Вечер на кануне экзамена…

Несмотря на поздний час, центральная студенческая столовая гудит от сотен голосов. Кажется, никто не собирается расходиться, и оно понятно: все взбудоражены предстоящим экзаменом. И если девочки Вайресс на панике от волнения, то остальные студенты просто предвкушают впечатляющее зрелище. Не каждый день на боевой факультет пытается пробиться отряд девиц.

— Ты закрыла дверь на замок? — в который раз спрашиваю Эфи, не отрывая взгляда от записной книжки. Хотя после того количества информации, которую я занесла в неё за последние три дня, книжку впору называть книжищей — настолько распухли её листы.

— Ты уже спрашивала, — флегматично отвечает подруга.

Мы сидим в самом уголке и ждём, когда придут Стиксия и Никс. После событий в библиотеке мы с Эфи удивительным образом сдружились с этой фееричной парочкой. И за фееричность в ней отвечает далеко не Стиксия. Никс — это какой-то фейерверк в драконьей оболочке. Он искрит шутками, подкатывает к каждой встречной юбке, попадает в нелепые ситуации похлеще меня, но при этом остаётся обаяшкой, от улыбки которого тают все представительницы женского пола. Кроме меня, Эфи и Стиксии. И, понаблюдав за Никсом эти три дня, я пришла к очень интересному выводу: Никс-то тоже неровно дышит к нашему артефактору. И все его выходки направлены либо на вызов улыбки у Стиксии, либо на призыв ревности.

— И? Ты закрыла? — снова уточняю я, недовольно зыркнув на подругу.

— Я закрыла дверь, а Чик остался с питомцами, — вздохнув, монотонно повторяет Эфи. — Тебе не о чем беспокоиться, Алиса.

— Ага, как же, — фыркаю я и продолжаю переписывать ответ на последний экзаменационный вопрос. — Вообще не о чем. У нас же завтра нет экзамена. И Ноктурна не уехала по своим каким-то очень важным библиотекарским делам. И дахусим я освоила так, что дар слушается меня, как верный пёс — дрессировщика.

— Ну оживила ты артефактную ручку. — Эфи закатывает глаза, убирая записи в сумку. — Никто ж не увидел. Меньше будешь пугаться!

— Да не от страха это! — Я вспыхиваю румянцем. А всё потому, что Таракаша я оживила от слишком близкого контакта с Райгардом.

Вчера, когда мы с Эфи уже привычно сидели в приёмной и строчили каждый своё (подруга — конспекты учебников, я же записывала под диктовку Чика беседу Райгарда с преподавательским составом), декану зачем-то понадобилось узнать, как у нас дела. И сделал он это слишком провокационно, на мой взгляд: опёрся бедром на стол и склонился к моим записям! Я не испугалась, а смутилась! Оттого ручка в моей руке, оказавшаяся артефактом, тут же зашевелилась. Благо Райгарда отвлекли уходящие преподаватели, а затем он и сам ушёл на встречу с главой стражей. А я обзавелась Таракашем — многолапым пухляшом, шустро набирающим текст под диктовку.

— Хорошо, не от страха, — послушно соглашается Эфи. — Но смущение ты отрицаешь. Хочешь сказать, что тебя так тошнит от нашего декана, что ты непроизвольно испускаешь…

Рядом с нами в этот момент грохается чья-то сумка. Эфи осекается и тут же хмурится, глядя на стоящего за моей спиной гостя.

— Что испускает наша Алиса?

Елейный голос Кайгарда заставляет меня передёрнуть плечами.

— Очевидно, миазмы зловония, — доносится до меня мерзкое хихиканье.

Обернувшись, тут же обнаруживаю Люцину и её кружок припевал. Три девицы-аристократки явно сделали ставку на дружбу с одной из самых богатых наследниц в империи. Что, в принципе, логично. С их успехами в теории и дахусиме на собственные силы этим трём полагаться не стоит: мигом на бытовой вылетят.

— Хм-м-м, — задумчиво тянет Кайгард, останавливаясь у моей лавки и повернувшись к зрителям. — Не думал, что в такой симпатичной головке водятся такие умные словечки.

В столовой повисает тишина, а я переглядываюсь с Эфи, которая отвечает мне непонимающим взглядом. Что задумал принц? Он оскорбляет Люцину? Делает ей комплимент? Или, что самое невероятное, заступается за меня?

— Я и не такое знаю! — гордо выпятив грудь, с улыбкой произносит Люцина.

— Да, пожалуй, тут половина академии в курсе широты твоих познаний, — откровенно ржёт Кайгард, и, когда до меня доходит скрытый смысл его слов, тело окатывает ледяной волной.

Округлившимися глазами смотрю на Эфи, которая только рот рукой прикрывает. Подруга тоже в шоке от грубости Кайгарда. Пускай Люцина не хранит себя, но это же её дело!

По рядам сидящих прокатываются хохотки, но Люцина будто не слышит их. Продолжает по кукольному улыбаться принцу.

— Если хотите, можете составить нам компанию, — щебечет она. — Подальше от источника зловония.

Кайгард вместо ответа склоняется ко мне и демонстративно втягивает воздух. Замерев, я во все глаза пялюсь на принца, а он подмигивает мне.

— Нет, ничего не чувствую, — буднично заявляет Кайгард, выпрямляясь и разводя руками. — Ваниль, шоколад и немного лимона. Но если ты, — раскрытой ладонью он указывает на Люцину, — ощущаешь какой-то неприятный запах, стоит проверить, не смердишь ли ты. Говорят, высокомерие имеет свойство тухнуть.

С этими словами он разворачивается и, обойдя наш стол, усаживается рядом с Эфи. И делает это всё в гробовой тишине.

— Простите, ваше высочество. — Дрожащий голос Люцины поднимается к самому потолку. — Возможно, я переусердствовала на тренировках.

Кайгард, не обращая внимания на её лепет, неотрывно смотрит на Эфи. А та, в свою очередь, сидит так ровно, будто ей палку к спине привязали. Я вообще перестаю понимать, что происходит. За прошедшие три дня я виделась с Эфи только по вечерам. Днём она то проводила время с Ноктурной, то зависала на тренировочном полигоне, желая по максимуму подготовиться к физической части экзамена. Стиксия говорила, что с Эфи кто-то занимался, но я думала, что это наши девочки. А что, если это был принц?!

— Обязательно быть таким грубым? — шипит Эфи, когда Люцина, так и не дождавшись ответа Кайгарда, покидает столовую.

Слава драконьим богам, обходится без улюлюканий и освистываний.

— А с чего я должен быть с ней деликатным, если она сама себя ни во что не ставит? — вопрошает Кайгард, склонив голову набок и заглядывая в лицо Эфи.

— Э-э-э, а вы ничего не хотите мне объяснить? — влезаю в их разговор. — Последнее, что меня сейчас волнует, — это задетые чувства Люцины. В конце концов, она не святая, чтобы её защищать. А вот что происходит между вами двумя — это вопрос!

— Ничего между нами нет! — вспыхивает Эфи, со злостью глядя на Кайгарда.

— Да-а-а-а? — игриво уточняет он, задирая бровь. — Точно? А ты ничего не забыла, Уголёк?

— О какой сделке идёт речь? — непонимающе гляжу на странную парочку.

А эти двое будто меня не слышат. Да какой меня, они вообще никого не замечают — смотрят лишь друг на друга. Эфи с таким огнём в глазах, что Кайгард должен бы воспламениться. А принц же, напротив, кажется самим спокойствием. Спокойствием с ехидной ухмылкой на губах.

— Эфи? — требовательно зову я.

Тревога за подругу расползается в груди, вытесняя остальные переживания. И предстоящий экзамен, и задания Райгарда, и пока не озвученные просьбы Вайресс — всё в стороне. Во что умудрилась вляпаться Эфи?

— Эй, мне кто-нибудь ответит? Что за сделка?

— Она знает, — небрежно бросает принц, удостоив меня ленивым поднятием брови. — Правда, Уголёк?

— Прекрати меня так называть, — шипит Эфи, отчаянно краснея.

— Да что я пропустила?! — взрываюсь я, подаваясь вперёд.

— Привет, бедолаги! — раздаётся сзади.

Через секунду по обе стороны от меня усаживаются Никс со Стиксией. За столом повисает гнетущее молчание. Мне хочется дожать сидящую напротив парочку, но я не уверена, что это можно делать при посторонних.

— Чего у вас тут? — Никс подтягивает к себе мои записи и спустя секунду разочарованно фыркает: — Учё-о-о-оба. А я думал, вы какие-нибудь ваши женские книжечки читаете. Ну там про любовь с драконами и прочая романтика.

— Да почему сразу любовные романы? — с удивлением спрашиваю я и бросаю на Эфи строгий взгляд. Разговор откладывается, но это не значит, что я забуду об их с принцем сделке. — Может, нам интереснее познавать мир. Ну или в качестве разнообразия что-то более фантастичное — про любовь с богатеями в мире без магии.

— Но драконы? — Никс в наигранной обиде выпячивает губу и смотрит на меня такими жалостливыми глазками, что я еле сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться. — Малыш, но ведь драконы лучше. Никаким богатствам не переплюнуть силу драконьей магии!

— Если это магия звонких монет — запросто, — деловито уведомляю его. — Ты просто не умеешь ею пользоваться. Точнее, применяешь без ума.

— Как применить то, чего нет? — замечает Кайгард, а я дыхание задерживаю.

Как не дышат и девочки. Втроём мы следим за тем, как легкомысленное веселье исчезает из глаз Никса. Дракон медленно поворачивает голову к кузену, и вокруг будто холоднее становится. Волоски на моей чёлке шевелятся от невесть откуда взявшегося сквозняка. От разливающейся вокруг угрозы затихают даже трещащие на фоне студенты.

— По своему опыту судишь? — прищурившись, уточняет Никс.

— Зачем? У меня наглядное пособие перед глазами, — откинувшись на стену и сложив руки на груди, с ухмылкой парирует Кайгард. — Сколько отцовских денег ты спустил на твои так называемые дружеские вечеринки? Много друзей купил?

— Ни одного, — не моргнув глазом, отвечает Никс. — Но, как видишь, — дракон разводит руками, показывая, что все, кто за его спиной, ему товарищи, — они и без тугого кошелька за меня горой. И в отличие от тебя, мне любовь покупать не надо. Так кто из нас разумнее, а, братец?

Секунду ничего не происходит, а в следующее мгновение стол между нами будто сам собой исчезает. Время замедляет ход, перед глазами пролетает чёрная тень, а в следующее мгновение тишина взрывается грохотом. Откинутый Кайгардом стол врезается в противоположную сторону, а сам принц, той самой тенью пронёсшийся мимо, валит Никса на пол.

— Сучонок! — выплёвывает Кайгард, нанося удар брату.

— От сучонка слышу! — успевает выкрикнуть Никс, прежде чем они начинают драться.

Причём делают это с особенно ожесточённой злостью. Не мутузятся играючи, как делали мой брат с друзьями, а лупят что есть дури.

— Хватит! — вскочив, кричу я. — А ну, прекратите!

Я в шоке пытаюсь как-то подступиться к драконьему клубку, но Стиксия аккуратно берёт меня за локоть и оттягивает в сторону. Подняв глаза, я понимаю, что никто не спешит разнять парней. Все просто смотрят.

— Но...

— Алис, они постоянно так дерутся, — вздыхает артефактор. — Все уже привыкли.

— Очень жаль, что такое поведение воспринимается как норма, — вставляет Эфи, поднимаясь со скамьи и подходя к нам. — Не думала, что...

Она не успевает договорить, двери в столовую распахиваются, являя нам Райгарда. Хотя нет, сейчас в столовой появляется генерал Райгард Скайгард, и судя по его свирепому виду, сейчас чья-то самооценка резко спикирует на дно.

— А ну, разошлись по сторонам, — говорит дракон тихо, но при этом настолько грозно, что у меня мурашки на руках встают по стойке смирно.

Но даже появление дяди не приводит Никса с Кайгардом в чувство. Обмениваясь ругательствами и ударами, они продолжают драку.

— Студенты, на выход! — приказывает Райгард, снимая китель и отбрасывая его в сторону.

Дракон подворачивает рукава рубашки и направляется к взбесившимся племянникам. Остальных дважды просить не приходится. Студенты шустро покидают свои места и очень быстро, если не сказать молниеносно, исчезают за порогом. А я испытываю иррациональное чувство разочарования, потому что остаться хочется. Не потому, что интересно, как будут воспитывать отпрысков императорской крови, а хочется подольше посмотреть на Райгарда. Уж очень притягателен он в своей суровости. Что уж говорить о бугрящихся под рубашкой мышцах.

— Стоять, — резко командует Райгард, глядя прямо на меня. — Ты остаёшься.

— Нам тоже остаться? — тут же вопрошает Эфи, хотя у неё на лице отпечатывается желание сбежать вместе с остальными учащимися.

Декан на её вопрос даже не реагирует. Точнее, реагирует лишь его бровь, по движению которой девочки понимают, что им лучше лишний раз не отсвечивать.

— Но я ничего не сделала! — оправдываюсь я, пока подруги шустрыми полёвками обегают мощную фигуру Райгарда и, бросив на меня кто ехидный (Стиксия), кто извиняющийся (Эфи) взгляды, выходят из столовой.

Дракон ничего не отвечает, а лишь бросает на меня хмурый взгляд. Я тут же закрываю рот, ещё и пальцами проворачиваю так, будто замок вешаю. Декан только глаза к потолку закатывает, а затем поворачивается к катающимся по полу братьям.

— Я. Сказал. Хватит! — чеканит Райгард так, что стёкла в окнах испуганно звякают.

Команду дракон дополняет действием: хватает парней за уши и тянет наверх.

— Вашу ж матушку! — взвывает Никс.

— Ты бы бабушку тут не припоминал. Она на моём месте вас бы уже потоком воздуха раздела догола и из академии вышвырнула, — шипит Райгард и встряхивает парней.

Мне даже кажется, что я слышу хруст ломаемых ушей.

— Смирно! — ровным тоном командует декан.

И оба парня нехотя подчиняются. Встают перед Райгардом, опустив головы и бросая друг на друга косые взгляды.

— Вы чего, петухи нещипаные, устраиваете? — тихо, но оттого ещё более зловеще, интересуется декан. — Вы что подданным демонстрируете? Неуравновешенный принц и такой же брат. Будущий правитель, которого легко вывести из себя? Вы совсем тут охренели, детки?

— А я-то чего? — обиженно бубнит Никс. — Спокойно говорили, а он ни с того ни с сего сорвался.

— Алиса, — внезапно зовёт меня Райгард. — Что спровоцировало драку на этот раз?

Все трое внезапно смотрят на меня, а я даже воздухом давлюсь от такого неожиданного внимания. И если декан глядит на меня спокойно, я вижу в его глазах ледяную, профессионально сдерживаемую ярость, то вот парни ждут моего ответа с диаметрально противоположными эмоциями. Никс гримасничает, явно прося выгородить его. Кайгард же лишь складывает руки на груди и высокомерно вздёргивает бровь, мол, давай, сдавай, я ко всему готов.

— Алиса. Ты видела, из-за чего началась драка? Кто напал первым? — подбадривает меня Райгард.

— Я-а-а… — растерянно тяну, бегая взглядом от одного брата к другому.

Конечно, можно свалить всю вину на Кайгарда, и это отчасти будет правдой. Ведь именно провокационное поведение наследника привело к драке, но ведь Никс виноват не меньше. И несмотря на отвратительное поведение обоих драконов, мне совершенно не хочется подставлять их. Ни Никса, ни Кайгарда. Я всегда выгораживала своего брата, когда он влезал в драки с деревенскими пацанами. Вот и сейчас, глядя на этих двоих обалдуев, которые старше меня не только по возрасту, но и по статусу, я почему-то чувствую потребность защитить их перед Райгардом.

— Ясно, — не дождавшись моего ответа, вздыхает декан. — Ещё одна сестра милосердия, жалеющая двух идиотов. — И прежде чем я успеваю выдать гневную тираду, Райгард отворачивается к парням. — Раз причину драки мне не узнать, позвольте поинтересоваться: какой Бездны вы рядом оказались? Я неясно выразился, когда приказал держаться друг от друга подальше?

— Ясно, — эхом откликаются оба брата, бросив друг на друга злобные взгляды.

— И что же настолько важное свело вас в одной столовой? — продолжает допытываться Райгард.

Меня и саму этот вопрос интересует. И если с Никсом всё более-менее понятно, то вот причина присутствия Кайгарда так и осталась невыясненной.

— Опять девицу не поделили? — тем временем цедит декан, а у меня глаза на лоб лезут.

Так вот где тварь Бездны зарыта! Теперь и слова Никса о покупке любви становятся понятными.

— Или кому-то снова отцовского внимания не досталось? — продолжает Райгард, смотря при этом на принца.

— Дядя, — бросает тот, сжимая губы в узкую полосу. — Я готов выслушать ваши нотации, но не при ней же!

Он бросает неприязненный взгляд в мою сторону, и тут я понимаю, что принцу стыдно. Кайгарду неловко, и это бесит дракона больше, чем публичная порка.

— Чем тебя смущает присутствие Алисы? — обманчиво спокойным голосом интересуется Райгард.

Я не вижу его глаз: декан стоит ко мне боком. Но то, как сжимаются челюсти дракона и ходят желваки под кожей, чётко говорит мне, что Кайгард ходит по лезвию ножа. Не знаю почему, но любой вопрос, касаемый меня, вызывает у Райгарда просто бешеное раздражение. Неужели я так его утомила?

— Тем, что она чужая, — задрав подбородок, отвечает принц. — Да она даже не аристократка!

Никс на этом его выпаде бьёт себя ладонью по лбу и качает головой. И я согласна. Знай Кайгард своего дядю чуть лучше, давно бы понял, что задевать чьё-либо происхождение при нём не стоит: вызверится.

— И что с того, что она не из высшего общества? — с рычащими нотками уточняет Райгард.

— Да вы мою репутацию портите! — взрывается принц.

— Ты и без меня и Алисы прекрасно с этим справляешься! — рявкает на него декан. — Твои потасовки, загулы и вечные поиски проблем — вот что портит твою репутацию! Кайгард, возьмись за голову, ты будущий правитель! Пора оставить в прошлом твои детские обиды на отца!

В столовой повисает тяжёлая тишина. Кайгард, будто не веря тому, что услышал, поражённо смотрит на дядю. Никс же, округлив глаза от удивления, пытается прикинуться шкафом.

— Лотр Скайрид… — зову я, когда молчание затягивается, а на лице Кайгарда вместо ярости появляется пугающее опустошение. — Его высочество…

Хочу заступиться за поганца хотя бы потому, что вопрос родителей — это всегда больно. И даже к давно взрослым людям с этой темой надо подходить деликатно. Чтобы не навредить, не усугубить душевную боль. Старая лотта Аделис всегда говорила мне: «Добрый разговор да под чашечку анисового чая исцелит любую рану. Даже ту, что нанесена самыми близкими людьми».

— Не надо, Алиса, — качнув головой, перебивает меня Кайгард. — Я всё понял. Пожалуй, это единственная моя положительная черта — мне не надо повторять, я всё понимаю с первого раза. Вот. — Он лезет во внутренний карман потрёпанного кителя и достаёт сложенный вчетверо клочок бумаги. — Я, собственно, за этим в столовую и пришёл.

Он передаёт записку Райгарду, который принимает её, заметно нахмурившись.

— Что это?

— Список бытовичек, участвовавших в налёте на комнату Алисы, — пожав плечами, поясняет принц и, заметив дёрнувшегося к нам Никса, добавляет: — Я услышал, что этот ищет каких-то взломщиц, ну и дёрнул свои связи.

— Зачем тебе это? — спрашиваю я, не веря в такую щедрость Кайгарда.

— Затем, что меня достало слепое обожание, — фыркает Кайгард. — Эти курицы возомнили, что могут делать всё, что им захочется, лишь бы добиться моего внимания. Бесят.

— Ты сам долгие годы это поощрял, — комментирует Райгард, читая мелкие строчки. — Их так много?

Заглядываю в листочек и, не удержавшись, присвистываю. И тут же получаю удивлённый взгляд дракона.

— Ну а что? Их аж девять! Не думала, что перейду дорогу сразу стольким девушкам!

— Их больше, — проведя рукой по волосам, влезает Никс. — Не знаю, какие связи там задействовал наше высочество, но мы со Стиксией выяснили, что этих дурочек на дело вдохновил кто-то другой. Говорят, кто-то из административного состава.

— Жева-а-анш, — выдыхаю я.

— Ш-ш-шмонна, — прищурившись, тихо произносит Райгард.

Мы говорим одновременно, а потому тут же смотрим друг на друга.

— О как, — ухмыльнувшись, проговаривает Кайгард и разворачивается на выход. — Ну вы дальше без меня. А я пойду. Надо проработать детские травмы, чтобы дядюшка был доволен.

Он делает пару шагов, когда его окрикивает Райгард:

— Кай!

— Да не надо беспокоиться, — нарочито беспечно отзывается принц, развернувшись и идя спиной вперёд. — Всё в порядке, дядя. Не первый раз меня носом по столу возят. Я привык терпеть. В конце концов, терпение тоже нужно будущему правителю, верно?

Он скрывается за порогом быстрее, чем Райгард успевает что-то ответить.

— Пацан. — Декан расстроенно качает головой и тут же переводит взгляд на Никса, стоящего перед ним и с преувеличенным интересом разглядывающего последствия их с братом драки. — Чего стоишь? Бегом к бытовикам и хозяйственникам. Скажи Жеванш и Шмонне, что лотр Скайрид желает увидеться.

— Я что, похож на гонца? — возмущается Никс.

— Сейчас в окно выкину — и будешь похож на почтового голубя, — припугивает Райгард, а я улыбаюсь, живо представив эту картинку.

— Понял-понял! — Парень примирительно поднимает руки и ретируется быстрее, чем его братец.

Каких-то несколько секунд в столовой висит тишина, а затем мы с Райгардом говорим одновременно.

— Я приготовлю кофе!

— Ты пойдёшь спать.

Снова смотрим друг на друга. В груди вспыхивает смущение, и я опускаю взгляд. Правда, ровно до тех пор, пока до меня не доходит смысл его слов.

— Что значит я пойду спать? — возмущаюсь я. — А как же взломщицы? А как же Жеванш со Шмонной?! Я тоже хочу присутствовать при их допросе! Они на меня напали! Ну почти. Я должна быть там и смотреть в их наглые глаза!

Райгард в ответ лишь с усилием трёт лицо и показательно медленно выдыхает.

— Пойдём, — соглашается он.

— Что? — Я замираю, не веря своей победе. — Так просто?

— Алиса, — с усталой улыбкой произносит дракон и кивком предлагает пройти на выход. — Я знаю тебя недолго, но одно уже успел понять. Если тебя куда-то не пустить, ты найдёшь обходной путь. И в твоём случае этот обходной путь может стоить академии стен. А я хоть и очень богатый дракон, но ремонт древнего замка в мои планы не вписывается.

Возмущение, горящее в сердце, практически тут же переплавляется в чувство глубокого удовлетворения. Какой всё-таки понимающий у меня начальник. Всего-то пару раз надо было удивить. То-то же.