Перри раскачивался в воздухе. Чьи-то руки с трудом удерживали его, не давая упасть. Кто-то рядом смеялся.

– Он тяжёлый. Надо меньше его кормить, пап, – раздался знакомый девчоночий голос.

Перри почувствовал, как его усадили на стул. Вернее, уронили на стул как мешок. Он открыл глаза и попытался избавиться от ощущения, будто он только-только проснулся.

К нему склонилось чье-то лицо.

– Ну что, очухался? Или ты притворялся? – спросил тот же голос.

– М – Мелисса? – пробормотал Перри и изумлённо уставился на сестру.

Почему она в том же костюме, в котором была на историческом фестивале?

В поле зрения появилось другое лицо: встревоженное, в круглых очках без оправы.

– Мама?!

Перри резко наклонился к ней и стиснул её в объятиях.

Она рассмеялась.

– Может быть, уставший сынишка – это не так уж и плохо, если он так крепко тебя обнимает?

– Мы нашли тебя в этих развалинах крепко спящим, – ухмыльнулась Мелисса. – Пришлось тащить тебя через весь виноградник к машине, а потом ты храпел хуже папы всю дорогу до Арля.

Перри уставился на неё, затем огляделся по сторонам и узнал общую гостиную отеля «Арль». Он сидел в скрипучем кожаном кресле, а мама, папа и Мелисса стояли рядом. Мама с Мелиссой всё ещё были в костюмах для фестиваля, а папа – в футболке и шортах. В середине января!

Или нет…

– Мы только что вернулись с фестиваля? – спросил он, заикаясь.

Все эти месяцы, которые он провёл в далёком прошлом… Неужели здесь, в его время, прошло всего несколько часов?

– Нет, мы только что прибыли с Луны, – фыркнула его сестра.

Только что прибыли! Значит, я не пропустил все футбольные матчи. Я не пропустил финал чемпионата! – подумал Перри.

– Мы идём ужинать, – сказала мама.

– Так что быстрее переодевайся, – добавила Мелисса.

Ужин! Нормальная еда! Нормальная одежда! Нормальная ванна!

Перри вскочил с кресла.

– Значит, ты уже можешь ходить? – спросил папа, обнимая его за плечи.

И даже летать! – подумал Перри, с нетерпением поглядывая на лестницу.

Он бросился в ванную, трижды спустил воду в унитазе – просто так, ради забавы – встал перед раковиной, включил горячую воду и принялся тереть руки душистым мылом.

– Ты там живой? – раздражённо крикнула Мелисса, стуча в дверь кулаком. – Мы собирались пойти поесть. Я умираю от голода.

Перри сбросил костюм, схватил свои шорты и сунул руку в карман. Его пальцы сомкнулись вокруг маленького каучукового мячика. Перри издал тихий радостный вздох, вытащил мячик, швырнул его об пол и поймал на отскоке. Настоящий каучуковый мячик!

Он вышел из ванной сияя улыбкой. Он чувствовал себя так, словно заново родился.

Вот теперь, – подумал он, – можно им рассказать о моих приключениях.

С бурлящим от волнения животом Перри протянул маме стилос.

– Что это? – спросила она.

– Древнеримский стилос. Я нашёл его в винограднике.

Мелисса широко распахнула глаза.

– Круто! Он, наверное, стоит кучу денег!

– Если он подлинный. – Мама взяла у Перри стилос и принялась его разглядывать.

Вот он, его звёздный час.

– Он подлинный, я точно знаю, – сказал Перри. – Я написал им слова на земле, и…

И тут он умолк.

Мама с папой его не теряли. Они даже не знали, что он побывал в прошлом. Они ни за что не поверят, если он им расскажет.

Перри чувствовал себя как надутый пузырь, лопнувший на шипах роз. Он столько времени думал, как будет рассказывать обо всём, что увидел, но теперь… Они просто над ним посмеются и скажут, что ему всё приснилось.

– С виду он слишком новый, – сказала мама, вернув стилос Перри. – Это наверняка копия.

Перри сжал стилос в руке, и его вдруг посетила ужасная мысль. А что, если это и вправду был просто сон? Может быть, он перегрелся на солнце и с ним приключился тепловой удар или что-нибудь в этом роде…

– Где будем ужинать? – спросила мама.

Внизу лестницы блеснуло стекло на расписанной стене, отразив свет ярких ламп. Перри бросился к нему. Да, фрагмент росписи с деревом сохранился, и… У него перехватило дыхание. Он разглядел оранжевые и белые полоски. Котёнок, которого нарисовал Марковий, тоже был там. И… сердце Перри чуть не выскочило из груди, когда он встал на колени и заглянул под дерево. Да! Две процарапанные в краске буквы, уже еле заметные, но вполне различимые: V… A…

Он чуть не вскрикнул от восторга. Это был не сон.

– Перри!

Он вскочил на ноги и улыбнулся. Приятно снова услышать, как тебя называют привычным именем!

Поблизости было много кафе, но они ходили в одно и то же. Где была еда, которая нравилась всем.

– Ну что, Перри? Тебе, как всегда, пиццу? – спросил папа, когда им принесли меню.

Мимо прошёл официант с большим блюдом, на котором высилась гора маленьких раковин.

Улитки! – подумал Перри. За последние четыре месяца он не раз видел, как другие едят улиток, но сам не пробовал ни одной.

– Можно мне взять улиток? – выпалил он.

Все эти месяцы он ждал возможности снова съесть пиццу, но теперь, когда возможность представилась, пицца показалась ему слишком обыденной и поэтому скучной.

Все изумлённо уставились на него.

– Отличная мысль, – сказал папа после долгой паузы. – Я тоже возьму улиток.

– Скажи, что ты шутишь! – простонала Мелисса.

Перри посмотрел на неё. Если уж он смог попробовать жареную мышь, то уж пару улиток съест точно.

– Ещё можно взять лягушачьи лапки, – заявил он. – Раз мы во Франции, надо попробовать здешнюю традиционную еду.

– Кажется, мы привезли с фестиваля не того мальчика, – вздохнула мама.

К улиткам подали специальные маленькие вилочки, и Перри вспомнил гостей на пиру в городском доме, которые выковыривали улиток из раковин с помощью заострённого конца ложки.

– Вы же не станете это есть? – в ужасе прошептала Мелисса.

Перри самодовольно улыбнулся, вытащил из раковины кусочек резиновой мякоти в чесночном масле и положил его в рот. Он был почти разочарован, что в мясе улитки нет никаких странных привкусов вроде мёда или тухлой рыбы.

– Завтра утром мы идём в Константиновы термы, – объявила мама.

Перри с трудом удержался, чтобы не рассмеяться. Он мылся в этих термах почти каждый день в течение нескольких месяцев. Что он там не видел?! Но было в Арле одно место, куда ему очень хотелось попасть.

– Давайте ещё раз сходим в музей, – предложил он.

Он должен был убедиться, что гроба Валентии там уже нет.

– Я не против, – сказала мама.

– Ну нет! – возразила Мелисса. – Мне и в первый раз было скучно.

– Тогда подожди в машине, – сказал Перри. – Мне нужно кое-что посмотреть.

Сестра сердито уставилась на него.

– Только не говори мне, что ты снова собрался смотреть на мертвецов.

Прежде чем Перри успел придумать ответ, папа зевнул и потянулся.

– Я хочу спать, – сказал он. – Пойдёмте. День был долгий.