— И-ик, — буркнул мышь, — а Акулы — это не те, которые обожают корабли топить, которые им не угодили? А человечков жрать?

— Не люблю тухлятину, — наморщил нос Мьянкори.

— Не любишь, как же. У меня жених теткин пропал, в море вашем сгинул, — фыркнула Тайлинэ, — а магом он был — дай каждому.

— Я не слежу за другими. А человеку в море легко пропасть, — тонкие губы Мьянкори раздвинулись в недоброй улыбке.

Адепты вокруг тихо шумели. А потом — зал накрыла тишина. Может, потому, что в этот момент в аудиторию быстрым шагом зашло ещё двое преподавателей. Оба — мне незнакомых. Но один из них точно был морским — и его форма с изображенным на ней коарэнисом навевала воспоминания о змее глубин. Ректоре. Личная охрана?

— А теперь начнем, — дёрнул уголком губ декан Ллау-ршах, — хотелось бы успеть если не на обед, так хотя бы на ужин.

Господа медленно проследовали к первому ряду парт. Ни один из них, казалось, даже не обратил внимания на побуревшую от ярости преподавательницу.

Госпожа Лаунра осталась в меньшинстве, но едва ли сдалась. Такие не отступают до конца — всё отрицают и гадят из-за спины, по головам идут. Я знала, просто знала — Мьянкори прав. Мастер продалась. Кому-то, кому нужен был мой провал и изгнание из академии. Тем же людям, которые забирали опозоренных девушек? Тем, кто хотел принести их в жертву и... что? Пробудить море костей и исполнить своё сокровенное желание?

Но зачем теперь, когда уже ясно видно, что я не слабая магичка?

Я на миг отвлеклась от опрашивающего адептов морского стража.

Какая-то мысль. Идея, которую я упускаю. В самом деле, ведь им — этим заговорщикам, этим тварям — по внутреннему содержимому, а не происхождению, нужны были девушки почти без магии. А я...

Замерла, ошеломленная.

А ведь я и сама не знаю, сколько во мне сейчас магии. Да, по виду я — как будто полукровка фейри.

Но если мой "жених" среди заговорщиков. Если ему зачем-то нужна именно я — та, какой была совсем недавно, они могут посчитать, что игра стоит свеч.

Вопрос в другом.

А зачем на самом деле в невесты нужна была именно я? Я — дочь рода Тхи? Я — кукла фей? Я — без магии? Ничего из этого во мне, кроме крови отца, не осталось. Я энергат. Я Шаан'Соэн. Я несу в себе кровь фейри и благословение их короля.

Это... пугало. Но чем дальше — тем меньше.

— О чём задумалась? — Оллеар пихнул локтем.

Лицо рыжего осветила лукавая улыбка.

— О тщете всего сущего, — зевнула.

И ощутила усталость. В груди скреблось ощущение, что скоро будет не продохнуть. Предчувствие неприятностей? Страх перед Тенью Владык?

— Не слишком увлекайся. Тщетны только наши попытки это самое сущее подогнать под привычные нам рамки, — хмыкнул вэрд.

Мьянкори ушёл сторожить своё зелье — наверняка выполненное идеально.

Комиссия заканчивала опрос адептов.

Тревога вернулась, нахлынула, царапая коготками.

— Итак, мы ознакомились с материалами дела, — сухо заметил так и не представившийся морской страж, — теперь мне бы хотелось обратиться напрямую к каждому из вас, адепты.

Голос у него был красивый. Глубокий. Низкий.

Декан Ллау-ршах чему-то надменно улыбался, смотря сквозь нас. Но я заметила его быстрый взгляд в сторону морского. А потом — на меня и куда-то вбок.

— Прошу каждого из адептов, кто считает, что разбирательство должно состояться, поднять руку и сотворить знак "Ясности ума".

Сердце забилось в висках, на миг горло перехватило от приступа удушья.

Оллеар поднял руку. Подняла её и темноглазая девушка по соседству с нами — я так и не смогла вспомнить, как её зовут. Тайли. Ещё какой-то парень из оборотней.

Лес рук. Нет, было много и тех, кто равнодушно промолчал. Но тех, кто поднял руки, было гораздо больше. Гораздо.

— Очень хорошо, — сухо кивнул морской, — а теперь поднимите руки те, кто считает, что адептке Тархи намеренно помешали закончить зелье. Понимаю, что многие из вас были заняты заданием, другим и вовсе было не разглядеть, что происходит. Так что я прошу ответить только тех, кто действительно мог что-то видеть.

Я прищурилась. Зачем он это делает? Прикусила изнутри губу. Леди должна оставаться безупречной. Всегда. А не строить рожи.

Что нужно этому... дознавателю? Какой ответ он хочет получить? Вряд ли кто-то мог видеть что-то действительно важное...

— Я сидел рядом и видел, как Льяна готовила зелье. Она одна из лучших зельеваров потока, ошибка исключена, — отрезал Олли.

Жаркое чувство благодарности выплеснулось наружу.

И тут же сменилось лёгким посасывающим ощущением... голода?

— Я уже высказался. Сверху хорошо видно. И откуда кидали. И даже, возможно, кто, — раздался ленивый голос Мьянкори.

Странный, странный морской.

Я завертела головой, натыкаясь на десяток поднятых рук. И застыла, споткнулась о Тайлинэ. Полукровка сидела, уткнувшись взглядом в стол. Глаз она не подняла, даже когда явно ощутила, что на неё смотрят. Как и руки.