Бальтазар с неохотой открыл глаза. Он знал, что должен сделать что-то важное, но не мог вспомнить, что именно. В голове было пусто, в ушах стоял странный гул. Он приподнялся на локтях и увидел, что его грудь туго перебинтована. Оглядевшись, он понял, что находится в покоях чародея. Раздались тихие шаги, и вошла рыжая девушка с подносом в руках.

– Ты?! – с удивлением воскликнул Бальтазар, вглядываясь в лицо девушки. – Что ты здесь делаешь, Люси?

– Служу королеве, – улыбнулась девушка. – Ну, то есть буду служить ей снова, когда она вернется.

– Но как ты сюда попала? – разглядывая Люси, взволнованно спросил Бальтазар. Они не виделись несколько лет, и она изменилась, повзрослела.

– Когда генерала Майо и его дочь убили мятежники, графиня Локк забрала меня к себе, – ставя поднос на стол, сказала Люси. – Я стала служанкой королевы. После того, как на нас напали и королеву похитили, я несколько дней лежала без чувств в доме одного доброго крестьянина, он помог мне выжить. А вот вчера вернулась сюда.

– Понятно, – пробормотал Бальтазар. Неуверенно взял ложку и начал есть. Еда была горячей, но это его не останавливало. Ему хотелось скорее насытиться и встать на ноги, ведь он вспомнил, что должен как можно быстрее ехать в Истрату, чтобы помочь Грете. Он был не в восторге от ее решения следовать за своей госпожой, но понимал, что это ее долг и другого выбора нет, только сердце у него было не на месте от тревоги за любимую.

– Я так рада тебя снова увидеть! – призналась Люси и улыбнулась. – Когда покойная госпожа Ребекка раскрыла твой обман и сдала властям, я думала, что тебя казнят, а она, получается, дала тебе возможность на лучшую жизнь.

– Не могу сказать, что она именно такая, как ты говоришь, – вздохнул Бальтазар, чувствуя боль во всем теле. Он только проснулся, но уже устал.

– Господин Мариан скоро придет, даст тебе лекарство, – ободряюще произнесла Люси, поправляя ему подушки. – Ты лежал без памяти три дня. Не думай, что спустишь ноги с постели и сразу побежишь.

– Побегу, – упрямо возразил Бальтазар, – мне надо.

Люси улыбнулась и откинула на спину толстую рыжую косу. Подоткнула одеяло и, взяв пустой поднос, ушла, оставив за собой шлейф аромата из спелых яблок. Бальтазар доел суп и, запив его травяным настоем, без сил упал на подушку. Закрыл глаза, и в памяти всплыл разговор с незнакомцем о его отце, случившийся больше месяца назад.

* * *

Бальтазар тогда только вернулся из крепости и переживал, что не знает, как найти Грету. Он обращался к чародеям, которых ему посоветовал Сабола, и все они сказали, что она перешла границу миров, но жива. Один из них нарисовал ему волшебную карту: она должна была привезти его к Грете или к погибели. Не сомневаясь ни минуты, он стал собираться в путь. Своих людей он брать не стал, чтобы не подвергать их опасности, ведь спасение Греты было его личным делом.

– Тебя спрашивает какой-то странный тип, – сообщил ему Оскар.

– Чего он хочет? – не отрываясь от сборов, спросил Бальтазар.

– Говорит, что это личное и связано с твоей семьей, – пожал плечами Оскар. – Что для тебя это будет важно.

– Как он выглядит? – насторожился Бальтазар.

– Ну… Либо как старый вояка, либо как разбойник, который с этим завязал и хочет выглядеть прилично, – подумав, сказал Оскар. – Я бы не стал оставаться с ним наедине.

– Хорошо, позову с собой бабушку, – попробовал пошутить Бальтазар. Оскар лишь устало вздохнул.

* * *

Визитер ждал Бальтазара в холле дворца. На вид ему было больше пятидесяти, он был невысокого роста, достаточно коренаст, глаза некогда голубые, выцвели с возрастом, волосы темные, с проседью. Бальтазар порылся в памяти, стараясь вспомнить, встречались ли они когда-нибудь, но не смог.

– Кто вы? – спросил Бальтазар, подходя к незнакомцу.

– По личным соображениям я не стану представляться, – хрипло проговорил мужчина, двумя руками опираясь на трость. – Но мне необходимо рассказать тебе твою историю, чтобы у тебя был шанс жить свою настоящую жизнь.

– С чего вдруг?

– Мои дни вот-вот закончатся, хочу хоть немного облегчить груз своей совести, – с грустью произнес мужчина. – А ты, возможно, сможешь не держаться за прошлое.

– Ничего не понимаю, – признался Бальтазар и жестом предложил незнакомцу пройти в комнату для слуг, но тот отказался.

– Я тот, кто убил человека, которого ты считал своим отцом, – сказал незнакомец, глядя Бальтазару в глаза. – Какого-то раскаянья от этого не испытываю, он получил по заслугам.

Бальтазару показалось, что на него вылили ушат ледяной воды и тут же выбили почву из-под ног. Он хотел схватить собеседника за грудки и приложить его об стену, так, чтобы выбить из него дух, но не смог шелохнуться.

– Мразь! – выдохнул бывший разбойник, чувствуя, как красная пелена заволакивает ему глаза.

– Он предал меня, присвоил деньги, которые я доверил ему, – как ни в чем не бывало, продолжил незнакомец. – Подставил, чтобы спастись самому, такого бы никто не простил. Для тебя это неважно, это наше, личное. Просто чтобы ты понял ситуацию. Он знал, за что его убивают.

– Почему ты так уверен, что я пощажу тебя? – прошептал Бальтазар.

– Я ни в чем не уверен, Бальтазар, – устало сказал мужчина. – Я лишь делаю то, что считаю правильным. Ты всегда жил с убеждением, что твоих родителей убили в лесу разбойники, но это не так. Твой названный отец был убийцей. Одна дама заказала ему убить свою соперницу. Она хорошо заплатила, и он согласился. А когда увидел твою мать, потерял голову и, вместо того, чтобы отправить ее на тот свет, взял в заложницы. Запер в башне, там она и родила тебя, ведь в плен к нему она уже попала, будучи беременной.

Мужчина замолчал. Достал из кармана фляжку и сделал несколько глотков. Бальтазар стоял, едва дыша, не зная, как можно поверить в то, что он слышит.

– Ты знал, кем была моя мать? – спросил он.

– Нет, в такие детали я посвящен не был. Но она была знатная дама, аристократка.

– Где она сейчас?

– Умерла от чахотки после рождения Мины, – сказал незнакомец, и Бальтазар, вздрогнув, посмотрел ему в глаза. – Да, ты все правильно понял. Мина – твоя родная сестра по матери. Она родила ее от своего похитителя, того, кого ты считал святым человеком.

– Как ты обо всем этом узнал?

– Ну, мы тогда были близкими друзьями, – усмехнулся незнакомец, – многим друг с другом делились. Он очень горевал, когда потерял свою пленницу, говорил, что любил ее больше жизни. По мне так он был болен, а не влюблен, но это всего лишь мое мнение, которого ты не спрашивал.

– Я тебе не верю, – заставил себя выдавить Бальтазар. Ему очень хотелось отгородится от такой правды, стереть ее, словно той никогда не было.

Незнакомец порылся в кармане и достал кольцо. Положил его на ладонь и поднес ее к лицу Бальта.

– Это кольцо принадлежало твоей матери, – сказал он, и Бальтазар с недоверием взял в руки золотой кружок, усыпанный россыпью белых камней. Такое, и правда, мог себе позволить только очень богатый человек. – С твоим положением, я думаю, не составит труда узнать, кем была владелица.

– Почему ты не сказал мне об этом раньше? – сжимая украшение в кулаке, спросил Бальтазар.

– Занят был, – ответил незнакомец. – Что ж, удачи тебе, парень. А мне пора.

Развернувшись, он хромая, направился к выходу. Бальтазар хотел крикнуть стражам, чтобы те задержали его, но не стал. Что-то подсказывало ему, что отпустить этого человека будет правильно.

* * *

Шаги Мариана вернули Бальтазара в настоящее. Он моргнул и уставился на чародея. Тот с деловым видом проверил у него пульс и зрачки. Судя по легкой улыбке, он остался доволен его состоянием.

– Дай мне что-нибудь, чтобы я уже мог встать, – потребовал Бальтазар. – А то голова кружится ужасно.

– Тебе нужен отдых. Магия и так уже много тебе помогла, теперь давай сам, – строго сказал Мариан. – Полежи пару дней, очухайся.

– Мне нужно спасти Грету! Она там одна, беременная! – взволнованно проговорил Бальтазар. – Как я могу тут лежать спокойно?

– Ты умрешь в дороге и никому не сможешь помочь, включая себя, – сурово проговорил Мариан. – Сейчас ты должен быть здесь.

– С ней случилось что-то плохое, и ты не хочешь мне об этом сказать? – воскликнул Бальтазар и, резко подавшись вперед, застонал от боли. В глазах потемнело, и он снова упал на подушки. Мариан тоскливо вздохнул.

– Нет, я ничего не знаю о Грете, – сказал чародей, рассматривая кольца на пальцах. – В Истрате сейчас Лейф и Дор, я им написал – если у них получится, они о ней позаботятся.

От бессильной ярости Бальтазар глухо завыл и заметался на постели. Его не оставляло ощущение, что Мариан чего-то недоговаривает, а он слишком слаб, чтобы разобраться в этом.

– Не лги мне, прошу тебя, не лги, – прошептал Бальтазар.

– Хорошо, – равнодушно ответил Мариан и развернулся, чтобы уйти.

– Подожди, – окликнул его Бальтазар и снял с пальца кольцо, то самое, что, по словам незнакомца, принадлежало его матери. Мариан обернулся. – Можешь узнать, что за женщина его носила?

Мариан задумчиво посмотрел на кольцо, потом нехотя взял его. Глянул на гравировку внутри: она уже чуть стерлась, и разобрать надпись было сложно, как Бальтазар ни пытался. Ему даже пришло в голову, что это было сделано намеренно.

– Я постараюсь, – ответил Мариан и направился к двери.

Бальтазар тяжело сглотнул и закрыл глаза. Ему хотелось спать, и он ничего не смог сделать, чтобы противостоять этому желанию.

* * *

Он проснулся от того, что кто-то опустился на его кровать. Распахнул глаза: в комнате был полумрак, тускло догорали две свечи на столе, но этого было достаточно, чтобы разглядеть силуэт Греты.

– Ты вернулась! – вырвалось у Бальтазара, и он, забыв о боли, приподнялся. Грета мотнула головой, и рыжие кудряшки рассыпались по плечам. Она легко толкнула его в грудь, отправляя его обратно на подушки. Он не ощутил ее прикосновения, видимо, из-за плотности бинтов.

– Мариан прав, тебе не нужно никуда ехать, – тихо проговорила Грета, глядя ему в глаза. – Оставайся во дворце и выздоравливай. У тебя много других важных дел.

– Я не могу тебя оставить! – горячо запротестовал Бальтазар и снова потянулся к девушке. Она поднялась с кровати и отошла сторону, так, чтобы он мог ее видеть, но не коснуться. – Я люблю тебя, Грета! Ты моя будущая…

– Позаботься о себе, пожалуйста, – молитвенно сложив руки, попросила Грета. – Мне ты сейчас помочь не сможешь, я со всем разберусь сама.

– Грета… – осознание того, что могло случиться с Гретой, ледяной змеей заползло Бальтазару в душу. – Что с тобой произошло?

– Неважно, – покачала головой Грета и снова оказалась рядом. Он увидел, как полумраке блестят ее глаза. А потом вдруг понял, что это не блеск – они словно остекленели, такие бывают у мертвецов. – Я хочу, чтобы ты жил дальше и был счастлив. Не ищи меня, не тревожься за меня. Твоя любовь останется для меня самым лучшим воспоминанием.

– Ты умерла? – одними губами произнес Бальтазар. Грета кивнула и грустно улыбнулась. Ему показалось, что у него вырвали сердце и отдали его на съедение льву. – Нет, это просто страшный сон, этого не должно быть…

– Уже все хорошо, – заверила его Грета. – Я пришла, потому что не хочу, чтобы из-за меня ты навредил себе.

– Грета! Грета…

– Я любила тебя, – сказала Грета, касаясь губами его губ, но он не ощутил поцелуя.

– Я люблю тебя! – желая обнять ее, но ощущая лишь пустоту, крикнул Бальтазар. Рядом никого не было. Он огляделся по сторонам, жадно вглядываясь в полумрак, желая разглядеть там силуэт Греты. В комнате никого, кроме него, не было.

– Грета! – в отчаянье прокричал он, сминая пальцами простынь. – Грета!

Его трясло, как в лихорадке, по вискам струился пот. Сердце билось так часто, что, казалось, своим ритмом сломает ему ребра. Он силился встать, хватался руками за воздух и, не чувствуя поддержки, снова оказывался на подушках.

Кто-то вбежал в комнату, замелькал огонек свечи и что-то белое. Чьи-то теплые пальцы коснулись его плеч и тут же отерли влажные щеки.

– Все хорошо, тебе просто приснился страшный сон, – донесся до слуха Бальтазара голос Люси. – Сейчас он развеется, и к утру ты о нем не вспомнишь.

Он хотел сказать ей, что такие сны не забываются, да и был это не сон вовсе, но не смог. Рыдания не дали ему говорить. Он нашел в себе силы отвернуться, спрятать лицо в подушку. Люси продолжила гладить его по плечам, спине. Она продолжала говорить, но он уже не разбирал ее слов. Его окутывала темнота – плотная, будто смола. И единственная, кого он хотел в ней отыскать, была Грета.

* * *

Лихорадка отпустила его только через неделю. Он метался в бреду, звал Грету, и ни магия, ни отвары не помогали ему. Ему не хотелось возвращаться к жизни, где не было Греты, где он снова потерял всех, кого любил. Когда он приходил в себя на короткое время, с ним всегда кто-то был: Люси или Оскар. Он пытался прогнать их, что-то кричал, но они не уходили, и он, сдавшись несправедливости, снова впадал в забытье.

Сегодня Бальтазар проснулся и почувствовал себя здоровым. Это было странное ощущение легкости во всем теле: словно он родился заново, и все самое плохое осталось в прошлом. У него хватило сил встать с постели и дойти до окна. Распахнув его, он жадно втянул носом утреннюю свежесть и запах зелени – лето было в самом разгаре.

– Ну, наконец-то! – раздался за спиной довольный голос Оскара. Бальтазар обернулся и слабо улыбнулся другу. Тот выглядел растрепанным, рубашка потемнела от пота. В руках он сжимал меч, и Бальт догадался, что с утра барон тренировался. – Позавтракаем вместе?

– Да, конечно, – держась за подоконник, чтобы не упасть, откликнулся Бальтазар.

– Скажу Люси, чтобы накрыла нам в саду: тебе нужен солнечный свет! – с задором произнес Оскар и поспешил удалиться.

Бальтазар медленно прошелся по комнате и опустился в кресло – ноги дрожали. Он не знал, как спуститься в сад, видимо, без поддержки не обойтись, но думать сейчас об этом не хотелось. Его мысли снова занимала Грета. Как так случилось, что она умерла? Кто-то виновен в этом, или это всего лишь роковая случайность? И что с ее ребенком? Если она успела его родить, то он сейчас брошен на произвол судьбы… Даже если в нем текла кровь Лейфа, Бальт хотел позаботиться об этом младене, ведь это было единственное, что оставила после себя Грета.

В комнату без стука вошел Сабола. Лицо у него было бледным, почти восковым, глаза красным, будто сильно простыл или надышался дымом.

– Я рад, что тебе лучше, – ровным голосом проговорил он. Бальтазар кивнул.

– Есть новости о Кордии?

– Пока никаких. Но еще прошло не так много времени.

– А о Грете что-то известно? – робко спросил Бальтазар. Он решил, что не поверит в смерть девушки, пока сам не увидит ее мертвой.

– Мариан видел ее в шаре возможностей с создателем Тьмы, – помолчав, сказал Сабола.

– Тем самым, что похитил ее, – помрачнел Бальтазар и стиснул кулак.

– Грета покинула мир живых, мне очень жаль. Она была талантливой ведьмой и могла бы стать хорошей чародейкой, – с грустью проговорил Сабола. Бальтазар подумал, что смерть Греты – потеря и для него. Легче от этого, правда, не стало.

– Да, – выдавил Бальтазар, и короткое слово больно царапнуло горло.

– Хочу тебе кое-что показать, – подавшись вперед, сказал Сабола. Бальту показалось, что он волнуется. Хотя с чего бы это? Он ведь всегда сама уравновешенность.

Сабола раскрыл ладонь, и Бальтазар увидел кольцо матери, а рядом второе, точно такое же. Чародей соединил их вместе, и полустертые буквы сложились в слово «вечность».

– Кому принадлежит второе кольцо? – хрипло спросил Бальтазар.

– Мне, – ответил Сабола, и его голос дрогнул.