Я встала и, пошатываясь, вышла из автобуса с тяжелым рюкзаком за плечами. Мне потребовалось некоторое время, чтобы окончательно проснуться. Я прислонилась к автобусу и открыла рюкзак, чтобы проверить, все ли на месте. Я так долго и крепко спала, что меня вполне могли ограбить. Вздохнула с облегчением, обнаружив на месте ноутбук и термос, спрятанные среди одежды, а также консервную банку с наличными.

Автобусная станция представляла собой огромную голую бетонную площадку, испещренную трещинами, из которых торчали высокие сухие сорняки. С краю, рядом с закрытым билетным киоском, виднелась небольшая стоянка такси, где была припаркована желтая «Хонда». Я направилась к ней. Становилось все холоднее, пар от моего дыхания клубился у лица. Высокий худой мужчина, прислонившись к кузову «Хонды», курил сигарету. У него были черные как смоль волосы до плеч, смуглая кожа, вытянутое лицо с легкой небритостью и выдающейся квадратной челюстью. Я нащупала в кармане бейсболку и надела ее.

– Привет. – Я предусмотрительно остановилась в нескольких футах от него.

– Мэгги? – спросил он.

– Андро?

Он кивнул и щелчком отправил сигарету в заросли кустов. Я потянулась было к ручке пассажирской двери, но он встал между мной и машиной.

– Четыреста евро, – буркнул он, бросив на меня тот же неприязненный взгляд, что и пожилые дамы в пабе.

– Мне казалось, совсем недавно это стоило три сотни?

– Сейчас четыре.

Он уставился на меня сверху вниз, его темные глаза блестели. Я оглянулась и увидела, что автобус отъезжает.

– С какой стати цена выросла? – спросила я дрожащим голосом, судорожно сглатывая. У меня в горле пересохло.

– Риск.

– У меня действующий паспорт гражданина Великобритании. Если нас остановят, у вас не будет неприятностей.

– Очевидно, вы сама по себе ходячая неприятность.

У меня заслезились глаза от холодного воздуха. Как много Драган ему рассказал? Почему я не догадалась спросить? По дороге во Францию я могла использовать только наличные и пока не знала, как долго мне предстоит там скрываться и на сколько хватит оставшихся денег. Эта мысль привела меня в ужас. Долгое время мне не приходилось беспокоиться о деньгах. Теперь давно забытое ощущение снова подняло голову – ощущение собственной беспомощности.

– Ну или можете подождать и пересечь границу на автобусе, – сказал он, указывая на пустую парковку, и открыл водительскую дверцу.

– Подождите! Могу дать триста пятьдесят.

Он ухмыльнулся:

– Следующий автобус через час.

– Хорошо. Четыреста, – сдалась я, беспокоясь, что он может снова повысить цену. Открыла сумку и достала деньги.

Мужчина, не скрывая брезгливости и стараясь даже случайно не коснуться моей руки, выхватил банкноты. Я направилась к заднему сиденью, но автомобиль оказался двухдверным.

– Можно мне сесть сзади? – спросила я, заглядывая в пассажирское окно.

– Нет, садитесь спереди, рядом со мной. Это выглядит более естественно.

Я подчинилась. Салон автомобиля был безукоризненно чистым, от Андро приятно пахло свежим лосьоном после бритья с древесными нотками. Его смартфон был закреплен на приборной панели. От меня несло неприятным запахом сырости. Он набросил на пассажирское сиденье пляжное полотенце. Мне захотелось сказать, что, вообще-то, я врач и у меня шикарный дом на берегу реки в Лондоне, но решила, что он все равно мне не поверит. И к тому же после всего случившегося я и сама не была уверена, смогу ли в принципе вернуться домой и к любимой работе.

Это было ничем не примечательное путешествие по мрачной сельской местности, казавшееся еще более сюрреалистичным из-за того, что Андро слушал саундтреки из мюзикла Mamma Mia! Я взмокла от пота, но кожа горела. Чувствуя головокружение, я была вынуждена открыть окно. Если водителю и было любопытно, зачем понадобилось переправлять эту избитую женщину средних лет через границу, он этого не показал.

Десятью минутами позже я увидела указатель на Любляну и облегченно вздохнула: мы уже пересекли границу и находились в Словении. Машина свернула на стоянку яркого современного автовокзала, где под высоко расположенными золотыми арками «Макдональдса» выстроились в ряд многочисленные автобусы. Андро припарковался и заглушил двигатель. К этому моменту мое состояние ухудшилось.

– Спасибо, – тихо поблагодарила я.

Он кивнул. Я отстегнула ремень безопасности, вышла из машины, и, когда закрывала дверь, он сказал:

– Драган просил передать, что вернулся домой и все спокойно. Он в халате, если вам это о чем-то говорит.

– Спасибо, – повторила я.

От мысли, что Драган и Лука благополучно вернулись на остров, стало легче. Интересно, а Бранко все еще спит или уже проснулся? И что произойдет, когда он проснется? Я постаралась отогнать эти мысли.

Андро молча потянулся и захлопнул пассажирскую дверцу. Я проводила взглядом отъезжающий автомобиль.

Станция находилась в центре города, и автобусы стояли в ряд возле железнодорожного вокзала. Вокруг толпились люди, несмотря на то что была почти полночь.

Мне нужно было срочно сесть в автобус. Что, если до Драгана доберутся и он расскажет, куда я направляюсь? Они могли бы заявить в Интерпол о том, что я пропала без вести или разыскиваюсь для дачи показаний. Повсюду были камеры видеонаблюдения, и как только они меня засекут…

Я сменила бейсболку с логотипом Coca-Cola на черную, надвинула ее на лицо. Стараясь не поднимать головы, осторожно огляделась по сторонам, не следит ли кто за мной, и поспешила вдоль ряда автобусов. На лобовом стекле последнего из них красовалась табличка «Париж». Он принадлежал транспортной компании FlixBus, популярной среди студентов. Я поднялась по ступенькам; салон уже был полон.

– Сколько стоит билет до Парижа? – неровным голосом спросила я водителя.

– Сорок девять евро, – сказал он, глядя на меня в упор.

Я достала полусотенную купюру, и у меня свело живот, я внутренне съежилась в страхе, что он попросит документы, но он вручил мне сдачу и билет и кивком указал, чтобы я проходила дальше.

Я нашла единственное свободное место у окна посередине салона и с облегчением опустилась на него. Пока я двигалась по проходу, парочка женщин неприязненно смерили меня с ног до головы, но все остальные, казалось, были поглощены своими ноутбуками и телефонами или спали.