Сына? Какого ещё сы?.. Тихий стон флейты. Алые волосы на ветру. Тонкие черты лица. И взгляд — безмятежный, безгранично нежный. Рука на клинке, негромкий стальной голос и уверенная поступь. Мой предок. Мой призрак. Ллиатароэн Шаан'Соэн. Как я сразу не заметила? Он же похож. Очень похож на Владыку Актариэна. Он сразу мне его напомнил! — Отец... - возмущенный шелест ветра. Я ведь не некромант, вашу тварь за ногу, воскрешать не умею! Но за жизнь Моршерра никакая плата не будет большой. Актариэн не предложил бы мне невыполнимого. Душа сжалась. Сердце юркнуло в пятки. И я кивнула, соглашаясь на сделку. Застонал Кайто. Пролились на землю капельки воды.

— Ити-митить, тваревы тапочки, шо деется! — Вопль мыша.

Алые волосы призрака. Его ладонь на моей голове. Она утешала, придавала сил. Он всё понимал, Ллиатароэн-полукровка...

Платок стёр кровь с груди Мора.

Рана зарастала на глазах. Но, самое главное, чернота уходила из тела. Растения рассы́пались прахом у нас на глазах.

А Моршерр Декерет с безумной чернотой во взгляде жадно повёл носом в воздухе.

Я застыла. Замерла под этим нечеловеческим, пожирающим взглядом. И не успела ничего предпринять, как мужчина шагнул вперёд, обхватил ладонью мой затылок — и впился в губы. В вены вошёл холод. Резко. Болезненно освежающе. Моя магия хлынула ему навстречу, мерцая зелёными искрами.

— Актариэн! Нашел, где примазаться, — зло оскалился Моршерр.

Я мстительно укусила тварь-лорда за язык. И губу. Я леди, я... случайно!

Кровь взорвалась тягучим шампанским. Мир перевернулся. Когтистая ладонь потянула рукав с плеча. Когти очертили едва заметные красные полоски на плече. Во рту было сухо. Воздуха не хватало.

Жёсткие ладони подхватили, прижимая спиной к дереву. Кора царапала кожу, но мне было наплевать. Все, что сейчас передо мной было — это худое белое лицо с яркими черными глазами. Голод на двоих. Его руки на моей спине. Рык. Шёпот.

Энергаты не способны на страсть? Глупости. Слабость охватила всё тело. Он пил меня — и отдавал себя взамен. Впервые энергат отдавал себя.

Наши души смешались, магия древнего амианта исцеляла раны души и тела, уничтожала враждебную силу. Текли минуты, а мы, как безумцы, вели эта странную, страстную войну, в которой не могло быть победителя. Я не собиралась сдаваться. Мориан — не отступал.

— Моршер-р, не Мор-риан, — рык над ухом. Прикусил шею? Мне? Ах, негодяй, а ещё? — называй меня настоящим именем.

Он ведь уже... говорил? Да?

Безумие разделенное на двоих, запах крови и трав, и ощущение, что только здесь и сейчас я становлюсь цельной.

Это сумасшествие. Этого не должно быть, но... Мои губы нашли жёсткие и сухие — его. Прикусили. Облизнули. Пальцы дёрнули длинные пряди волос. Это всё для меня — как впервые. Только холод подкрадывался всё ближе, а слабость становилась всё сильнее, пока в разум не прокрался обеспокоенный шёпот:

— Достаточно!

И истошный визг Ишти:

— Мор, хватит жрать нашу невесту, мне ещё тебя женить!

Реальность резко вернулась.

Нахлынула усталость, закружилась голова. Я вынырнула из зыбкого марева, моргнула.

Голова была одновременно тяжёлой — и безумно лёгкой. По пальцам прошла дрожь. Руки покрывала сетка черных вен до локтя и выше — рукав платья был распорот, и видно всё было прекрасно.

И светлую кожу с лёгким оттенком зелени, и россыпь темных смешных родинок у локтя. И пульсирующую внутри меня магию.

Я не сразу осознала, что лежу, привалившись крепко к чужому телу. Прохладная ладонь покоилась на моём плече, обнимая всё более цепко.

— Хорош-шо, — прошептала довольная тварь, — не думал, что мош-шет быть так хорош-шо. Пить тебя, твои чувства и эмоции — в этом есть что-то почти противоестественное, но слишком нужное, чтобы от этого отказаться, Льяна Тархи.

Черные холодные глаза мерцали. Лицо Мориана неуловимо изменилось, становясь ещё немного жёстче, старше, острее.

— Наелись хотя бы? — Усмехнулась, чувствуя, что губы дрожат. — Как себя чувствуете?

А я ведь испугалась. Дурно, лесса Льяна. Очень дурно. Я никогда не боялась так ни за кого, кроме отца. До иголок под сердцем, ледяной глыбы в груди и готовности уничтожить любое препятствие.

— Да и ты... наелась, шип мой, — тварь-лорд казался расслабленным и довольным. Острый коготь рисовал какой-то узор на моём плече, — а чувствую я себя прекрасно. Лучш-ше, чем когда-либо, — мой подбородок обхватили острые когти. Задрали голову вверх.

Я застыла, глядя в драконьи очи. Чернота мешалась с синевой, а радужку глаз рассекал вертикальный зрачок. Страха не было, хотя я его почти ждала.

— Вы дракон? Значит, слухи о роде Кайто не врут? Или это свойство, — я запнулась, но договорила, — вашей души?

Было неловко и хотелось подняться. Находиться в таком вот положении было неуютно. Слишком близко. Все чувства нараспашку.

— Кайариато, — древний драконий род. Но они забыли о своем предназначении и выродились. Возможно, даже то, что я оказался в теле этого мальчика, стал им — всё это было предназначено судьбой и начертано на скрижалях тьмы, — тонкие губы дрогнули.

Низкий голос сорвался на довольное шипение. Взгляд Мориана прикипел к моим губам. Длинные пальцы неожиданно осторожно, почти нежно очертили скулы.

— Лорд Кайто, — я нахмурились и упёрлась ладонями в его грудь. Если мой тварь-лорд умирать раздумал — хватит с него нежностей, — позвольте мне встать.

— Зачем? — Обезоруживающий вопрос. — Тебе неудобно... со мной? — И снова — непроницаемый взгляд.

Так и не скажешь, что издевается.