графиков. Но если вдруг передумаешь молчать — ты знаешь, где меня найти!

Она вскочила со стула, подхватила свою чашку и выпорхнула из кабинета, оставив после себя шлейф шоколадного аромата и облако невысказанных вопросов.

Я откинулась на спинку кресла, закрыв глаза.

«Почему всё так сложно? Почему нельзя просто взять и перестать думать о нём? Почему сердце до сих пор делает кульбит при одном упоминании его имени?»

Экран монитора мерцал, цифры сливались в бессмысленный узор. Я глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться на работе, но мысли упорно возвращались к одному-единственному человеку.

«Ну почему он не выходит из головы? Словно приклеен суперклеем к моим мозговым извилинам!»

Часы ползли невыносимо медленно, словно издеваясь надо мной. Каждая минута тянулась, как густой мёд, капающий с ложки. Стрелка часов, будто дразня, еле-еле продвигалась вперёд.

18:00. Наконец-то!

Я собрала вещи, мысленно рисуя себе картину идеального вечера: пицца, любимый ромком и полное забытие всех тревог. Но в глубине души что-то царапало — неясное предчувствие, от которого было не избавиться.

Выйдя на улицу, я окинула взглядом парковку. Ни его машины, ни самого Дениса. Пусто.

Направляясь домой, я чувствовала, как внутри нарастает странное напряжение. Недельное исчезновение… Что же произошло на самом деле? Случайность? Или за этим кроется что-то большее?

В голове крутились тысячи вопросов, на которые не было ответов. Почему он пропал? Что скрывает?

До дома оставалось всего несколько минут ходьбы, когда мой телефон завибрировал. На экране высветилось незнакомый номер.

«Кто это может быть?» — пронеслось в голове, пока я смотрела на не принятый вызов.

Решив не отвечать сейчас, я убрала телефон в сумку, чувствуя, как напряжение дня постепенно отпускает.

Дверь квартиры распахнулась, и мой пушистый тиран, словно маленький танк, ринулся навстречу. Его зелёные глаза горели предвкушением, а хвост колотил по полу.

— О, великий повелитель миски! — усмехнулась я, наклоняясь к этому шерстяному комку эгоизма. — И куда только в тебя лезет? Ешь и не толстеешь! Хотя, глядя на твой аппетит, можно подумать, что у тебя всё же есть глисты.

Он лишь презрительно мяукнул.

Миска, как всегда, была вылизана до идеального блеска. Насыпав порцию корма, я невольно улыбнулась, наблюдая, как этот маленький деспот с царственным видом приступил к трапезе.

Достав телефон, я замерла. Сообщение с незнакомого номера:

«Оставь в покое Дениса! Иначе тебе крышка!»

Кто-то явно не хотел, чтобы я была рядом с Денисом. И этот кто-то был готов пойти очень далеко…