Весь перемазанный оливковым маслом и виноградным соком, Перри неловко забрался в воду. Его немного смущало, что приходится принимать ванну вместе с едва знакомым мальчишкой.

– Горячо! – удивлённо воскликнул он.

Марковий закатил глаза.

– Ты что, никогда раньше не мылся в горячей воде? Ты и вправду приехал из странного места. – Он откинулся на бортик ванны и закрыл глаза. – Вода нагревается огнём. Тут сразу за стенкой – кухонная печь.

– Ясно. – Перри огляделся по сторонам. – А где… – начал он и осёкся. Может быть, у древних римлян вообще не было мыла.

Пока он пытался сообразить, как теперь мыться, Марковий уже вылез из ванны и стал вытираться льняным полотенцем.

– Пойдём, лентяй, – сказал он. – Надо работать. К ужину ждут гостей.

По крайней мере, – подумал Перри, вытираясь крошечным жёстким полотенцем, – теперь я знаю, как ужинают в Древнем Риме.

Но он ошибся.

Пока гости занимали места на застольной кушетке, Габрина сунула ему в руки бронзовый тазик и кувшин с водой.

– Знаешь, что делать? – спросила она.

– Да, – с облегчением ответил Перри. Он видел, что вчера делала Риттия.

Он подошёл к ближайшему гостю и протянул ему таз. Мужчина уставился на него.

Перри налил в таз немного воды и стал ждать.

Мужчина тоже чего-то ждал, нахмурившись.

К Перри подскочил Марковий и шепнул ему на ухо:

– Вымой ему ноги!

– Э… что? – растерялся Перри.

Уже в следующий миг Марковий стоял на коленях и снимал с гостя обувь.

Спустя много часов, когда мальчики вернулись к себе в спальню при пекарне, Перри всё ещё злился, что ему пришлось мыть чужие вонючие ноги.

Он упал на свой спальный коврик и вытащил из-за пояса стилос.

ВЕРНИ МЕНЯ ДОМОЙ! – нацарапал он на земляном полу.

Но, увы, ничего не случилось.

Марковий сидел у себя на кровати и с интересом смотрел на Перри.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь вернуться домой, в своё время, – пробурчал Перри. – Этот стилос перенёс меня сюда, к вам, так что…

– О нет. – Марковий закатил глаза. – Ты всё ещё притворяешься, что прибыл из будущего?

– Я не притворяюсь! – огрызнулся Перри. – И когда я найду нужное слово, то исчезну прямо у тебя на глазах. Вот увидишь.

– Вах.

Марковий улёгся на кровать, но Перри остался стоять на коленях и продолжил писать на полу в темноте. Только когда он услышал, что Поппиллий идёт к двери в спальню, он сунул стилос под коврик и лёг.

Завтра утром, – пообещал он себе.

Но утром времени не было.

– Вставай! – Марковий потряс его за плечо. – Там что-то странное.

Перри приоткрыл один глаз. В комнате было темно.

– Ещё даже не утро, – простонал он.

– Как же не утро? Уже рассвело. Петухи кукарекают, гуси галдят, коровы мычат… А во дворе кто-то кричит. Пойдём. Посмотрим, что происходит.

Перри встал и поплёлся за другом.

Они вышли на улицу. Сторожевые собаки с лаем промчались мимо. Небо только начало светлеть, но на рабочем дворе за стеной что-то происходило. Оттуда доносились громкие голоса, крики, скрежет и стук.

– Какого Юпитера? – пробормотал Марковий.

Мальчики со всех ног побежали на звуки.

Двойные двери здания напротив ворот были распахнуты настежь. Группа мужчин и мальчишек выносила какой-то огромный каменный блок.

– Раз… два… взяли! – скандировали они, отдуваясь. – Раз… два… взяли!

Пошатываясь, они прошли несколько шагов, грохнули камень на мостовую, слегка отдышались и подняли его снова.

– Это давильный камень! – воскликнул Марковий. – Из пресса для масла. – Он повернулся к рабам, столпившимся у входа в кухню. – Что они делают?

Тилувимпий фыркнул и высморкался в пальцы.

– Видишь этого… Даннорикс его зовут, – сказал он, дёрнув подбородком в сторону человека, руководившего перемещением камня. – Считает себя чуть ли не даром богов, потому что хозяин привёз его с севера. Без обид, мальчик, – добавил он, глядя на Перри. – Как я понял, хозяин увидел на севере новую конструкцию пресса для масла, и этот Даннорикс, любимец богов, будет делать такой же у нас. То ли заменит давильный камень, то ли ещё что-то, я не знаю. – Он снова фыркнул.

Камень уже вытащили на середину двора, и Даннорикс велел мужчинам остановиться.

– Кто из вас Окситтий, каменотёс? – громко спросил он.

Вперёд вышел жилистый мужчина в одной короткой тунике без рукавов. Мускулы у него на руках и ногах были твёрдыми и рельефными, словно вытесанными из камня.

– Я Окситтий, – сказал он.

– Ну что ж, Окситтий…

Остальные носильщики пошли на кухню, а Даннорикс с Окситтием опустились на колени рядом с камнем. Даннорикс что-то говорил, указывал пальцем, вычертил круг в центре камня, постучал по нему несколько раз, словно пробивая отверстия, обозначил какие-то линии…

Перри потрясённо застыл на месте. Он вспомнил древний давильный камень с отверстием посередине… Может, перед ним тот самый камень, который он видел в шато, в винном погребе, – с лишним отверстием?

Он повернулся к Марковию:

– Я знаю, что они делают.

– Все и так видят, что они делают, – усмехнулся Марковий. – Пробивают дыру.

– Нет, я имею в виду… Я знаю, что будет дальше, – сказал Перри. – И я могу доказать, что пришёл из будущего. Этот человек… – Он указал на Окситтия. – Он ошибётся и пробьёт лишнюю дырку не в том месте!

Марковий расхохотался.

– Горазд ты выдумывать небылицы! – проговорил он сквозь смех.

Перри скрестил руки на груди.

– Подожди и увидишь. Я окажусь прав, и тогда ты поверишь, что я из будущего.