Алиса Люкан

Райгарда задерживают ректор с принцессой и я, воспользовавшись этой заминкой, вызываюсь сопроводить девочек до лекарского крыла. Оставив их там и заверив бледную, испуганную Эфи, что не держу на неё зла, я направляюсь в деканат. И вот в одном из коридоров меня замечает Райгард.

— Алиса, стой!

Он следует за мной, ловко обходя студентов, прохлаждающихся во время перерыва. Я же не сбегаю, но мне жизненно необходимо провернуть одно маленькое дельце прежде, чем декан до меня доберётся. Ну и передышка мне нужна. После того как Райгард спас меня от спонтанного срыва Эфи, я ему в глаза смотреть не могу. Просто потому, что дурацкое сердце дало сбой. Я и раньше видела в драконе обаятельного мужчину, вызывающего у меня уважение. А сейчас…

Сейчас всё изменилось, и краснеть при нём я теперь буду не из-за стеснения, а от откровенного смущения. Райгард Скайрид, мой начальник, мне нравится. И нравится совершенно не так, как должен нравиться руководитель подчинённым. И это всё усложняет. Райгард не должен ничего понять, иначе я лишусь работы, а без неё мне не скопить денег на обучение.

— Алиса, стой же! — слышится за спиной, когда я хватаюсь за ручку двери в деканат.

Дёргаю с такой силой, что ещё чуть-чуть — и несчастная скоба осталась бы у меня в руках. Сердце гулко стучит в груди, отдаваясь тяжёлым «бух» в ушах.

— Ты вообще понимаешь, что бежала от декана? — скептически уточняет Чик, всё это время сидящий у меня на плече.

Ну как сидящий. Скорее вцепившийся в ткань пиджака так, что там остались зацепки. Да и сам ворон выглядит сейчас так, будто пролетел несколько километров в кинетических почтовых трубах, чьи сети опутывают всю «Ресталию».

— Ага, — односложно отмахиваюсь я, подбегая к рабочему столу.

Выдвинув сразу все верхние ящики, роюсь в поисках изолирующей ленты. Мне её выдали в службе лотты Шмоны и строго-настрого запретили транжирить. Такой лентой запаковываются особо важные, секретные письма и посылки, сохраняя тем самым их содержимое в целостности и сохранности.

— Ты чего удумала? — в голосе Чика проскакивает искренняя тревога.

— Помоги! — вместо ответа бросаю я.

Вытащив катушку ленты, второй рукой достаю из сумки слепарь. Лента, как назло, перекрутилась, и я зубами подцепляю свободный край, начиная разматывать катушку.

— Дерви, — сквозь плотно сжатые губы прошу ворона и протягиваю ему слепарь.

— Эй, вы что творите?! — тут же заливается он.

— Обеспечиваем твоё молчание, — поясняю я, отплёвываясь от кусочков ленты.

Чик быстро соображает, чего я от него хочу, и принимается крутить слепарь в лапках.

— Я императорская реликвия! — возмущённо голосит слепарь. — Уникальное создание! А вы меня в ленту заматываете?!

Он даже дёргаться начинает, отчего моя рука срывается, приматывая лапку Чика к слепарю.

— А ну, прекрати! — прикрикиваю я, чувствуя, как от нервов взмокает спина. С минуты на минуту в приёмную ворвётся Райгард, а я ещё не заставила слепарь молчать. — Сам виноват! Ты зачем из сумки выкатился?!

— Мне было интересно, — бубнит в ответ артефакт.

— А разговаривать зачем начал? — интересуется Чик.

— А ты бы не заорал, если б узнал, что, например, дракон?!

— Я это и так знаю, — важно отвечает ворон. — И как видишь, не ору.

— Ой, иди ты! — огрызается слепарь и тут же выдаёт вспышку.

— Паразит!

Вскрикнув, я совершаю неудачный взмах катушкой, и в этот раз к слепарю приматывается уже клюв Чика.

— Алифа! — возмущается ворон, глядя на меня с укором.

— Прости-прости-прости, — причитаю я и в тот же миг вздрагиваю от хлопка двери.

Кажется, в приёмной даже воздух замирает, когда я медленно поворачиваюсь к стоящему на пороге декану. Представляю, какую интересную картину он сейчас наблюдает. Вороватая я, ошарашенный Чик, примотанный к слепарю. И полыхающий от негодования артефакт.

— Я должен спросить, что происходит? — устало потерев переносицу, интересуется Райгард.

— А надо? — глупо хихикаю в ответ.

— Вот и я думаю, хочу ли я знать, — вздыхает дракон и неспешно подходит к нам.

Протягивает руку к ножницам, лежащим на моём столе в специальном пенале, и одним движением рассекает ленту. Освобождённый Чик в тот же миг отпрыгивает на безопасное расстояние, а затем и вовсе прячется к себе в клетку. Старательно счищая остатки ленты с клюва, ворон ворчит и бросает на меня обиженные взгляды.

— Я просто хотела обезопасить императорскую реликвию, — всё же решаю объясниться.

— Замотав слепарь изолирующей лентой? — иронично интересуется Райгард.

Дракон откладывает ножницы и артефакт в сторону и, сложив руки на груди, смотрит на меня — прямо, открыто и выжидающе. И меня от его взгляда начинает потряхивать. Драконьи боги, да я никогда так себя с парнями не чувствовала, а тут смущаюсь, как девица, мужчин никогда не видавшая.

— Меня заверили, что эта лента обеспечивает полную сохранность отправлений. Блокирует как исходящую от посылки магию, так и направленную на неё. Мне не хочется стать той, кто сломает столь ценную вещь. Я же вовек не расплачусь.

— Алиса, тебя никто не заставит оплачивать ущерб, ведь реликвия взята под мою ответственность, — склонив голову набок, спокойно отвечает Райгард, а у меня уши горят от его пристального взгляда.

Клянусь, если б в нашем мире существовала ментальная магия, дракон совершенно точно ей бы сейчас воспользовался. Уж слишком давит он на меня.

— Знаешь ли, даже если она взята под твою ответственность, это не снимает её с меня. Не хочу тебя подводить, — возражаю я, косясь на лежащий в нескольких сантиметрах от меня слепарь.

Поганец, покачиваясь, пытается организовать побег, случайно свалившись со стола.

— Не думаю, что ты можешь сделать хуже, чем сейчас, — кривовато ухмыляется декан и, сделав шаг в сторону, присаживается на столешницу.

Руки держит всё так же сложенными на груди и продолжает смотреть на меня. И чем дольше длится между нами молчание, тем сильнее я нервничаю. Взгляд дракона из иронично-заинтересованного становится странным. Тёмным, будоражащим — я не понимаю, что это значит.

— Что? — не выдержав, спрашиваю я.

— Что? — задрав бровь, переспрашивает дракон.

— Почему вы так на меня смотрите? — выпаливаю я, отчаянно краснея щеками.

— Ты, — спокойно проговаривает Райгард.

— Ты?

— Мы уже условились перейти на «ты», Алиса. А выкаешь ты, очевидно, потому, что нервничаешь. Отсюда вопрос: что тебя беспокоит? Я не так долго тебя знаю, но почему-то уверен, что повышенная тревожность тебе не свойственна. А последние несколько дней ты словно заготовка под артефакт — вся под напряжением, того гляди и рванёшь. В чём проблема?

«Я и есть артефакт недоделанный! — мысленно кричу я. — И бахну так, мало не покажется!»

— Никаких проблем, — рапортую я с искусственной улыбкой на губах. — Тебе показалось, Рай… гард, — быстренько исправляюсь я, заметив полыхнувшие огнём глаза дракона.

Оттолкнувшись от стола, я обхожу его и сажусь на своё место. Заодно и слепарь подкатываю к себе, пряча его в выдвижной ящик.

— Лотр декан, я бы хотела вернуться к своим непосредственным обязанностям, — преувеличенно официально прошу я.

А у самой сердце заходится в очередном лихорадочном танце. А всё потому, что Райгард, резко развернувшись и упёршись ладонями в стол, склоняется ко мне. Ему явно не понравился мой манёвр и уход от прямого вопроса.

— Б-будут ли какие-нибудь задания на вечер? — инстинктивно отклонившись в кресле, интересуюсь я.

Меня окутывает тот самый запах, который я теперь ни с чем не перепутаю. Мужской, заставляющий волоски на руках приподняться, а низ живота ошпаривающий кипятком.

— Алиса, я тебе не враг и, вероятно, единственный настоящий друг в академии. Это помимо того, что я твой начальник. Расскажи, что тебя беспокоит, и мы с тобой решим эту проблему. Мне нужна деятельная, исполнительная помощница, а не дёрганая сотрудница, боящаяся собственной тени.

Подавшись вперёд, Райгард нависает надо мной, заставляя ощутить себя маленькой пичужкой в лапах матёрого котищи. Краем глаза замечаю движение в клетке Чика. Ворон, подняв лапку, которой очищал перья на голове, замирает с открытым клювом и во все глаза пялится на нас с Райгардом. И будто отражая мечущиеся в голове сомнения, я вижу во взгляде моего помощника главный мой вопрос: можно ли довериться? Нужно ли? Ведь обратного пути не будет, а инари слишком ценны, чтобы из-за них идти против древних законов.

— Райгард! Не смей наказывать девочку!

Волшебство момента разрушается вместе с влетевшей в приёмную принцессой. Одновременно с драконом поворачиваю голову к входу и успеваю заметить только метнувшуюся в нашу сторону стройную фигуру. А уже в следующий момент Вайресс оттесняет Райгарда от стола, загораживая меня.

— Не смей тиранить девочку, — строго выговаривает принцесса ошарашенному брату. — Что бы она ни сделала, она не виновата!

Столь слепая забота, конечно, приятна, но рациональная часть меня тут же принимается просчитывать, чего мне это будет стоить. Вайресс, может, и защищает меня по велению души, но я достаточно хорошо знаю аристократов, чтобы понимать: их поддержка имеет свою цену.

— Ресса, угомонись, — качает головой Райгард. — И позволь узнать: из-за чего я должен наказать Алису?

— Как из-за чего? — несколько сдувается принцесса и косится на меня через плечо. — Я же сказала: не важно, что она сделала. Ей простительно!

— Даже так? — Райгард еле сдерживает улыбку. — И почему же?

— Потому что она девочка! Вот! Хрупкая и беззащитная перед таким драконищем, как ты! — выпаливает Ресса.

— К твоему сведению, сия хрупкая и беззащитная особа на днях спалила чайник, чуть не лишила меня любимых брюк путём их сожжения и перегрела пищевой раздатчик в столовой, отчего некоторые выхватили лещом по голове…

— Селёдкой, — машинально поправляю я.

— Селёдкой, — ухмыляясь, соглашается дракон и, чуть склонившись набок, интересуется у меня: — Я ничего не забыл?

— Не-а, — с деревянной улыбкой отвечаю я, мысленно добавив к моим похождениям зоопарк из оживших артефактов.

— Как видишь, Ресса, Алиса и без твоей яростной защиты вполне может за себя постоять. Пока не совсем умело, но с изощрённой фантазией.

На мгновение в приёмной повисает молчание. То, как при этом пыхтит принцесса, говорит о глубокой мыслительной работе.

— Всё равно! — наконец изрекает она, не желая сдаваться. — Пускай физически Алиса себя в обиду не даст, но я ведь знаю, как филигранно ты капаешь на мозг. Я беспокоюсь о душевном состоянии моей звёздочки.

— Звёздочки? — нахмурившись, переспрашиваю я и переглядываюсь с Чиком.

Ворон отвечает мне столь же настороженным взглядом.

— Конечно! — с пугающим энтузиазмом восклицает Ресса. — Звёздочки и моей правой руки в деле, которому я посвящу остаток жизни.

— Драконьи боги, только не это! — восклицает Райгард, возводя глаза к потолку.

— Именно это. — В этот раз на губах принцессы возникает по-настоящему плотоядная улыбка. — Братец, академию давно пора реформировать.

— Только не говори, что ты останешься в «Ресталии» и после отбора, — с неприкрытым ужасом уточняет дракон.

— Зришь в корень, Райгард. Ты так торопился догнать Алису, что не услышал главного из нашего разговора с ректором. Он создаёт совет по гендерному равноправию. И возглавить его лотр Граймс предложил мне. Я же, в свою очередь, поставлю Алису моим заместителем.

— Надо проверить старикашку на вменяемость, — бормочет под нос Райгард.

— Чего ты там бухтишь? — тут же вспыхивает Ресса.

— Я говорю, пойдём чай пить, сестрица. Разговор, судя по всему, у нас будет долгий.

Дракон проходит к двери в свой кабинет и, распахнув её, очень выразительно смотрит на принцессу. Так, что даже шанса на возражение не остаётся. Ресса, проявляя чудеса проницательности, послушно направляется к брату, подмигивая мне напоследок.

А в моей голове просто взрыв происходит. Помощница, староста, а теперь ещё и заместитель главы гендерного совета. Не много ли на меня вешают? И главное, сколько за это будут платить?

— Алиса, будь добра, два чая, — просит дракон, когда принцесса равняется с ним.

— С лимонными дольками? — тут же уточняю я.

— И фиалковыми леденцами, если есть, — тут же добавляет Ресса.

— К сожалению, нет, — искренне огорчаюсь я и сразу делаю пометку в рабочем ежедневнике. — Но я могу сбегать в торговые ряды.

— А это будет удобно? — участливо интересуется принцесса.

Я уже открываю рот, чтобы заверить её, что это моя работа — обеспечивать комфорт декану и его гостям, как Райгард отрезает:

— Нет, это будет неудобно. — Дракон бросает на меня пригвождающий взгляд. — Мы запасёмся твоими леденцами на будущее, а пока у Алисы есть работа в приёмной.

— Да? — изумляюсь я, ведя взглядом по идеально чистому столу.

Ещё утром я разобрала всю почту декана и рассортировала письма по степени срочности и темам.

— Да! — раздражённо отвечает Райгард и, на несколько мгновений скрывшись в кабинете, возвращается с кипой бумаг и конвертов. — Вот, будь добра, уничтожь всё в измельчителе.

— Всё-всё? — удивлённо уточняю я, разглядывая те самые письма, которые я определила в папку «На потом». — А вдруг что-то важное?

— Сделают ещё один запрос, — отмахивается Райгард и, вернувшись к сестре, подталкивает ту зайти в кабинет. — Алиса, чай, пожалуйста.

— Да-да.

Я вскакиваю с места, бросаюсь к кухонному уголку. Краем уха успеваю ухватить брошенную Вайресс фразу о внедрении брюк в женский вариант академической формы.

— М-да-а-а, — задумчиво тянет Чик, приоткрывая дверь клетки и высовываясь наружу.

— Что? — занимаясь чайником, спрашиваю я.

— А ты не поняла, что ли?

— Хватит говорить загадками. Ты секретарь, а не мастер шарад.

— Да он тебе задание на ходу придумал, Алис.

— С чего ты решил? — покосившись на ворона, хмыкаю я. — Вполне важное дело же.

— Очевидно же, что декан не хочет, чтобы ты приёмную покидала! — хрипло посмеиваясь, поясняет Чик. — Видимо, боится, что придётся бегать за тобой по академии с огнетушителем.

В ответ я молчу. Слова ворона не лишены логики, да и уничтожение якобы ненужных писем действительно кажется надуманным предлогом.

— Да даже если и так, — фыркнув, я осторожно засыпаю ароматные чаинки в заварочную колбу. Стараюсь при этом контролировать дыхание, как учил ректор. — Ну посижу я тут, мне же полезнее. И безопаснее.

— Ага, а потом её высочество убежит по своим революционным делам, а Райгард как раз обдумает новую тактику, как вскрыть твою шкатулочку с секретами, — понизив голос, напоминает Чик.

— А может, я хочу, чтобы он её вскрыл? — задумчиво отвечаю я, мягко касаясь пусковых кнопок.

Магия не просыпается, но я всё равно гашу вспышку радости. Меня теперь пугают любые всплески эмоций, будь они положительные или отрицательные. Только драконьи боги знают, как отреагирует мой дар и что я учужу в следующий раз.

— Ты хочешь признаться Райгарду? — только спустя долгую минуту тишины спрашивает Чик.

Отойдя от чайника и убедившись, что он спокойно заваривает напиток, я разворачиваюсь к сидящему на столе ворону.

— Думаешь, плохая идея? — с нарочитой беспечностью интересуюсь я. — Райгарду нельзя довериться?

Прохожу на своё место и методично открываю ящики в поисках измельчителя. Когда проводила ревизию старой помощницы, чего я только не нашла. И вот сейчас совершенно не помню, куда запихала артефакт.

— Ну, довериться ему можно, только в нашем с тобой случае это риск стать одноразовым явлением, — подняв лапку к клюву и задумавшись, констатирует Чик. — Насколько я понял характер нашего начальника, он патриот, приверженец традиций и в некотором роде диктатор. Боюсь, для него исполнение воли закона будет важнее спасения жизни какой-то там помощницы. Тем более ты такой кладезь неприятностей, что тебя впору врагу подарить.

— Без леденцов оставлю, — шутливо угрожаю я.

Наконец-то нахожу старый, как моя предшественница, артефакт. Выглядит измельчитель как побитая ногами и временем коробка. Частично в ржавчине, частично помятая, но судя по ярко вспыхивающему кристаллу на боку измельчителя, вполне рабочая коробка.

— Но я же правду говорю, — возмущается ворон. Обиженно задирает клюв и отходит к клетке. — Вот уйду я от тебя, будешь знать, как использовать пищевой терроризм!

— Какие мы слова знаем, — хихикаю я, одной рукой подтягивая к себе стопку писем, а второй доставая из стола припрятанные леденцы. — И куда ж ты от меня уйдёшь? А?

— К Лямур моей, — важно сообщает ворон. Заметив угощение, он степенно возвращается ко мне, но на последних шагах срывается и с жадностью выхватывает сладкие кругляши. — Лямур, в отличие от тебя, ко мне во всём прислушивается.

— А тебе не кажется, что она просто ко всему прислушивается, а? — хмыкаю я. — Хитра твоя возлюбленная, ой хитра.

— Как и положено хорошей жене, — с треском раскусив леденец, философски замечает Чик. — Там, где муж не прорубается силой или умом, жена пробьётся хитростью.

Я только глаза на эти мудрости закатываю. Пока ворон ненадолго отвлекается на уничтожение леденцов, я осторожно запускаю первое письмо в приёмное отделение измельчителя. Громко треснув и издав какой-то нечеловеческий рёв, артефакт вмиг превращает кусок бумаги в мелкие клочки бумаги.

— Глянь-ка, работает, — бормочу я, хотя до последнего не верила, что этот раритет заработает.

— Так что ты думаешь делать, Алиса? — перекрикивая рёв измельчителя, спрашивает Чик. — Расскажешь Райгарду?

Закусив нижнюю губу, я сосредоточенно думаю над ответом. И с каждой исчезающей в лотке измельчителя бумагой картина моего будущего становится всё более чёткой.

— Расскажу, — киваю я. — Но потом. Когда поступлю и получу академическую защиту.

— Ты думаешь, в твоём случае этого будет достаточно — чтобы твоя жизнь принадлежала только тебе? — явно переживая, уточняет Чик.

— Не знаю, но хочу в это верить.

Мы действительно ничего не знаем об инари, кроме слухов, крох информации, оброненных Райгардом и слепарём. Мысль о том, что на инари академический иммунитет не распространяется, ошпаривает меня ледяным ужасом. Сердце сжимается от паники, и в тот же миг просыпается магический резерв. Искры проскакивают по рукам и впитываются в измельчитель, который окутывается мягким сиянием.

На какое-то время в приёмной повисает тишина. Я настороженно переглядываюсь с Чиком, который настороженно пялится на замерший артефакт.

— Может, пронесло? — только и успевает спросить ворон.

А в следующее мгновение раздаётся громкий хлопок, меня обдаёт волной воздуха, отбрасывающей от стола. И тут же, будто мне мало, из измельчителя фонтаном вырываются мелкие кусочки уничтоженных бумаг. Они бесконечным потоком разлетаются по приёмной.

— Алиса! — громогласный возглас заставляет меня сжаться в клубок.

На пороге кабинета стоит Райгард. За его спиной маячит Вайресс, но мой взгляд прикован к её брату. Декан не выглядит злым, скорее встревоженным. Но в то же время в его глазах я читаю принятие. Будто он смирился с тем, что я каждые несколько часов подкидываю ему сюрприз.

— Упс, — виновато выдаю я, вжав голову в плечи.

— Порой мне кажется, что тебя либо уволить надо, либо привязать к себе так, чтобы ты всегда на виду была, — качая головой и отплёвываясь от летящих в его сторону бумажек, произносит Райгард.

Глупое сердечко сбивается в ритме, явно голосуя за второй вариант. Только вот разумом я прекрасно понимаю, что рациональнее от меня избавиться. Осталось только узнать, что выберет дракон.