Возвращение в кафе «Золотая чешуя» напоминало явление двух выживших после крушения дирижабля. Я (в теле Айрис) изо всех сил пытался придать лицу выражение «хрупкой девы в шоке», а не «мастера огня, который только что хотел убить всех встречных». Айрис в моем теле старательно прихрамывала, хотя, судя по её виду, она больше страдала от ущемленного самолюбия, чем от синяков.
Китар и Венера обнаружили нас у черного входа. Кит подлетел к нам быстрее, чем выпущенная стрела.
— Боги! Тэрон! Айрис! Что произошло⁈ — он переводил взгляд с моего размазанного грима на наливающееся фиолетовым скулу своего лучшего друга.
— Ей… — Айрис запнулась, бросив на меня панический взгляд, — ей просто стало душно! Да. Айрис стало душно. Мы вышли подышать свежим воздухом в переулок, и там на нас напали эти подонки!
— Трое! С ножами! — добавил я трагизма, картинно приложив ладонь ко лбу. — Если бы не доблестный Тэрон, который закрыл меня своей грудью…
Китар выглядел так, будто готов был прямо сейчас отправиться на зачистку всех переулков города.
— Тэрон, друг, ты в порядке? — он крепко сжал плечо Тэрона. — Видеть, как ты защищаешь Айрис… это достойно. Молодец.
Венера, стоявшая рядом, всхлипнула и прижала к груди розовый платочек.
— Какая романтика! Защищать даму в темном переулке! — она посмотрела на Айрис такими глазами, что я понял: что свидание прошло неплохо, точнее лучше, чем могло быть.
Кое-как отбившись от предложений проводить нас в больницу (где нас могли бы разоблачить по анализу магии), мы вернулись в Академию.
А последние дни перед балом превратились в секретный марафон на выживание. Мы забивались в самые пыльные и заброшенные залы подземелья, чтобы никто не увидел, как двухметровая гора мышц пытается не запутаться в собственных ногах, а изящная герцогиня командует «раз-два-три» басом. Мы стерли ноги в кровь, я выучил, что такое «держать спину, даже если хочется свернуться в клубок», а Айрис научилась вести в танце, не используя приемы удушения. К исходу четвертых суток нам удалось невозможное: мы танцевали не просто сносно, а почти грациозно. По крайней мере, мы перестали напоминать двух парализованных кузнечиков, пытающихся выбраться из паутины, и это уже была победа.
День Бала: Обратный отсчет
Утро дня Х началось не с кофе, а с того, что я заставил Арину съесть огромный кусок мяса.
— Ешь, — приказал я, глядя, как она морщится. — Вечером нам понадобится вся твоя физическая сила, вдруг придется прыгать через балконы.
— Тэрон, если меня вырвет прямо в столовой, я тебя прокляну, — пробурчала она, но стейк всё же доела.
Наш план был дерзок и отдавал безумием:
1. Бал: Мы должны появиться там раздельно и не вызывать подозрений.
2. Диверсия: В разгар торжества Айрис (в моем теле) должна устроить нечто настолько громкое, чтобы вся стража и лично король отвлеклись на неё.
3. Проникновение: Пока все смотрят на диверсию «Тэрона», я проскальзываю в кабинет, жду Айрис и мы забираем «Сердце драконьего неба».
— И помни про «мост», — напомнил я, поправляя на ней парадный колет. — В кабинете мне нужно будет, чтобы ты был… была… в общем, ты должен держать меня, касаться, я не знаю… обними меня. В общем мы должны быть максимально близко друг другу, чтобы магическая защита нас не испепелила.
— Обязательно нужны эти «страсти»? — вздохнула Айрис.
— Купол реагирует на эмоциональный всплеск и плотный контакт аур, — отрезал я. — Так что готовься обжиматься с собственной оболочкой так, будто это последний вечер в твоей жизни.
Бальный зал. 19:00
Зал сиял. Золото, свечи, сотни аристократов в лучших нарядах. Я чувствовал себя на удивление уверенно в новом платье (на этот раз я выбрал глубокий изумрудный цвет). Айрис в моем парадном мундире выглядела чертовски эффектно, если бы только не пыталась постоянно почесать спину через плотную ткань.
— Кит идет сюда, — прошептала Айрис, выпрямляясь.
Китар в золоченом доспехе принца выглядел как сошедший с картин герой. Он подошел к нам, и его взгляд сразу прикипел к «Айрис».
— Ты сегодня ослепительна, — тихо сказал он, целуя мою руку. — Тэрон, я надеюсь, ты сегодня не планируешь снова уводить мою даму в темные переулки?
— Сегодня я планирую танцевать со всеми красавицами королевства, Ваше Высочество, — оскалилась Айрис моим самым дерзким голосом. — А ваша дама остается на вас.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Айрис была готова к диверсии. Я был готов к краже. А Китар был готов не отходить от нас ни на шаг.
— Ну что, ботанка, — шепнул я ей, когда музыка заиграла первый танец. — Начинаем операцию «Яйцо»?
Айрис (в теле Тэрона).
План созрел мгновенно. Если мы хотели отвлечь всех, включая стражу и лично Короля, нам нужно было ударить по самому больному, по мужскому самолюбию Его Величества.
— Смотри и учись, — прошептала я, поправляя на Тэроне (то есть на себе) парадный мундир. — Я хоть и в твоём теле, но прежде всего я женщина. А значит, я лучше тебя знаю, чего не хватает королеве в браке с этим суровым старым солдатом, который наверняка вместо комплиментов шепчет ей сводки с фронта.
Я (в теле Тэрона) решительным шагом направилась прямиком к королевскому помосту. Зал замер. Я чувствовала, как сотни глаз впиваются в мою широкую спину. Китар, стоявший рядом с «Айрис», заметно напрягся.
— Тэрон? Ты что творишь? — донесся до меня его встревоженный шепот.
Я не ответила. Подойдя к королеве, женщине еще прекрасной, но явно утомленной многолетним официозом, я поклонилась со смесью грации и наглости. Протянув руку, я заговорила своим новым низким, бархатистым голосом:
— Ваше Величество, этот зал озарен тысячами свечей, но меркнет по сравнению с вашим сиянием. Позволите ли вы скромному воину прикоснуться к легенде?
Король нахмурился, его рука на рукояти меча непроизвольно сжалась, а костяшки побелели. Но королева… О, её глаза заблестели так, будто она внезапно помолодела на двадцать лет. Она уже вечность не слышала ничего, кроме «Да, дорогая» и «Как там дела в казначействе?». Она подала мне руку, и мы вышли в центр зала.
Заиграла музыка. Я вела королеву уверенно (спасибо нашим ночным тренировкам в пыльных залах академии). Но при этом я добавила в танец ту самую «тактичную нескромность», от которой по залу пополз гул. Я наклонялась к самому её уху и шептала комплименты, которые любая женщина мечтает услышать: я хвалила не фасон её платья, а «непостижимую глубину глаз, в которых готов утонуть даже самый суровый северный варвар».
Щеки королевы запылали. Китар рядом с моей «оболочкой» стоял с такой отвисшей челюстью, что в неё могла бы влететь целая эскадрилья мух.
— Он что… он что, соблазняет мою маму? — выдавил принц. — Прямо под носом у отца?
Король тем временем уже не просто бесновался, он буквально вибрировал от ярости, приобретая цвет переспелого баклажана. Когда танец закончился, я, не давая королеве опомниться, склонилась к её руке и произнесла достаточно громко, чтобы слышали первые ряды:
— В этом зале слишком душно для такой нежной розы. Позвольте проводить вас на балкон, Ваше Величество. Воздух в саду так же свеж, как ваше очарование.
Мы вышли. Весь зал, министры, фрейлины, маги, затаил дыхание. Это была провокация века.
Король сорвался с места, сметая со своего пути вазу с фруктами.
— Тэрон! — рыкнул он так, что люстры задрожали. — Я тебя в кандалы закую!
Его Величество рванул в сад, а за ним, разумеется, потянулась часть свиты и Китар, который явно не хотел, чтобы его лучший друг превратился в отбивную.
«Пора!» — мелькнула мысль. Я увидела, как Тэрон в моем изумрудном платье, пользуясь суматохой, тенью скользнул в боковой коридор.
В саду я продолжала мастерски отрабатывать роль.
— Простите, Ваше высочество, — покаянно произнесла я, когда король нагнал нас. — Я лишь хотел выразить восхищение… Его Величество так занят делами государства, что я побоялся, не забыла ли королева, как она прекрасна.
Король начал что-то гневно орать, но королева вдруг мягко положила руку ему на плечо, глядя на него с тем самым вызовом, который обещал либо грандиозный скандал, либо бурное примирение. Внимание переключилось. Пока они выясняли отношения, я, тактично откланявшись, дала дёру.
Я влетела в кабинет короля, едва не сбив дверь с петель. Тэрон уже стоял там.
— Фух… еле смылась! — я сорвала с себя удушающий платок, повязанный на мою шею. — Кажется, я их там оставила мириться. Король так на неё смотрел, что про меня забыл через пять секунд. Ну что, где это проклятое Яйцо?
— Там, — Тэрон указал на постамент, окруженный мерцающим голубым сиянием. — Купол. Помнишь, что нужно делать?
Я подошла к нему вплотную. Сердце колотилось в груди Тэрона как сумасшедшее.
— Помню, — вздохнула я. — Обнимашки. Боже, Тэрон, если это не сработает и нас поджарит магией, я найду твою душу в загробном мире и заставлю тебя страдать!
— Меньше слов, больше дела, — Тэрон (в моем теле!) вдруг резко схватил меня за лацканы мундира и притянул к себе. — Обнимай меня так, будто от этого зависит твоя жизнь. Потому что она реально от этого зависит!
Я обхватила его за талию, чувствуя, как наши ауры начинают резонировать, выбивая искры прямо из воздуха.