Мелоди во второй раз отправилась на поверхность Серенити. Теперь ее сопровождал Том. Как только лебедки на талии и груди медленно повлекли ее в сторону кратера, справа и слева она увидела тросы из углеродных нанотрубок, соединявшие корабль с поверхностью Серенити. Они выглядели слишком тонкими, чтобы удерживать такую массу, – сущими паутинками, ведь центробежная сила стремилась отбросить стосорокатонную махину, будто цепочная карусель – свои сиденья.

К счастью, благодаря диплому физика Мелоди понимала, что глаза и мозг любят друг друга обманывать, а инженерные факты и видимая реальность часто не совпадают.

Вскоре кратер поглотил ее и Тома, словно уютное помещение, в котором забываешь о внешнем мире. Астронавты помнили, что за бортом «Пангеи» опасная, зловещая пустота. А в этом кратере с приятным зеленоватым мерцанием многое, как ни странно, напоминало о Земле.

– Из-за центробежной силы я себя чувствую куском металла, – проворчал Том под шуршание статических помех. – Меня как будто притягивает к неправильному полюсу магнита.

– Прекрасно тебя понимаю.

– Как будто Серенити нас отторгает.

– Это всего лишь вращение, Том.

– Да знаю я. Просто похоже.

Когда до дна оставался метр, астронавты выключили лебедки и начали аккуратно устанавливать режущее устройство. Это была водоструйная пила, усовершенствованная европейскими инженерами для миссий в условиях микрогравитации. Учитывая, что водяная струя выходила со скоростью до тысячи метров в секунду, создавая давление до шести тысяч бар, неизбежно возникала отдача. Ее следовало нейтрализовать с помощью двух компенсирующих баков с азотом, каждый из которых имел три сопла.

Эти баки, похожие на уши Микки-Мауса, крепились к громоздкому устройству в семьдесят сантиметров длиной, отчего вся конструкция становилась еще тяжеловеснее, особенно в суровых космических условиях. Водоструйная пила состояла из режущей головки и двух рельсов длиной по одному метру, пересекавшихся крест-накрест. На концах рельсов имелись маленькие отверстия – их астронавты просверлили на корабле.

– Теперь самое сложное, – вздохнул Том.

Задача требовала совместных усилий: кто-то один прижимал конец рельса к дну кратера, а другой стрелял в отверстие анкером. В итоге напарники закрепили рельсовую конструкцию с четырех сторон. Затем они выпустили гарпуны в четыре точки по бокам кратера и дополнительно закрепили устройство с помощью тросов. Если бы даже один гарпун выскочил, им грозила бы серьезная опасность: центробежная сила могла отбросить устройство, а вместе с ним и астронавтов.

– Не так уж сложно, – тяжело дыша, прокомментировала Мелоди, когда они закончили подготовительную работу.

На Земле это заняло бы минут десять, а здесь они провозились более полутора часов.

– Да уж, раз плюнуть, – отозвался Том. Лучи его нашлемных фонариков скользили по установке на дне кратера, словно пара холодных ладоней. – Странно это, конечно.

– Что странно? – спросила Мелоди.

– Заурядная промышленная техника в космических декорациях. Я уже орудовал подобной штукой, когда работал в Airbus[95] Мы резали мицелиальный изоляционный материал[96].

– Airbus занимается мицелиальной изоляцией?

– Исследования ведутся в разных направлениях, порой – весьма неожиданных. Так я раньше зарабатывал себе на жизнь, – улыбнулся Том. В шлеме, с блестящим от пота носом, он смахивал на средневекового рыцаря после поединка. – В общем, эта железяка тут не к месту. Понимаешь, о чем я?

– Потому что она слишком обычная для столь необычного антуража?

– Ну да.

– Согласна, это сбивает с толку. Может, начнем?

– Угу, – промычал Том.

– «Пангея», на связи Мел. Мы готовы.

– С моей стороны нареканий нет, – отозвался из кабины Чжиган.

– Я еще раз проверю оборудование. – Она потянулась к планшету, который хранился в поясной сумке, завернутый в толстый полимерный материал, взяла его обеими руками – и в ту же секунду гипергравитация вырвала устройство у нее из перчаток. – Вот черт!

– Все в порядке? – забеспокоился Том.

– Да. – Мелоди нащупала тянувшийся к гаджету тросик и притянула устройство к себе. – Не ожидала, что планшет такой тяжелый.

– На Земле пила весит пятьдесят килограммов. Значит, здесь – шестьдесят пять.

– Спасибо, что напомнил, – едко усмехнулась Мелоди, стараясь не думать, что будет, если массивная крестовина оторвется от дна кратера.

Она взяла планшет за специальную петельку, прикрепленную сбоку, и проверила связь с компьютером, управлявшим пилой. Лазерный датчик уже отмерил, какой участок предстоит выпилить, создал точную схему и…

– Секундочку!

– Что такое? – встревожился Том.

– Канавки на дне. Сегодня они не такие глубокие.

– То есть?

– Вчера Чжиган их измерил. – Она поглядела поверх края планшета на участок, куда была нацелена пила. – В самом глубоком месте – пять целых и шесть десятых сантиметра, а в самом мелком – один и две десятых. А на дисплее пилы другие числа: пять целых пять десятых и одна целая одна десятая.

– Стандартная погрешность измерений?

– Нет, – ответил из кабины Чжиган. – Лазеры очень точны, вплоть до миллиметра.

– Возможно, на поверхности полипа образуется что-то вроде костного нароста, – пустился в рассуждения Том. – Я бы не удивился. Если обшивка Серенити отчасти органическая, она может регенерировать, пусть и очень медленно.

– Я записал новые параметры канавок, – сообщил Чжиган.

– Ладно, продолжим, – сказала Мелоди. – Пора включать пилу. На шестьдесят процентов мощности для начала. На вид устройство держится крепко, баки с азотом заполнены, заряд – сто процентов.

Она взглянула на Тома и, когда он жестом дал добро, запустила подготовительный этап.

Словно подрагивающий робот, устройство двинулось по рельсовой конструкции. Когда рабочее отверстие пилы оказалось над лазерной разметкой окружности, сопло выдвинулось наружу.

– Лучше нам держаться подальше. – Мелоди запустила лебедки и медленно отъехала от устройства, остановившись у кромки кратера. Готов? – повернулась она к Тому.

– Конечно.

– Запускаю пилу. Предполагаемое время работы – тридцать три минуты. А мы пока закрепим сеть.

Мелоди нажала большую зеленую кнопку на планшете, запустив водоструйную пилу и одновременно – устройство для погашения отдачи. Со дна кратера взметнулись крошечные частички полипа и капли воды. Немного мерцающей взвеси осело у нее на скафандре и шлеме.

Астронавты вновь выстрелили из гарпунных пистолетов, целясь в стенки кратера чуть ниже края, а после этого, установив необходимые карабины, растянули заранее припасенную сеть.

Теперь оставалось ждать, пока машина сделает свое дело. Они молча наблюдали, как движется головка пилы, взметая облака взвеси к закрытому люку «Пангеи», а затем и дальше – в открытый космос. Мелоди голосовала за спуск, однако теперь собственный выбор казался ей безрассудным и варварским. Не приведет ли ее любопытство к этическим проблемам? Не навредят ли они Серенити?

Через полчаса на проекционном экране внутри ее шлема замигала зеленая иконка – оповещение с планшета.

– Готово! – объявила Мелоди. – Ошибок программа не выдала.

– Что ж, посмотрим, насколько мы углубились. – Том ухватил напарницу за локоть и подъехал ближе.

– На двадцать сантиметров, – сверилась Мелоди с планшетом.

– Этого мало.

– Ага. Я подниму мощность до восьмидесяти процентов.

Еще полчаса пила описывала новый круг, значительно сильнее вгрызаясь в поверхность.

На этот раз результата на дисплее ждать не пришлось. Не успело устройство довести окружность до конца, а Мелоди – подумать о запасах азота в баках, как дно кратера – метр в поперечнике, – словно крышка люка, обрушилось на рельсовую конструкцию.

– Твою ж мать! – вырвалось у Тома.

В тот же миг открепился первый анкер, отчего один из рельсов повело в сторону. Следующий анкер вылетел из крепежного отверстия, пронесся сквозь дыру в сетке и, едва разминувшись со шлемом Мелоди, отскочил от корпуса «Пангеи». Еще один анкер застрял в сетке, а четвертый стремительно исчез, серебристым бликом мелькнув в свете фонариков.

Пила и вырезанный круг обрушились на сеть. Абсолютная тишина, царившая в вакууме, превратила зрелище в настоящий фильм ужасов. Мелоди ни на что не могла повлиять и будто бы зависла вне времени и пространства.

– Уходим отсюда! – выйдя из ступора, крикнула она Тому, сорвала с пояса гарпунный пистолет и поспешно зарядила стрелу.

Ее взгляд лихорадочно метался между четырьмя креплениями, державшими сетку, – долго ли они протянут?

Заставив себя успокоиться, она заправила свободный конец троса в лебедку, чтобы в спешке его не упустить. Дождавшись, пока трос намотается на барабан, она взглянула на Тома, который делал то же самое, но медленнее.

Внезапно из стенки кратера вместе с креплением вырвался первый карабин. Мощная тангенциальная скорость на поверхности Серенити отбросила его в корпус «Пангеи». Отскочив, деталь исчезла во тьме. Предательски зашатался второй карабин.

Мелоди мгновенно вытянула руку, прицелилась в участок справа от кратера и нажала на спуск. Не глядя, попала или нет, она включила лебедку, которая увлекла ее в сторону. Поскольку Серенити и «Пангею» разделял всего лишь метр, она задела и псевдореголитовую поверхность, и стальной корпус. Оставалось надеяться, что скафандр выдержит. Затем она врезалась в одну из плит обшивки, а тросы задрожали, достигнув максимальной длины.

Посмотрев вниз, она поняла, что чудом разминулась с одним из стыковочных узлов «Пангеи», которые казались крошечными по сравнению с кораблем, однако размером намного превосходили человека. Сеть оторвалась от стенок кратера и прицепилась к обшивке корабля, медленно сползая с нее, словно пена.

– Том? Том!

– Я здесь, – хрипло ответил тот.

Поискав напарника глазами, Мелоди заметила пару лучей на противоположной стороне кратера. Они метались туда-сюда в зазоре между кораблем и поверхностью Серенити.

– Черт, я едва не погиб!

– Скафандр цел?

– Системы жизнеобеспечения и температура в норме. И чем я заслужил такое везение…

Только теперь Мелоди проверила свои показатели. Похоже, и ей благоволила судьба – ну, или инженеры, создававшие ее скафандр, превзошли сами себя.

А может, все вместе.

– Ну и напугали вы нас! – воскликнул Чжиган.

– Корабль не пострадал? – спросила Мелоди.

– Отсюда повреждений не видно. Возможно, есть пара царапин. И все-таки давайте такого не повторять.

– Разумеется!

– А камеры что-нибудь показывают?

– Нет, вокруг дыры клубится пыль. Одна из камер разбита, а у другой что-то прилипло к объективу.

– Мы проверим, что там в дыре, – решила Мелоди.

Отвязав трос от гарпуна, который спас ей жизнь, она включила лебедку и поехала в сторону кратера, стараясь не сильно задевать плечами псевдореголит.

Добравшись до края впадины, она проверила, как дела у Тома. Казалось, он лежит на груди, словно сплющенный Мистер Мишлен, на самом же деле его прижимало к обшивке «Пангеи».

Саму Мелоди от падения в пустоту спасали только два троса, закрепленные на талии и груди.

– Похоже, водоструйной пилы у нас больше нет, – хрипло посетовал Том.

– Зато есть дыра, – указала пальцем Мелоди, и ее напарник поглядел вниз.

Идеально круглое отверстие на дне кратера смотрелось чужеродно на фоне естественного ландшафта. Крошечные капли, застывавшие кристалликами льда, все еще вырывались из дыры и вместе с другими мелкими частичками устремлялись к «Пангее».

Однако взвеси становилось все меньше, и лучи фонариков уже высвечивали глубокий провал.

– Что там такое? – заинтересовался Том.

– Не знаю, но полость уходит вглубь. – Мелоди включила дальномер и навела точку лазера на дыру. Красный кружок уперся в блестящую влажную поверхность с багровым отливом. – Глубина три метра.

– Я не вижу стенок слева и справа. Только какие-то тени.

– И я не вижу. «Пангея», а вам что-нибудь видно?

– Да, – первым откликнулся Чжиган. – Там явно какая-то пещера.

– Возможно, коридор? – предположила Селена.

– Спустимся и узнаем, – решила Мелоди.

– Работы за бортом должны вестись по расписанию, – возразил Чжиган. – Иначе…

Мелоди не дослушала.

– Сейчас я ни за что не вернусь на корабль. Селена, Хонбо? Подготовьтесь и принесите сюда кислород и камеры.

– Принято. Будет сделано, – ответили женщины едва ли не хором.

– Чжиган, Хьюстон получает наши видеозаписи?

– Я все им ретранслирую. Земля на связи – с задержкой, конечно. – Тайконавт помолчал. – Учтите, я против изменения планов и напоминаю, что это неоправданный риск. Лучше подождать, не поступит ли ответа от Серенити, продумать вероятные риски…

– Я поняла, – перебила Мелоди. Не грубо, но твердо. Теперь, когда она убедилась, что у Серенити есть оболочка и полость внутри, даже сам дьявол не убедил бы ее отступить. Особенно после того, как она едва не погибла. Возможности исследовать Серенити она ждала долгие годы. – Мы с Томом спустимся в дыру и проверим, насколько там безопасно. А затем дождемся Селену и Хонбо.

– Предлагаю вернуться, чтобы пополнить запасы кислорода, – сказал Том. – Я согласен, что откладывать вылазку не стоит, ведь мы еще не устали. Однако заправляться в этой дыре довольно рискованно.

Обдумав его слова, Мелоди вздохнула:

– Ты прав. «Пангея», мы вернемся в шлюз и пополним запасы воздуха в скафандрах.

Она вгляделась в лицо Тома за отражающим стеклом, и он кивнул. Повернувшись спинами к кораблю, они вошли в поток частиц, который вырывался наверх из дыры и потихоньку иссякал.

– Давление сброшено, открываю люк, – доложил Чжиган. – Можете заходить.

– Спасибо.

По сигналу они с Томом нажали на кнопки запуска лебедок и поехали к шлюзу. И хотя их толкало устройство, ощущения были такие, словно это какая-то невидимая рука тянет обоих за скафандры.

Терпеливо дождавшись, пока в шлюзе возрастет давление, они сняли шлемы, а затем приняли воду и пакетики с питательным гелем из рук Селены и Хонбо. После этого они вновь надели шлемы и прикрепили к поясам сумки с дополнительным оборудованием: всевозможными сенсорами, измерительными приборами, анализаторами.

– Мы вас подождем, – сказала Мелоди Селене и Хонбо, после чего махнула Тому. – Плевать, что у нас неполный запас кислорода.

– Ладно. – Он напряженно кивнул.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Думая об этой дыре, я готов наложить в штаны от страха. А в остальном все прекрасно.

– Хорошо, что в нашу экипировку входят подгузники, – бросила Селена, помогая Хонбо надевать скафандр.

– Очень смешно, – фыркнул Том.

– Может, останешься тут? – прищурилась Мелоди.

– С ума сошла? Да ни за что на свете! – усмехнулся он и добавил: – И все-таки я боюсь до смерти.

– Я тоже, – призналась она.

– Мы были на волоске, Мел.

– Знаю.

– Завязывайте, а то и мы штаны намочим, – сказала Селена, подключая провода к громоздкому скафандру Хонбо. – Даже на экране все выглядело жутко.

– Теперь будет проще, – оптимистично заверила ее Мелоди и жестом показала Тому, что хочет осмотреть его скафандр.

Дожидаясь коллег, они скоротали время, выискивая мелкие повреждения, которые могло вызвать скольжение в узком зазоре между Серенити и кораблем. И хотя даже крохотная дырочка в скафандре привела бы к снижению давления и утечке воздуха, они решили перестраховаться. Лучше занять себя делом, чем с опаской гадать, что ожидает их в глубинах Серенити.

Через час все четверо были готовы. Поскольку им всем не хватило бы места, чтобы опереться на внутренний люк, они уцепились за поручни на стенах, словно альпинисты за скальные выступы.

– Открываю люк.

Как только огонек загорелся зеленым, Мелоди нажала кнопку, и воздух покинул шлюз вместе со всеми звуками. Она и Том первыми прикрепили тросы к скафандрам, и лебедки медленно понесли их вперед – к темной дыре по центру кратера. Они договорились, что один из них первым протиснется в отверстие и второй его подтолкнет, а затем первый втянет второго.

– Начинаем спуск внутрь Серенити, – объявила Мелоди по радиосвязи. Проговаривая каждый свой шаг, она держала себя в тонусе, не позволяя отвлекаться. – Готов? – обратилась она к Тому.

– А то!

– Долго же мы этого ждали. – С этими словами она ухватилась за край дыры.