Мы с Ёсей отправились в мой кабинет, и как только я закрыл дверь, то тут же взволнованно спросил:

— Как думаешь, о чём они там говорят?

— Тебя обсуждают, само собой, — он небрежно пожал плечами, а заметив мой растерянный взгляд, снисходительно улыбнулся. — Пойми очевидное: этот альянс человечества формируется исключительно вокруг твоей фигуры — вокруг личности императора Сидэро. Каждый из присутствующих правителей связан с тобой тем или иным образом: Наир Зорт и Гок Райдан присягнули тебе как вассалы, Хотор Агус и Марк Ракий разделяют с тобой бремя соправления Вордхолом, а император Макс Арон пока формально остаётся твоим сюзереном… — Ёся сделал многозначительную паузу. — Сложив все фрагменты мозаики, становится очевидно, что именно ты призван осуществлять верховное руководство альянсом человечества, включая командование военной кампанией против пторианцев. Ты инициировал это объединение, и только твоя личность служит связующим звеном между всеми этими разрозненными силами.

— Ну да, так-то логично, — задумчиво протянул я.

В этот момент я мысленно порадовался тому, что на самом деле руководить всей военной кампанией и подготовкой к ней будут Ёся и другие мои ближники. Моя же роль будет гораздо менее ответственной и обременительной: своего рода символический лидер, свадебный генерал — фигура, чьё имя объединяет и вдохновляет войска, а в бою — уникальный воин, способный в одиночку проводить важные спецоперации.

— Однако эти переговоры выявили одну неизбежную истину, — продолжил Ёся, внимательно изучая мои реакции, — твои вассальные отношения с Максом Ароном отныне стали невозможны.

— Эм-м… А можно более подробно? — удивлённо попросил я, хотя отчасти уже догадывался о причинах.

— Вассал, по сути, перестает быть таковым в тот момент, когда его могущество начинает в несколько раз превосходить силу сюзерена, — пояснил он. — И хоть ты не сказал это Максу Арону напрямую, но все и так всё поняли. При этом ты даже не делал никаких намёков относительно своего нынешнего вассального статуса. Тем самым деликатно давая понять императору Максу Арону, что ты стремишься сохранить с ним доверительные отношения и предоставляешь ему возможность выйти из этой ситуации с достоинством.

— Эм-м… Ну да, я хочу сохранить с ним нормальные отношения… По крайней мере, не стать врагами, — медленно кивнул я, удивлённый такими выводами.

Ёся потянулся к вазе с фруктами, выбрал красноватый плод, напоминающий земное яблоко, и, надкусив его, продолжил с неторопливой уверенностью:

— Однако простое союзничество между вами теперь невозможно… И тому существует множество причин. Одна из наиболее значимых — твоё вассальное герцогство Зорт… Если аристократия Арона решит напасть на своего давнего противника, тебе как сюзерену придётся выступить на его защиту. А если наоборот, герцогство Зорт нападёт на Арон, тебе, несмотря на все союзнические договорённости с Максом Ароном, придётся поддержать своего вассала, ведь герцогство Зорт — часть империи Сидэро, твоего государства. Оба этих сценария неизбежно приведут к полномасштабному конфликту с империей Арон. — Ёся сделал паузу, чтобы ещё раз откусить от сочного фрукта. — Поэтому, чтобы сохранить целостность государства, территориальную неприкосновенность и по целому ряду других стратегических причин, у Макса Арона остается лишь один рациональный выбор: принести тебе вассальную присягу.

Я нахмурился, осознавая, что участвую в политической интриге, но сам почему-то не знаю об этом.

— Постой… Ты хочешь сказать, что на сегодняшних переговорах я, точнее мы с тобой, как бы между строк ему обо всём этом намекнули?.. Он всё это понял правильно, согласился с нашими доводами и теперь готов присягнуть мне на верность? — скептически выгнул я бровь.

— Совершенно верно, — жуя, кивнул Ёся.

— А почему ты мне раньше об этом не сказал⁈ — возмутился я. — Оказывается, я тут делаю различные намёки, а сам и не в курсе. Чувствую себя куклой, за ниточки которой дёргает опытный кукловод!.. С маленькими ручонками.

Ёся нахмурился и невольно скосил взгляд на свою руку, в которой держал плод. Потом ухмыльнулся и, посмотрев на меня, менторским тоном произнёс:

— Господин, зачем я буду загружать твой разум лишней информацией о всех тех предположениях, которые могут никогда не сбыться? Ведь если бы сегодня на переговорах Макс Арон повёл себя хотя бы немного иначе… Например, выслушав тебя, сказал, что ему нужно обо всём подумать и уехал… То мы бы оказались на совершенно другой ветви возможных событий, а все мои теоретические построения остались бы лишь игрой воображения.

— Блин, как же тут, оказывается, всё сложно, — тяжело выдохнул я, обхватив голову руками. — То есть сейчас события разворачиваются именно по этой ветке, где Макс Арон становится моим вассалом?

— Именно так, — ответил парень с уверенной улыбкой стратега, предвидящего все ходы противника. — Я готов поручиться, что в эту самую минуту он сообщает остальным правителям о своём глубоком уважении к тебе, о вашем общем наследии — ведь ваши предки стояли у истоков империи Арон. Несомненно, он подчеркнет полную убежденность в твоих выдающихся лидерских и человеческих качествах и, признавая сложившиеся обстоятельства, выразит готовность принести тебе вассальную клятву.

— Охренеть! — покачал я головой, пораженный аналитическими способностями своего юного советника. — Ну-у, если ты прав, то этот расклад всё же намного лучше того, где мы воюем с империей Арон.

— Я в этом уверен на восемьдесят процентов, — пожал плечами Ёся, словно речь шла о прогнозе погоды. — А дальше мы переходим к твоим взаимоотношениям с соправителями Вордхола… После судьбоносного заявления Макса Арона Марк и Хотор тоже изъявят желание присоединиться к империи Сидэро и стать твоими вассальными герцогами…

— О, как!.. А им-то это зачем⁈ — удивился я такому предположению. — Как по мне, этим двоим и в статусе соправителей Вордхола неплохо живётся.

— Потому как если государство Арон присоединится к империи Сидэро, вся политическая обстановка сильно изменится, — терпеливо пояснил Ёся. — Фактически треть Вордхола окажется под контролем могущественной империи Сидэро, объединяющей все прочие человеческие государства. В таком случае Великие кланы Ракий и Агус останутся в положении… — он на мгновение задумался, подбирая подходящее сравнение.

— Как не пришей к писе рукав, — отрешённо произнёс я.

— Ну да, наверное, — кивнул Ёся, незнакомый с этим фразеологизмом. — Дело в том, что их никто не станет защищать от притязаний твоих вассалов, а ты не пойдёшь против своих, чтобы встать на защиту, по сути, чужих территорий… И рано или поздно всё сведётся к тому, что весь Вордхол станет частью империи Сидэро, но далеко не факт, что при этом Великие кланы Агус и Ракий сохранят своё текущее положение или вообще будут существовать. Поэтому, чтобы сохранить свои земли, накопленные богатства и хотя бы некоторую автономию в принятии решений, Марк и Хотор последуют примеру Макса Арона и принесут тебе вассальную присягу.

— Честно говоря, перспектива стать императором всего человечества Архона меня совершенно не радует, — расстроенно вздохнул я, так как даже одна мысль о подобном уже вызывала у меня огромную тяжесть ответственности.

В этот момент у меня в голове, словно кадры кинохроники, пронеслись страницы земных исторических книг: монархи, погибающие от яда, пули, кинжала, взрыва; правители, казнённые вместе с семьями; жизни, пронизанные бесконечными интригами, заговорами и предательствами. В моём представлении жизнь верховных властителей ассоциировалась с нескончаемым стрессом, изматывающим напряжением и постоянной угрозой насильственной смерти, причём не только для самого монарха, но и для его родных и близких.

— Да нахера оно мне вообще всё это надо⁈ Никуда мне эта власть не впёрлась! — возмутился я.

— Господин, — Ёся подался вперёд, и его взгляд приобрёл необычайную серьезность и проникновенность. — Скажи, ты хочешь, чтобы человечество Архона победило пторианцев?.. Чтобы наш народ наконец-то обрёл настоящую свободу?

— Очень хочу, — тяжело вздохнул я, понимая, к чему он клонит.

Ёся откинулся назад, и его лицо озарилось улыбкой:

— Тогда, думаю, ты сможешь найти в себе силы, чтобы потерпеть такие «неудобства», как статус верховного правителя.

Ну что же, если ради дела, то смогу и потерпеть — подумал я… Тем более что мне же не обязательно сидеть на троне до конца своей жизни. Вот победим пторианцев, разовьём технологии, магию и устройства на их смеси, построим космические корабли, освоим космос, организуем всё должным образом… А потом я с чистой совестью уйду на пенсию — лет в эдак сто, а может, даже в тридцать — пятьдесят. А императорский титул передам брату или сестре, перед этим воспитав и обучив их как следует. Сам же займу более скромную должность, к примеру, императорского советника. А может быть, вообще отправлюсь вместе с Таисой в какое-нибудь кругосветное путешествие длиною в жизнь или поселимся где-нибудь на отшибе цивилизации, где нас никто не будет беспокоить со своими бесконечными проблемами.

Мои мечтательные размышления были прерваны неожиданным восклицанием Ёси:

— Точно!.. С этими переговорами у меня совсем вылетело из головы, — он легонько хлопнул себя по лбу. — Я забыл рассказать тебе одну новость.

— Ну, с твоей загруженностью это не удивительно, — хмыкнул я. — И что за новость?

— Я получил доклад от наших операторов систем контроля воздушного пространства… Вчера вечером наши комплексы противовоздушной обороны зафиксировали пторианский транспортный антиграв, оснащенный системой невидимости. Ящеры снова прибыли на встречу с бароном Фордом. Однако вчера место было выбрано другое, да и наши скрытники в тот момент были достаточно далеко… В общем, мы так и не смогли узнать, зачем пторианцы прилетали к барону на этот раз.

— Зачем-зачем, — задумчиво пробубнил я. — Ебиниус у нас, а остальные аронские артефакторы ему и в подмётки не годятся. То есть вряд ли предметом обмена являлся какой-нибудь новаторский артефакт, типа дистанционного определителя ступеней. А раз они прилетали не за артефактами, значит опять кого-то похитили… Ты узнавал у нашей СБ?.. Никто из молодых талантов не пропадал в последнее время?

— Да, конечно, — кивнул Ёся. — Я тоже пришёл к таким выводам и сразу же обратился к Люку. Он расспросил своих офицеров, потом связался с Молотом и спросил у него… Но всё тихо: никто из аристократических семей за последние недели официально не заявлял о пропаже члена семьи, и даже не ходило никаких слухов насчёт этого.

— Хм-м, странно-странно, конечно же, — задумчиво проговорил я. — Может быть, ещё не успели обнаружить пропажу?.. А возможно, пторианцы прилетали, чтобы передать барону Форду деньги за какую-то важную информацию или на, так сказать, представительские расходы — подкупить какого-нибудь чиновника или нанять людей для тайной операции. Короче говоря, гадать тут можно очень долго, — тяжело вздохнул я. — Похоже, о причинах их визита мы узнаем только тогда, когда проявятся последствия.

Мои размышления прервал стук в дверь. После моего приглашения в кабинет зашёл секретарь и сообщил, что важные гости закончили совещание и просят нас вернуться в зал.

— Ну что ж, — сказал я, поднимаясь с кресла, — посмотрим, насколько твои предположения оказались верны.