Кордия быстро шла по коридору. Получив письмо от Севера, Лейф тут же выставил ее, попросив срочно найти Дора. Ее удивляло то, как эти двое смогли сдружиться, учитывая их взаимную ненависть. Она не знала, что они думали и чувствовали, но со стороны можно было подумать, что это два очень близких друга.

В покоях Дора не оказалось, и Кордия продолжила поиски. Что такого Север написал Лейфу, чего она не должна увидеть? Ей подумалось, что поиск Дора – это всего лишь предлог, не более. Она замедлила шаг и подошла к окну. Снега было так много, что от его белизны заболели глаза. Глубоко вздохнув, Кордия постаралась успокоиться. Она злилась на Лейфа за приказ высечь Бальтазара, хотя понимала, что поступить иначе для короля значило потерять репутацию, ведь при нападении присутствовали свидетели. Неприятная ситуация. Бедный Бальтазар, как он со всем этим справится? Ведь по его репутации это тоже ударит, генерал как никак. Что же Лейф ему такого сказал, что он бросился на него с кулаками?

Дора она нашла в зале для аудиенций. Они с Марианом стояли возле стола, на котором была разложена карта. Услышав ее шаги, герцог обернулся, и на его губах появилась легкая улыбка. Кордия почувствовала, как краснеет. В памяти всплыл их разговор, после того как она вышла из покоев Йены.

* * *

Герцог нагнал ее, когда она уже подходила к лестнице. Поймал за локать и развернул к себе. Их взгляды встретились.

– Кордия, – взволнованно проговорил он, не сводя с нее глаз. – Не было дня, чтобы я не думал о тебе.

– Ты мог бы сообщить мне об этом, – с трудом сдерживая волнение, сказала Кордия. Глазам стало горячо от подступающих слез, и она отвернулась.

– Не мог, – выдохнул Дор и притянул королеву к себе. Она оказалась в его объятиях и, зажмурившись, прижалась лбом к его груди. От герцога пахло морозом, пеплом и чем-то терпким, похожим на перец. Ей вдруг стало тоскливо, что она больше не ощущает запаха грозы, который прежде сообщал о его появлении, он исчез вместе со страшным проклятьем. Прежнего Дора уже не было. Перед ней стоял мужчина, которого она еще не знала.

– Я так боялась, что больше никогда тебя не увижу, – прошептала Кордия. Они впервые были так близки, и это кружило ей голову. Королева дрожала от счастья, что он жив и все ее страхи не оправдались. Она еще теснее прижалась к нему, сминая пальцами ткань его камзола.

– Мне жаль, что я заставил тебя тревожиться, – сказал Дор. Кордия подняла голову и посмотрела ему в лицо. Задержала взгляд на его губах. Ей так хотелось поцеловать его, узнать, как он целуется. Исцелить себя каждым его прикосновением за все те ночи, что она переживала за него.

– Когда-нибудь я тебя обязательно прощу за это, – улыбнулась Кордия. Слезы градом прокатились по щекам, и Дор спешно вытер большим пальцем мокрые дорожки от них. Каждое его касание отзывалось трепетом в ее теле. Боясь, что она с собой не справится и страсть возьмет над ней верх, Кордия отстранилась. Дор тут же взял ее за руку, переплетя ее пальцы со своими.

– Я слишком долго был без тебя. Не лишай меня этой радости – держать тебя за руку, – мягко произнес Дор, глядя на Кордию.

– Здесь не самое подходящее место для нежностей, – напомнила Кордия. – Кто угодно может нас увидеть.

– Мы просто разговариваем, – пожал плечами Дор.

– Тогда отпусти меня.

– И не подумаю. Пойдем.

Дор решительно увлек ее за собой. Они спустились на второй этаж и вошли в его покои. Он закрыл за собой дверь и дважды повернул ключ. Кордия одним щелчком пальцев зажгла свечи. В комнатах было холодно и пахло старыми книгами и пылью. Жилье без хозяина быстро стареет и становится безликим.

Кордия поправила штору на окне. Бросила взгляд на Дора: тот разводил огонь в камине. Залюбовалась его профилем – суровым и таким притягательным. Герцог изменился. В нем стало чувствоваться больше силы, уверенности, даже движения стали другими – более раскованными, словно он осознал свою власть и опьянел от нее.

– Расскажешь, что с тобой произошло? – сев на край кресла, спросила Кордия.

– Я стал наместником правителя Истраты, – повернувшись к ней, ответил Дор. – И у меня есть семь лет, чтобы привести ее в порядок, сделать процветающей.

– А что потом?

– К власти придет Аверьяна, и я смогу вернуться, – сказал Дор.

– Звучит так, словно ты должен отбыть наказание, – с сожалением произнесла Кордия. – Как так получилось?

Дор пожал плечами и выпрямился. Он не хотел ей рассказывать всей правды, и это немного задело Кордию, но она решила, что не будет настаивать на ответах. Что бы он не скрывал, это могло ему дорого стоить.

– Возможно, это урок за то, что я отказался от права на трон, – сказал Дор и, взяв стул, устроился напротив Кордии. – Теперь мне все равно пришлось взять ответственность на себя, и это не так страшно, как я об этом думал.

– Ты просто знаешь, что это не на всю жизнь, – возразила Кордия. – И это чужая земля.

– И тебя нет рядом.

– Ты можешь получить любую девушку и не скучать, – заставила себя улыбнуться Кордия. Ей было больно даже думать о том, что у Дора будет другая женщина.

– Но я хочу только тебя.

– Ты переходишь границы, – сказала Кордия. Ей было и приятно, и в то же время она ощутила смятение.

– Я говорю лишь то, что ты и так знаешь, – спокойно ответил Дор. – Не волнуйся: я помню про Лейфа и тоже не хочу ничего делать у него за спиной.

– Мне кажется, ты знаешь о нем больше, чем я.

– Пожалуй.

– Что будет с твоей женой? Север ведь забрал Южану к себе.

– Если будет возможность расторгнуть брак, я сразу это сделаю, – сказал Дор, и в его тоне появилась жесткость.

– Север вряд ли согласится на это просто так.

– Не сомневаюсь, но, если цена меня устроит, я готов заплатить.

Они замолчали. Несколько минут они сидели в тишине и просто смотрели друг на друга. Кордии было хорошо и спокойно и ей хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Она любила его и знала, что это не изменится никогда.

– Мне пора кормить дочь, – тихо сказала Кордия.

– Еще минутку, – подавшись вперед, попросил Дор. Его глаза завораживающе блестели, и Кордия едва не попала под их влияние.

Она заставила себя покачать головой и поднялась. Если она не уйдет сейчас, сделать то, из-за чего она будет переживать, будет намного проще. Дор подошел к двери и взялся за ключ.

– Йена правда твоя дочь? – спросила Кордия. Ей хотелось развеять свои сомнения.

– Да, – ответил Дор и коснулся пальцами ее щеки.

– Увидимся завтра, – сказала Кордия, выходя в коридор. – Выспись.

Королева медленно направилась в свои покои, зная, что Дор неотрывно смотрит ей вслед.

* * *

– Дор, король хочет срочно видеть тебя, – подходя к столу, сказала Кордия. Герцог подошел к ней и взяв за руку, поцеловал. Мариан бросил на них хмурый взгляд и вернулся к карте. – Север прислал письмо.

– Вот как.

– Йены нет в Аминаде, вам не надо туда ехать, – подал голос Мариан, наблюдая за красным камнем, перемещающимся по карте.

– Я тоже так думаю, – ответила Кордия, стараясь разобрать название места, на котором замер камень.

– Но это странно: похищать девушку и оставлять ее где-то на болотах, – с сомнением произнес Дор.

– Ну, не скажи! – возразил Мариан и даже взбодрился. – Здесь находится крепость, причем не простая, а магическая.

– Только этого не хватало! – разочарованно протянула Кордия.

– Может, все-таки ловушка? – с надеждой спросил Дор, снова переключившись на карту.

– Возможно, если ты прочтешь письмо Севера, станет понятней, – напомнила Кордия. Дор вздохнул и направился к выходу. Кордия проводила его рассеянным взглядом.

– Вы слишком очевидно радуетесь друг другу, – сказал Мариан.

– Лучше расскажи мне про эту крепость, – попросила Кордия, решив не обсуждать его замечание. – Ты там был? Откуда про нее знаешь?

– Познакомился с одним магом, когда был в Аминаде, разговорились, – поделился Мариан. – Он провел там несколько лет, был под большим впечатлением. Я так понял: у них там своя система магии, сильно отличная от нашей. С кровавыми ритуалами и жертвоприношениями.

– А что, если Йену для этого и похитили? – с ужасом пошептала Кордия и вспомнила Климента. Он неплохо знал, как работает эта магия.

– Пока она жива, у нас есть шанс вытащить ее оттуда. Но время поджимает, да, – чертя на бумаге пером странные закорючки, задумчиво проговорил Мариан. – Нужно спешить.

Дверь в зал аудиенций открылась, и вошел Лейф, а следом за ним Дор.

– Я сейчас же выдвигаюсь в Аминаду, – сказал герцог. – На переговоры с Севером.

– Один? – смерив его взглядом, с тревогой спросил Мариан.

– Возьму с собой Бальтазара.

– Боюсь, он занят, – небрежно произнес Лейф, рассматривая ногти.

– Ну, так освободи его, – раздраженно бросил Дор. – Я пошел собираться.

– Твою же мать! – с досадой прорычал Лейф и вышел следом за братом, громко хлопнув дверью. Кордия нервно рассмеялась.

– Главное, чтобы мальчишки не заигрались, – сворачивая карту, сказал Мариан. – А мы с тобой давай сходим в библиотеку. Хочу тебе кое-что показать.

* * *

Попрощаться с Дором не получилось: он уехал, пока они были с Марианом в библиотеке. Королевский чародей принес для нее несколько книг по магии крови, которую использовали чародеи Севера. Он признался, что скептически относится к тому, что здесь написано: подобные ритуалы хранятся очень строго, но основа была настоящей, и Кордия должна была ее выучить. Ведь незнание могло стоить ей жизни. Эта поездка пугала ее, давая свободу дурным предчувствиям.

Сборы в дорогу отвлекли Кордию от грустных мыслей. Тяжелее всего ей было оставлять дочь. Люси заверяла ее, что все будет хорошо и они с кормилицей не будут спускать глаз с малышки, но легче от этого королеве не становилось. Она впервые так надолго должна была оказаться далеко от Рени.

– Все королевы как королевы, – проворчала Кордия, натягивая сапоги. – Поручают опасные дела придворным и занимаются балами, встречами, перепиской. А я вечно в центре событий!

– Это семейное дело, – подал голос Лейф, собирающий дорожную сумку. – Мы не можем его никому поручить. Если об этом узнают, а Север знает, как выбивать секреты, нам конец.

– И к тому же, – добавил Мариан. – Ты сейчас единственная носительница Тьмы, у тебя больше преимуществ перед магами Аминады.

– Это если я смогу ей воспользоваться, – вздохнула Кордия и встала. Мариан подошел к ней и положил ей руки на плечи.

– У тебя нет выбора, кроме как справиться, – глядя ей в глаза, серьезно сказал он. – Если Йену принесут в жертву, – это будет провал для вашей семьи. Если Север на ней женится, – это будет провал для Аталаксии. Если ты погибнешь, твоя дочь останется сиротой, и ты сама понимаешь, что это значит.

– Думаешь, от тяжести ответственности мои мозги начнут работать лучше? – упавшим голосом произнесла Кордия.

– Я прослежу, чтобы она справилась, – заверил его Лейф, направляясь к двери. – Поторопись, королева!

– Я в тебя верю, – сказал Мариан, мягко проведя ладонями по ее рукам. – И, если судьба поставит тебя перед выбором, будь честной в первую очередь с собой.

Кордия кивнула. Мариан поцеловал ее в лоб и отпустил. Взяв дорожную сумку, она поспешила за мужем.

* * *

Кордия сомневалась, что решение Лейфа не брать с собой никого из стражи – правильное. Она видела, что он чего-то боится, но не могла понять, чего именно. Ехать предстояло несколько дней, и находиться столько времени наедине с мужем Кордию тоже не радовало. Она хмурилась, раздражалась по пустякам, пока не поняла, что все дело в Доре. Ей хотелось быть с ним, а она не могла, и это разбивало ей сердце.

– Нам нужно было взять хотя бы пять человек, – сказала Кордия, когда спустя двое суток в пути, они снова остановились в каком-то паршивом трактире. Здесь было шумно, грязно, пахло блевотиной, и хозяину этого места за полчаса, что они тут были, пришлось дважды разнимать драку.

– Нет, – твердо ответил Лейф. Спасение Йены он считал личным делом и не хотел никого к нему подпускать, только членов семьи.

– Я не представляю, как мы это провернем вдвоем, – призналась Кордия. Ей было очень страшно. Она не понимала, куда они идут, не была уверена в своей магии, у нее еще не было большого опыта работы с Тьмой. Да, это одна из самых мощных энергией, но ведь ее враги тоже обладают силой и, возможно, еще более ядовитой и жестокой. Будь рядом с ней более опытные чародеи, даже ведьмы третьего уровня, ей было бы спокойней. А так она не могла отделаться от мысли, что они с Лейфом идут на смерть. А Мариан сошел с ума, раз поддержал это.

– Двоим проще проникнуть в крепость, чем отряду. И у нас есть план, который вполне неплох, – с деланым, как показалось Кордии, воодушевлением, проговорил Лейф.

– Это не план, это отчаянье, – обхватив голову руками, вздохнула Кордия.

– Ты слишком много сомневаешься. Мне кажется, будь это не магическая крепость, а обычная, ты бы и глазом не моргнула.

– Так и есть, – ответила Кордия. Тогда бы она знала, что ее магия сработает: ведь простые люди не знают таких методов, и не смогут ей противостоять. – Мы могли бы хотя бы взять с собой Мариана…

– Кордия, прекращай ныть, – резко оборвал ее Лейф.

– У меня такое чувство, что ты рискуешь намеренно, – заметила Кордия. – Словно бежишь от чего-то. Но я так не хочу, а ты не даешь мне выбора.

Лейф ничего ей на это не сказал. Белокурая девочка лет двенадцати принесла им на подносе обед. Кордии не хотелось есть, но она знала, что, если не поест сейчас, придется ждать до следующей остановки. Лейф ж с жадностью набросился на еду и съел все, пока она лениво ковыряла ложкой в супе.

– Тебе нравится Дор? – вдруг спросил он.

Вопрос был таким неожиданным, что Кордия поперхнулась.

– В каком смысле? – только и нашлась, что сказать, она.

– Ты бы вышла за него замуж?

– Лейф, я не понимаю, к чему ты клонишь, – рассердилась Кордия.

Король откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на жену.

– Если я проиграю суд, ты должна будешь выйти за него замуж. Ради безопасности нашей дочери и сохранения Аталаксии, – Лейф говорил спокойно, но во взгляде была тяжесть, будто своими словами он предавал себя и все, что было ему дорого.

– Дор-то об этом знает?

– Мы обсудим это позже. Ничего личного, просто политика. Ты не должна достаться Северу.

– Дор вообще-то женат, – напомнила Кордия и отодвинула от себя тарелку. Отсутствие аппетита сменилось тошнотой.

– Полагаю, он решит этот вопрос. Север нарушил правила, забрав дочь. У Дора есть полное право аннулировать этот брак, – сказал Лейф, закончив ужин. – Пойдем спать.

Кордия поднялась по скрипучей лестнице на второй этаж и войдя в комнату, что они сняли на ночь, упала на кровать. Если Лейфа казнят, она сможет бы с Дором по-настоящему. Выйти за него замуж и больше не скрывать своих чувств. Только если Лейф умрет. Но желать смерти мужу ей не хотелось. Она закрыла глаза, и сон тут же лишил ее мыслей и сомнений.

* * *

Гастон сопровождал их от самой Шиоронии. Он летел чуть поодаль, но Кордия видела его краем глаза, слышала шум его крыльев, и ее это успокаивало. Мариан присматривал за ней, а значит, если что она, сможет связаться с ним и спросить совета. Хотя, что он понимает в Тьме? Почти ничего, так же, как и она.

– А вот и крепость, – сказал Лейф, когда они выбрались на холм и перед ними возникли четыре высокие башни, огороженные не менее высокой стеной.

Кордия спрыгнула с лошади и, найдя укромное место под деревом, вытащила из сумки карту, шар возможностей и нож. Лейф покормил лошадей и подошел к ней.

– Что тебе написал Север? – строго спросила она, когда Лейф присел рядом с ней.

– Предложил обменять Йену на часть наших земель, – откинув назад волосы, сказал Лейф. – Так сказать, восстановить справедливость за наш обман.

– Но он еще и земли Дора хочет.

– Он вообще много чего желает, – потерев пальцами лоб, сказал Лейф. – Дор уже завтра должен добраться до Аминады.

Кордия прикусила губу. Она понимала, что из себя представляет Север, и беспокоилась, как бы он не заманил герцога в капкан, из которого не будет выхода. В памяти всплыли его слова, сказанные на балу: «Когда твой муж умрет, я женюсь на тебе».

– Значит, нам надо успеть сделать все сегодня, – проговорила Кордия, потирая озябшие пальцы. – Мне будет нужна твоя кровь: ведь Йена твоя племянница, и мне так проще будет ее найти.

Лейф тут же закатал рукав и протянул ей руку.

– Режь, – с полуулыбкой произнес он.

Кордия посмотрела ему в глаза и подумала, что, если бы в ее жизни не появился Дор, она простила бы Лейфа и была бы счастлива с ним, насколько это было бы возможно в их ситуации. Даже сейчас она слышала в душе отголоски прежних чувств, хоть и знала, что это всего лишь ностальгия.

Она взяла Лейфа за руку и с силой провела лезвием по коже, оставляя длинный кровавый след. Он и бровью не повел, что ему больно. Кровь тугими каплями закапала на карту, превращаясь в алый бисер. Кордия внимательно следила за тем, как они двигаются по карте, и то, что она видела, ей не нравилось. Слишком много мест, где сразу находилась Йена.

– Так не бывает, – пробормотала Кордия. – Те, кто забрал Йену, знают, что мы пришли, и дурят нас.

– Никто и не надеялся, что будет просто, – сказал Лейф, перевязывая руку носовым платком. Кровь продолжила капать, делая снег алым.

– Гастон! – позвала Кордия, и ворон, покружив над ней, опустился на вытянутую руку Лейфа. – Ты должен найти Йену. Указать нам место, где ее держат.

Кордия подняла кровавый бисер и скормила его ворону. Лейф с недоверием хмыкнул. Королева сделала заклинание связи с Гастоном, и тот, взмахнув крыльями, закаркал и взметнулся ввысь. Она создала вокруг него ореол невидимости. У нее не было уверенности, что это сработает с птицей, вернувшейся с той стороны, но посчитала не лишним.

– Ты напоила ворона моей кровью, – проворчал Лейф.

– Только не говори, что ты суеверный!

Лейф усмехнулся и ничего не ответил.

Кордия очертила вокруг себя защитный круг и поставила защиту. Тьма темной мантией нависла над ней. Она закрыла глаза и начала читать заклинание, чтобы мысленно проникнуть в магическую крепость и найти Йену.

Защита вокруг крепости была похожа на купол, который чародеи установили над Шиоронией. Он был плотным, вязким и готовым задержать любую сущность или магическую формулу. Мелкие ворсинки оказывались колкими крючками с шипами. Обойти такую было сложно и опасно.

Кордия создала скользкую ткань с зеркальной поверхностью: поцарапать можно – зацепиться никак. И она уже была готова погрузиться, как инстинкты шепнули ей, что что-то не так. Она решила не спешить и сделала пробный бросок. Зеркальный верх тут же потрескался и, застряв в куполе, был разодран на части и испепелен.

«Ну так нечестно! – мысленно проворчала Кордия. – И меня, скорее всего, уже заметили. Вот Тьма!».

Теперь ей нужно быть гораздо осторожней. И изобретательней. Что эта штука может пропустить безоговорочно? Кордия задумалась. Она представила себе черный дым и тут же создала его. Медленно начала пропускать через купол, подстраиваясь под колючки. Королева уже обрадовалась, что нашла способ, как яркая вспышка снова выкинула ее обратно в реальность.

– Никак? – спросил Лейф, катая в руках снежок.

Кордия несколько раз моргнула, чтобы привыкнуть к белизне снега, и покачала головой. Она еще раз посмотрела на башни. С виду ничего особенного, обычные постройки. А что, если не так? Если они вообще другие, и это лишь иллюзия?

– Лейф, какой ты видишь крепость? – спросила Кордия.

– Ну, две высокие белые башни, соединены между собой хордой, – сказал Лейф и с подозрением посмотрел на жену. – С тобой все в порядке?

– Да, все хорошо, – заверила его Кордия. – Интересно, какая она на самом деле…

– Ты видишь ее иначе? – удивился Лейф и вспомнил слова Мариана о галлюцинациях.

– Да. И на ней защитный купол, – вздохнула Кордия и начала создавать заклинание выявления истины. Сосредоточилась на солнечном сплетении и воззвала к своей Тьме. Она отозвалась прохладой в груди, заструилась по ее рукам и слетела с кончиков пальцев черным дымом. Кордия вбросила его вперед и потянула на себя, словно срывала с чего-то полог. Упала на колени, повторяя заклинание, пока из носа не хлынула кровь, обагряя снег. Картинка реальности дернулась, пошла волнами. Кордия усилила напор, пропуская через себя Тьму.

– Она другая! Другая теперь! – крикнул Лейф.

Кордия подняла голову и посмотрела на крепость. Это была старая башня, высокая и крепкая, огражденная высокой стеной, из которой торчали тысячи копий, на некоторых из них болтались черепа, на других отрубленные головы, еще не обглоданные птицами. Лестница из костей болталась подобно трапу на корабле.

– Твою же мать… – прошептал Лейф.

– Согласна, – с трудом сглотнув, сказала Кордия и вытерла нос. – Вот это похоже на правду.

Создав заклинание невидимости, Кордия снова вернулась к магии. Она не оставляла желания проникнуть внутрь крепости и осмотреть ее. Порезав ладонь, она достала зеркальце, и красная струйка мягко потекла на гладкую поверхность. Решив не пытаться прорываться сквозь защитный купол, она выбрала проникнуть внутрь через подземные коридоры. Сжевав несколько цветков белокости, она ощутила сладковатую горечь во рту, и тело тут же содрогнулось от дрожи. Сердце бешено забилось, и Кордию захватил водоворот обрывков чужих мыслей и воспоминаний. Она видела их, словно картины, висящие на стенах дворца. Могла приблизиться к ним и рассмотреть контуры и мазки. Ухватившись за Тьму, что блестела, как черный мрамор, Кордия сплела из нее веревку и, ухватившись за нее, бросилась вниз. Земля мягко впустила ее, и она оказалась в одном из туннелей, проходящем под башней. Приложила руку к влажной стене, считывая информацию. Тьма шлейфом тянулась за ней, заполняя пространство.

Сознание Кордии заполнили чужие образы. Моменты смерти сменялись один за другим, от криков жертв заложило уши, и королева всем своим существом прожила тысячи смертей тех, кто был здесь замучен. Казалось, что вся боль мира прошла сквозь нее и растворилась в ее Тьме.

Ощутив свою ничтожность перед великими страданиями, которых ей никогда не облегчить, Кордия разрыдалась, отчаяние незнакомых людей билось в ее душе штормовыми волнами.

«Я пришла сюда на разведку, – напомнила себе Кордия и ощутила, как сребристая паутина, окутывавшая ее, превращается в прах. – И найти Йену. Это все, что сейчас важно. Остальное потом. Слишком уж тут много иллюзий.»

Спрятав Тьму по всему туннелю, Кордия поднялась в саму башню. Место было неприветливым, холодным и мрачным. Серые стены, высокие потолки, похожие на стрелы, стремящиеся в небо. Кордия начала изучать башню, и уже поднимаясь по лестнице, поняла, что у нее осталось не так много времени: действие белокости вот-вот ослабнет. Она заметалась, и испугавшись, что привлечет внимание вспышками энергии, замерла. Сейчас главное найти Йену. И она продолжила свое путешествие.

* * *

В реальность Кордию выбросило так резко, что ее вырвало. Она закашлялась, из глаз брызнули слезы. Лейф протянул ей фляжку с водой, и она сделала пару глотков. Король выглядел замерзшим, на черных бровях появился иней. Как долго она путешествовала по башне?

– Как все прошло? – спросил Лейф.

– Терпимо, – вытирая рот тыльной стороной руки, сказала Кордия. Она была не готова делиться подробностями. От увиденного ей было все еще нехорошо. – В башне двенадцать мужчин. Их всегда такое количество: двенадцать магов и одна жертва.

– Йена там? Что с ней?

Кордия не успела ответить, как из-за веток показался Гастон. Он нес в клюве что-то темное. Лейф протянул ему руку, и тот, охотно сев на нее, опустил в ладонь Кордии темную прядь волос.

– Это ее волосы, – проведя пальцами по шелковистой пряди, сказала королева. Кожа окрасилась в красный. – И, похоже, дела совсем плохи.

– Она мертва?

– Нет, но ее жизнь едва теплится.

– Что ты собираешься сделать? – спросил Лейф, видя, как Кордия, достала меч и, перекинув через плечо арбалет, двинулась вперед.

– Войти в это проклятое логово, – с тихой яростью произнесла Кордия. От одной мысли, что твари, которые чинно заседают в этой башне, издевались над дочерью Дора, ее тело обдало огнем. Она не собиралась прощать такого никому. – И убить их всех.

– Ты уверена, что мы справимся? – спросил Лейф, глядя на башню. – Там все-таки двенадцать сильных чародеев, я тебе даже ничем помочь не смогу, я в магии ничего не понимаю.

– Либо мы рискнем, либо Йена умрет, – сказала Кордия. Лейф несколько раз обернулся, словно искал кого-то.

– Я с тобой, любимая, – слова Лейфа прозвучали с пафосом, и Кордия больно стукнула его в плечо. Он схватил ее за локоть и притянул к себе. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Лейф собирался что-то сказать ей, но в итоге передумал и, бегло поцеловав в губы, двинулся вперед.

Нарисовав несколько знаков, что должны были открыть любые двери, Кордия создала огонь и подпалила их. Они вспыхнули белым пламенем, ворота затрещали, заскрежетали и, покореженные огнем, распахнулись.

– Мне казалось, ты хочешь проникнуть тихо, – сказал Лейф.

– Нет смысла: нас сразу заметят, – откликнулась Кордия. Она не знала, откуда взялась эта пьянящая храбрость, но сейчас она не боялась никого и ничего. Ярость толкала ее вперед. Тьма все еще текла по ее пальцам, обволакивала ее тело. Она пнула ногой изогнувшуюся створку ворот и вошла на территорию крепости, белую от человеческих костей.

«Слишком легко, – пронеслось у нее в голове. – Не я вхожу – мне позволяют войти. Интересно, какой приказ им отдал Север? Что ж, самое время насладиться Тьмой полностью, если я с ней справлюсь, конечно».

Им навстречу вышел человек в красной рясе, подпоясанной синим поясом. Его лицо скрывал капюшон.

– Я пришла за девчонкой, – сказала Кордия, стараясь рассмотреть под тканью лицо. Тьма вихрем закружилась вокруг ее ног. – Будь умным, отдай мне ее по-хорошему.

Человек взмахнул рукой и тут же рассыпался в прах. Тысячи костей, усыпавших двор, поднялись в воздух. Лейф глухо вскрикнул, и Кордия ощутила запах крови.