Место, которое выбрал Лейф для наблюдения за ареной, и правда, оказалось очень удачным. Дор оценил это, устроившись там с арбалетом, который заботливый король спрятал там заранее. Замотанные в красную шелковую ткань, нашлись и стрелы. Все, что ему нужно было, – внимательно следить за происходящим и при провальном развитии событий совершить выстрел. Дор зажмурился, стараясь об этом не думать. Он понимал тревогу Лейфа за Кордию, но не мог смириться с таким выбором. Герцог не желал быть ее убийцей. Он был готов отдать свою жизнь, лишь бы она только могла дышать, но обстоятельства требовали от него другого выбора. И здесь у них не было союзников, готовых их поддержать.

На балкон, с которого за поединком должна была наблюдать Кордия, привели девушку. Она была в маске, и ее окружали стражи. Сердце Дора бешено забилось. Он ловил каждое ее движение, и у него не было никаких сомнений, что перед ним королева Аталаксии.

Лейф и Артей вышли на арену. Дор ощутил, как от волнения у него заболело сердце. Он подумал, что впервые болеет за брата и желает ему победы. А каких-то шесть месяцев назад все, чего он мог пожелать ему, была смерть. Его удивляло, что за это время они настолько сблизились, страшно сказать – подружились, но особых надежд на это перемирие не возлагал. Если они смогут вернуться в Шиоронию, то вряд ли их теплые отношения продлятся. Сейчас они вынуждены дружить, чтобы выжить самим и спасти королеву.

Увидев, как один из стражей приставил кинжал к горлу Кордии, Дор растерялся. Артей проигрывал. Среди зрителей поднялась паника. Дор прицелился. У него не было уверенности, что его стрела не зацепит Кордию, но он не мог позволить ее убить. Когда стрела уже была пущена, Дор заметил мужчину, пробравшегося на самый высокий уровень арены. Кордия бросилась бежать, и Дор хотел последовать за ней, но в последний момент передумал. Он знал, зачем здесь этот тип. И нужно ему помешать. Осторожно выбравшись из своего укрытия, Дор двинулся чуть выше.

Лейф победил. Второй стрелок приготовился стрелять. Герцог опередил его. Его труп с глухим стуком упал на арену. Осмотревшись и больше не заметив каких-либо угроз, Дор бросился бежать. Он видел, как Кордия скрылась за маленькой дверкой, и поспешил туда. Лейф заставил его выучить расположение всех улиц вокруг арены, и сейчас он легко вызывал в памяти схему, которую они рисовали на днях. Но уйти ему не дали.

Герцога окружили люди Кассиопея, не давая выйти. Он уже собрался выхватить меч, чтобы ни у кого не возникло желания задержать его хоть еще на секунду! Что, если Кордия сейчас там в опасности? Его раздирала тревога, и он был в ярости, что ему пытаются мешать.

– Спокойно, герцог, спокойно, – миролюбиво проговорил один из мужчин. Он был самым старшим и, судя по тому, как он держался, положение у него было высокое. – За девушкой присмотрят, а вы пройдите с нами.

– У вас нет никаких прав задерживать меня, – возмутился Дор.

– Ну, что ты, мы не задерживаем, а всего лишь приглашаем на разговор, – улыбнулся мужчина – хищно и немного развязно, неприятно. – Чем быстрее ты пойдешь, тем скорее увидишь свою красавицу.

Дора плотно окружили и сопротивляться было большей потерей времени, чем согласиться на разговор.

– Хорошо, – заставил себя сказать он.

И они двинулись в сторону улицы.

* * *

Кассиопей ждал его в карете с занавешенными окнами. Дверца открылась; в нос Дору ударил сладковатый запах цветов и соли. Он забрался внутрь, и карета тронулась. До них долетали крики и звуки борьбы. Герцог подумал, что в такие моменты лучше избегать подобных прогулок. Бушующая толпа может наброситься и перевернуть карету, просто от того, что ее захватило общее желание все крушить.

– Веришь в свое бессмертие? – спросил Дор, устроившись напротив Кассиопея. Его пепельные волосы были заплетены в две тугие косы, камзол украшен разноцветными камнями и перламутром.

– Скорее, уверен в своем будущем, – улыбнулся Кассиопей. Он выглядел очень довольным, в глазах танцевало озорство. Видимо, радовался смерти Артея. Теперь Истрата обезглавлена, и завоевать ее труда не составит.

– Опрометчивая уверенность, – заметил Дор. Кассиопей рассмеялся. Поднес руку к подбородку, демонстрируя крупные перстни на холеной руке. – Зачем ты меня позвал?

– Обсудить дела, – просто ответил Кассиопей.

– Не самое подходящее время.

– Другого не будет, – улыбнулся Кассиопей.

Дор не находил себе места от беспокойства за Кордию, и манерность Кассиопея бесила его особенно сильно.

– Представь, что я тебя внимательно слушаю, – сказал Дор.

Кассиопей облизал губы и оценивающе посмотрел на Дора. Он явно тянул время, и герцог не понимал, зачем.

– Начнем с личного. Север напал на крепость, где была твоя жена и забрал ее к себе. Он требует, чтобы ты встретился с ним и решил этот вопрос.

– То есть он может нести опасность для своей дочери? Он держит ее в заложницах? – не понял Дор.

– Кто ж знает, что на уме у этого человека. Но ты должен с этим разобраться, – назидательно проговорил Кассиопей. – Можешь пожертвовать Южаной, она тебе больше не нужна. От нее будут одни проблемы.

– Это ты подослал убийцу на арену? – спросил Дор, хмуро глядя на собеседника.

– Неудачная оказалась идея. Из-за тебя, – Кассиопей снисходительно улыбнулся. – А так получился бы хороший ход – Артей бы потерял последние остатки уважения и был бы полностью стерт из истории. Дамьян же предстал мучеником, едва ли не святым, и его имя осталось бы в веках. Кордия бы вернулась домой свободной женщиной. Но ты все испортил.

– Мы ведь здесь вдвоем, – сказал Дор, чувствуя, как ярость ядом бежит по венам. – Ты можешь случайно познакомиться с моим мечом, и никто не узнает, как все было на самом деле.

– Одно неверное движение руки, и ты умрешь, – спокойно проговорил Кассиопей. – Но я понимаю твои чувства, правда. Ты ведь любишь своего брата. Только он в любом случае умрет. Вопрос в том – как, и что понесет за собой эта смерть.

– Почему именно сейчас?

– Время такое. Передел территорий, – ответил Кассиопей и, отодвинув занавеску, выглянул на улицу. – Большой задел для будущих поколений. И он должен пройти правильно. Именно поэтому ты сейчас здесь.

– Не понимаю, – признался Дор.

– Захват Истраты – вопрос решенный, – подавшись вперед, поделился Кассиопей. – Я много и долго работал с окружением Артея, склоняя его людей к предательству. Теперь, когда они отыграли свои роли, я буду рад от них избавиться, тебе ли не знать, что нельзя держать возле трона продажных тварей, а раз предавший уже вряд ли остановится. Но мне так же нужны верные люди, на которых я смогу положиться. Я хочу, чтобы ты стал моим наместником в Истрате.

Дор рассмеялся. Предложение Кассиопея показалось ему болезненно нелепым. Разве мог бы человек в здравом уме предложить ему такое?

– Ты не мой король, Кассиопей, мне есть кому служить. И даже если мой брат погибнет, останется королева, которой я присягнул в верности и не предам никогда. Спасибо за предложение, но оно не имеет для меня ценности.

– И ты, конечно, хочешь со временем занять место короля Аталаксии, – понимающе улыбнулся Кассиопей. Дор кивнул. – Не выйдет. Но у тебя есть время подумать над моим предложением. Прежде, чем ты доберешься до порта, я хочу знать твой ответ.

– Не будем отнимать время друг у друга, – возразил Дор, которому не хотелось возвращаться к этой неприятной для него теме.

– Ты просто не понимаешь ситуацию.

– А ты не слышишь, как я снова и снова отказываю тебе.

Кассиопей снова выглянул в окно и приказал кучеру остановиться.

– Иди, спасай свою красавицу и брата, – откидываясь назад, сказал Кассиопей. – Но помни, что это ненадолго. Дамьян, конечно же, о нашем разговоре знать не должен.

Дор не стал ничего отвечать. Он уже видел Лейфа и Кордию, которые находились в окружении, и, не думая, бросился к ним.

* * *

Лишний раз не смотреть на Кордию оказалось тем еще испытанием. Герцог старался держать себя в руках, думать о важных вещах, но его непреодолимо тянуло еще раз, хоть на миг, посмотреть на женщину, ради которой он был готов на все. Едва переведя дух от эйфории, что Кордия жива, он снова начал бояться, что она может погибнуть. Люди Кассиопея, сопровождающие их, не вызывали у него доверия. А разговор с ним не шел у него из головы, и Дора мучил вопрос: почему Кассиопей выбрал его? Если он убьет Лейфа, Кордия станет вдовой, а значит, станет слабее. Для соседей она будет легкая мишень, с ней никто не будет считаться. Или Кассиопей хочет сделать из нее послушную марионетку? Север тоже вряд ли упустит шанс вернуть себе земли и поспешит жениться на королеве. И сидя в Истрате, Дор никак не сможет этому помешать. Он сомневался, что между Севером и Кассиопеем есть сговор, чародей был сам себе на уме, но такой возможности не исключал.

* * *

Доев ужин в одиночестве, Дор поднялся на второй этаж и постучал в комнату Кордии. Ему открыла служанка. Лейф лежал на кровати и смотрел, как девочка-подросток расчесывает волосы его жене.

– Пойдем прогуляемся, – предложил ему Дор.

– Вы можете обсуждать все, что угодно, при мне! – тут же вскинулась Кордия и бросила тревожный взгляд на Лейфа, который неохотно поднялся с кровати и набросил на плечи камзол.

– Дорогая, я поделюсь всем, что тебе нужно будет знать, а пока отдыхай, – бросил он, не глядя на королеву, и вышел следом за Дором. Они спустились по узкой лестнице и вышли через черный ход для слуг. Прошли по небольшой тропинке и, убедившись, что поблизости никого нет, остановились.

– Что еще за секреты? – хмуро спросил Лейф и зевнул.

Решимость Дора быть откровенным с братом дала трещину. Не настолько уж они и близки. И вряд ли он бы шевельнул хоть пальцем, если бы Дору угрожала опасность.

– Стрелка на арену послал Кассиопей, – сказал герцог, пряча руки за спину. – Кордия должна вернуться в Аталаксию вдовой.

– Хитрая тварюга, – пробормотал Лейф и посмотрел на Дора. – Это все, что он сказал тебе?

Дор покачал головой. Лейф понимающе кивнул и снова огляделся.

– Сейчас самое важное – вывезти Кордию отсюда, – сказал Дор. – И, возможно, решения, которые я буду принимать, покажутся вам с ней странными, но так надо.

– Ты меня пугаешь, – признался Лейф. Дор усмехнулся. – Чего хочет этот Кассиопей?

– Он расставляет фигуры на карте, словно готовится к большой игре, – помолчав, сказал Дор, – правила которой пока неизвестны. И у него больше власти, чем нам кажется.

– Хочешь сказать, что мы не справимся?

– Не знаю, – честно ответил Дор. – Я не понимаю, как сражаться с ним.

– Он тебе угрожал?

– Нет, – мотнул головой Дор и посмотрел брату в глаза. – Сделай все, чтобы выбраться.

– И ты постарайся выжить, – без тени шутливости сказал Лейф. Дор кивнул, и они, не сговариваясь, двинулись обратно к трактиру. У входа к нему подошел один из сопровождающих и протянул записку. Герцог с недоверием взял ее. Еще не читая, понял, от кого она. Кассиопей хотел знать его ответ.

* * *

Дор повернул назад. Он слышал за спиной голоса Кордии и Лейфа, но их быстро заглушил звук копыт. Герцог обернулся лишь однажды, но в тот же момент обернулась и Кордия. Меньше, чем на секунду, их взгляды встретились. Шум впереди вернул герцога к реальности. Он пришпорил лошадь, на ходу вытаскивая меч. Дор знал, что бой будет коротким, но был готов к этому.

«Лучше погибнуть так, когда понимаешь, ради чего готов пойти на это, – подумал он, глядя на всадников, мчащихся навстречу, – чем от случайной стрелы или болезни».

Он схлестнулся с одним из всадников. Кто-то закричал, но Дор не смог разобрать слов – кровь шумела в ушах. Тот, с кем он бился, выпал из седла, прямо под копыта его коня. Тот споткнулся о тело, и Дор, не успев понять, что происходит, уже лежал на земле. Ногу придавило корпусом коня, который никак не мог подняться. К нему подскочили всадники и, схватив за плечи, вытащили из-под тяжести животного. Меч отлетел куда-то в сторону: пока он доберется до кинжала, его уже убьют.

«Глупо, как же глупо… – лихорадочно пронеслось в голове Дора. – Так нелепо проиграть».

Он изловчился вытащить кинжал из-за пояса того, кто его тащил, и ударил его. Выдернул клинок и отпихнул напавшего в сторону. Зацепившись за что-то ногой, догадался, что это его меч, и спешно подобрал его. На него уже летел другой всадник. Дор успел отразить удар и отскочить в сторону. Он понимал, что со всеми не справится, но, по крайней мере, Лейфу будет проще защитить Кордию. Он дрался с яростью, и ловкость помогала ему избегать колющих ударов. До него словно никто не мог дотянуться, и он вдруг ощутил рядом чужую силу, как она обволакивает его и становится буфером между ним и врагами. Магия Кордии. Хоть королева уже и была далеко, сейчас она сражалась рядом с ним.

Послышался стук копыт. К ним приближались еще четверо всадников. Небо уже посветлело, и можно было понять, что это люди Кассиопея, которые, видимо, обнаружили, что они сбежали, и бросились в погоню. От псов Артея осталось трое, Дор не сомневался, что он справился бы с ними сам, но все равно в глубине души был рад, что больше здесь не один. Пока он не дал ответ Кассиопею, его жизни ничего не угрожает, и эти люди будут на его стороне. И он не ошибся.

– Вам надо было разбудить нас, – вытирая кровь с меча, сказал мужчина. Кажется, его звали Рим Кастелло. Он был высок, широкоплеч. У него были пепельные волосы до плеч и синие глаза, отдающие фиолетовым. – Где остальные?

– Успели спастись, – ответил Дор, чувствуя, как тяжелая усталость давит на плечи, заставляя ноги подгибаться. Сила, бурлящая вокруг него, рассеялась. Кордии рядом с ним больше не было.

– Что ж, – сказал Рим и замолчал, глядя на горизонт, над которым поднималось солнце. – Пусть будет так. Лорд Кассиопей просил проводить вас к нему.

– Конечно, – проговорил Дор, стараясь отдышаться. Он был весь в чужой крови, от него разило железом, от которого к горлу подкатывала тошнота. Он подумал, стоит ли ему рискнуть и убить посланников Кассиопея? Тогда у него появится возможность сбежать и, может быть, даже успеть на корабль.

– Только без глупостей, – предупредил его Рим, словно прочитал мысли. Наверное, такое решение было слишком очевидным. – Вашей жизни ничего не угрожает.

Дор убрал меч в ножны и ничего не ответил.

– Отныне я буду вашей правой рукой, – сказал Рим, подводя к герцогу лошадь. – Слугой и помощником.

– Не могу сказать, что меня это радует, – проворчал Дор, ощущая себя пленником, хотя его руки не были связаны.

– Мы возвращаемся в Истрату, – сказал Рим, вскочив в седло. Его спутники заняли места по бокам от Дора, и они двинулись вперед.

* * *

Истрата была охвачена огнем. Пахло гарью, от дыма слезились глаза и больно было дышать. Дор прикрыл нос и рот платком. Это не сильно спасало, но все же было чуть легче. Он огляделся, насколько это позволяла дымовая завеса. Кругом были каведонские солдаты. Одни тащили стражей Артея, другие с кем-то дрались, третьи выносили из домов чужое добро. Война шла полным ходом. Дор подумал, что все произошло очень быстро. Предатели не стали сопротивляться и сдали Истрату врагу. Интересно, что им за это пообещал Кассиопей? Не удивительно, что он решил их казнить, положиться на таких людей было бы равно самоубийству.

Недалеко от дворца солдаты спешно строили эшафот. Стук молотков казался печальным и тревожным. От этого звука у Дора разболелась голова. Они въехали во двор, и к ним тут же кинулись слуги, чтобы забрать лошадей. Рим поднялся по ступенькам и вошел во дворец, Дор последовал за ним. Они прошли по широкому холлу и стали подниматься по лестнице.

Кассиопей находился в большом зале для аудиенций. Здесь же стояли двое связанных мужчин, судя по одежде, из приближенных Артея. У одного было разбито лицо, второй тихо стонал, и с его губ капала кровь. Дору стало не по себе.

– А вот и ты, – подняв голову и посмотрев на него, сказал Кассиопей и тут же переключился на тех двоих. – Увидите этих мразей.

Стражи тут же подбежали к пленникам и поволокли их к выходу. Дор снял импровизированную маску и закашлялся.

– Не ожидал, что все произойдет так быстро, – признался Дор. – Артей погиб пару дней назад, и вот ты уже хозяин Истраты.

– Я готовился к этому несколько лет. Знал, что Артей устроит соседям веселую жизнь и хотел предотвратить это, – сказал Кассиопей. Он выглядел мрачным, под глазами пролегли черные тени.

– Это тебе шар возможностей подсказал? Или, может быть, Таро?

– Для таких предсказаний даже чародеем быть не надо, – ответил Кассиопей и поднялся. Жестом предложил Дору пройтись, и тому ничего не оставалось, как согласиться. – Итак, я жду твой ответ.

– Если я скажу нет, меня ждет такая же участь, как тех двоих? – спросил Дор.

– Нет, но ты будешь очень жалеть о своем отказе, – спокойно проговорил Кассиопей. Они вышли в коридор и их шаги звучали глухо и немного тревожно. – Может быть, даже наложишь на себя руки.

– Загоняешь меня в угол?

– Даю понять, что настроен серьезно.

– Это иначе называется, – возразил Дор. У него чесались руки выхватить кинжал и перерезать горло этому самодовольному чародею, решившему его судьбу за него. Он едва сдерживал душеный бунт, готовый вырваться наружу и готовый прикончить любого, кто заставит его чувствовать себя беспомощным.

– Я хорошо знаю капитана корабля, на котором уплыли Кордия и Дамьян, – сказал Кассиопей. – Он тоже знает, кого везет на борту: я его предупредил. Как думаешь, что может случиться с беременной женщиной в открытом море? Какое несчастье? Может быть, у нее закружится голова, и она упадет в воду? А Дамьян бросится ее спасать, он ведь благородный человек и любит свою жену и тоже погибнет.

Дор на миг ослеп от ярости. Жар обжег ему лицо и расползся по шее. Рука легла на рукоять кинжала и потянула ее вверх.

– Если капитан не получит сообщения, что пассажиры должны спокойно добраться до Шиоронии, сможешь ли ты это пережить, Дор? Или моя смерть важнее их жизней? – глядя Дору в глаза, ровным голосом произнес Кассиопей.

Пальцы герцога все еще дрожали от злости. Рукоять кинжала снова плотно прижалась к ножнам.