После того как Ёся отправился отдыхать, я решил всё-таки прогуляться до Троянской крепости, чтобы осмотреть аппарат, а заодно поговорить с Евой, которая, как выяснилось, в данный момент отсыпалась в одной из кают транспортника. Сам факт наличия кают в антигравитационном аппарате разжёг моё любопытство до предела — хотелось воочию увидеть техническое чудо, созданное под руководством моего гениального техдиректора.

Я подошёл к доверенному помощнику Ёси и попросил его выделить мне кого-нибудь из своих, кто мог бы провести экскурсию по антиграву. Вскоре он представил мне пухленького парня с румяными щеками и живыми карими глазами, которого звали Сиша.

Позаимствовав у Ёсиной команды одну из тележек-антигравов, которую вполне удобно было использовать в качестве пассажирского транспорта, я, парочка моих телохранителей и Сиша взошли на платформу и с ветерком отправились по тоннелю в Троянскую крепость.

Когда я вышел на берег и увидел огромный серебристый объект на специально подготовленной площадке, у меня перехватило дыхание. Передо мной возвышался внушительный полукруглый цилиндр с обтекаемой носовой частью и лобовым стеклом, как у земного самолёта. По бокам конструкции выступали угрожающие стволы крупнокалиберных пулемётов, придававшие аппарату боевой вид.

— Ого!.. Нихера себе, он огромный! — не удержался я от восхищенного возгласа.

Машина величественно блестела, отражая лучи светила своей идеально полированной поверхностью. Я-то ожидал увидеть здесь нечто наподобие увеличенной версии тележки-антиграва. Поэтому никак не мог взять в толк, где там, собственно говоря, могла расположиться каюта. А тут перед моими глазами представало целое летающее двухэтажное сооружение, длиной шестьдесят метров и шириной двенадцать — настоящий воздушный корабль!

От увиденного мою голову заполонили вопросы: каким образом они сотворили это чудо⁈ Когда они успели построить специализированный авиастроительный завод⁈ Да что там этот завод, тут и помимо него нужно создать кучу различных отраслей, а для этого нужны тысячи квалифицированных специалистов и много-много всего… Ну Ёся, Ну чудотворец — ошеломлённо покачал я головой!

Сейчас массивные створки грузового люка, расположенного в задней части аппарата, были полностью раскрыты, и я, движимый смесью восхищения и детского любопытства, поспешил к ним.

— Санёк, а это что за металл⁈ — удивлённо спросил я, постукивая костяшками пальцев по створке. Звук получился не звонким, как от металла, а каким-то глуховатым.

— Меня зовут Сиша, ваше сиятельство, — почтительно поправил меня парень.

— А я тебя что, Андреем называю⁈ — с наигранным раздражением воскликнул я. — Ты что, разве не знаешь, что Санёк — это производное от Сиша?

— Нет, не знал, ваше сиятельство, — с искренним удивлением покачал головой пухляш.

— Теперь будешь знать… Всему вас учи, — недовольно пробурчал я. — Ну так что?..

— Вовсе нет, ваше сиятельство, — с гордой улыбкой покачал головой парень. Его глаза загорелись энтузиазмом, когда он начал объяснять: — Это очередная гениальная придумка господина Ёси! — произнёс он имя моего технического директора, который был на несколько лет младше него, с неприкрытым благоговением. — Фюзеляж данного аппарата создан из особой прочной ткани, пропитанной соком пимы. После окропления кровью тварей и полного высыхания, вся конструкция приобретает прочность, сопоставимую с дюралюминиевой структурой аналогичных размеров, и такой же вес.

— Охренеть! — ошарашенно выдохнул я, отступая на шаг и окидывая всю махину совершенно новым, потрясённым взглядом. — А эти… Как их там?.. Лонжероны, шпангоуты — в общем, внутренние элементы каркаса?

— Тоже из неё, — с довольной улыбкой кивнул Сиша, явно наслаждаясь моей реакцией. — Отрезы той же ткани, пропитанные пимой и окроплённые кровью, укладываются в специальные формы, и после высыхания получается достаточно прочный элемент каркаса.

— Вот это да! — со смешком покачал я головой. — А авиация у нас, выходит, собрана, как говорится, из говна и палок… Точнее, из сплошной органики! Как будто мы всеми силами топим за экологию, ёпта! — рассмеялся я, но тут же задался новым вопросом: — А почему цвет такой? — я провёл рукой по гладкой серебристой поверхности.

— Специальное покрытие, — пожал плечами Сиша, — чтобы обшивка не нагревалась.

— Понятно, — задумчиво протянул я и наконец-то прошёл внутрь.

Я с неподдельным интересом оглядывал внутреннее пространство воздушного судна, всё ещё не в силах осознать, что это чудо инженерной мысли создано практически в средневековом обществе, где ещё недавно самым популярным транспортным средством считалась деревянная телега с запряжённой лошадью.

Внутри грузового отсека царила деловая атмосфера — рабочие споро перемещали ящики и тюки, техники проверяли какие-то системы. Вдоль стен располагались многочисленные крепления для груза, аккуратные шкафы с инструментами и оборудованием.

— И какова грузоподъёмность у этого агрегата? — поинтересовался я, рассматривая массивные крепления для перевозимых грузов.

— Более ста тонн, — с нескрываемой гордостью ответил Сиша, выпятив грудь.

Судя по его реакции, парень принимал непосредственное участие в создании этой летающей громадины — уж очень он гордится её характеристиками.

— О, круто!.. Очень впечатляюще! — уважительно кивнул я. — И сколько таких аппаратов у нас уже есть?

— Всего три, — ответил Сиша. — Каждый из аппаратов имеет свои конструкционные особенности. Мы хотим выяснить на практике, при интенсивной эксплуатации, какая модель окажется наиболее функциональной и эффективной. Следующие транспортники будем создавать исключительно по лучшему образцу, с учётом всех выявленных недостатков.

— Разумный подход, — с умным видом покивал я, хотя в авиации разбирался примерно так же, как свинья в апельсинах.

Вокруг нас сновали люди, многих из которых я видел впервые. Часть занималась разгрузкой, перенося тяжёлые ящики и объёмные тюки, а другие, судя по синей униформе с аккуратными нашивками, являлись постоянным экипажем этого антигравитационного корабля.

Блин, и как же Ёся всё успевает — удивился я⁈ Вон даже собственную форму уже разработали и внедрили. Конечно, он не в одиночку творит все эти чудеса — у него сотни помощников и тысячи подчинённых, но всё равно — коэффициент полезного действия этого юного гения просто зашкаливает.

Размышляя об организаторском таланте Ёси, я заметил среди суетящихся людей знакомую фигуру — Еву. Девушка выглядела заспанной и слегка помятой. Медленно направляясь в сторону выхода, она периодически зевала и потирала глаза, пытаясь окончательно проснуться. Её волосы были собраны в небрежный хвост, а на плече висела объёмная сумка с какими-то бумагами.

Заметив меня, Ева оживилась:

— О, Леонид! — радостно воскликнула она, но, увидев рядом со мной телохранителей и Сишу, быстро поправилась, перейдя на более учтивый тон: — Господин, какая приятная встреча! Рада вас видеть.

— Привет, Ева, — улыбнулся я в ответ. — Есть минутка для разговора? Давай найдём укромное местечко, чтобы поболтать без лишних ушей.

— Да-да, конечно, — энергично закивала она, встряхнувшись и сбросив остатки сонливости. — Прошу за мной, я знаю подходящее место.