Клод

Клод спрятал руки в карманы, чтобы никто не заметил, что они у него дрожат. Ему удалось быстро успокоить герцогиню и ее дочь, заверив их, что это всего лишь птица врезалась в стекло и напугала одну из служанок. Она порезалась осколками, поэтому сейчас к ним приедет доктор Шмидт, чтобы помочь девушке.

Он знал, какой глупой выглядит его ложь, но ничего другого придумать не смог. Ката постаралась переключить внимание гостей на подготовку к балу и последние сплетни, кто из скандальных персон посетит дворец. Лишь Изабелла выглядела встревоженной, то и дело поправляла юбку, хотя та была в полном порядке. Бросала на Клода взгляды, словно хотела что-то спросить, но подходящего момента для ее вопроса так и не случилось.

Выйдя из библиотеки, в которой остались женщины, Клод столкнулся с Майлзом. Во всей этой суматохе он совсем забыл о нем. Мошенник был растрепан, щеки заливал румянец, а одежда запачкана грязью.

– Мне все еще нужно приглашение на бал, – напомнил о причине своего визита Майлз. – Я должен быть там, понимаешь?

– Я попробую уладить этот вопрос, но ничего не обещаю.

– Нет, Клод, так дела не делаются, – твердо сказал Майлз. – Мы теперь в одном бизнесе и должны быть партнерами во всем. Нравится тебе это или нет.

Появление капитана Лейка не дало Клоду ответить на слова Майлза, и он порадовался этому, хотя знал, что приглашение раздобыть все-таки придется.

* * *

Видеть Молли изможденной было тяжело. Каждый ее вздох отдавался болью в сердце Клода. Ему хотелось обнять ее и защитить ото всех неприятностей. Он слушал ее рассказ о том, что случилось, и гадал, что еще произошло в жизни этой девушки, о чем она ему никогда не расскажет. Ведь если бы не сегодняшнее происшествие, она бы никогда не поделилась с ним, что Зино уже пытался напасть на нее. Молли не доверяет ему? Или считает, что нет смысла делиться с ним, ведь он всего лишь эпизод в ее жизни? От этих мыслей Клоду стало еще тоскливее. Он сделает все, чтобы Молли осталась с ним. Даже если за это придется заплатить высокую цену, он готов к этому. И признание в любви само сорвалось с его губ.

Клод видел, какое смятение отразилось в глазах Молли на его слова, и закрыл ей рот поцелуем, боясь услышать, что он ей не нужен. Этот поцелуй вскружил ему голову, заставив забыть обо всем и, даже услышав, как отворилась дверь, он не смог найти в себе сил отпустить девушку.

– Что здесь происходит? – словно гром, прогремел голос герцогини Фокс. Клод вздрогнул и отстранился от Молли. Поднялся на ноги и, обернувшись, посмотрел на женщину, в глазах которой горел гнев. У нее дрожали губы, и она смотрела на Клода как на безобразное насекомое, случайно оказавшееся на ее выходном платье. Молли поднялась следом, и Клод заметил, каких усилий ей это стоило.

– Полагаю, не врывайтесь вы без стука, вам не пришлось бы задаваться этим вопросом, – сурово сказал Клод.

– Ты грубишь мне? – вскинулась герцогиня. – Это неслыханно, Клод! Я застаю тебя в неоднозначной ситуации, а ты, вместо того чтобы извиниться за то, что мне пришлось увидеть, говоришь такое!

– Леди Фокс… – начал Клод, с трудом сдерживая раздражение.

– Ты должен немедленно выгнать эту мерзавку! – указывая пальцем на Молли, потребовала герцогиня. – Ты подаешь моей дочери дурной пример! Что, если бы сюда зашла Изабелла, а не я? И увидела, как ты целуешься с этой служанкой?

– Я думаю, Изабелле хватило бы ума постучать, – устало сказал Клод.

– Не смей оскорблять меня! – вспыхнула герцогиня и перевела пылающий взгляд на Молли. – Это ты во всем виновата!

– Леди Фокс… – хрипло начала Молли, но пощечина герцогини оборвала ее слова. Клод, не ожидавший такого поворота событий, на секунду растерялся.

– Я все расскажу твоим родителям, и пусть тебе будет стыдно за свое поведение! – властно проговорила герцогиня, вскинув подбородок.

– Вы забываетесь, леди Фокс, – беря за плечи ошеломленную Молли, сухо проговорил Клод. Его трясло от злости, но он знал, что, если покажет свои чувства, станет только хуже. – Сейчас вы находитесь в моем доме, и ваше поведение по отношению ко мне и тем, кто живет под этой крышей, недопустимо. Вы должны извиниться перед Молли.

Герцогиня удивленно уставилась на Клода. Ее щеки стали пунцовыми, а дыхание участилось. Ему даже показалось, что она не прочь наброситься на него с кулаками. Молли тихо всхлипнула, и Клод ощутил, как дрогнули ее плечи.

– Не думай, Клод, что я прощу тебе твое гостеприимство, – высокомерно произнесла герцогиня и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Молли разрыдалась, и Клод обнял ее.

– Уходи! – сквозь слезы просипела девушка. – Пожалуйста, Клод, я не хочу, чтобы ты ругался из-за меня со своей семьей!

– Леди Фокс не моя семья, – беря в руки лицо Молли, тихо проговорил Клод. На щеке, по которой ее ударила герцогиня, выступили малиновые пятна.

– Она часть того мира, к которому ты принадлежишь, – отстраняясь от Клода, сказала Молли. – Я ведь уеду, а ты останешься, и тебе придется заново выстраивать отношения с этими людьми. Зачем тебе такое горькое послевкусие?

– Я тебя не отпущу, – сгребая Молли в объятия, горячо проговорил Клод.

– Отпустишь, – глядя ему в глаза, сказала Молли. – У тебя не будет другого выбора, Клод. У нас нет будущего, пойми это.

Молли выскользнула из его рук и, подойдя к двери, распахнула ее. Клод сделал пару шагов и замер в нерешительности. Он не хотел принимать такую правду, слишком болезненной она была для него.

– Я не сдамся, – тихо сказал Клод, глядя на заплаканную Молли.

– Уходи.

Клод переступил порог и услышал, как за спиной хлопнула дверь, а потом в замке повернулся ключ.

* * *

Клод проснулся от головной боли. Открыл глаза и поморщился. У виска словно сидел дятел и долбил в него клювом что есть мочи. Смотреть на свет, что лился из окна, шторы на котором Клод забыл задернуть, было больно, и он зажмурился. Перевернулся на живот и спрятал лицо в подушку. Слова, брошенные вчера Молли, снова звенели у него в ушах. Ему хотелось, чтобы это было всего лишь сном, но он знал, что это не так.

В дверь постучали. Клод тяжело вздохнул и приподнялся.

– Что случилось? – кашлянув, спросил он.

– Вам звонит мистер Дин, – донесся из-за двери голос Бернарда. – Я попросил его подождать на проводе.

Клод вскочил с кровати и, наступив на край одеяла, поскользнулся и едва не упал. Зацепился пижамной штаниной за угол кровати и, рванувшись вперед, услышал, как рвется ткань. Да что за утро такое! Выскочив в коридор, он понял, что потянул мышцу. Хромая, спустился в гостиную, где стоял телефон, и схватил трубку.

– Говорите, – едва переведя дыхание, произнес Клод.

– Доброе утро, мистер Аверилл, – прозвучал мелодичный мужской голос. – Вы обращались ко мне с вопросами о частной жизни своей жены. Отчет уже готов, и вы можете с ним ознакомиться, а также спросить о том, что вам интересно.

– Да, конечно, – отрывисто произнес Клод, нервно проведя рукой по волосам. Во рту вдруг пересохло, а сердце забилось чаще. Сегодня он узнает правду, и все встанет на свои места. Остается только понять, как ему жить с этой правдой дальше. Хотя почему он сразу думает о плохом? Вдруг все его подозрения напрасны и Ката ему верна?

– Жду вас к двенадцати, – бодро закончил мужчина и отключился.

Клод рассеянно повесил трубку. Сердце все еще бешено стучало. Он подумал, что надо пойти и выпить холодной воды, чтобы немного успокоиться.

На лестнице послышались голоса, и, подняв голову, Клод увидел, как по ступенькам спускаются Молли и Верджил.

Его младший брат шел спиной вперед, что-то с воодушевлением рассказывая девушке, которая ему снисходительно улыбалась. На Молли было темно-зеленое платье из плотной ткани, волосы были перехвачены лентой, не дававшей им падать на лицо. Она бросила на Клода короткий взгляд и снова переключилась на собеседника. Клод так стиснул зубы, что они скрипнули.

– Эта прекрасная леди дважды за утро сказала мне «да»! – довольно сообщил Верджил, протягивая Молли руку, чтобы помочь спуститься с последней ступеньки. У Клода возникло ощущение, что в полу образовалась черная дыра и его сейчас туда затянет.

– Правда? – чужим голосом произнес Клод, боясь посмотреть на Молли.

– Она согласилась пойти со мной на бал и разрешила мне нарисовать ее, – сообщил Верджил и улыбнулся. – Сделать для нее официальный портрет.

– Пойду позавтракаю, и меня ждет Генри, – сказала Молли и, не дожидаясь ответа, двинулась на кухню. Клод проводил ее взглядом.

– Нам нужно обсудить финансовый вопрос, – потирая руки, сказал Верджил.

– Что? – не понял Клод.

– Мне нужны деньги, – сказал Верджил, пряча руки в карманы. – И дать их сейчас мне можешь только ты, потому что мой испытательный срок еще не закончился.

– Зачем они тебе? – спросил Клод и вдруг подумал, что для того, чтобы жениться на Молли. От этого ее обдало холодом.

– Хочу купить галерею, – беззаботно сказал Верджил. – Она выставлена на продажу, я поговорил с хозяином, и он готов сделать хорошую скидку, потому что хочет как можно скорее уехать. Даже если я больше не смогу рисовать, я все равно хочу остаться в художественном мире. Это единственное, что по-настоящему важно для меня.

– Ты уверен, что справишься? – с сомнением произнес Клод.

– Нет. Но если я начну скатываться, я знаю, к кому обратиться за помощью, чтобы меня остановили, – ответил Верджил, и Клод понял, что брат говорит про Молли. – Так ты дашь мне денег?

– Да, я проведу вместе с тобой эту сделку, – потерев щеки, вздохнул Клод. – Сам ты еще не имеешь права этого сделать. Займемся этим после бала.

– Ты какой-то замученный.

– Хотелось бы больше поводов для хорошего настроения, – вздохнул Клод и стал подниматься по лестнице. Ему нужно было привести себя в порядок перед встречей с детективом. А еще поговорить с герцогиней, пока та не рассказала всем, как грязно и страшно он оскорбил ее.

* * *

Детектив Дин встретил его приветливой улыбкой и дружеским рукопожатием. Он предложил Клоду кофе, и тот неожиданно согласился.

Дома он не стал завтракать – кусок не лез в горло – и сейчас чувствовал себя как старый высохший башмак.

Помощница детектива принесла им кофе, и Клод жадно сделал пару глотков.

Кофе обжег ему горло и с болью прокатился по пищеводу, но через пару минут в голове прояснилось. Он облизал губы и посмотрел на мистера Дина. Ему показалось, что он готов услышать правду о своей жене.

– Давайте приступим, – сказал Клод, подавшись вперед. Зацепился манжетой за стол и пролил себе на брюки остатки кофе. Сдержался, чтобы не охнуть от ожога. Мистер Дин позвал помощницу, и та принесла ворох салфеток, по пути зачем-то извиняясь, словно это она его облила.

– Вы нервничаете, – заметил детектив.

– Очень, – не стал врать Клод.

– Мне нечем вас порадовать, – сказал детектив, доставая из ящика пухлый бумажный пакет. – Ваша жена действительно вас обманывает. У нее есть любовник с очень хищным аппетитом в плане денег, которого она содержит.

– Как давно?

– Год и четыре месяца, – ответил Дин, внимательно наблюдая за Клодом. Тот открыл пакет и стал просматривать копии счетов, снимки Каты и молодого парня, который был ему незнаком, выписки из лечебного корпуса. Он задержал на них взгляд, пытаясь понять, что за услуга понадобилась его жене. Детектив тут же пришел ему на помощь: – Леди Аверилл прерывала беременность.

– Понятно, – пробормотал Клод, и ему стало стыдно, кровь прилила к лицу и щеки защипало. Неужели он настолько плохой муж, что его жена живет двойной жизнью? Что он сделал не так?

– Иногда такое случается, – мягко проговорил детектив. – Невозможно контролировать чувства других людей.

– Кто этот мужчина? – спросил Клод. Он мог бы прочитать все отчеты сам, но у него не хватало на это смелости.

– Джек Салерно, игрок, жокей, частый гость литературных салонов и любимец женщин, особенно тех, что его старше, – сказал детектив.

– Мошенник.

– Нет, ну что вы. Это нельзя назвать мошенничеством, – покачал головой Дин. – Разве противозаконно то, что человека балуют и покупают его внимание? Это всего лишь выбор получить отклик, который хочется.

– Салерно, – задумчиво проговорил Клод. – Знакомая фамилия. Из какой он семьи?

– Его отец руководил двумя лечебными корпусами, а мать владела салоном моды и красоты. После смерти отца они вынуждены были жить скоромнее. Вдова Салерно снова вышла замуж и покинула Линкольн. А Джек, получив хорошее образование, решил, что хочет карьеру попроще, чем врач, и стал жокеем.

– Врач, значит, – произнес Клод.

– Мистер Аверилл, я очень надеюсь, что вы избежите опрометчивых шагов, – вкрадчиво произнес детектив Дин. – Поверьте, оно того не стоит.

– Я постараюсь, – поднимаясь, сказал Клод.

Он попрощался с детективом и вышел на улицу. Несколько минут постоял посреди улицы, задрав голову и позволяя снежинкам падать ему на лицо. Ему хотелось заснуть и, чтобы, когда он открыл глаза, все это осталось в прошлом, но он знал, что не может так поступить с Генри. Он был нужен своему сыну, и все остальное не имело значения.

* * *

Клаус был не рад визиту Клода и даже не постарался скрыть это. Перед балом во дворце царила суматоха, перила были украшены цветами, на стенах висели цветные гирлянды. Клод с равнодушием смотрел на все это, праздничного настроения у него не было. Он думал о Молли, которая пойдет на этот бал с его братом. Что ж, после всего случившегося она заслужила немного веселья. У него бы все равно не вышло привести ее во дворец, его могла сопровождать только Ката.

Клаус провел его в кабинет и, сев за стол, вопросительно посмотрел на брата.

– Клод, я надеюсь, у тебя действительно что-то серьезное, – сухо сказал он.

Клод протянул ему доказательства измены Каты, собранные детективом. Клаус нервно просмотрел их и бросил на стол.

– Ну и что? Думаешь, ты единственный, у кого такие проблемы? – раздраженно бросил он.

– Я хочу, чтобы ты позволил мне развестись, – тихо сказал Клод. – Я помню про закон, но, может, в порядке исключения можно это сделать?

– Ты издеваешься? – разозлился Клаус. – Твои братья уже откололись от семьи, Верджил не имеет права рожать наследников, а Дон… Неизвестно, что с ним будет, и тут ты хочешь получить свободу! Тебе не кажется, что это несколько нечестно по отношению к нам?

– А тебе не кажется, что с такой семьей, как у меня, у тебя уже нет никакой поддержки? Или тебе нужна только видимость?

– Вместо того чтобы жаловаться мне, ты должен пойти домой и разобраться со своей женой! Не знаешь, как с ней справиться, – запри дома, пока она не образумится и не придумает себе счастья с тобой! – повысил голос король.

– Клаус, ведь есть положения особого случая…

– Не я придумал эти традиции, чтобы нарушать их! И твой долг следовать этим традициям, раз уж ты родился в королевской семье! – вспылил Клаус. – Будь Дон чуточку умнее, у тебя был бы шанс, ты все-таки средний сын, но, раз твой старший брат игрок и бездельник, вся ответственность лежит на тебе. У тебя есть только одна возможность стать свободным мужчиной – если Генри не поправится и у тебя к этому моменту не будет других детей от Каты. И то, если ты согласишься публично огласить неверность своей жены. Как ты сам понимаешь, для репутации фамилии – это так себе поступок.

Клод промолчал. Он не питал больших иллюзий, что король согласится пойти ему на встречу, но все же он лелеял надежду на понимание. Он никогда прежде не просил короля ни о чем личном и теперь сожалел о своем душевном порыве. Клод поставил в неловкое положение как себя, так и Кату. В том, что об это вскоре станет известно его родителям, сомнений не было. Клаус любил всем перемыть косточки, это поднимало ему настроение.

– Прости, что отнял у тебя время, – устало сказал Клод, забирая бумаги со стола короля.

– Надеюсь, увидеть тебя на балу вместе с супругой, – сказал Клаус.

– Непременно, – ответил Клод и поклонился. – Всего доброго, ваше величество.

Клод развернулся и, чувствуя на себе тяжелый взгляд брата, твердым шагом двинулся к выходу. Во дворце у него было еще одно важное дело – раздобыть билет на бал Майлзу.

* * *

После того как Майлз стал главным акционером железной дороги, он перебрался из борделя, которым владела его мать, в небольшую квартиру в центре Линкольна. Именно этот адрес он указал в документах и, когда Клод спросил, не ложный ли это адрес, заверил, что нет, и даже пригласил его в гости. Клод заглянул туда исключительно из желания понять, может ли он верить новому компаньону или нет. Ему хотелось, чтобы это был обман, но в этот раз Майлз сказал ему правду.

Поднявшись по крутым ступенькам на третий этаж, Клод позвонил в колокольчик. Он не пытался быть добрым к Майлзу, везя ему домой билет на бал, он просто не хотел, чтобы этот мерзавец снова ворвался к нему в замок.

За дверью послышались шаркающие шаги, и на пороге возник тот, кого он меньше всего ожидал увидеть.

– Дон? – удивленно протянул Клод. – Что ты здесь делаешь?

– Пью, – приподняв бутылку с виски повыше, угрюмо сказал Дон, и Клода обдало перегаром.

– Но почему здесь? – входя в квартиру, спросил Клод.

– Потому что Лейка запретил мне покидать город, пока не найдут убийцу Нэнси, а никого из семьи я не хотел видеть, – сказал Дон. Прихрамывая, он двинулся в сторону кухни. – Майлз предложил пожить у него, и я понял, что других вариантов у меня нет.

– Мне не нравится его доброта.

– И ты за этим пришел сюда? Сказать ему об этом? – усмехнулся Дон. Выглядел он жалко, рубашка была мятой и залитой вином вперемешку с жирными пятнами. Волосы спутались и стали похожи на сосульки. От былого лоска старшего из братьев Аверилл ничего не осталось.

– Нет, я тут по делу, – окидывая взглядом кухню, сказал Клод. Здесь было чисто и даже уютно. Пахло хлебом и жареным мясом.

– Ты голодный? – заметив его взгляд, спросил Дон. – Я приготовил обед, можем поесть вместе. Хотя Майлз тоже скоро должен прийти, можем подождать его.

– Ты умеешь готовить? – удивился Клод.

– Меня это успокаивает, – ответил Дон и припал к бутылке с виски.

В коридоре послышались звон ключей и чье-то ворчание.

– Дон, ты почему дверь не закрываешь? Хочешь незваных гостей?

– Ты почти угадал, – сказал Клод, когда Майлз заглянул на кухню и, увидев его, тихо присвистнул. – Я привез тебе билет на бал.

Клод положил на стол конверт и собрался уходить.

– Ты обещал пообедать с нами! – напомнил Дон и икнул.

– Давай, присоединяйся, Клод, – снимая пиджак, сказал Майлз.

Клод несколько секунд стоял в раздумьях, а потом снял пальто и стал помогать брату накрывать на стол.

* * *

Приехав в замок, он застал Кату и герцогиню с дочерью за приготовлением к балу. Они суетились, смеялись над чем-то, и Клод понял, что не сможет сейчас говорить с женой. Он сделает это после бала, когда гости уедут и они снова останутся одни. У этого разговора не должно быть свидетелей.

Ката торопливо подошла к нему и обняла его за плечи, скромно чмокнула в щеку. Она раскраснелась, ее волосы были в легком беспорядке, а от кожи пахло апельсинами.

– Привезли твой костюм, ты должен срочно его примерить! – прощебетала Ката. – Мы сегодня должны выглядеть идеально.

– Да, конечно, – машинально произнес Клод.

– С тобой все в порядке?

– Конечно, – выдавил улыбку Клод. Герцогиня бросила на него суровый взгляд и тут же отвернулась. К ней подошла Изабелла, показывая ей брошку в форме розы, украшенную жемчугом. – Поднимусь к Генри.

– Он уже пообедал, – сказала Ката. – Мы сегодня сделали это вместе.

Клод кивнул и быстро взбежал по ступенькам. В глубине души он надеялся застать рядом с Генри Молли, но ее там не оказалось, на ее месте сидел Верджил. Он читал вслух книгу о технике рисования, и Генри увлеченно его слушал.

– Где Молли? – спросил Клод.

– Я попросил ее пойти и примерить платье для бала, – откладывая книгу, сказал Верджил. – Пока портниха здесь, сможет подогнать, если что.

– Я тоже хочу на бал! – сказал Генри и закашлялся.

– Исполнится восемнадцать, и пойдешь, – потрепав его по волосам, сказал Клод. – Детям туда нельзя.

– Эх, это еще не скоро! – шумно вздохнул Генри. – Я к тому времени и передумать могу!

Верджил рассмеялся и посмотрел на Клода, и тот едва заставил себя улыбнуться.

* * *

Ноги сами принесли его к комнате Молли. Клод замер перед дверью, не решаясь постучать. Он прислушался. Шаги, легкое шуршание ткани и тихий мотив песенки о потерявшемся солнце. Клод толкнул дверь и вошел в комнату.

Молли стояла напротив зеркала и смотрела на свое отражение. В кремовом платье с золотой оторочкой она была чудо как хороша. Оно подчеркивало ее талию и плавную округлость плеч, цвет оттенял ее карие глаза, добавляя им блеска.

– Чего ты добиваешься, Молли? – хрипло спросил Клод. Девушка вздрогнула и обернулась к нему. Он заметил, что у нее на шее поблескивает жемчужное ожерелье.

– О чем ты? – хмуро спросила Молли.

– Твое решение пойти на бал. Зачем?

– Верджил попросил об одолжении, и мне захотелось помочь, – спокойно ответила Молли. – Ему нужна поддержка того, кто разбирается в том, что с ним происходило, и не даст сорваться.

– Каков хитрец! – вырвалось у Клода. – Он же просто дурит тебе голову!

Молли пожала плечами и отвернулась. Клод взял ее за локоть и развернул к себе. Она вопросительно посмотрела на него.

– Не позволяй моему брату манипулировать тобой, – сказал Клод, глядя Молли в глаза. – Или ты хочешь быть с ним? Скажи мне честно.

– Мы просто общаемся. Я не знаю, о чем думает Верджил, но для меня он просто хороший знакомый, – сказала Молли. – И я бы предпочла, чтобы все так и осталось.

Клод привлек Молли к себе, зарываясь пальцами ей в волосы. Он нуждался в ней, цеплялся за нее, как утопающий за соломинку. Понимал, что добром такой поиск спасения не кончится, но ничего не мог с собой сделать.

– Придешь ко мне в комнату после бала? – тихо спросил Клод.

– Да, – выдохнула Молли, прижимаясь щекой к его щеке.

Клод взял в руки ее лицо и поцеловал в губы. Она ответила и тут же отстранилась.

– Сейчас придет портниха, – торопливо проговорила Молли. – Не хочу, чтобы она нас застала.

Клод кивнул, но уйти до того, как портниха вернется, не успел. Молли рассмеялась, прикрывая руками лицо, и он тоже не смог удержаться от смешка.