Герои этого романа вымышлены, но значительная часть описанных в нем событий основаны на реальных фактах недавней истории Испании, таких как начало гражданской войны в Севилье, крестьянское восстание в Сьерра-де-Кадис или общая амнистия 1969 года, в эпоху позднего франкизма. Но должен отметить, что позволил себе некоторую вольность в обращении с датами. Например, Касерон-де-ла-Голета в годы войны действительно служил женской тюрьмой Малаги, где в бесчеловечных условиях содержались тысячи заключенных, однако эксперименты доктора Антонио Вальехо-Нагеры по поискам красного гена начались там не в 1937 году, как в романе, а несколько позже и продолжались вплоть до конца конфликта.

Его Лаборатория психологических исследований задействовала в своих экспериментах в малагской тюрьме около пятидесяти заключенных, в основном тех, что были приговорены к смерти; у них безрезультатно пытались обнаружить биологические корни левизны. При этом теории Вальехо-Нагеры оправдывали изъятие младенцев и детей младшего возраста у матерей-заключенных; как правило, эти дети переходили на попечение государственных и религиозных учреждений, но в некоторых случаях их отдавали на усыновление в семьи, сотрудничавшие с режимом.

Чистка и поражение в правах затронули треть всех учителей, преподававших в Испании в 1936 году. Десятки тысяч педагогов – многие из которых не состояли ни в каких политических партиях – так и не вернулись к преподаванию либо смогли это сделать только после того, как франкистский режим стал реализовывать политику забвения. Приведу несколько примеров. Мария Барбейта, учительница из Ла-Коруньи, стала жертвой чистки и вынужденно ушла на пенсию в 1942 году. Марии де Маэсту, как и Марии Луисе Наварро, пришлось бежать в Буэнос-Айрес. Мария Санчес Арбос из Уэски, также подвергшаяся чистке, вернула себе право преподавать в Мадриде только в 1952 году. Хуста Фрейре, отбыв срок в мадридской тюрьме «Вентас», смогла вернуться к преподаванию только в 1954 году, но и тогда ей было запрещено работать в Мадриде. Эльбира Сипитрия, одна из самых известных баскских деятелей педагогики XX века, могла вести уроки только в маленьких икастолах – школах с преподаванием на баскском языке, – которые функционировали подпольно. Севильянка Анхелес Гарсия Паласиос, как и все упомянутые выше учительницы, прошедшая через чистку, вернулась к преподаванию лишь в 1973 году, когда ей было шестьдесят три, и работала в школе вплоть до выхода на пенсию, следуя своему призванию, которому всегда хранила верность.

Историями этих женщин и многих других учителей, которые боролись за современное образование, направленное на разностороннее развитие детей и юношества, и вдохновлены главные героини романа, Лали и Хуана. Можно только гадать, каким бы стало образование в Испании и само испанское общество, если бы это поколение учителей смогло посвятить всю свою активную жизнь педагогике.