Недавно меня пригласили выступить в одном женском клубе и рассказать о коммерческой авиации с точки зрения карьерных возможностей. Когда я без прикрас обрисовала картину, председательница заметила: «Ну что тут скажешь… Вы развеяли все мои иллюзии. Я-то думала, девушка может получить любую работу в сфере авиации, какую только захочет».

При обсуждении этого вопроса необходимо прежде всего отделять собственно пилотирование и смежные профессии от иных занятий, связанных с авиацией. Важно также помнить, что термин «авиация» охватывает целое семейство родственных отраслей (включая, например, приборостроение). Впрочем, даже при такой расширительной трактовке общее число женщин, занятых в авиации, крайне невелико. По данным Бюро статистики труда, соотношение между полами составляет 1:44. Есть предприятия, куда женщин вообще не берут; на других им зачастую платят вполовину меньше, чем мужчинам.

Более всего женские руки востребованы в цехах, выпускающих ткани для обшивки крыльев. Изредка женщины трудятся сварщицами и инспекторами в моторной авиации. Несколько работниц числится на филадельфийском авиазаводе Naval Aircraft Factory. Известно также, что во время постройки знаменитых дирижаблей «Шенандоа» и «Акрон» женщины участвовали в конструировании газовых отсеков и прокладывали их тончайшими листами плевки (оболочки бычьих кишок). А еще на заводах встречаются представительницы редких специальностей, которых трудоустраивают в основном благодаря уникальным талантам – и тому, что эти женщины не угрожают служебным перспективам мужчин.

Помимо этого, как уже сказано, женщины заняты в многочисленных вспомогательных секторах, обслуживающих головную отрасль, например в авиационных цехах заводов по производству резины, нефтепродуктов или высокоточных приборов. Ценнейший «придаток» авиапромышленности – парашютные фабрики. Операции по раскрою и пошиву там возложены почти исключительно на женщин, тогда как мужчинам доверяют упаковку готовых изделий в чехлы.

Особая статья – конторский труд, который нынче принято считать прерогативой представительниц женского пола. Всюду, где требуется вести картотеки, стенографировать или выполнять какие-то другие канцелярские задачи, охотно привлекаются женщины – и в этом смысле авиаиндустрия мало отличается от прочих ветвей экономики. Конторы не обязательно расположены в центре города. Они могут находиться прямо на территории аэропорта, испытательного полигона или где-то поблизости, так что персонал имеет возможность наблюдать реальные полеты.

В массовом сознании авиация прочно ассоциируется с профессией пилота. Но не стоит забывать о целой армии наземных специалистов, которые конструируют и ремонтируют летательные аппараты и организуют авиаперевозки. Пассажирский воздушный транспорт становится все популярнее, и для обслуживания обширной сети авиалиний в нашей стране требуется множество людей – диспетчеров, кассиров, бухгалтеров, механиков, работающих под началом квалифицированных руководителей. Во всех этих категориях женщины тоже присутствуют, но их обязанности в основном носят подсобный канцелярский характер.

Среди пилотов рейсовых воздушных судов мы ни одной женщины не найдем. (Речь идет о самолетах, выполняющих регулярные рейсы по строгому расписанию.) И все-таки есть летчицы, зарабатывающие этим ремеслом себе на хлеб. Они продают самолеты, перегоняют их из одного региона в другой, перевозят пассажиров, дают уроки. А еще их нанимают компании, имеющие собственные аэропланы для проведения «воздушных» рекламных акций и транспортировки руководящего состава.

Не могу не упомянуть и о менее очевидных видах деятельности. Известно несколько женщин, которые владеют или управляют аэропортами; руководят (в одиночку или совместно с мужьями) летными школами; занимают посты разного уровня в диспетчерских службах. Одна мастерица оформляет интерьеры пассажирских авиалайнеров. Две женщины-врача входят в медкомиссию авиационного отдела Министерства торговли. Несколько журналисток трудятся в профильных периодических изданиях. Одна ведет тематическую колонку, другая подвизается заместителем редактора, остальные пишут статьи, рассчитанные частью на специалистов, частью – на широкую публику. Есть еще парочка составительниц рекламных текстов, и в целом многие женщины, занятые на рекламном поприще, так или иначе соприкасаются с авиацией. Знаю, например, одну даровитую художницу. Мало найдется ее коллег-мужчин, которые бы создавали такие эффектные и одновременно точные иллюстрации с изображением самолетов для рекламных – да, собственно, и любых других – целей. В двух авиакомпаниях наряду со стюардами на рейсах крупных лайнеров работает и несколько стюардесс. Не секрет, что женщины также заведуют турагентствами в разных концах страны, и большинство этих бюро уже освоили продажу билетов на воздушный транспорт. Кроме того, одной даме принадлежит агентство, обслуживающее сугубо авиапассажиров.

Как видим, женщины достаточно широко представлены на авиационном рынке труда. Но и предубеждения в их отношении далеко не редкость – отрицать это невозможно, хотя я вполне допускаю, что в нашей отрасли они выражены не больше, чем в других. Так или иначе, вдаваться в подробности на сей счет мне бы не хотелось. Ограничусь разговором о том, что знаю лучше всего, – о пилотировании. Здесь мне на ум приходит несколько соображений, касающихся образования и стереотипных представлений о роли женского пола.

Уже на заре авиации пилоты-мужчины чаще всего получали куда более качественную подготовку, и в этом отношении мало что изменилось. Ведущими школами традиционно считаются военно-морские академии, куда женщинам, естественно, путь заказан. Да и частные заведения до недавнего времени без особой охоты принимали девушек и не слишком озадачивались вопросами равноправия.

Меня всегда поражало, насколько по-разному у нас принято воспитывать детей разного пола. И ведь эта сегрегация начинается с самого раннего возраста. Мальчиков норовят поставить к столярному или токарному станку, девочек – тоже в добровольно-принудительном порядке – учат шить и готовить. А между тем я знаю немало парнишек, которым на роду написано печь пироги, и немало девчонок с явными задатками к «грубому» ремесленному труду, а отнюдь не к домоводству. Но образовательная система не делает поправок на индивидуальные склонности и одним махом разделяет учеников по биологическому признаку, железной рукой раскладывая их по полочкам с буквами «м» и «ж».

За стенами школы картина схожая. В домашнем кругу ребенку навязывают занятия, которые считаются «подобающими» для его пола. Стереотипы распространяются и на то, как детям положено себя вести. Юных принцесс чрезмерно опекают и ограждают от малейших трудностей, так что иной раз они вырастают пассивными существами, на всю жизнь уверовавшими в святость клише вроде «девочки так не делают», «девочкам туда нельзя». Дора Рассел, супруга знаменитого философа, очень точно заметила по этому поводу, что женщин сызмальства приучают к безволию.

Немудрено, что по мере взросления юноши и девушки начинают все больше походить на жителей двух разных планет. Мне кажется, для студентов и студенток, изучающих одни и те же дисциплины, не помешало бы даже ввести отдельные методики преподавания. Взять, к примеру, курсы, связанные с механической обработкой. Девушкам преподносить такой материал, пожалуй, следует несколько иначе. И не потому, что они по природе менее склонны что-нибудь мастерить, а просто потому, что их растили, почти ничего не рассказывая об этих предметах.

Тот же принцип работает и в обратную сторону. Однажды мне довелось наблюдать, как шли занятия в кулинарном классе для мальчиков. Первое время учительница придерживалась того же подхода, что и при обучении девочек. И что же? Ее подопечные демонстрировали вопиющую бестолковость. Неужто мужской ум не в состоянии постичь азбучной науки варки яиц? – удивлялась она. Однако, как чуткий педагог, довольно быстро сообразила, в чем тут дело. Ну правда, откуда мальчишкам знать, как мыть посуду? Ну разумеется, они не в курсе, что духовку предварительно нужно разогревать, как не знают и десятков других элементарных вещей, которые их сверстницы впитывают чуть не с молоком матери.

И как только преподавательница чуть изменила свой метод, дополнив его объяснением нехитрых кухонных истин, дело пошло на лад. Я убеждена, что и будущим летчицам обучение приносило бы гораздо больше пользы, если бы программы могли корректироваться с учетом их потребностей и запросов.

С точки зрения финансов женский пол тоже не в самом выгодном положении. Плата за уроки в летных школах для всех одинакова, но девушки, как правило, не имеют возможности зарабатывать наравне с юношами – особенно на предприятиях по обслуживанию аэропортов. Если, к примеру, в ангар требуется помощник механика, то в промасленном комбинезоне, само собой, предпочтут видеть не барышню, а парня. Но и когда желанная лицензия уже в кармане, у девушки меньше шансов найти работу по летной специальности, а в отсутствие карьерных перспектив, естественно, трудно решиться связать свою жизнь с авиацией.

Скажу еще пару слов о мелких неудобствах, связанных с самой конструкцией кабины и расположением органов управления. Во многих аэропланах тормоз, стартер и другие устройства явно рассчитаны на пилота-мужчину. Миниатюрной женщине ими пользоваться в лучшем случае несподручно. Знаю, что некоторым летчицам субтильного телосложения приходится обкладываться подушками, до того велико им место пилота.

Но, пожалуй, главный камень преткновения – это стереотипные представления, мешающие женщинам пробовать новое и смело двигаться вперед, если они все-таки рискнули ступить на этот путь. Под влиянием таких штампов и мужчины часто не воспринимают женщин всерьез. В итоге у тех порой возникает соблазн совершить какой-нибудь нелепый или безрассудный поступок, лишь бы доказать свою состоятельность.

На сегодня в Соединенных Штатах пилотскую лицензию имеют 472 женщины. Из них примерно полсотни обладают свидетельством высшей (транспортной) категории. Если учесть, что в январе 1929 года лицензированных летчиц в стране было всего двенадцать, нынешние цифры могут показаться внушительными. Но по сравнению с общим количеством зарегистрированных пилотов (17 226 человек на октябрь 1931 года) это капля в море: на одну женщину приходится 37 мужчин. А поскольку дорогу к полноценной карьере открывает только транспортная лицензия, становится ясно, что женщин на профессиональном рынке ничтожно мало.

При этом в США больше женщин, занятых в коммерческой авиации, – и вообще больше летчиц, – чем во всех остальных странах, вместе взятых. К тому же в нашей стране они как будто особенно активны: регулярно участвуют в престижных воздушных гонках, а в последние пару лет своими силами организовали несколько авиационных праздников. Помимо клубов для женщин, просто увлекающихся авиацией, существуют и профессиональные объединения летчиц. Старейшая организация такого рода – «Девяносто девять», куда принимают всех женщин-пилотов с действующей лицензией. Назову еще Воздушный корпус имени Бетси Росс, где готовят летчиц в помощь армии, и Женский авиационный резерв Калифорнии.

Из непрофессиональных объединений стоит упомянуть Женскую национальную авиационную ассоциацию, имеющую отделения почти во всех штатах. Благодаря усилиям ее членов во многих аэропортах появились комфортабельные места отдыха для женщин.

Учитывая, что поток прибывающих по воздуху дам еще сравнительно невелик, об удобствах для «слабого пола» проектировщики обычно не задумываются. По себе знаю: иногда имеет смысл сделать крюк в сотню миль, но зато приземлиться в каком-нибудь приличном аэропорту, где Женская ассоциация позаботилась о специальных помещениях. К примеру, в городе Акрон, штат Огайо, обустроена комната отдыха со всем необходимым – от душей до пуховок для пудры. Когда к пилотам и пассажирам относятся с таким вниманием, то и авиационная техника обычно получает должный уход.

Нельзя напоследок не затронуть и еще один важный вопрос: какими путями женщины вообще приходят в авиацию?

Пути эти извилисты и многообразны. Судя по всему, летчицами часто становятся те, кто изначально работал в авиационной отрасли, пусть и в сфере, далекой от пилотирования. Иной раз это позволяет претендовать на какие-то льготы и облегчает доступ на летное поле, что само по себе служит хорошим стимулом. Да собственно, если тебя просто окружает коллектив, где на женщин-пилотов не смотрят как на «ненормальных», это уже большое подспорье. Верность моей гипотезы подтверждает пример Жанны Ла Рен, известной летчицы из Далласа. Будучи секретарем местной авиационной школы, она имеет возможность вволю практиковаться.

Что касается тех, кто зарабатывает на уроки в иных областях, то среди них есть женщины самых разных профессий: от агентов по недвижимости до актрис. В списке лицензированных летчиц можно встретить имена школьных учителей, бухгалтеров, стенографисток. Одна девушка, чтобы позволить себе летную подготовку, устроилась в ресторан официанткой. Другой повезло выиграть стипендию. Еще одна, проявив деловую сметку, убедила предпринимателей своего родного городка, что им стоит профинансировать ее обучение. Известно также о нескольких журналистках, которые нашли возможность оплатить занятия из своих авторских гонораров.

В числе самых ярких представительниц этой отважной когорты – Виола Джентри, которая, работая кассиром в одном бруклинском кафетерии, скопила достаточно денег, чтобы освоить авиационное ремесло. Оформив пилотскую лицензию, она бросила все силы на организацию рекордного по продолжительности полета с дозаправкой в воздухе. Хотя и не по ее вине, биплан, на котором она летела со вторым пилотом, разбился, а сама Виола получила серьезные травмы. На реабилитацию ушло много долгих месяцев. Недавно она вернулась на прежнее место работы, и пройдет еще какой-то срок, прежде чем ей удастся восстановить лицензию.

Заслуживает упоминания и другая звезда женской авиации, Эвелин «Бобби» Траут, которой тоже принадлежит рекорд продолжительности полета. У нее автозаправочная станция в Калифорнии – бизнес, в который она вложила немало энергии и труда, и все ради осуществления своей мечты о небе.

Есть и другой вариант: выйти замуж за летчика, который охотно станет твоим инструктором. Вполне себе способ проникнуть в заветный мир авиации, но я бы не советовала к нему прибегать, если все достоинства потенциального избранника этим и ограничиваются.

О женах, дающих уроки пилотирования своим мужьям, мне пока слышать не доводилось, но вот Мэри Александер из города Линчберг (штат Виргиния) научила летать своего девятнадцатилетнего сына. А учитывая, что последний и сам уже счастливый родитель, Мэри одновременно известна как самая молодая бабушка-пилот. Внуки есть и у летчицы Мэри Бейн, супруги горного инженера.

Иные женщины хоть и не имеют собственного заработка, но, загоревшись желанием летать, откладывают деньги из личных средств или хозяйственного бюджета. Знаю одну девушку, которая тратит на авиашколу почти все, что получает от отца на покупку нарядов. Он-то хотел, чтобы дочь хорошо одевалась, но теперь уже как будто смирился с перспективой всегда видеть ее в кожанке.

Словом, научиться летать не так-то просто (если, конечно, среди твоей родни нет этакого щедрого Санта-Клауса, одержимого авиацией). Но, пожалуй, самое трудное – двигаться дальше, когда учеба уже позади. Аренда оборудования стоит дорого, и пройдет немало времени, прежде чем хозяин авиапарка согласится доверить машину новичку, а уж тем более ему за это платить. Посудите сами. Станете ли вы одалживать блестящий новенький автомобиль человеку, который только-только получил права, или нанимать шофера без приличного стажа? Вот и я тоже нет. А владельцы самолетов, авиакомпании и производители, естественно, в тысячу раз меньше готовы так рисковать.

Бывают и редкие исключения. Дороти Хестер, например, смогла очень рано проявить себя в профессии. Начав брать уроки воздушной акробатики у портлендского инструктора Текса Ранкина, она показала себя способной ученицей, и теперь они уже на пару выступают с эффектными номерами. Дороти уже почти готовый ас.

Авиации посвящают себя, конечно, далеко не только те, кто видит в этом потенциальный источник дохода. Много искусных летчиц и среди любителей. Тут мне в первую очередь приходит на ум Бетти Хайлер Гиллис из Нью-Йорка. Ее муж, бывший пилот ВМС, работает сейчас главным инженером авиастроительной компании. У обоих супругов есть личные самолеты.

Замечателен также пример Мод Тейт, которая в 1931 году выиграла женскую авиагонку на кубок «Аэрол». Вчерашняя дебютантка, она уже блестяще овладела техникой пилотирования. Своего рода гибридный случай являет собой Флоренс «Панчо» Барнс из Калифорнии. С одной стороны, она известна как спортивная летчица, но вместе с тем периодически выполняет коммерческие заказы, в том числе как пилот-каскадер. Панчо участвовала в съемках фильма «Ангелы ада» и других голливудских картин.

О чем нам говорят эти коротенькие портретные зарисовки? Если девушка по-настоящему хочет летать, она, скорее всего, добьется своего. Не одним способом, так другим. Похоже, залог успеха – в неистовой увлеченности, преодолевающей все преграды. Недавно я познакомилась с молодой женщиной и ее мужем, которые как нельзя лучше воплощают это качество. Как она мне поведала, родные были категорически против ее занятий авиацией, утверждая, что так она себя не прокормит.

– Когда мы с мужем только начинали, – объяснила она, глядя на стоящий чуть поодаль вместительный самолет, – у нас ровным счетом ничего не было. Ничегошеньки. А теперь вот появилась эта машина. Годится и для учебных нужд, и для чартерных рейсов.

– Мы доставляем пассажиров куда угодно, в любое время, – подхватил супруг.

– Как это, наверное, здорово – вместе заниматься таким интересным делом! – восхитилась я.

– В основном да, – ответила жена. – Вот только с финансами бывает туго… Но я предпочту едва сводить концы с концами, зато летать!