Федя вышел через служебный коридор спорткомплекса. А как вышел, так сразу понял, что ноги у него живут отдельной нервной жизнью.

Они хотели бежать. Очень хотели.

Так, чтобы пятки сверкали. Федя искренне хотел сбежать от проблем хоть куда-нибудь.

Но в голове у него всё ещё звучал голос Романа Михайловича, и он держал его за воротник крепче любого методического пособия.

Федя очень переживал, что если кто-нибудь спросит, куда он идёт, то ответа на этот вопрос у него не найдётся. Но думал так: он обязательно что-нибудь соврёт. Соврёт очень убедительно. И так оно и будет, особенно если не смотреть Феде в глаза.

При этом Федя понимал неприятную вещь: сегодня он был нужен по-настоящему. И от этого становилось ещё страшнее.

Так ведь оно и было? Наверняка так. Потому что если бы не Федя, у Романа Михайловича начались бы крупные неприятности.

Возле служебного входа стояли мусорные баки, пустая тележка и охранник с рацией.

Федя достал телефон, открыл приложение такси и ткнул в адрес, который Роман заранее скинул ему сообщением. Палец попал не туда. Приложение предложило отвезти его к какому-то фитнес-клубу. Федя тихо выдохнул, стёр лишнее, ввёл адрес заново и нажал заказ.

Машина нашлась почти сразу. Серый седан приехал за три минуты, и водитель написал:

«Я у входа».

Федя поднял голову. Перед ним был служебный выход. Вот только серого седана рядом не наблюдалось.

Он набрал номер водителя.

— Алло, — сказал водитель таким голосом, будто Федя уже был виноват.

— Доброе утро. Я у служебного выхода.

— А у меня точка у главного.

Федя посмотрел на экран. Точка действительно чуть съехала к главному входу. Конечно… весь день шёл наперекосяк, чему тут было удивляться?

Куратор сосредоточился, медленно набрал воздух в лёгкие. Ему очень хотелось быть таким, как Роман, но получалось лишь местами. А если говорить напрямую, так вообще не получалось. Но Федя набрался мужества и на выдохе сказал:

— Подъезжайте к служебному входу. Тут серые ворота, охрана и рядом мусорные баки.

Сказав это, Фёдор зажмурился. Думал, что это всё — водитель начнёт грубить, отменит заказ. Судя по голосу таксиста, этот был способен подъехать к служебному входу, но только для того, чтобы засунуть Федю в мусорные баки.

И, озвучив свою просьбу, Федя был готов ко всему. Потому и зажмурился, чтобы было проще переносить удар.

Однако ничего страшного вслед за просьбой не случилось.

— Сейчас подъеду, — донеслось из динамика.

Федя отключился и убрал телефон. Охранник у двери посмотрел на Федю.

— Помощь нужна? — спросил он.

— Уже поздно, — честно ответил Федя.

Охранник нахмурился.

— В смысле?

— В смысле, машина подъезжает.

Охранник решил, что перед ним человек из организаторов, которому лучше не мешать, и промолчал.

Серый седан подъехал через пару минут. Водитель оказался крупным мужиком с короткой бородкой. Он опустил стекло и посмотрел на Федю.

— Вы в автосервис?

Федя сел на заднее сиденье и сразу пристегнулся. Ремень щёлкнул слишком громко. Водитель посмотрел на него в зеркало.

— Срочно?

— Очень…

— Вижу, вы так нервничаете. Не нервничайте, домчим с ветерком.

— Постараюсь…

Федя хотел сказать, что он куратор и умеет работать со стрессом. Потом представил, как выглядит со стороны с лицом цвета старой бумаги. Решил промолчать. Это было мудро. Наверное.

Машина выехала от спорткомплекса.

Утренний город жил своей обычной суетой. Плотный поток автомобилей. Женщина с пакетом переходила дорогу по зебре и ругалась в телефон. Двое пацанов в спортивных костюмах смеялись у киоска с кофе… Федя несколько секунд смотрел на них, про себя думая, что тоже был бы не прочь вот так постоять со стаканчиком кофе в руках. Как говорила молодежь — на расслабоне.

Но они могли себе это позволить, а Федя — нет. Просто никто из этих людей не знал, что в спорткомплексе под тканью стоит временная BMW, а настоящая ждёт у автослесаря в боксе, и Федя едет за ней. И это почему-то было обидно. Мир мог бы хотя бы на минуту понять масштаб происходящего.

Федя, чтобы хоть как-то себя занять, достал телефон и написал Роману:

«Еду».

Палец завис над кнопкой отправки. Хотелось добавить что-то ещё умное. И Федя даже напечатал: «всё под контролем». Но, чуть подумав, он стёр это, отправив только первое сообщение.

Самому себе он всё-таки соврал:

— Под контролем, — шепнул он. — Почти.

* * *

— Руслан Барсов выходит в финал! — объявил ведущий.

Зал радостно захлопал. Трибуны оживились — засвистели ободрительно, крикнули фамилию Барсова. Чёрт его знает, чем этот мужик так нравился залу, но нравился, видимо. Я бы, может быть, тоже за него болел. Но проблемы, висевшие на моих плечах, не давали приглядеться к этому спортсмену внимательнее. А ещё из головы не выходили слова, что этот Барсов ждёт именно чёрную BMW.

На нашей трибуне, кстати, тоже зашевелились. Боря уважительно присвистнул, потом сразу притих, потому что рядом сидела Танечка и смотрела на него испытывающим педагогическим взглядом.

Барсов после официального объявления пожал руку сопернику, кивнул судье и уверенно пошёл к краю ковра. Тренер подал ему полотенце. Барсов тщательно вытер шею, сделал пару глотков воды и, посмотрев в сторону призовой зоны, направился к Ковалёву.

Я сразу сместился ближе, чтобы погреть ухо.

Ковалёв стоял рядом с судейским столом и разговаривал с организаторшей. Увидев Барсова, повернулся к нему. Если бы кто-то смотрел со стороны, решил бы, что хозяин турнира поздравляет фаворита. Вот только если смотреть внимательнее, то становилось ясно, что хозяин турнира считал минуты до катастрофы.

Барсов остановился рядом, перекинул полотенце через плечо и кивнул на закрытую машину.

— Александр Викторович, — сказал он, — я уже начинаю привыкать к мысли, что сегодня уеду на красивой тачке.

— Соперник в финале будет серьёзный, — ответил Ковалёв.

Барсов усмехнулся.

— Тогда и машина будет заслуженная.

Барсов ушёл к своей скамье. Ковалёв проводил его взглядом и повернулся ко мне.

— Где тачка? — процедил он.

— Федя забирает.

— Федя? — ошарашено переспросил он.

В этом одном слове было много смысла. И сомнение, и угроза, и желание прямо сейчас спросить у меня, чем именно я думал, когда отправлял мягкого куратора за дорогой BMW.

— Да, — невозмутимо подтвердил я.

— Вы издеваетесь?

— Пока работаю тем, что есть.

Ковалёв посмотрел на меня тяжело с каким-то внутренним надрывом.

— Роман Михайлович, если машины к финалу не будет, ваше чувство юмора я оценю отдельно.

— После финала, говорите? — уточнил я.

— После финала.

— Тогда успею подготовиться, — я отмахнулся как от пустяка.

— Роман Михайлович, — зашипел Ковалёв.

— Да.

— Сейчас вокруг люди.

— Я так то заметил.

— Поэтому я не скажу то, что думаю.

После этих слов у Ковалёва гневно расширились ноздри.

— Очень ценю вашу выдержку, — заверил я.

Он явно хотел сказать ещё что-то, но к нему подошёл судья с протоколом. Ковалёв мгновенно включил лицо хозяина мероприятия, выслушал, кивнул, подписал какой-то лист. Я тем временем достал телефон.

От Феди было только короткое «Еду».

Это было плохо и хорошо одновременно. Хорошо — потому что если он молчал, возможно, ехал. Плохо — потому что Федя мог молчать, если всё пошло через одно место. Богатство вариантов, мягко говоря, не радовало.

А ещё меньше радовало, что второй полуфинал уже начался. На ковре двое взрослых мужиков сцепились у края, судья кружил рядом.

Времени становилось меньше. Как быть? Что делать? Да вот чёрт его знает как и что… я быстро перебирал мысли в голове, но ни одна из них не подходила. Действовать здесь следовало с выдумкой. Так, чтобы взятки были гладки.

— В финальной схватке встречаются Руслан Барсов и Сергей Громов! — прокатилось по залу.

* * *

Федя в это время ехал и старался выглядеть пассажиром, который точно знает, куда едет и зачем. Получалось правша так себе. Первые пять минут водитель молчал, и Федя почти решил, что судьба сегодня к нему благосклонна. Потом водитель заговорил.

— Сервис хороший хоть?

— Надеюсь.

Федя посмотрел в окно. Хотелось верить, что после этого водитель замолчит и не будет задавать свои дурацкие вопросы, которые по факту не имели совершенно никакого смысла. Но нет…

— Машина какая?

Федя промолчал. Врать он не любил. Водитель скользнул по нему взглядом через зеркало заднего вида и замолчал. Вместо этого включил тихую музыку. Причём как будто специально — ту, которая Федю раздражала.

— Вы не против музыки? Не громко?

Федя в ответ только потряс головой.

Ехали минут пятнадцать. На каждом светофоре Феде казалось, что город специально проверяет его терпение. Красный горел слишком долго, машины перестраивались слишком медленно, а пешеходы шли слишком уверенно. Федя смотрел на часы, на маршрут, отображавшийся в навигаторе, снова на часы. Потом заставлял себя смотреть прямо перед собой и медленно дышать.

Такси свернуло в проезд между серыми зданиями. Асфальт стал хуже, вокруг появились боксы, вывески шиномонтажа и люди в рабочих куртках.

— Здесь? — спросил водитель.

Федя посмотрел на адрес. До бокса было ещё метров триста езды по прямой. Но Федя, чтобы не сталкиваться с дискомфортом, в ответ только лишь кивнул.

— Да, спасибо, — сказал он и вылез из машины.

Он поставил водителю оценку наугад и пошёл к боксу. Но прежде постоял пару минут, чтобы водитель не видел, куда он идёт. Кстати, не потому что не хотел, чтобы тот видел. Просто ему было неловко, что он обманул таксиста.

Все оставшиеся триста метров Федя шёл к боксу и гонял внутри мысль, что поступил неправильно. Надо было сказать водителю, что место высадки находится чуть дальше. Уже подойдя к боксу, возле которого стояла чёрная бэха, Федя решил, что вот в следующий раз он обязательно так и поступит.

Димка Шило появился изнутри почти сразу. Уставший, с красными глазами после бессонной ночи.

— Я за машиной…

Димка посмотрел на Федю. И пока он смотрел, куратор синих успел прокрутить у себя в голове, что говорить на тот случай, если этот мастер попросит у него документы на автомобиль. Прокрутил, перенервничал три раза, а мастер ответил совсем не то, что он ожидал.

Димка просто хмыкнул и кивнул на бэху.

— Машина готова. Кузов вывел, краска отлично попала, я ещё сверху полирнул, — начал говорить он. — Пробег тоже сделали. Принимайте!

Федя подошёл ближе к BMW. Машина выглядела идеально. Настолько идеально, что Федя боялся дотронуться до двери, чтобы случайно не оставить на ней след.

— И да, — послышался голос Шило. — Электрику надо заплатить отдельно. Шестьдесят тысяч. Он приехал ночью, ковырял блоки, проверял хвосты по памяти и ещё ругался так, что у меня уши в трубочку сворачивались.

Федя достал телефон. Пальцы опять стали неуклюжими, и он написал Роману:

«Я у Димки. Машина готова, но нужна доплата…»

Федя не дописал, посмотрел на своё сообщение, прикусил губу, погружённый в мыслительный процесс. А потом он вдруг стёр сообщение и открыл банковское приложение.

Нет, надо было показать Роману, что Федя тоже не лыком шит. И проблему, которая возникает у него на пути, куратор синих способен решить самостоятельно.

Решено — сейчас Федя оплатит счёт сам и не будет никого дёргать. Вон Рома своим примером показывал пацанам, как выкручиваться из сложных ситуаций. Так чем Федя хуже?

Но банковское приложение, разумеется, решило обновиться. Кружок загрузки крутился медленно, с какой-то электронной издёвкой. А ещё этот Димка стоял рядом и смотрел на него.

— Что там?

— Приложение думает.

Федя крепко сжал телефон двумя руками. Приложение наконец открылось. Он ввёл сумму. Перепроверил нули. Сердце неприятно сжалось. Шестьдесят тысяч для Феди были большими деньгами… а что, если Рома потом ему эти деньги не отдаст?

Он нажал оплату.

Телефон попросил подтверждение.

Федя подтвердил, и перевод ушёл по номеру Шило. Димка посмотрел на свой телефон, дождался уведомления и кивнул.

— Пришло.

Димка снял ключ с крючка у стены и протянул Феде. Тот взял его очень осторожно. Ключ был тяжёлый, как будто в него впиталась вся ответственность за утро, турнир и чужую немецкую тачку.

Федя облизал губы и посмотрел на BMW.

— Я давно не водил… — признался он. — Передвигаюсь в основном на велосипеде.

— Машина не обидится, — Шило пожал плечами в ответ. — Она, конечно, барышня немецкая, но не настолько чувствительная.

— Это BMW.

— Да ладно? А я всю ночь думал, что это за тачка. Удачного пути!

Димка хлопнул его по плечу и развернулся к боксу, но перед тем как зайти внутрь, повернулся к Феде.

— Ты, случаем, счёт по финалу кубка не знаешь…

Куратор синих терпеть не мог, когда ему задавали подобного рода вопросы. Футбол он не смотрел и начинать не собирался. А значит, ответ на этот вопрос не мог знать по определению. Но нет же — Шило всё равно спрашивал. А для чего? Понятно для чего: хотел поставить его в неловкое положение.

Но не успел Федя ответить, как Шило снова заговорил:

— А нет, стопори, счёт не говори, лучше в записи посмотрю.

И с этими словами мастер зашёл в свой бокс. Федя выдохнул с облегчением, но расслабляться было рано. Ему предстояло отогнать тачку из точки А в точку Б, как говорил Рома, без заезда в точку Ж.

— Я могу, — прошептал Федя.

Федя посмотрел на ключи в своей руке и сел в BMW с таким видом, будто ложится в гроб.

Салон встретил его запахом новой кожи. Ладони легли на руль слишком удобно. Сиденье обняло спину. Федя торопливо облизал губы и пристегнулся. Следом включил зажигание. Панель ожила. Где-то мягко щёлкнуло, экран приветственно мигнул, стрелки прошли по шкалам. Машина была готова ехать, и от этого стало даже страшнее.

Федя перевёл селектор коробки передач в положение «D» и нажал на газ, держа руль двумя руками. BMW послушно пошла вперёд. Федя сглотнул и выехал на улицу.

Навигатор показывал одиннадцать минут езды.

Федя включил поворотник, выехал на главную дорогу, там аккуратно перестроился и впервые за всё утро почувствовал маленькую рабочую злость. Он уже заплатил шестьдесят тысяч, сел за руль чужой BMW, выехал на главную дорогу. Значит, до спорткомплекса он тоже доедет.

Хотя бы из вредности. Ну чтобы не выглядеть идиотом в чужих глазах. Кстати, именно по той причине, чтобы не выглядеть идиотом и тем человеком, который и шагу не может ступить без Романа, Федя не стал писать сообщение куратору красных.

* * *

Перед финальной схваткой объявили перерыв в полчаса, что сработало как бальзам на уши. Вот только если за это время ничего не предпринять, полчаса пролетят очень даже незаметно. Время вообще быстро летит, когда его нет.

Телефон в кармане коротко завибрировал. Я вытащил мобильник с надеждой, что сообщение пришло от Фёдора. Но нет, на экране всплыло уведомление из розовой соцсети. Я сначала захотел его смахнуть, но, прочитав название, не стал этого делать. Вместо этого ткнул в уведомление пальцем, и через секунду на моём экране отобразилось видео.

Видео настолько занимательное, что брови медленно поползли вверх. Опачки… а вот, кажется, и решение проблемы подоспело. Очень вовремя, надо сказать.

Через минуту я отошёл в конец зала и набрал номер, который посмотрел в коротком видео, носившем рекламный характер.

— Здравствуйте, вы позвонили в компанию… — запел мягкий женский голос из динамика.

Выслушивать долгие приветственные речи у меня не было времени, потому даму я наглым образом перебил.

— Дамочка, я тоже вас искренне рад слышать, — заговорил я. — Меня интересует услуга «незабываемый стресс-тест руководителя» и «вау-эффект на мероприятии». Нужен срочный выезд.

— За срочность у нас двойная оплата, с соответствующей информацией по прейскуранту услуг вы можете ознакомиться на нашем…

— Милая, потом как-нибудь обязательно ознакомлюсь, — снова перебил я. — А сейчас у меня срочный заказ в спорткомплекс.

Адреса я не знал, поэтому подошёл к схеме эвакуации, висевшей на стене, и назвал его оттуда. Но гладко да сладко разговор у нас с девушкой не складывался.

— У нас по предоплате и за час минимум, — пропела она своим медовым голоском.

Захотелось ответить что-то вроде «да твою же мать», но я подавил желание.

— У вас тут будет реклама на полный зал, — деловито заверил я. — И уверяю, что после этого выезда вы получите заказы до конца года. Здесь большой турнир, и каждый второй будет снимать на телефон. Представляете, какая вам будет реклама?

Я хоть и был в этом времени не так давно, но основу, как здесь говорили, пиара уже понимал отлично. Поэтому я нисколько не сомневался, что мои слова подействуют. Так и произошло.

— Адрес повторите.

Я повторил адрес, девушка сказала, что пришлёт мне ссылку на оплату в сообщении, и я отключился. Через минуту ссылка пришла на телефон. Хрен его знает, как при помощи ссылки можно было производить оплату. Но разбираться я не стал и перекинул сообщение в наш чат красных.

«Оплатите, потом сочтёмся».

Ждать долго не пришлось: через пару минут с того же номера, с какого мне прислали ссылку, пришло уведомление о том, что оплата прошла успешно.

Вовремя, потому что тотчас ведущий пригласил на борцовский ковёр сегодняшних финалистов.

Барсов работал уверенно, он уже явно в мыслях забрал победу, и теперь его мысли материализовывались. Громов оказался тяжёлым соперником. Он один раз почти выдавил Барсова к краю ковра, и тренер Громова заорал так, что даже у меня волосы на спине зашевелились.

— Дави! — рявкал он, подпрыгивая у края. — Серёга!

Громов слышал, упёрся головой Барсову в грудь, ноги вдавились в ковёр. Он попёр вперёд с упрямством самосвала, и Барсов чуть просел. По залу сразу прошёл шум, один малолетний зритель даже пискнул от восторга.

— Есть! Есть! — заорал тренер Громова. — Дожимай!

Но проблема для Громова была в том, что Барсов в этот момент даже не дрогнул. Он терпел давление, просто дал Громову поверить, что тот нашёл правильную дорогу, а потом резко забрал плечо, подсел глубже, прихватил корпус и развернул соперника через бедро.

Удар о ковёр вышел громкий.

— Есть! — завопил кто-то с трибуны. — Руслан!

Громов попытался подняться. Он вывернул плечо, пошёл на мост, дёрнулся злее. Но Барсов лёг на него плотнее и прижал так, что у Громова из горла выдавило короткое хриплое ругательство.

— Работай, Серёга! — надрывался тренер. — Не лежи!

Серёга и рад бы был не лежать. Только сверху у него оказался Барсов.

Судья смотрел внимательно. Громов бил ногой по ковру, пытался выкрутиться, ловил воздух ртом. Барсов держал.

Свисток прозвучал резко, знаменуя окончание схватки.

— Победитель турнира — Руслан Барсов!

Барсов поднялся, поправил борцовку, пожал руку Громову и повернулся к трибунам.

Ковалёв стоял рядом со мной у призовой зоны. Бэха стояла под тканью рядом с пьедесталом.

— Дорогие друзья! — протянул ведущий. — И сейчас мы перейдём к самому ожидаемому моменту нашего турнира — вручению главного приза!

Ковалёв наклонился ко мне:

— Всё, финал закончился. Где машина?

Я посмотрел на ведущего, который уже собирался позвать Ковалёва. Барсов уже стоял у ковра и ожидал свои ключи.

— Александр Викторович! — радостно объявил ведущий. — Приглашаем вас для вручения главного приза!

Я буквально услышал, как у Ковалёва скрипнули зубы. Зал захлопал. Фотограф поднял камеру.

Стас стоял чуть позади. Пашка с Маратом держались рядом с ним. Все трое молчали.

— Стас, — позвал я.

Он сразу подошёл ближе.

— Да?

— Если ткань снимут, хлопай первым.

— Зачем…

— Чтобы все решили, что так задумано.

На ковре тем временем вручали медали. Громов получил свою. Барсов стоял в центре — на него повесили золото, дали кубок, заставили повернуться к камерам. Ведущий говорил что-то про силу духа, спортивный характер, будущее российского спорта и надёжных партнёров турнира.

Кирилл, зараза, был тут как тут — подошёл к нам сбоку, остановился возле стойки с буклетами турнира.

— Роман Михайлович, вы сегодня на удивление напряжены.

— Возрастное, — я пожал плечами.

Кирилл хотел продолжить, но ведущий приступил к главному.

— А теперь, дорогие друзья, тот самый момент! Главный приз турнира!

Зал снова загудел. Ковалёв теперь уже весь потный и бледный подошёл к машине. Рядом с ним встала девушка с подушечкой, на которой лежали ключи. Ключи, разумеется, были от временной бэхи.

Телефон снова завибрировал — уже звонком.

На экране высветилось: Федя.

Я ответил, прижав аппарат к уху.

— Говори.

В трубке шумело. Слышались голоса, какой-то глухой сигнал машины и Федино дыхание. Он говорил быстро, взволнованно, с какой-то одному ему понятной гордостью.

— Рома, я подъехал! Я совсем справился!

— Ты раньше позвонить не мог?

— А чего звонить, если у меня всё под контролем? — уверенно ответил Федя.

Потом Федя запнулся.

В трубке что-то изменилось. Сначала куда-то пропал его бодрый тон. Следом я услышал чужой голос рядом с ним, резкий и недовольный, но слов я не разобрал.

— Рома, — шепнул Федя уже совсем другим голосом. — Про всё под контролем я, похоже, поторопился.

Ковалёв в это время уже взял микрофон у ведущего. Девушка с ключами подошла ближе к закрытой BMW. Фотограф поднял камеру, и зал приготовился увидеть красивую картинку.

— Что там? — спросил я.

Федя шумно втянул воздух.

— Здесь какие-то люди. Они перекрыли подъезд. Один говорит, что машина дальше не поедет, второй просит открыть дверь. Рома, у нас, похоже, крупные неприятности.

— Ясно, ты главное не дрейфь.

Я отключился и убрал телефон от уха как раз в тот момент, когда Ковалёв улыбнулся залу и заговорил в микрофон:

— Друзья, благодарю всех за этот прекрасный турнир.

Прекрасный турнир, подумал я, глядя на бант. Сейчас мы ещё и фокус покажем.

От автора:

1889 год. Оборона форта Новая Москва. Поможет ли память из будущего спастись 17-летнему кубанскому казаку. Альтернативная история и приключения от автора Казачонка: https://author.today/reader/563328/