Кассиопей сидел верхом на лошади, которая, устав долго стоять, перебирала ногами на месте. Он машинально потянулся вперед и погладил ее между ушей. Та фыркнула. В ночной тиши звук показался оглушающим. Чародей закрыл глаза и прислушался. Он слился с тишиной и словно растворился в ней, слушая мир не только ушами, а всем своим существом – именно так учил его старый отшельник, воспитывавший его. В то время его уроки были для Кассиопея сущей пыткой, он не понимал их, а сейчас вспоминал каждый с теплотой и благодарностью и немного жалел, что не успел сказать ему об этом при жизни.

Вдыхая ночной воздух, Кассиопей слышал, как маленький зверек бежит по опавшим листья, как ветер колышет мертвую траву и перекликаются птицы. А еще он уловил стук копыт и движение колес. Они были еще далеко, но его сердце забилось чаще от предвкушения встречи. Он сжал пальцы, и кожаные перчатки тихо скрипнули. Лошадь мотнула головой, прогоняя невидимых мух. Позади раздался странный шорох, и Кассиопей резко обернулся. За спиной никого не было, только ночная мгла, скрывающая темный лес. Успокоения это не принесло, ведь он незаконно находился на территории, где был врагом – тем, что носил в себе магию. Такие люди в Касталии были вне закона. Именно поэтому он не смог оказаться в столице и ждал нанятых для выполнения задания людей недалеко от границы. И даже для такой малости потребовалось немало усилий и денег. Кассиопей даже не знал, получилось ли у них то, что он задумал, или нет. Он нервничал, что не мог воспользоваться магией и понять, все ли прошло благополучно. Любое магическое действие могло привлечь к нему внимание и плохо для него кончиться. Он и так повел себя безрассудно, рискнув отправиться в Касталию.

Стук копыт приближался. Кассиопей облизал пересохшие губы. Вот он уже видел очертание кареты и двух всадников, сопровождавших ее. Из этого он сделал предварительный вывод: побег, который они готовили два месяца, удался.

Круз – один из наемников – оказался рядом с Кассиопеем. Он стянул с лица маску, с облегчением выдохнул и вытер лицо рукой. Круз был молод и даже хорош собой, глаза блестели от пережитой опасности.

– Она с вами? – вполголоса спросил Кассиопей.

– Да! Все получилось. Хотя без приключений не обошлось. Ник ранен, мы с трудом ушли от погони и поэтому задержались. Надо было отсидеться и запутать следы, – быстро проговорил Круз. – Вы же знаете, какая охрана в Доме Света.

Кассиопей кивнул. Он знал, что из Дома света попавшие туда выходили только в одном случае: на свои похороны. Тех, кого ловили на магических ритуалах или всего лишь подозревали в этом, морили голодом, считая, что так тело очистится, проклятая сила уйдет, и человек умрет освободившись от греха. А еще их заставляли сидеть на солнце целыми днями, чтобы свет изгнал из их душ всю мерзость. Отсюда и пошло название Дом Света. От солнца там не спрятаться, и многие умирали от тепловых ударов и обезвоживания, ведь пить тоже почти не разрешали. Даже при воспоминании об этом Кассиопея охватила такая ярость, что магия тут же дала о себе знать, жаркой волной разлившись по грудной клетке. Он спешно взял себя в руки и подавил эту вспышку.

Кассиопей подошел к карете, и второй наемник спешно распахнул перед ним дверцу. Чародей замер, вглядываясь в лицо женщины, закутанной во все белое. Она подняла на него глаза, и он едва не задохнулся от нахлынувших на него чувств. Они не виделись больше двадцати лет, и все эти годы он вспоминал о ней каждый день, чтобы не забыть ее лицо, даже если они больше никогда не увидятся.

– Леди, – с почтением произнес Кассиопей и, наклонившись, поцеловал ей руку. Ее пальцы дрогнули.

– Этого не может быть… – тихо проговорила женщина, глядя на него. Ее глаза были широко раскрыты, грудь часто вздымалась под белой тканью. Она никак не могла справиться с волнением, и две слезы скатились у нее по щекам. Несмотря на то, через что ей пришлось пройти, внешне она почти не изменилась, только похудела так сильно, что стала похожа на призрака.

– И я рад нашей встрече, – проговорил Кассиопей, помогая путешественнице выбраться из кареты. – Боюсь, вам придется пересесть на лошадь. У нас очень мало времени. Справитесь?

– Ты меня похищаешь?

– Надеюсь, вы произносите это с надеждой, – улыбнулся Кассиопей. – Вам нужно переодеться.

Он передал ей небольшой тюк со сменной одеждой. Женщина кивнула, и он оставил ее одну, вернувшись к наемникам. Пришло время окончательно расплатиться с ними.

– Благодарю, господин! – подкидывая на ладони мешочек с камнями, довольно проговорил наемник, снявший маску. – Ваша щедрость подкупает. Хотите стать нашим постоянным клиентом?

– Воздержусь, – сухо ответил Кассиопей. – Карету оставьте недалеко от Кассии. Пусть все выглядит так, словно она перевернулась. На сиденье оставьте окровавленную накидку леди и… Леди, можете пожертвовать молодым людям прядь волос?

– Если ты мне поможешь, – откликнулась та, выныривая из-за его спины. Она переоделась в мужской костюм, белокурые волосы длиной до бедер, чуть волнистые, казалось, – были созданы лунным светом. Чародей достал кинжал и, выбрав тонкую прядку, быстро срезал ее. Леди протянула наемнику белую накидку.

– Прошу прощения… – проговорил Кассиопей, взял ее за руку. Лезвие легко рассекло ее бледную кожу, и несколько капель крови упали на ткань. Леди не издала ни звука, даже не поморщилась. – Теперь все.

Наемники пошли к дороге, где стояла карета. Еще пара мгновений – и они скрылись из виду. Кассиопей с облегчением выдохнул и посмотрел на женщину, которая дрожала от холода. Или это было волнение? Ему хотелось обнять ее, поделиться своим теплом, но он не решился это сделать.

– Кассиопей… – тихо произнесла она, коснувшись кончиками пальцев его щеки. – Кассиопей, это ведь все по-настоящему? Я не сплю?

– Нет, леди Раданелла, – глядя ей в глаза, ответил чародей. – Кошмар закончился, и вы проснулись. Теперь все будет по-другому.

– Я так мечтала выбраться из этого ада, а теперь… Я даже не знаю, что мне делать, – призналась Раданелла.

– Вы по-прежнему первая леди Касталии, и мы сделаем все, чтобы остальные признали это, – сказал Кассиопей. – По-другому и быть не может.

– А что сейчас? – растерянно спросила Раданелла, оглядевшись по сторонам.

– До рассвета мы должны приехать в порт, – сказал Кассиопей. – Там, нас ждет шхуна, которую я нанял через подставных лиц. Доберемся до Каведонии и будем искать союзников. Я готов предоставить свои армию и флот, чтобы остановить Артея.

– Свои армию и флот? – недоуменно переспросила Раданелла. – Остановить Артея?

– Конечно же, вы ничего не знаете, – виновато произнес Кассиопей. – После смерти короля я стал регентом принцессы Аверьяны. А что до Артея…Там длинная история, но, если кратко – он вторгся в Аталаксию после того, как король Дамьян убил его невесту. Но есть еще кое-что…

– Ну не тяни же! – воскликнула Раданелла, когда Кассиопей замялся.

– Никандра стала женой Дамьяна и королевой Аталаксии.

Раданелла ахнула и закрыла лицо руками.

– Моя девочка… – прошептала она, и ее глаза снова стали влажными от слез.

– И она сейчас между двух огней: с одной стороны – касталийские войска, с другой – Артей с его желанием отомстить. Если мы не вмешаемся, дело закончится очень скверно.

– Да, и Артей вряд ли ограничится одной победой, – пробормотала Раданелла. – Захватив Аталаксию, он может двинуться дальше.

– Именно.

Кассиопей легко вскочил в седло, посмотрел на уже светлеющее небо и напомнил себе, что им надо спешить.

* * *

Раданелла стояла на палубе, положив руки на перила. Ее щеки порозовели от ветра, белокурые волосы выбились из-под капюшона. Кассиопей издали наблюдал за нею, не желая нарушить ее личное пространство. Она попросила дать ей время привыкнуть тому, что больше не пленница. Как он мог отказать ей в этом?

– Я была самой младшей в семье, – заметив его, сказала вдруг Раданелла. – К тому же слабенькой по здоровью, никто не скрывал, что сомневался в том, что я дотяну до восемнадцати лет. И если моих старших сестер готовили к династическим бракам и правлению, то на меня это не распространялось. Я была словно пятно на дорогой ткани, меня стеснялись и даже не думали предложить кому-то в качестве супруги. А потом появился Лорен… и он выбрал меня, чем сильно удивил моих родителей. Они пытались его даже образумить, но он твердо стоял на своем. Тогда мне показалось, что это была любовь с первого взгляда.

Раданелла замолчала. Кассиопей встал рядом, положив руку на перила рядом с ее рукой. Он посмотрел на воду, кажущуюся такой равнодушной, пока ты не попал в ее плен.

– Я понимаю, что должна сейчас взять ответственность на себя, – после долгой паузы, сказала Раданелла. – Ни Лорена, ни родителей, на которых бы я могла опереться, рядом нет, и мне надо принять решение самой. От этого зависит очень многое, и поэтому ошибиться еще страшнее.

– Я на вашей стороне, леди, – с почтением сказал Кассиопей. – Советник Юн также готов поддержать вас. Он как раз ведет работу с окружением, склоняя их на вашу сторону.

– Мне кажется, меня никто не будет слушать… – Раданелла посмотрела на него, как затравленный зверек. Кассиопею не нужно было прибегать к магии, чтобы понять: она сломлена и разуверилась в себе, и потребуется немало усилий, чтобы исцелить ее от этой боли, если она, конечно, захочет выздоравливать. Ведь вне всяких сомнений, пребывание в Доме Света тоже добавило яда в самооценку первой леди.

– Попытайтесь хотя бы ради спасения вашей дочери, – сказал Кассиопей. – Ее жизнь сейчас висит на волоске.

– Ты видел это в своих видениях?

– Я видел много страшных картин, леди. Но порой решение одного человека может изменить судьбу всего мира, – произнес Кассиопей и взял Раданеллу за руку. – Мы найдем союзников и сделаем все, чтобы утвердить вас как первую леди Касталии. Да, вам придется многому учиться, но вы еще молоды и вполне с этим справитесь. Просто признайте собственную силу.

– Я…я не знаю, как это сделать.

– Я помогу вам, – поцеловав холодную ладонь Раданеллы, сказал Кассиопей. – Вдвоем мы обязательно справимся.

– Зачем тебе все это?

– Ну, допустим, из любви к спасению мира, – улыбнулся Кассиопей. – Пойдемте в каюту, у вас даже губы посинели от холода.

Раданелла подчинилась, и они спустились вниз. Держа ее под руку, Кассиопей не мог отделаться от ощущения, что леди сейчас, хоть и рядом, но слишком далека от этой реальности.

* * *

Кассиопей знал, что заниматься магией в море – плохая идея: вода – прекрасный проводник, и даже простенькое заклинание может вызвать сильный шторм, или, чего хуже, например, флот призрачных кораблей, способных потопить любое судно. Решив подстраховаться, чародей поставил защиту, чтобы магия не расплескалась в пространство. Шхуна плавно качалась на волнах, успокаивая и погружая в состояние полусна. Он зажег свечи и поставил на стол шар возможностей. Его мучили дурные предчувствия, и он хотел понять, что они ему подсказывают. Вариантов было слишком много, и ему хотелось ясности.

Огни свечей мягко стелили тени по стенам каюты, синхронизируясь с качкой судна. Кассиопей бросил в огонь бирюзовый порошок, и тот зашипел, дым стал более плотным. Чародей расслабился, внимательно вглядываясь в шар возможностей. В первом видении короля Дамьяна одна за другой пронзили три предательских стрелы в спину. А во втором, Артей казнил Кордию, лично отрубив ей голову.

– Ну, твою же мать! – ошарашенно произнес Кассиопей.

Пламя свечей взметнулось вверх и тут же погасло.